Living Fiction

      Джейме позвонил ей на следующее утро, и Бриенна, не задумываясь, ответила. Скрипучее, болезненное «Привет» сорвалось с ее губ, прежде чем она пожелала вернуть слово назад.       — Девка, это ты? Что, черт возьми, с твоим голосом?       Ее горло горело.       — Заболела.       — Больно говорить?       — Да.       Глотать было больно. Говорить — настоящее мучение.       — Я сейчас приеду, — и он отключился раньше, чем она успела что-либо сказать.       Его твердый, властный стук в дверь раздался двадцать минут спустя. Бриенна прошаркала к входу в своем халате и открыла дверь, проигнорировав легкую ноющую дрожь в затекшей руке.       — Боги, ты ужасно выглядишь. — Джейме поднял руку. — Не говори, если больно. Просто кивни, да или нет.       Она кивнула.       — У тебя жар?       Кивок.       — Кашель?       Бриенна помотала головой.       — Тебя рвало?       Очередной моток головы.       — Ты ела?       Она пожала плечами. Сложно есть, когда даже глоток чая становился суровым испытанием.       — Ну все. Я отвезу тебя к врачу. — Бриенна бросила на него сердитый взгляд. — Не спорь, девка. У тебя наверняка стрептококк, и тебе необходимо лечение, если ты хочешь побороть его. Так что давай, шевелись, шевелись, мы выходим. Обуйся во что-нибудь и захвати свою сумку.       Бриенна сняла халат, оставив его на диване, зная, что Иви позаботится о том, чтобы он полностью покрылся кошачьей шерстью в ее отсутствие, но она была не в силах что-либо с этим сделать. Она сунула ноги в ближайшую пару балеток и повернулась к Джейме. На ней были самые мешковатые из всех ее спортивных штанов и старый отцовский свитер, и этим утром она не принимала душ. Она не сомневалась в правдивости его слов, когда он сказал, что она ужасно выглядела, но истина заключалась в том, что Бриенна становилась совершенно инфантильной, когда заболевала, потому что это происходило крайне редко. Если бы у нее был выбор, то она бы предпочла оставаться днями в теплом и мягком коконе своей постели, нежели тратить силы на визит к доктору. Но Джейме взял ее сумку со столика у входа и выставил ее саму за дверь, не сказав ни слова.       Затем он вывел ее наружу и усадил в такси, даже несмотря на то, что центр неотложной помощи находился всего в пяти кварталах от ее дома.       Джейме не осознавал, насколько больной была Бриенна, пока она не открыла дверь и он не посмотрел в ее стеклянные, воспаленные глаза. Ее щеки пылали алыми пятнами, но в целом ее кожа была бледной, с болезненным оттенком. Он чувствовал, как она дрожала рядом с ним в такси, и безотчетно злился на нее за то, что она не связалась с ним или Маргери, или Лорасом раньше, чтобы отправиться к врачу. Он попытался помочь ей выйти из машины, но Бриенна отмахнулась от его рук с яростным взглядом — глаза вперились в него, будто вопрошая, не хотел ли он тоже заболеть. Она подчеркнуто указала на антисептик для рук на стойке регистрации, наблюдая за ним, пока он не вылил щедрое его количество себе на ладони. Упрямая девка. По крайней мере, она доверила ему ведение большей части разговоров, передав свой страховой полис, заполняя бланки в полном молчании. Бриенна закатила глаза, когда он последовал за ней в смотровую, но при этом не попыталась задержать его в зоне ожидания, и это, как Джейме посудил, должно было означать, что какая-то часть ее хотела, чтобы он пошел с ней.       Врачом оказался пожилой мужчина с белыми кустистыми бровями и мягким голосом.       — Что случилось, мисс Тарт?       Джейме поймал ее взгляд, который дал ему разрешение говорить.       — У нее боль в горле, она едва может разговаривать. У нее был жар, но ее не рвало. Все началось только вчера. — Доктор достал градусник и положил его Бриенне под язык. — Думаю, у нее может быть ангина.       Доктор вытащил градусник и написал что-то в своей карточке.       — Откройте, пожалуйста. — Бриенна широко раскрыла рот, и врач, посветив в него, кивнул. — Мы сделаем тест для надежности, но, на мой взгляд, это похоже на стрептококк. — Он вытащил ватную палочку из стеклянной банки на стойке, затем ввел ее Бриенне в рот, взяв мазок из зева. Джейме взглянул на ее гримасу и постарался не пошутить. — Я проверю этот образец, и как только результат подтвердится, я выпишу вам прием антибиотиков.       Он оставил их одних; Бриенна болтала ногами на кушетке, как маленький ребенок.       — Тебе следовало сказать мне вчера, что ты заболела.       Она посмотрела на него, склонив голову на бок, а затем помотала ею и изобразила, что ложится спать.       — Ты думала, что проспишься и все пройдет?       Она кивнула, и Джейме отметил, что по какой-то причине ее шея покраснела.       — Почему ты покраснела, девка? Снилось что-то интересное? — Теперь вспыхнуло все ее лицо, и Бриенна пнула его по ноге, едва не задев колено. — Не переживай, девка. Совершенно ясно, что тебе снился я. Как-никак, я самый красивый и надоедливый мужчина из твоего окружения, — она скрестила руки и покосилась на него.       Доктор Лювин вернулся в комнату прежде, чем Джейме успел поддразнить ее вновь, и сообщил, что у нее действительно ангина, после чего выписал неразборчивый рецепт на некоторые антибиотики.       — Так, думаю, десяти дней вам хватит. После этого вы должны почувствовать себя лучше, но обязательно принимайте их до конца, иначе инфекция может вернуться, — Бриенна кивнула, забрав записку со слабой улыбкой.       Джейме подтолкнул ее локтем, когда они шли по коридору к выходу.       — Слышала, девка? Ты будешь в полном порядке задолго до выхода моей книги. А это означает, что ты все так же должна прийти, несмотря на все свои усилия.       Бриенна бросила на него сердитый взгляд: как за тычок, так и за то, что он снова поднял эту тему. По правде, он не мог представить отсутствие Бриенны там, даже несмотря на то, что она не была его редактором, когда он писал ту книгу. Порой сложно было вспомнить, что было время, когда Бриенны еще не было здесь; то, что было «раньше», когда он работал с Селми и ему удавалось создавать пригодный для печати материал.       — Да ладно тебе, девка. Там будет бесплатная выпивка, и не будет моей сестры. Что такого плохого может случиться?       Она просто покачала головой и направилась в сторону ближайшей аптеки, и он двинулся с ней в ногу, смеясь, и этот звук заставил его осознать, как сильно он скучал по ее голосу и ее смеху.       Пока Бриенна стояла в аптечной очереди за лекарством по рецепту, Джейме проскочил через магазин, захватив плюшевого медведя, державшего сердце с вышитой надписью «Выздоравливай!», и коробку ее любимых шоколадных конфет. Он заплатил на кассе впереди и, широко улыбаясь, с пакетом вернулся туда, где она стояла. Когда Бриенна с любопытством взглянула на пакет, он попросту пожал плечами, не желая прямо сейчас портить сюрприз.       Джейме потащил ее к остановке у аптеки, прежде чем она успела вернуться к себе домой, и рукой остановил очередное такси, проигнорировав ее гневные жесты руками, когда он затолкал ее на заднее сидение и сообщил водителю ее адрес.       — Может, перестанешь так упрямиться? Я не позволю тебе идти домой пешком в больном состоянии. Теперь успокойся.       Бриенна раздраженно выдохнула и откинулась на спинку заднего сидения, скрестив руки вокруг пакета с лекарствами, который лежал у нее на коленях. Джейме терпеливо дождался, пока ее глаза не закрылись, после чего просунул ей под руки медведя и положил коробку с конфетами рядом с ее ногой. Ее глаза распахнулись в удивлении, и Бриенна опустила взгляд на медведя, взяв его, чтобы осмотреть. Она вскинула бровь, посмотрев на Джейме, и он буквально услышал, как она спросила его, что, черт возьми, он творил, вручая ей плюшевого медвежонка.       — Ну, ты больна, если еще не заметила, — этим он заработал ледяной взгляд. — И поскольку мне, несомненно, будет запрещено оставаться с тобой, пока ты заразна, я подумал отправить своего представителя, чтобы присматривать за тобой. — Широким жестом он указал на крошечную мягкую игрушку. — Позволь представить тебе Медведя Барта.       Она закатила глаза, но уголки ее губ приподнялись, и она прижала Барта крепче к своему животу, затем указав на коробку конфет.       — Конечно же, я знаю, какие твои любимые шоколадные конфеты. За кого ты меня принимаешь? У тебя их целая банка на кухне, а вторая стоит на журнальном столике в гостиной.       Он был вознагражден одной из ее редких улыбок во весь рот. «Спасибо», — одними губами, беззвучно сказала она.       — Просто выздоравливай поскорее, девка. Нет никакой радости, когда ты молчишь.