***
«Живой? Нет, я просто существую.»
Я очнулся. Во всем теле невыносимо выла боль. Это был кошмар, а точнее — хаос. Хотелось бросить всё к чертям и уйти на тот свет, даже не подготовив себе гроб. Зато, я подготовил для неё... Но она не приняла этот подарок. Посчитала его слишком ненужным…?~
Либо она слишком эгоистична, либо я через чур заботливый. «И то и другое — верно» «Но так ведь» «Нельзя» Нет, этой шизофреничке можно всё. ~
— Это.. это так больно! — нервно всхлипывая заорал Эдди. Та боль была не от удара, а от состояния души… Как бы это глупо не звучало, но рыжеволосый потерял смысл жизни. — Почему Зак? Чем я хуже? Я бы ее убил без мучений, — произнес уже чуть тише Эдди.~
Ха-ха, наивный мальчишка. Ничтожество. Убей себя, мазохист херов.~
Эти, и многие другие мысли заставили изумрудноглазого потихоньку сходить с ума. Он станет шизофреником с такими паническими атаками. И ещё со всеми жителями этих прогнивших этажей. Ха-ха. — Не знаю, не знаю... Главное, я успел тебя спасти, — сказал [трёхглазый извращенец] Даниэль Диккенс. Опять, а хотя снова, этот идиот. Задолбал уже. Из-за него Рейчел была в таком состоянии. Нет, Эдди сам виноват. Ха-ха, опять сам себя накручивает… Очередняра. — А мне... А мне то, как было больно. Я так хотел её глаза, — Доктор словно взвыл, а в голосе была слышна безнадежность. Видимо, у него уже давно разум отрафирован. А говорят, он раньше был детским психологом. Однако Эдди кажется, что ему самому не помешало бы сходить на сеанс. — А она… Она ушла. Даже ничего не сказав, — продолжил доктор. Он словно замолк, а в его жизни погасли последние огни. Огни его безумства, из-за которых он раз за разом бесился. Уже тупой, нет, пожалуй не тупой, а просто убитый, но живой Эдди увидел у Доктора интересный шприц, в котором проскальзывали на свету какие-то частицы препарата. Ха, а вдруг получится, что это лекарство для смерти? Хотя, разве, что-то для этого может называться — «лекарством»? Этому Могильщику было безразлично. Он хотел сдохнуть как можно быстрее. — Это ведь для меня, да? — спросил с какой-то заинтересованностью Эдди, указывая своими изумрудными глазами на шприц. Доктор лишь слегка кивнул. И рыжеволосый продолжил: — Давай, тогда вколи это быстрее, — сказал Эд, закрыв глаза, дабы не видеть то, как ему вкалывают этот чертов препарат в шприце. Чертов? Для него нет, а для других — да. Он глуп, а потому не хочет жить. Это было подобно сделке с демоном, а пакт был подписан вместе с доктором. Ха-ха.~ «Глупо?» Конечно, но выбора нет. «Нет, он есть. Но ты это поймёшь, когда потеряешь всё.» Всё, даже если ничего не имел. ~
— Да, да секундочку, — сообщил [псих] Дэнни. В его голосе был только летальный исход. Видимо, нервишки шалят. Вот эгоиста кусок, ни более, ни менее… Рыжик лежал на операционном столике с закрытыми глазами. Тот самый стол, где лежала Рей... Даже её запах, её нежный запах волос был ещё тут. Ха-ха, до сих пор сохнет по ней? Нет. Это была его последняя ошибка в жизни, за которую он так плачевно расплатился.~ «Он будет таким же доверчивым котёнком до конца своих дней; «Как бы не старался Все будет Тщетно Ха-ха Дурак.» ~
Из всех раздумий этого Могильщика вывел резкий вход иглы в его кожу, а после — в вену. Эдди сжал зубы, ведь внутреннее спокойствие ушло в далёкое плавание подальше от него, а держать себя в руках было крайне тяжело. — Что-то не так-с? — спросил с ухмылкой и лёгкой радостью на лице Даниэль. Он, вроде как, поехавший доктор, но все же в разуме у него было что-то человеческое. Да ну нет, бред какой-то. Он эгоист, а так же убийца. Ничего интересного, простой сумасшедший. — Да нет, нет, все в порядке, — сообщил Эдди, закрывая свои зеленые зырки. Как было тяжело, нет, даже больше. Для Эдди, это был летальных исход разума и нервов, теперь он хочет совершить суицид.~ «Вот же тупой. Он ведь не знает жалости и ласки.» Он сможет кого-то полюбить? «Да ну нет, записки сумасшедшего, ничего более.» ~
— Спи, у меня ещё очень много планов на тебя, — сказал психолог и хищно улыбнулся. Что у него там творится в голове? Ничего. Там давно всё пусто. Ха-ха. Поехавший. Главное, что не голубой, а то Эдди придётся не сладко.