Чан-оппа, Чонин-оппа и идиоты

-Скоро крупные соревнования в соседнем университете, — тренер зашёл в раздевалку, хлопая дверцой шкафчика для подкрепления своих слов. — Ты должен в них участвовать. -Нет, — просто ответил Чан, даже не смотря в сторону собеседника. Он знал, что этот ответ тренера 100% разозлит. -Да сколько можно уже?! Ты пришёл в этот клуб, и ты в нём лучший, а от любых соревнований отмазываешься, как принцесса-недотрога! Уйди отсюда и не занимай место потенциально хорошего пловца. -Вы не позволите мне уйти, — парень закинул рюкзак на плечо и кинул тяжёлый взгляд на тренера. — На мне ваш клуб и держится. Чан уже собрался было уйти, но мужчина навис над ним скалой. -Команда соседнего университета едет после соревнований куда-то наподобие горячих источников. И ты едешь с ними. Мне не важно, хочешь ты или нет. Ты едешь с ними и там тренируешься до последнего вдоха, пока остальные будут отдыхать. Разговор окончен. Тренер впервые был так серьёзен и непреклонен, поэтому Чан мудро решил не спорить. -Вам виднее.

/////

Чан кинул свою сумку на свободную кровать в углу, с грустью осматривая полный бардак в жилой комнате. То, куда его отправили, не было похоже на горячие источники. Просто гигантская вилла в лесу с озером рядом, в 50 км от которой, так уж и быть, находились эти самые источники. Бан пока не видел университетскую команду, которая приехала днём ранее, зато прекрасно слышал. Они все находились у бассейна, голося наперебой и изредка падая в воду, ибо день сегодня выдался на редкость жаркий. Контактировать с ними Чану пока не хотелось. Не потому, что находил их недостойными, как считали все, кто когда-либо видел Чана, а потому, что просто не умел общаться. Вообще. В связи с этим, парень решил сходить посмотреть на озеро. Слава Богу, задний выход из виллы находился вне зоны видимости университетской команды, поэтому Бан спокойно вышел, наслаждаясь тенистым лесом. Над самим озером обнаружилось дерево, росшее буквально параллельно воде. Забравшись на него, он расслабился, прикрывая глаза. Впервые за день, кстати. -Хэй, привет! — резко сев при звуке чужого голоса, Чан обнаружил на берегу парня с бордовыми волосами. — Ты Бан Чан, да? -Привет, да. -Ух ты, знаменитость, — усмехнулся незнакомец, садясь прямо на землю. — Я видел, как ты заходил в дом. Остальные не видели, не волнуйся. Меня зовут Ян Чонин. Чан смог придумать в ответ только кивок. Разговоры явно созданы не для него. -Пошли, покажем парням, что ты приехал, а потом можешь дальше рисковать сухостью своей одежды на этом дереве. А то Уджин-хён переживает за твою сохранность. Дом-то тут, конечно, роскошный, но дороги не лучшие. Немного помедлив, Бан всё же слез, хмуро разглядывал тропинку к вилле. -Сам дойдёшь или за руку взять, чтобы не сбежал? -Сам. -Хорошо, вперёд. Но Чан снова затупил, на что Чонин вздохнул и, уперевшись ему руками в спину, повёл к вилле. -Смотрите, кого нашёл. Взору Бана открылся бассейн, около которого тусовались семеро парней. Все, как один, тут же повернулись к источнику звука. -О-о-о! Здрасьте, Чан-хён! Чан помахал парням рукой и уже действительно думал сбежать, ибо очень уж много изучающих взглядов на квадратный метр. Но Чонин оперативно схватил его за руку. -Погоди ещё минутку, — Ян удостоверился, что Чан внимательно его слушает, и в темпе пулемётной очереди ткнул в каждого парня. — Сынмин, Минхо, Уджин, Чанбин, Джисон, Феликс и Хёнджин. Всё, иди кукуй на своём дереве. Бан уже почти воспользовался предложением, когда его окликнули звонким весёлым голосом из бассейна: -Бессердечный слишком занят чисткой короны, чтобы остаться с нами? В ушах у парня тут же начался противный громкий звон, а всё тело напряглось, будто готовясь к удару. -Класс, Хёнджин, и зачем? -Нет, ну, а что? Пусть посидит с нами, подружимся, узнаем, чем именно так знаменита наша локальная звёздочка. К возникающему парню подплыл другой, в которого Чонин ранее ткнул словом «Феликс», и с милой ангельской улыбкой на лице затащил Хёнджина под воду. -Забей, у него самодиагностированный нами синдром дефицита всеобщего внимания. -Да, — Чан заставил себя развернуться и сесть на один из шезлонгов рядом с парнем, который выглядел самым безопасным и которого звали Уджин. — Конечно. -О, ты остался! — всё же преодолел поверхностное натяжение воды Хёнджин. — Бомбически. Будешь сидеть и зло нас всех осуждать. -Так, ну всё, — Уджин подорвался с места, ловко вытаскивая парня из бассейна и уволакивая за виллу. — Мы поговорим и назад. -У-у-у, покойся с миром, Хван Хёнджин. -Bye-bye, boy, — помахал ручкой Феликс, усаживаясь на бортик. -Ты из Австралии? — тихо спросил у него Чан. -Да! Откуда узнал? -Your accent, я тоже оттуда. -Ух ты, правда?! — Феликс моментально прискакал к шезлонгу, восхищённо плюхаясь сантиметрах в десяти от Бана. — Я из Сиднея. -Я тоже. -Улёт! А давно ты в Корее? -С 15 лет. -А я только три года назад приехал, чтобы в универ поступить. А, кстати, почему Хёнджин назвал тебя Бессердечным? -Хэй, Бессердечный! — тут же нарисовался на горизонте этот самый Хёнджин. -А можно по имени? — безнадёжно прошептал Чан. -Я хочу с тобой посоревноваться, чтобы узнать, насколько правдива легенда о тебе и твоих победах. Отказы не принимаются. Не захочешь — заста… -Ладно, давай посоревнуемся, я не особо против. Хёнджин секунду грузился, а потом грохнулся в бассейн, обдавая брызгами Джисона, Минхо и немного Чонина. Чан же залез в воду поспокойнее, не снимая ни майки, ни шорт. -Пловец, который не снимает одежду? Интересно. -Я пловец, а не ню-модель, моё дело ручками грести, а не раздеваться всем на радость. Хван фыркнул и убрал с глаз волосы, прислоняясь спиной к кафельному бортику. -Давай туда и обратно вольным стилем. -Хорошо. -Джисон, ты будешь мониторить результат. И можно нам обратный отсчёт, пожалуйста. -На старт. Внимание. Марш! Оба парня сорвались с места, а все, кто были на суше, восхищённо загалдели, потому что Чан оказался действительно невероятно техничным и красивым в воде. Чёткие отточенные движения, ритмичное дыхание и мощные гребки. Спору нет, Хёнджин тоже прекрасный пловец, но не зря же Чана считают знаменитостью. -О Господи, хочу уметь, как он, — восхищённо выдохнул Джисон, медленно болтая ногами в воде. -Мне бы такую дыхалку, — капризно прохныкал Чонин, у которого маленький объём лёгких реально был проблемой. Тем временем Чан уже завершил дистанцию с отрывом от Хёнджина в целых две секунды. -Ну, результат… — начал Джисон. -Не надо, я всё понял, — тяжело дышал Хван, сверля потерявшим смысл жизни взглядом бортик перед собой. -Я хорошо плаваю, потому что очень долго сквозь кровь, пот и слёзы тренировался. Титулом звезды я не просил меня награждать, я ни разу им не горжусь и не считаю чем-то особенным, — Бан вылез из бассейна, придерживая майку так, чтобы она не липла к телу. — Называй Бессердечным сколько влезет, но не обесценивай мой труд. Напряжённую тишину прервал громкий звонок, из-за которого Чан в один прыжок метнулся к шезлонгу и подключил гарнитуру, чтобы не трогать гаджет мокрыми руками. -Алло, здравствуйте, — парень попытался отойти, чтобы не было слышно его разговора, но, преодолев два метра, замер, направляя все силы на твёрдый голос и продуманную речь. — Извините, меня не будет на месте около недели, я буду работать удалённо. Да, пришлите мне материалы, к вечеру я всё сделаю и перешлю начальнику отдела на почту. Да, хорошо, до свидания. Не оборачиваясь на парней, чтобы не видеть их реакцию, Чан схватил свой телефон с шезлонга и, проскочив мимо Чонина и Уджина, быстрым шагом ушёл в виллу. Он просидел на чердаке с ноутбуком весь день безвылазно. Изначально, Чан просто понадеялся, что заполз в максимально дальний и тёмный угол, чтобы его не достали, поэтому и залез на чердак. Он, почему-то, сам испугался того, что парни могут узнать, что он уже работает на четвёртом-то курсе. Один раз приходил Чонин. По появившемуся облегчению в глазах, Чан понял, что младший достаточно долго его искал. Слишком устав даже для слов, Бан просто покачал головой, надеясь, что Ян его поймёт. -Не зарабатывайся, ладно? — улыбнулся Чонин, сразу же исчезая из поля зрения. По тому, что в течение дня никто больше не пришёл, Чан сделал вывод, что Чонин никому не рассказал о его местоположении. Отправил результаты своей работы Бан около девяти вечера, слипающимися глазами разглядывая экран и пытаясь поймать в фокус клавиатуру. Едва нажав на кнопку «отправить», Чан заснул, свернувшись калачиком на холодном деревянном полу. Первое, что Бан почувствовал, когда проснулся — боль во всём теле от ночи на жёсткой поверхности. Кое-как сев, он проморгался и заметил белый листок бумаги. «Я тебе, конечно, не мать, но спать на полу — ну такое. Мы сделали завтрак, твоя порция в холодильнике. Предупреждаю: готовить мы не умеем :)» Чан слабо улыбнулся, разглядывая аккуратный почерк. Чонин явно не писал, чтобы просто уведомить, а старался, наверняка не один лист выкинул. Подхватив ноутбук с пола, парень сполз с чердака, облегчённо выдыхая, когда оказалось, что в поле зрения никого нет. Университетская команда полным составом обнаружилась в жилой комнате. Джисон, Хёнджин и Сынмин с лютыми орами и комментариями смотрели, как Феликс играет во что-то на приставке, Минхо и Чанбин смотрели телевизор, Уджин читал книгу, а Чонин просто валялся на ковре. -О, привет, Чан-хён, мы тебя потеряли, — не отвлекаясь от игры, сообщил Феликс. -Вот, я нашёлся. -А где ты был? -Не важно, главное, что ты знаешь, где я сейчас. Чан аккуратно достал из так и не убранной сумки майку, шорты и кроссовки, а затем также аккуратно убрал её под кровать, извлекая оттуда взамен две чужих футболки. -Синяя Феликса, его кровать верхняя левая у окна, а оранжевая Минхо-хёна, его кровать нижняя справа вторая от окна, — уведомил с пола Чонин, тыкая в нужные стороны. Бан чисто механически сложил футболки и осторожно положил их на кровати парней. Он привык всё складывать и раскладывать по местам, так что даже не замечал своих действий и не находил в них ничего такого, пока не заметил на себе взгляды всех приставников и Минхо. -Я просто люблю порядок, — рассеянно пояснил Чан. — Автоматически что-то прибираю, извините. -Да не извиняйся, ты же убираешься, а не на стенах рисуешь. Бан секунду постоял на месте и, захватив свои майку и шорты, ушёл в ванную переодеваться. -А ты куда в такую жару? — уточнил Уджин, когда Чан вернулся и начал надевать кроссовки. -Куда я могу собраться в спортивной форме? -Бог тебя знает, в прошлый раз ты в мокрой одежде ушёл неизвестно куда до утра. -В этот раз я не до утра, а часа на три максимум. -Ой, через три часа начнётся весёлое кулинарное шоу! — ожил Джисон. — На завтрак мы сожгли сковородку. -Как вы её сожгли? -Ну, к ней пригорело всё. -Возьмите салфетку, положите в эту сковородку и залейте смесью воды и средства для мытья посуды. Дайте отмокнуть полчаса и помойте, — Чан потянулся и двинулся к выходу из комнаты. — Должно помочь. А вообще, чтобы не пригорало, надо масла больше лить и ворон не считать. -Да там хоть залейся этим маслом — всё равно пригорит, — фыркнул Хёнджин. -Тогда не жарьте, а сделайте в мультиварке, там хоть убейся — не пригорит. Хёнджин с Джисоном ещё открыли рот, чтобы что-то сказать, но Чан их прервал. -Так, я тут с вами говорить до завтра могу, так что за три часа найдите в Интернете еду, которую хотели бы съесть и которую возможно приготовить по продуктам, а дальше я приду, и разберёмся. На этих словах старший ушёл. Не найдя ничего лучше, Чан пришёл к озеру, пытаясь морально подготовиться к предстоящей тренировке. Хоть его и никто не мониторит, он будет выкладываться на все 110. Такой уж он человек, не умеет отлынивать чисто психологически. Глубоко вздохнув, парень начал свою тренировку. Пришёл в себя он на берегу всё того же озера, осознавая, что, во-первых, встать он сможет только с Божьей помощью, а во-вторых, что тренировку пора заканчивать. Кое-как придвинув к себе руку, Чан отметил, что прошло два с половиной часа, и уже пора возвращаться, поэтому Бан направил всю оставшуюся энергию в организме на то, чтобы дойти до своей постели в жилой комнате. -Боже мой, ты в порядке?! — воскликнул Уджин, едва Чан свалился на кровать, закрывая глаза и чуть не воя от боли в мышцах. -Да-да, всё нормально. Не вставая, Бан вытащил из-под кровати свою сумку и, запасшись очередной сменной одеждой, пополз в душ. -Ты говорил нам выбрать еду, — весело сообщил Джисон, когда Чан вернулся. -Да, говорил. Вы выбрали? -Ага! -Покажи. Хан сел рядом со старшим на кровать, демонстрируя экран телефона. -Ладно, хорошо, — подытожил Чан, прочитав весь рецепт. — Вы сковородку отмыли? -Сияет и пахнет лавандой. -Волшебно. Пойдёте готовить? -Пойдём! Парни, пошли жечь кухню! -Только попробуйте что-то сжечь. Идите доставайте и мойте продукты. Всех тут же сдуло вниз на кухню. Чан двигаться так молниеносно не мог, поэтому со скрипом встал с кровати и на нетвёрдых ногах, опираясь на стенку, пошёл к лестнице. -Куда ж ты в пределах территории виллы ушёл, что в итоге ходить не можешь? — раздался голос Чонина, обладателя которого Бан ранее не заметил. -Да не особо важно, просто… -Было самонадеянно думать, что ты расскажешь. Хорошо, просто пошли готовить. Ян встал с кровати и улыбнулся, касаясь плеча хёна по пути к остальным парням. -Я тренировался, — внезапно даже для самого себя выпалил Чан. — Если вы приехали сюда отдыхать, то я тут в наказание, тренер отправил меня сюда помирать. Вот тебе и весь ответ. Чонин застыл на ходу, анализируя речь и пытаясь придумать ответ. Когда снизу раздался грохот кастрюли, младший всё же ожил. -Я буду тренироваться с тобой. Мне не помешает дыхалку развить, а тебе не помешает компания. Всё, поотговариваешь меня потом, сейчас надо на кухню, а то они реально дом сожгут, потом не расплатимся. Под прекрасным руководством Чана, который метался по кухне, ловил сковородки, которые ронял Чанбин, и периодически отнимал у макнэ-лайн нож, еда была приготовлена, ничего ни к чему не пригорело и даже оказалось очень вкусно. -Хён, ты что Бог? Это нереально вкусно, — громко восторгалась половина университетской команды, в состав которой, кстати, входил Хёнджин. -Да нет, просто почти всю жизнь живу один. Тут хочешь не хочешь — научишься готовить. -Это гениально, честное слово, ресторан на дому. Чан закончил мыть задействованную в процессе готовки посуду и взялся за свою порцию, не садясь со всеми, а опираясь на кухонный стол и улыбаясь комплиментам, но привычно пытаясь скрыть улыбку. -Еда ужасно вкусная, но становится ещё вкуснее, когда ты улыбаешься, — шепнул Чонин, подходя к раковине и моя за собой тарелку. -А ты смелый, — ответил Чан с тихим смехом, отставляя свою еду. -Это ты на меня так влияешь. -Ну что, Чонин, едва-едва 20 лет, а уже с богатыми четверокурсниками флиртуем? — бодро прокомментировал Сынмин. -Флиртовать, Сынмин-а, я ещё даже не начал. -А когда начнёшь — мир взорвётся? -Однажды мы это узнаем. -И судя по всему, в течение недели. Чан-хён, ты встречаешься с кем-нибудь? -Нет, ни с кем. От стола тут же раздалось громогласное улюлюканье семи человек, а Чан усмехнулся, обхватывая себя руками. Внезапно, он будто бы что-то осознал и прикрыл пальцами губы, с проявляющимся страхом в глазах. -Чан? Бан быстро развернулся и осмотрел себя в зеркальной дверце микроволновки. В процессе этого движения, стоящий рядом Чонин заметил, что губы у старшего синеют. -Сука, — выдохнул Чан, снова закрывая нижнюю часть лица. — Я на секунду и назад. После этих слов он тут же ушёл. -Как же он обожает сваливать куда-то вообще без объяснений, — вздохнул Минхо. — Ну ладно, его жизнь, если он знает, что делает, то и хер с ним. -Очень мудрая мысль. -Точно. Чан вернулся через две минуты, когда все, как в лагере, выстроились в раковине, чтобы помыть посуду. Его губы уже почти нормализовали цвет, а во взгляде была сущая невинность, не предполагающая вопросов и делающая вид, что никто ничего не видел. -Есть предложения по тому, чем заняться? — спросил Хёнджин. — На улицу не сунешься, а дома уже и телевизор посмотрели, и в игры поиграли. -Не знаю, у меня обычно со свободным временем не очень. А если оно и есть, то я чаще всего хоряги для дыхалки учу. Бан даже предложение закончить не успел, когда на него налетел Феликс, поваливший бы старшего на пол, если бы тот не уцепился за стол. -Вот это ты сейчас, возможно, зря сказал. Ликс у нас общепризнанный король кейпоп-хореографии, теперь он от тебя не отстанет. -Ну ладно, хорошо. Феликс, чего ты от меня хочешь? -Ты не можешь быть идеальным во всём, я должен шарить в хорягах лучше тебя! -Внятным языком скажи, ты соревнование хочешь устроить? -Да! -Ну так давай! -Откладывайте миски, тут бой века, — громко объявил Ли, утаскивая Чана в гостиную. — И побыстрее! -Будем ставки ставить? — возник Чанбин, вместе со всеми смотря туда, куда только что упёрли парни. -Чан, можно нам ставки ставить?! — крикнул Чонин. -Ну можно, — глухо отозвались из глубин виллы. -По 5000 вон, — установил правила Минхо, и все тут же сорвались на место предстоящей битвы. -Выбирай песню, Ликс. Только то, где передвижений поменьше, а то тут не развернуться. -KARD — Boom Boom. -Ладно, чья партия? -Моя — партия Мэттью, Тэхён твой. -Хорошо. -Включите музыку. -Все всё поставили? — осведомился, видимо, главный по ставкам Минхо. — Итак, погнали. Оказалось, блин, что Чан действительно идеален во всём, а пятеро парней отдали свои деньги Чонину и Уджину, потому что в одном из резких движений Феликс оступился. -Каждому по 12,500, — рассудил Чонин, отдавая Уджину его честно выигранные. -Ещё что-нибудь? — спросил Чан у своего соперника, тяжело дыша. -Да. Мужскую хорягу каждый может, А ТЫ ДАВАЙ ЖЕНСКУЮ! -Ладно, давай женскую. -Mamamoo — gogobebe. -По 10000 вон, — повысил ставку Минхо. — Включайте. В этот раз каждый остался при своих деньгах, а Феликс с Чаном легли на пол друг рядом с другом. -Чонин-а, извини, конечно, но он реально идеален, отдай мне его. -Херушки, — отозвался Ян, шутливо пиная Ликса в бок. -А вы так прекрасно меня без меня делите. -Ну так ты вмешайся, если что-то не так. -Да делайте, что хотите. Я пополз в бассейн, наслаждайтесь обществом Феликса и выигранных денег. Вставать Бан не стал, серьёзно просто на руках пополз к выходу. Через минуты две после того, как он скрылся из вида, раздался громкий всплеск. -Я к нему, — сообщил Ликс. — Тут слишком жарко. -Да, пожалуй, да. В итоге в бассейне оказались все, а Чан выполз на бортик, болтая ногами в воде и опять оттягивая майку. -Научи меня правильно дышать в воде, — попросил Чонин, подплывая к старшему. -Не могу, Чонин-а, ты и без меня умеешь, если говорить про технику. А лёгкие надо просто…разрабатывать. Задерживать дыхание под водой как можно дольше, правильно дышать в тренажёрке или практиковаться на тех же хореографиях. Тут ты сам себе господин. С нынешними умениями ты действительно не выиграешь, прости, но… -Да, я знаю. У нас через две недели соревы. Спорим, я займу первое место? -Прям в общем зачёте? -В общем. -На что? -Если я займу первое место в общем зачёте — ты займёшь место моего парня. Чан замолчал, вглядываясь в воду и покачивая головой в такт какому-то своему ритму. -Хорошо. Я согласен. -Я по-прежнему претендую на то, чтобы с тобой тренироваться. -Чонин-а, это сложно даже для меня, ты видел. -Да, я видел. И всё ещё хочу тренироваться с тобой. И вот как бы есть ли смысл меня отговаривать? -По-прежнему есть. Вы отдыхать приехали, а лёгкие можно разрабатывать, не вставая с дивана. -Я понял, ты так вечно можешь. Я буду брать нагрузки меньше твоих. Всё, хватит занудствовать, давай плавать. Младший совершенно безапелляционно дёрнул Чана за руки в воду, сразу же уплывая в другой угол бассейна, чтобы ему не попытались отомстить. Впрочем, это мало помогло, Бан нагнал его ещё на середине пути, дёргая вниз за ногу. -Так нечестно! Со спины нечестно! -В этой игре нет правил, — тут же прохрипели над ухом, надавливая ещё и на спину. — Сам начал — сам попался. Утопить себя во второй раз Чан не дал, ныряя под воду, выныривая уже на другом конце бассейна и выбираясь на берег. -Утаскивай в водные пучины того, кто весит полегче, Чонин-а, — посоветовал он по пути в виллу. — Или Уджина, он добрый и поддастся. -Так, слыш, насмехается он там надо мной, а ну стоять! Бан рассмеялся и благосклонно застыл на месте, наблюдая, как Чонин со второго раза вываливается на сушу и встаёт, скользя на кафельной плитке. Когда до цели оставался метр, Ян всё же подскользнулся, но, слава Богу, на быстроту реакции Чан никогда не жаловался, поэтому достичь земли младшему не удалось. -Итак, ты, наконец, дошёл, чтобы меня убить. Я весь твой, вперёд. -Сложно тебя убивать, когда ты меня держишь. -А отпущу — упадёшь. Пошли на крыльцо, оно деревянное, на нём не подскользнёшься. До крыльца-то они, конечно, дошли, а вот дальше Чан с крайне весёлым выражением лица убежал в дом. -Скотина! — крикнул ему вдогонку Чонин. -Вот это драма, — прокомментировал из бассейна Джисон. — Зачем телевизор, если есть ты? -Ой, сиди и не завидуй, — огрызнулся Ян. -Сижу и не завидую, — подтвердил Хан, смешно надувая губы. Закатив глаза напоследок, Чонин тоже скрылся в вилле.

/////

-Чан, поехали с нами на источники! -Ну ты меня уламываешь уже час, зачем я вам там нужен? -Что за тупейший вопрос? Зачем люди ездят на источники, затем и нужен. Пропустишь один поход в зал — не сдохнешь. Потом наверстаешь. -Чонин. -А ты Чан, приятно познакомиться. -Я там даже снимать одежду не буду, так смысл? -Посидишь, ножками в воде поболтаешь, как обычно. Не препирайся, я на каждую твою отговорку аргумент найду. Я третий год дружу с Джисоном, я мастер в спорах. -Уджин, помоги! — Чан явно отчаялся. -Я бы с радостью, честно, — отозвался из своего угла Ким, — но Чонин меня нахрен в асфальт закатает, так что лучше просто тихонько согласись. Тебе в данной ситуации никто из нас не поможет, самоубийц нет. -Звучит очень жестоко. -Прости. -Чан! — крикнул Чонин уже на ухо, забираясь к старшему на кровать. -Не ори так! -Поехали. -Да в кого ты такой вымогатель? -Поехали. -Чонин, перестань. -Поехали. -С пятилеткой проще конструктивный диалог вести. -Поехали. -… -Поехали. Чан с несчастным видом улёгся на всё ту же кровать и прикрыл голову руками. Пролежав так с минуту под взглядом так и не слезшего Чонина, он выдавил глухое: -Ладно, поеду. Ян счастливо улыбнулся и обнял Бана, сразу же после этого вскакивая на ноги и грохаясь на кресло где-то в другом конце комнаты. -Так и знал, что ты согласишься! Чан не ответил, да и не двинулся даже. К нему подошёл Уджин, что-то тихо спросил, возможно, получил ответ, но, по крайней мере, успокоился и сел обратно. -Поздравляю, Чонин-а, ты его убил. -Передай ему на языке трупов, что смерть не является отмазкой от поездки. Передавать Ким ничего не стал, а просто фыркнул. -Так тоже нормально. Не двигался и не реагировал на мир Бан, кстати, до самого отъезда, а это часа два. -Вот, смотри, и ничего тут страшного, — вещал Ян, за руку таща Чана ко входу. -Да не боюсь я их! Просто предчувствие нехорошее. -Да мало ли какое предчувствие, у Чанбин-хёна, вон, вся жизнь — нехорошее предчувствие. И ничего, живой вроде. -Вроде, — эхом отозвался Чанбин. -Вот видишь, даже на своё имя до сих пор реагирует! -Всё, Чонин, останови тираду, я уже всё равно сбежать никуда не смогу. -Почему-то я тебе не верю. Сейчас возьму и заставлю тебя с нами в раздевалку идти. -Я постою с другой стороны двери, спасибо за приглашение. -Тогда жди. Университетская команда полным составом ушла переодеваться, оставляя Чана у входа. Тот поправил рубашку и задумался о том, когда вообще успел стать чуть ли не щенком, которого у магазина привязывают, пока хозяин покупает продукты. От этой мысли он даже растерялся, если не расстроился. -Всё, идём, — высунулся из раздевалки Хёнджин. — Кроме нас тут никого, не парься. Бан рассеянно кивнул и пошёл вслед за всеми через раздевалку к воде. Кроме их компании действительно никого не было, ибо никто вменяемый не попрётся к чёрту на рога на не самые лучшие источники ещё и в десять часов вечера. -Уверен, что не хочешь с нами? — тихо уточнил Чанбин. — Ну, в смысле… -Нет, просто посижу рядом. Всё в порядке, Чанбин, не думай, что я обделён или что-то типа того. -Хорошо. Младшие уже залезли в воду и брызгались друг в друга, попутно рассматривая заламинированное здешнее меню напитков. Немного на них поругавшись, туда же залезли Минхо с Чанбином. -Я с тобой посижу, ты не против? — Уджин подсел к Чану на бортик, опуская ноги в воду. -Посиди, конечно, но со мной скучно. -Не думаю, ты просто молчаливый. А если я вот к ним полезу — меня либо утопят, либо…даже предполагать боюсь. -Да, примерно представляю, — улыбнулся Чан. -Ёб твою мать, Джисон, отвали от меня! — вскрикнул Минхо, символизируя собой всю ситуацию, о которой говорил Ким. Старшие одновременно шарахнулись назад, чтобы их не снесло Хёнджином, который являлся участником спора о том, кто пойдёт за напитками. -Давайте я схожу? — предложил Чан, вылавливая из воды несчастную барную карту. — А то кто-нибудь из вас обязательно или разобьёт, или разобьётся. Все в один голос сначала возмутились, а потом высказали свои заказы. -А теперь в порядке очереди, а то принесу всем апельсиновый сок, и делайте, что хотите. Через минут 20 Бан притащил поднос со всеми напитками, ставя его в полуметре от воды и тут же хватая с него своё вино. -Один старший пьёт милкшейк, а второй пьёт вино, весёлый вечер, — прокомментировал Чонин. -А как вас трезвым воспринимать? Сам посмотри: Джисон, вон, до сих пор толкает Минхо, хоть и видит, что у него в руках адски горячий кофе. Сразу же после этих слов Хан встрепенулся и оттолкнулся от Минхо вообще в другой конец бассейна. Однако силы он не рассчитал, и Ли рухнул в воду, естественно, проливая свой кофе. -Боже, прости, хён, я куплю тебе новый! -Да хер с ним с кофе, перед Чан-хёном извинись! Джисон перевёл взгляд на Бана и вскрикнул, в момент оказываясь возле него. Чан согнулся пополам и тяжело дышал сквозь зубы, держась на рубашку, куда и попал «адски горячий кофе». -Чан-хён, прости, прости! Чёрт, очень больно?! -У меня есть мазь от ожогов! — выскочил на сушу Феликс, уносясь в раздевалку. -Прости, хён… — Джисон уже почти плакал, разглядывая пятно на розовой рубашке старшего. -Спокойно, я же не умираю, — выдавил Чан, медленно выпрямляясь и выдыхая. — Не плачь, Джисон, сходи Минхо за новым кофе. Всё в порядке. Всхлипнув и утерев слёзы, Хан вылез из воды и ушёл к бару. -Вот! Мазь! — прилетел обратно Феликс, отдавая тюбик Чану. Тот попытался его открыть, но руки тряслись, поэтому ничего не удалось, и мазь выпала. Со дна её выловил Чонин, открывая и выдавливая на пальцы. -Сам ты не сможешь, расстёгивай рубашку, я помогу, — Чан тут же попытался возразить, но Ян его перебил. — Мне всё равно, какие у тебя там загоны, чем больше ты тянешь, тем тебе больнее. Если тебе похуй, то нам нет. Бан опустил взгляд и медленно начал расстёгивать пуговицу за пуговицей, не решаясь распахивать рубашку. Резко выдохнув, он оголил торс, закрывая рукой что-то на груди. Ожогу это почти не мешало, поэтому Чонин сосредоточенно принялся наносить мазь. -Убери руку. Чан не двинулся, дрожа всем телом, но Ян уже психанул и самостоятельно буквально отодрал руку старшего, открывая вид на длинный яркий шрам. После этого Бан тут же вывернулся и убежал, оставляя парней наедине со своим глубочайшим шоком. Чонин нашёл Чана на чердаке виллы, даже не сразу заметив его в тёмном углу за какими-то коробками. Старший весь сжался и забился ещё дальше, как испуганный котёнок. -Мы все перепугались. Джисон с Хёнджином даже плакали. Я бы тоже плакал, честно говоря, не знаю, почему сдержался, — Ян подсел к Чану, не зная, как выразить поддержку. — Не знаю, из-за чего этот шрам, но теперь мне втройне стыдно за своё поведение. И не только за своё. Мне очень жаль. Старший сдавленно всхлипнул и упёрся лбом Чонину в плечо, крепче охватывая себя руками. -Ты перестал участвовать в соревнованиях из-за этого шрама? И после одних из них тебя начали называть Бессердечным, поэтому ты начал бояться как-либо его показывать, чтобы тебя не загнобили? Чан кое-как кивнул. -Мы не будем тебя гнобить. Будь у тебя хоть проблемы с сердцем, хоть третья рука. Ты правда прекрасный, не считай свои проблемы чем-то, что тебя уродует. Ян запустил пальцы в чужие белые кудряшки, обнимая другой рукой парня за плечи. Он правда не знал, как успокоить Чана, терялся при каждом его всхлипе и сам-то едва держался от слёз. Так странно, когда у такого сильного и строгого к себе человека, как Чан, есть такой огромный эмоциональный багаж и такие болезненные вещи, с которыми он смиряется каждый день по-новой. -Это ведь так тупо, — прошептал Бан. — У меня ведь не ног нет или что-то типа того. Просто не своё сердце. Не забыл раз в день таблетку выпить — и делай, что хочешь. Есть люди, которым живётся хуже. -А если забудешь таблетку — сердце остановится. Я же видел твои губы, тут каждый день — риск. Не преуменьшай свои проблемы, особенно если это проблемы со здоровьем. Феликс, вон, постоянно трагедию устраивает, когда ему на кеды случайно наступают, вот он может так говорить. А ты не можешь. Твои проблемы важны, не надо скрывать их и бояться настолько, чтобы ловить нервные срывы. Уж они-то на сердце явно не положительно влияют. Так что давай успокоимся, пойдём разворуем холодильник и завалимся на диван смотреть мультики. -Там все… -Все спят, я бы не предложил тебе пойти вниз, если бы знал, что тебе там будет некомфортно. -Тогда мы должны быть тише. Чонин улыбнулся и за руку утянул Чана к выходу, чувствуя тепло от широкой ладони старшего. Утром парни вместе выползли на грохот посуды и шутливые переругивания. -Боже мой, вы хлопья на завтрак вообще не принимаете, да? — сонно осведомился Чан, пытаясь привести свои кудряшки в порядок. -Мы как-то на неделю разругались из-за того, что часть нас сначала наливает молоко, а часть сначала насыпает хлопья, — бодро оповестил Сынмин. — Так что, видимо, нет. -А вменяемая часть есть? -Неа, тогда не было. -Эх, Уджин, ты предал меня. -Ну, а что я сделаю, если наливать сначала молоко — извращение? -Надо быть терпимее. Минхо, отойди от плиты на шаг, а то одно движение — и ты свернёшь кастрюлю. Ли тут же застыл, а потом медленно отшагнул от плиты. -Я схожу наверх, — вздохнул Бан, наблюдая, как Минхо с Чанбином в четыре руки поправляют несчастную кастрюлю. — Чонин, этот дурдом под твою ответственность. -Там наверху Джисон с Хёнджином, вот, — уведомил Феликс, несмело опуская глаза в стол. -Хорошо, я понял. Изначально старшему нужны были таблетки, но, услышав про Хёнджина и Джисона, он оттеснил мысль о таблетках куда-то на периферию сознания и, почему-то, растерял всю уверенность. Глубоко вздохнув, Чан зашёл в жилую комнату. Младшие сидели на кровати Джисона, прижимаясь друг к другу и смотря что-то на телефоне. Бан попытался абстрагироваться, уткнув взгляд в пол, и просто взять лекарство и уйти, но на него налетел Джисон, не давая сдвинуться в места. -Прости, хён, я виноват, прости! Я просто, да, гиперактивный, мне необходимо двигаться, иногда я не думаю о последствиях… -Так, тише. Я на тебя не злюсь, я всё понимаю. Ожог несильный, почти не болит уже. Не вини себя, я в порядке, Минхо выпил свой кофе, все радостные пытаются готовить рамён на завтрак, иди к ним, ладно? Я возьму таблетки и приду. Хан кивнул и уже почти упрыгал вниз, но обернулся на Хёнджина, беспомощно топчась на месте. -Иди, Джисон-а, — сипло проговорил Хван, отдавая парню его телефон. Когда Чан с Хёнджином остались вдвоём, никто из них поначалу не мог ничего сделать или сказать. Старший всё же достал свою сумку, вынимая таблетки и по привычке пытаясь их спрятать. -Чан-хён… -Да? -Я должен извиниться, но не знаю, как сделать, чтобы ты меня простил. Или чтобы я себя простил, не знаю. Такой мразью себя чувствую. Да я и есть. -Можно к тебе сесть? Хван кивнул и подвинулся, скидывая на глаза чёлку и формируя дальнейшие мысли. -Я же добрый, но просто не терплю богатеньких заносчивых детей. Которые считают грязью тех, у кого родители не миллиардеры. Я думал, что ты такой, поэтому так к тебе относился. Даже не узнал тебя нормально. Не знал, что то прозвище…ну, имеет такое происхождение. Ты о нас заботишься, хотя мог бы просто обслуживать только себя, ты даже Чонину на своих тренировках помогаешь, а уж я-то знаю, какой он нытик. А всё, что делал я — фыркал и глаза закатывал. Идиот последний. -Хорошо, я буду честным. Успокаивать тебя, как Джисона, я не буду, потому что, думаю, ты этого не хочешь. Мне действительно было больно, когда ты называл меня тем прозвищем, но всё же я чувствовал облегчение из-за того, что ты не знаешь, откуда оно. Лучше считай меня бесчувственной сукой, чем высмеивай или жалей меня из-за сердца. Ни то, ни другое мне не нужно. Я знаю, что люди считают меня холодным и жестоким, но я просто не умею по-другому. Улыбаться незнакомым людям, рассказывать что-то о себе, делиться проблемами, всё такое. Поэтому пытаюсь выстроить вокруг себя стену, которую вы разрушили, ну, думаю, ты понял. Вот и всё. По окончанию речи Чана, глаза у Хёнджина снова были на мокром месте. Он заторможено покивал и вытер слёзы, прижимая ноги к груди. -В общем…попробуй простить меня, хён. -Я тебя прощаю, я и сам ненавижу заносчивых мажоров, а я ведь учусь исключительно с такими. Я правда не испытываю ничего негативного по отношению к тебе. Просто, ну, веди себя со мной, как с обычным человеком. Чан подсел ближе к младшему и обнял, ероша чужие волосы. Хёнджин, наконец, расслабился и выдохнул. -Ну, думаю, мы всё выяснили. Я оставил кухню на Чонина, так что удивлён, что мы ещё не подорвались. Пойдём вниз, а то мне с каждой секундой всё тревожнее. А ещё мне таблетки выпить надо. Парни спустились вниз, с облегчением найдя там полную идиллию. Все сидели за столом, исключая Чонина, который мыл кастрюлю, ну, пытался. -Не манайся ты с ней, залей кипятком и дай отмокнуть. Иди поешь. -А ты? -А мне только через час можно будет, — Чан поставил на стол таблетки, отходя в поисках стакана. — Но я поем. -Твоё второе имя — Кристофер? — Ян вертел в руках баночку с лекарствами, рассматривая белую наклейку. -Да. А что такое? -Классно иметь второе имя, особенно английское. -Не особо-то, — отозвались Чан с Феликсом в два голоса. -Когда тебя зовут по второму имени — заранее знаешь, что тебе не светит ничего, кроме кромешного ада. -А знаешь, как классно, когда все зовут тебя английским именем, но не твоим, а, сука, Кристофом из «Холодного сердца». Особенно дети. -Серьёзно? — Феликс усмехнулся, отодвигая пустую тарелку. — Как так можно, ты больше на Эльзу похож. -Стёб засчитан. Был бы, если бы ты не был похож на Анну. -Раунд, — вмешался Минхо. -Ты Олаф, — ответили австралийцы. -Блеск вообще. Чан изъял у Чонина свои таблетки, вынимая себе одну и отдавая младшему баночку обратно, потому что ему явно нравилось её рассматривать. Феликс же в это время чего-то разошёлся, скакал вокруг стола, как в игре гуси-утки. -Джисон — Свен, Минхо-хён — Олаф, Уджин-хён — принц-как-его-там, Хёнджин — защитник дворца Эльзы, Сынмин с Чонином — снежки, а Чанбин-хён — тролль! Ли остановился около Чанбина, кладя ему руки на плечи и тяжело дыша. Половина парней сидели с пустыми взглядами, анализируя себя и свою схожесть с названными персонажами. -Слушай, а ты уверен, что между Ликсом и Чанбином ничего нет? — с улыбкой прошептал Чан Чонину на ухо, утыкаясь носом в его волосы. — Ты только посмотри на это, тут же даже слепой увидит. Ян взглянул в сторону Феликса, усиленно не желая, чтобы Чан отодвигался. Ли что-то вещал Чанбину, не снимая руки с его плеч, а Со, вместо обычного раздражения, слабо улыбался и изредка что-то отвечал, поддерживая несвязный бред младшего. -Ох чёрт, а реально… -И я о том же. Иногда, если присмотреться — можно столько интересного увидеть. Бан всё же отошёл, отставляя таблетки на микроволновку и доставая из холодильника молоко. Ну, а Чонин решил, что сейчас самое время для «последнего слова за ним», поэтому подошёл к хёну ближе, произнося также на ухо: -Что ж, я присмотрелся и заметил интересную вещь: ты — самый настоящий котёнок. Сразу после этой фразы Ян ушёл, оставляя Чана наедине с пролитым молоком и что-то подозревающими парнями.

/////

После поездки Чонин ни разу не виделся с Чаном. Переписывался и созванивался, да, но не виделся, что весьма печально. В особенности сейчас, когда буквально через 5 минут начинался Чонинов заплыв на тех самых важных соревнованиях, на которые парни когда-то спорили. -Ты как? Выглядишь не очень, — Феликс мотнул шевелюрой, обдавая младшего тучей брызг. -Эй, не брызгайся! Всё со мной в норме, просто волнуюсь, у меня сейчас соревы, если ты вдруг не заметил! -Тише, снежок, я просто спросил. -Да когда ж ты уже забудешь этого снежка? -Ни-ког-да. -Тьфу на тебя, ясно? Всё, мне пора. -Покажи медаль ещё раз! -Седьмой раз, Джисон, давай я просто её тебе отдам, а? -Ну нет, ты заслужил! Первое место, капец! — Хан ускакал вперёд к остальным считать деньги на запланированный пир. -Господи, помоги. -Я, конечно, не Господи, но помочь могу, — прошептали сзади на ухо, обдавая горячим дыханием. -Ва-а-а, Чан! — Ян моментально развернулся и обнял старшего, наслаждаясь его теплом. — Ты всё же здесь! -Да, я видел твой заплыв, я сидел на трибунах. А ещё ко мне слишком много раз подкатывали. -Ох, ну девушки у нас красивые и падкие на богатых красивых парней. -Ага, но у таких парней, — Чан слегка отодвинулся, чтобы оказаться с Чонином лицом к лицу, — уже есть свои парни. -Ты…правда согласен? Бан улыбнулся и осторожно поцеловал младшего, обнимая за шею. В стороне от такого действа раздались оры и комментарии. -Просто не верю. Ты ещё и выглядишь, как чёртова модель, Боже мой. -Я из универа сразу поехал на работу, а с работы сюда. Не успел ни переодеться, ни макияж смыть. -А никто и не против! -Ладно-ладно. Какие у вас планы на твою победу? -Лично у меня вообще никаких, это они там хотят еды купить, а дальше я не слушал. -О, ну кто бы сомневался. Я…схожу за рюкзаком, он в машине, подождёте? -Да куда мы уже теперь денемся? Только когда ты отойдёшь — меня убьёт волной из семи тел. -Я постараюсь быть как можно быстрее. Чан в своей привычно-быстрой манере пошёл к своей машине. И действительно: только он отошёл метра на три — на Чонина напрыгнули минимум четверо, голося наперебой, но Ян их особо не слушал, залипая на сегодняшний образ Бана. Чёрные рваные джинсы, чёрная рубашка и длинная жилетка. На глазах коричневые тени и подводка. И в довесок две косички на волосах сбоку у уха. Ну, откровенно говоря, пиздец. -Нам минут на 20 сплавили ребёнка, вы не особо против? — оповестил подошедший Чан, обращая на себя внимание. — Моя подруга быстро купит продуктов, а пока знакомьтесь — Ынха. -Чан-оппа! — девочка на вид лет пяти сидела у Чана на руках, оглядывая парней. — А я видела, как ты его целовал! -Да, ты права, только маме не говори, она меня ругать будет. -Хорошо. А как это, такое бывает? Внезапно старший покраснел, смущённо отворачиваясь от девочки. Той это не понравилось, и она требовательно повернула голову парня так, чтобы смотреть в глаза. -Так бывает, что парням нравятся парни. Больше, конечно, парней, которым нравятся девочки, как например, эм, — Чан обвёл глазами искренне заинтересованных друзей, — Сынмин, вон он, но и такое, как у меня, бывает. -Так, в смысле «эм, Сынмин», ты ещё и не уверен?! — в несколько голосов, но с общим посылом возмутились парни. -Да тише вы, идиоты, да, в вас я не уверен! -Как тебя зовут? — спросила Ынха у наблюдающего этот зоопарк Чонина. -М? Чонин, меня зовут Ян Чонин. Девочка наклонилась так, что ругающийся с остальными Чан рефлекторно её поймал, и бухнула руку Яну на голову так, что тому пришлось смотреть через чёлку. Она ничего не говорила, прочто осматривала, недоверчиво щуря глаза. -Хорошо. Ынха вернулась в нормальное положение, а Бан закончил ругань и коснулся пальцем своей гарнитуры, с которой, кажется, вообще никогда не расставался. -Ынха, babygirl, расскажи парням про отрезанную ногу, это их до конца дня займёт. Я поговорю по телефону и вернусь. Чан поставил девочку на землю и отошёл, тихо разговаривая по гарнитуре. -Что за отрезанная нога? — осведомился Джисон. Чонин пожал плечами и поднял Ынху на руки, чтобы ей не надо было голову задирать. -Если человеку отрезать ногу, — загадочно произнесла она, цепляясь за Чонина, — то что у него будет болеть? -Нога, — тут же выпалил Феликс. -Отрезанная? — задумался Хёнджин. -А, так стоп. Обсуждение отрезанной ноги заняло парней конкретно, они даже уселись на ближайшую лавочку, ведя какую-то конструктивную дискуссию. -Их так легко занять, — тихо сообщил Чан, убирая телефон в карман. — Мне часов в восемь надо будет в офис уехать, прости, пожалуйста. Я сюда-то крайне несанкционированно сорвался. -Ты ради меня сбежал с работы? -Ну да, быть тут поважнее как-то. -Невероятно. Чан улыбнулся и поставил Ынху на землю, чтобы та пошла собирать какие-то одуванчики или что-то вроде того. Собственно, всех детей заняли, а старший скинул с плеча рюкзак, доставая что-то из маленького кармана. -Я помню, что ты любишь кольца, и не придумал подарка на победу лучше, чем кольцо. Бан продемонстрировал серебряное колечко со вставками из красных камней, мерцающих на солнце. Чонин восхищённо взял подарок, краем сознания отмечая, что ничего дороже в руках не держал. -Это же…так дорого…это штук десять моих гардеробов, всей моей одежды… -Твоё первое первое место тоже очень дорого, так что всё по габаритам. -Хэй, Чани, Ынха не мешала? — к парням подбежала девушка, удерживая от заносов тележку. -Нет, что ты, уже забираешь? -Угу, нам пора уже. Ынха, пошли! Девочка смерила маму нечитаемым взглядом и зацепилась Чану за ногу, пряча голову в полах его длинной жилетки. -Не хочу! -Ну детка, нам нужно идти. -Хочу остаться с Чаном-оппой, Чонином-оппой и идиотами! Ынха так бы и пряталась, но Чан её отцепил, сгибаясь пополам от истерического хохота. Чонин на заднем плане, судя по звукам, вообще умер. -Babygirl, иди с мамой, пожалуйста. Я обязательно приведу к тебе Чонина-оппу и идиотов снова. А сейчас иди домой, нам тоже уже пора. Девочка с мамой ушли, а Ян вытер слёзы от смеха, облокачиваясь на Чана. Тот его поддержал и развернул в сторону магазина, куда они все изначально шли. -Ребят, пошли! — семеро парней отвлеклись от обсуждения фантомных болей и синхронно встали, направляясь за Чаном и Чонином. — Они даже не слышали, что сказала Ынха, вообще до слёз. -Мы им как-нибудь потом передадим. Ян усмехнулся и разжал кулак, в котором всё это время держал кольцо. Ещё раз офигев от дороговизны, парень надел его на указательный палец правой руки. -Оно просто потрясающее. Ничего красивей у меня не было. Ну, помимо тебя. Чан снова смутился, отводя взгляд вбок и хватаясь за лямку рюкзака. Чонин оглядел своего парня и прижался к нему ближе, легко целуя в шею. Старший ведь такой необъяснимо уютный, без него холодно и неприятно, не хочется быть одному даже минуту. -Знаешь, а я не хотел ехать на виллу. Парни меня еле уговорили. -Значит, не такие уж они и идиоты, верно? Эй, ребят, что вы хотите купить? -Мы не знаем, — отозвался Хёнджин. — Придём в магазин — решим. -Я вам всё оплачу. Купите больше того, чего хотите. -Ва-а-ау, классно! Спасибо, Чан-хён! Все, не считая Уджина, тут же унеслись в магазин, слава Богу, ни во что не врезаясь, потому что, зная их, могли бы. -Они скупят весь магазин, ты в курсе? -Пусть скупают, это будет лучшее вложение моих денег за последние 24 года. Взяли, кстати, парни на удивление мало. Ну, в рамках приличного. Бан, как и обещал, всё оплатил, ничего себе не взяв (под возмущённое фырканье Чонина). Как-то там угомонив Яна и улыбнувшись, старший направил всех в ближайший парк. -Тебе уезжать через час, а ты даже поесть с нами не хочешь! Это бесчеловечно! -Ну перестань, Чонин-а, я и без того тварью себя чувствую! -Ешь чипсину! Ян настойчиво всунул чипсу Чану в рот, вообще не принимая другого ответа, кроме как « съесть». Бан грустно вздохнул и выполнил требование младшего. -Доволен? -Допустим. Ещё съешь. -Я всё детство чипсами питался, пожалуйста, не надо. -Кстати, — вмешался Феликс, от чего Чонину пришлось отложить свои издевательства. — Чан-хён, ты же жил в Сиднее. В каком районе ты жил? Там есть же богатые районы, в каком-то из них, да? Чан тут же остановился, заметно напрягаясь. Феликс тоже затормозил, вопросительно разглядывая старшего. -Чан-хён? -Я жил не в богатом районе, Феликс. -А где? -Не могу сказать. -Почему? -Просто не могу, Феликс, отстань. Старший шагнул назад, обхватывая себя руками в попытке согреться. К ужасу наблюдавшего Чонина, его губы медленно начали синеть, а кожа бледнеть. -Хён, ты уже пугаешь. Расскажи, пожалуйста. Бан поднял на Ликса взгляд, от чего тот испуганно вжал голову в плечи. Глаза у старшего были полны болью и холодом. -Хорошо, — говорить Чан начал на английском, но более менее понимающий беглый английский Джисон начал шёпотом переводить. — Я родился в Блэктауне. Блэктаун, Пенрит, Редферн, Маккуори Филдс — мои обычные среды обитания. В богатых районах я никогда не был. Да я вообще нигде в Сиднее не был! Я жил буквально на улице, потому что даже там было лучше, чем в разъёбаной вдрабадан в комнате, где прямо при мне вздёрнулся отец! Я грабил людей, воровал в магазинах, чтобы хотя бы раз в неделю поесть! Я состоял в банде с семи лет и до сих пор в ней, хоть и не вспоминал об этом кошмаре 9 лет! Если я не хочу на что-то отвечать, значит, у меня есть основания не отвечать! Не выспрашивай! Блять! У меня! — Бан зло выдохнул и дёрнул цепочку на джинсах, уходящую от ремня к высоким ботинкам. — И да, развею твои сомнения: у людей из подобных районов всегда есть с собой оружие. На цепочке качался длинный острый нож, ловя отблески от фонаря. Феликс шагнул назад, спотыкаясь и падая, но даже не замечая этого. -Уйди от меня. Я тебя боюсь. Чан кивнул и, заткнув нож за ремень, пошёл к выходу из парка, периодически чуть ли не падая от того, что сердце начинает всё хуже функционировать. На минуту у всех был шок. Никто не двигался, не говорил и даже не дышал. Первым очнулся Чонин, кидаясь вслед за Чаном, но того нигде не было. Ни в парке, ни у магазина. Машины его тоже уже не было. Сев на землю, Ян просто заплакал.

/////

Чана не было уже месяц. Ровно. Чонин не перестал учиться, ходить на тренировки, ничего такого. Даже успеваемость не ухудшилась, скорее лучше стала. Просто внутри самого парня стало пусто. Ни души, ни органов, ни сердца, своего или чужого. Ничего. Он даже не думал о своём положении, проблема была в том, что Чан пропал. На смс и телефон не отвечает, в соц.сети не заходил последний раз тогда, когда они встретились месяц назад. Друзей у Чана не было, соваться к его родителям максимально бесполезно. А родители ли они?.. -Чонин-а, идём, опасно на улице ночью находиться. Ян кивнул и отвис, шагая вслед за друзьями. Они шли от своего университета в час ночи, так уж случилось, но Чонину, в принципе, всё равно, он всегда любил ночь. Она такая тихая и тёмная, никто тебя не трогает, ты можешь быть наедине со своими мыслями, не надо ни для кого притворяться. Притворяться сложно, знаете ли. Устаёшь. Тут в замутнённом сонном сознании парня что-то мелькнуло, заставляя вздрогнуть и проморгаться. Ян оглядел свою руку с кольцом, горящим красным цветом в свете фонаря. Внезапно подсознание потребовало обернуться и пустило по организму необъяснимую тревожность. Чонин резко обернулся, пытаясь разглядеть что-то в темноте. Получалось не очень, поэтому парень в эту темноту шагнул, замечая метрах в 15 от себя фигуру. Фигуру, которую он узнает из всех 7 миллиардов людей. -Делай, что хочешь, но я тебя больше никуда не отпущу, — Чонин с разбегу врезался в Чана, сжимая в объятиях до боли. — Мне всё равно, как ты тут оказался в час ночи и куда ты шёл, ты туда больше не идёшь. Чан сначала не двигался, от чего Ян даже начал дрожать, но через секунды две старший обнял его за шею. -Я так невообразимо скучал. -Почему я целый месяц не знал где ты и что с тобой? Почему, Чан? -Потому что я был в херовом месте и не хотел, чтобы ты знал, что я делаю. -О чём ты? -Я был в Сиднее. Пытался, ну, перебеситься. Прости меня, я просто сорвался. -Сейчас с тобой всё нормально? -Да, мне стало проще. Я будто…ожил. Получил, правда, кучу новых шрамов, но дышать проще. -Кучу новых шрамов? Ян отстранился, осматривая парня с головы до ног. Дальше головы, правда, не ушло, потому что первый шрам обнаружился на брови, пересекая её по диагонали. Дальше церемониться Чонин не стал, задирая Чану майку прямо до шеи. Тот, естественно, смутился и попытался прикрыться, но ему помешало строгое «стой и не двигайся». В общей сумме, младший насчитал штук пять глубоких ран и штук шесть, мягко говоря, «царапин». -Одиннадцать. Плюс бровь и сердце — тринадцать. Плюс что-то, вероятно ниже пояса. Да, дышать явно легче. Пошли. Чан не сдвинулся с места, опуская глаза в землю. -Я боюсь. Я, ну, не лучшее впечатление оставил. -Чан, тебя все любят, по тебе все скучают. Пошли. Яну всё же удалось притащить не такого уж и лёгкого хёна к терпеливо ждущим парням. Все явно обрадовались, улыбнулись и кинулись обниматься. Кроме Феликса. Он попытался слиться с пейзажем, отходя в темноту. -Феликс, подожди, — Бан вырвался из радостной кучи друзей, не подходя к Ликсу ближе двух метров. — Ты всё ещё меня боишься? -Нет, давно уже нет. -Тогда…мы можем поговоить? Как-то я слишком часто с вами так говорю, но тем не менее. -Давай поговорим. Австралийцы отошли, садясь на скамейку. -Наверно, мне нужно было с самого начала сказать, откуда я. И не срываться, может, тебя бы тогда это меньше напугало. Просто я вообще пытался не вспоминать об этом, а ты так настойчиво докапывался. -Да, я явно неправ был. -Вот, но, знаешь, спасибо. Если бы не ты — я бы просто стал куклой богатого отчима, которой уже почти стал. А так я вспомнил, кто я и получил пару ножевых. -Ну, моя очередь оправдываться. Я сначала действительно испугался. Ты и сам знаешь, какое мнение о Блэктауне и так далее. А ты ещё и с ножом ходишь, сейчас-то я понимаю, что это просто самооборона. Я понял, что неправильно себя повёл уже через 10 минут, когда мы пытались успокоить Чонина после твоего ухода. -Пытались успокоить? -Ага, он ревел минут 40, а весь этот месяц вообще призраком был. Не убегай так больше от него, окей? -Я теперь гораздо больше с ним буду, уж поверь. Я после этого месяца вообще всё могу. -Всё? -Всё. -Даже ахегао? — выдал Феликс, невинно хлопая глазами. Чан громко рассмеялся, привлекая к себе внимание остальных друзей. -Они знают что это? -Неа, вряд ли. Только мы с тобой. -Чёрт, мы задроты. Да, даже ахегао. -У тебя завтра есть какие-то очень важные дела? -Нет. -ПАРНИ, МЫ ЕДЕМ К ЧАН-ХЁНУ СМОТРЕТЬ ЕГО АХЕГАО!