Living Fiction

      Бриенна слонялась по квартире, с беспокойством ожидая, пока Тирион заедет за ней, чтобы навестить Джейме, когда услышала трель, исходившую из ее компьютера.       Эллария: ТЫ.       Бриенна: Я?       Эллария: Я даже не знаю, с чего начать.       Эллария: Ты в порядке? Ты не ранена?       Бриенна: Получила только синяк и ссадину. Со мной все хорошо.       Эллария: О ЧЕМ ТЫ ДУМАЛА       Бриенна: Скажу тебе честно, тогда я не особо думала.       Эллария: МНЕ ПЛЕВАТЬ НАСКОЛЬКО ОН ГОРЯЧ ИЛИ НАСКОЛЬКО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНО СТИМУЛИРУЮЩИЕ ЕГО РАЗГОВОРЫ БОЛЬШЕ НИКОГДА ТАК НЕ ДЕЛАЙ       Бриенна: Да, мамочка.       Эллария: Но признаю — зная, что ты выжила — то видео было горячим.       Бриенна: Какое видео?       Эллария: Запись камеры наблюдения с парковки. Ее по всем новостям крутят. Ты что, в пещере живешь?       Бриенна: О боги.       Эллария: Запись звонка в 911 тоже опубликовали.       Эллария: А еще Варис в шоу «Доброе утро, Вестерос» отстаивал теорию, что вы двое тайные любовники.       Эллария: Тейна Мерривезер — пресная сучка из «Вестерос сегодня» — считает, что у тебя к нему некая трагическая неразделенная любовь. Но она слабоумная идиотка. Вчера она призывала людей перестать вакцинировать своих детей прямо перед репортажем о пользе ботокса.       Бриенна: Ситуация выходит из-под контроля.       Эллария: Понимаю, что этот каламбур получился не специально, но тебе стоит быть осторожнее с Джейме. Кстати говоря, как он? Только что передавали, что он уже не в критическом состоянии.       Бриенна: Ему пришлось ампутировать два пальца на правой руке.       Эллария: Блять.       Бриенна: Вот именно.       Тирион приехал к Бриенне спустя час, как и обещал, чтобы отвезти ее в больницу навестить Джейме. У ее дома была целая толпа репортеров и фотографов, и они оба выдержали вспышки со всем возможным достоинством, бормоча «без комментариев» все время. Но когда он попытался затянуть ее в палату вместе с ним, она не уступила и осталась стоять.       — Нет, Тирион. Ты член его семьи и должен навестить его первым. Если он будет готов к этому, то я зайду к нему после тебя.       — А я тебе говорю, что ты ведешь себя смешно. Нет абсолютно никаких причин, почему ты не можешь зайти со мной.       Бриенна скрестила руки. Аргументированность была семейной чертой Ланнистеров?       — Ну что ж, думаю, хорошо, что я намного крупнее тебя и ты не сможешь силой затащить меня внутрь, верно?       Тирион закатил глаза и зашел в палату. Она прислонилась к стене коридора в ожидании.       Тирион вернулся спустя всего пять минут и выглядел изнуренным и расстроенным. Бриенна выпрямилась и спросила, все ли прошло хорошо.       — Он ведет себя как идиот. По всей видимости, наша милая сестра навестила его раньше, и все прошло не очень удачно. Похоже, он дуется. Или погряз в своих страданиях, — Тирион покачал головой и поднял на нее взгляд. — Может, ты сможешь выбить его из этого состояния — не буквально, конечно, он все еще в больничной койке. Но он всегда говорил, что ты никогда не позволяла ему оскорблять тебя. А еще ты фактически криптонит Серсеи.       Бриенна сомневалась в том, что понимала, что происходило, но она также была уверена, что вытерпела немало оскорблений от Джейме, иначе ее бы вообще не было на презентации книги. Она вздрогнула от этой мысли.       — Могу я попытаться?       — Это единственное, о чем я могу просить на данный момент, — пожал плечами Тирион.       Она вошла в палату и тихо закрыла за собой дверь. Джейме сидел в постели, хоть и с трудом, но она поняла, почему Тирион описал его страдающим. Свет был выключен, а жалюзи почти полностью закрыты.       — Ты планируешь устроить здесь спиритический сеанс или просто пытаешься лечь спать пораньше? — Ответом послужило только его раздраженное ворчание. Бриенна пробормотала: — Да, это нелепо, — и включила свет, надеясь, что хотя бы это заставит его сказать что-нибудь. Она не слышала его голоса с той его слабой попытки произнести ее имя на парковке, и этот сдавленный звук подпитывал ее ночные кошмары.       — Серьезно, девка? Тебе никто не говорил, что игнорировать желания инвалида — это грубо?       «Вот и оно».       — Инвалида?       — Да. Очевидно, я теперь инвалид и калека. Я сломленный человек. Я больше не мужчина.       — Потому что ты лишился двух пальцев?       — Да, девка. Самое время сыпать соль на рану.       Бриенна села на стул рядом с его кроватью и посмотрела ему в глаза. Горечь и немного злости. Она вполне могла с этим работать. По крайней мере, он хоть что-то чувствовал.       — Значит, ты просто собираешься дуться в своей палате в темноте, потому что потерял два пальца. Ты мог с легкостью потерять всю руку. Ты вообще мог умереть, если бы тебя умудрились ударить куда-нибудь еще. И ты собираешься сидеть здесь и вести себя так, будто у тебя ничего не осталось?       — Все не так просто, девка.       — Может быть. Знаешь ли ты, что я провела весь вчерашний вечер и сегодняшнее утро, пытаясь делать все без двух пальцев? Принимала душ, одевалась, ужинала и завтракала, мыла посуду, печатала электронное письмо Элларии. И я все это сделала. Я роняла тарелки в мойку пару раз, и мне потребовалась не одна попытка, чтобы завязать шнурки, но в целом все не так плохо. Если ты пройдешь курс физиотерапии…       — Не надо притворяться, будто ты знаешь, каково это, — его голос прозвучал грубо, как наждачная бумага. — Даже не смей.       — По крайней мере, я пытаюсь. Ты хоть раз подумал о своем брате? О том, кто бросил вчера все, чтобы приехать в больницу в ту же секунду, что я ему позвонила, когда вся твоя остальная семья даже не потрудилась явиться? Он провел всю свою жизнь — больше тридцати лет — в мире, который заточен не под него. Каждая пара брюк, которую он примеряет; каждая машина, которую он хочет водить; каждый гребаный стул, на который он хочет сесть — это все не предназначено для него. И каким-то образом ему удается каждый день просыпаться и продолжать жить, несмотря на то, что с ним жестоко обошлась судьба. — Она заметила, что Джейме захотел вмешаться, но подняла руку, останавливая его. — Нет. Я еще не закончила. Даже без этих двух пальцев у тебя все равно больше преимуществ, чем у большинства людей в этом мире. Ты автор бестселлеров, который располагает собственным состоянием и происходит из известной семьи. Ты и красивый, и умный, и прекрасный оратор, люди падают к твоим ногам, чтобы впечатлить тебя, и на той парковке не изменилось ровным счетом ничего из этого. У тебя до сих пор все это есть. И если ты собираешься сидеть здесь и вести себя так, будто твоя жизнь кончена, то значит, те отморозки победили.       Джейме выглядел ошеломленным от пыла в ее голосе, который был угрожающе мягким. Бриенна никогда не любила срываться на крик.       Она понизила голос до уровня, чуть менее угрожающего, чем рык.       — Я приду завтра снова, но, ей-богу, Джейме, если ты продолжишь вести себя так же, то я больше не вернусь. Не для того я сражалась с тремя головорезами, чтобы ты мог упиваться жалостью к себе, потому что ты больше не идеален. Я сделала это, чтобы ты мог жить.       Она покопалась в своей сумке и положила на тумбочку его телефон и Медведя Барта чуть более энергично, чем требовалось. И после этого Бриенна вышла, не оглядываясь.       Верная своему слову, Бриенна вернулась в больницу на следующий день. Она с облегчением увидела, что в палате Джейме горел свет, жалюзи были открыты, а сам он сидел ровно в постели, неуклюже играя с телефоном.       — Ну, сегодня ты определенно лучше выглядишь, — она прислонилась к дверному косяку.       Он посмотрел на нее с робкой ухмылкой.       — Все еще без двух пальцев, конечно. Но… ты была права.       — Как бы тебе не хотелось это признавать?       — Как бы мне не хотелось это признавать, — жестом он пригласил ее сесть на стул рядом с его кроватью. — Присаживайся. Мне кажется, я должен объясниться. Хоть ты наверняка все еще думаешь, что я вел себя глупо, но… в общем, неважно. Вчера меня приходила навещать Серсея, еще до вашего с Тирионом появления, и, полагаю, никто не рассказал ей о… — Джейме помахал в воздухе своей усердно перевязанной правой рукой; там, где должны быть его пальцы, была едва различимая пустота.       — Нет. Когда Тирион звонил вчера, она спросила… ну, она спросила, была ли угроза твоей жизни, и когда Тирион ответил, что нет, она сказала, что просто подождет. И, наверное, Тирион был достаточно раздражен, чтобы не сообщить ей новости, когда врач часами позже рассказал нам о твоей руке.       — Да, это было вполне очевидно. Она все лепетала: «Ой, мой дорогой братец, я так рада, что ты в порядке, а этих ужасных людей арестовали», — пока не увидела мою руку. И тогда она отшатнулась и потребовала объяснить, что, черт возьми, «это» такое. Отозвалась она не особо лестно, когда я сказал ей, что это были остатки моей правой руки.       — Я так понимаю, ключевыми словами являлись «инвалид» и «калека»?       — Она также сообщила мне, что теперь я перестал быть мужчиной, потому что я нуждался в том, чтобы ты меня спасла. Всегда неотразимая, очаровашка Серсея.       — Она действительно высказала тебе все это? Вслух? Пока ты лежал на больничной койке?       Джейме лишь приподнял бровь в ответ.       — Ладно, я понимаю, что твоя сестра не всегда… любезна с людьми, над которыми она чувствует свое превосходство, но она обычно добра к тебе.       — Но теперь она превосходит меня, девка. Потому что она все еще целая и совершенная, а я потерял пару частей.       — Но она твоя сестра… — Бриенна хотела продолжить это словами: «разве она не должна любить тебя в любом случае, даже если ты не идеальный, ведь так и поступают в семье», но потом вспомнила все, что она узнала о динамике отношений в семье Ланнистеров, и помотала головой. — А знаешь что — нет. Мне пора перестать считать, что нормальные человеческие реакции вообще распространяются на Ланнистеров. Конечно, она так бы и отреагировала. Неужели Тирион — единственный эмоционально полноценный Ланнистер, или есть еще парочка, которая скрывается в дальних ветвях вашего генеалогического древа?       В глазах Джейме промелькнули знакомые дразнящие искры.       — Ты намекаешь на то, что я эмоционально неполноценный?       Бриенна только изогнула бровь и одними губами произнесла: «Серсея?»       — Хорошо, девка, думаю, тут все-таки есть еще я.       Когда ее телефон зазвонил несколькими часами позже, Бриенна удивилась, услышав голос Джейме на другом конце линии.       — Я ушла почти три часа назад, ты не можешь так долго обходиться без меня?       С его стороны последовала длительная пауза.       — Я понял, что до сих пор даже не поблагодарил тебя. За то, что ты спасла меня. И это наверняка показалось невероятно грубым, но вообще я… ну, я почти ничего не мог вспомнить из того, что произошло, и я даже не знал, что ты была там, пока ты не опустилась на колени рядом со мной. Поэтому я не осознавал, что ты… По новостям показали записи с камер видеонаблюдения с парковки, и ты…       Ей было тяжело слышать, как он с трудом подбирал слова, которые обычно так легко срывались с его губ.       — Все в порядке, Джейме. Я поняла.       Она могла расслышать его расстройство, представить, как он жестикулирует, пока говорит.       — Нет, это не так. Не ищи мне оправданий, когда я их даже не заслуживаю. Ты могла серьезно пострадать. Честно говоря, чудо, что этого не произошло. Ты что, какой-то тайный ниндзя?       — Нет, я просто удивительно хорошо умею размахивать предметами. Все накопленные ярость и недовольство пришлись кстати, я думаю.       — Хватит. Прекрати вести себя так, словно это не имеет значения. Никто бы никогда не сделал это ради меня. И я понимаю это, даже если ты — нет. Поэтому спасибо.       — Всегда пожалуйста. Просто постарайся сделать так, чтобы это не вошло в привычку, хорошо?       Она услышала слабый смешок на другом конце.       — Будет сделано. Спокойной ночи, Бриенна.       — Спокойной ночи, Джейме.