Я забыл о предохранении

Вот уже две недели я жил у тёти Мэй. И даже почти выполнил задание. Чертёж готов, надо только отнести. Вчера вечером я плохо себя почувствовал, из-за чего мы с Тони не встретились. Сегодня, ко всему прочему, начало тошнить. Наверно, отравился чем-то. Господи, было так плохо, словно меня всю неделю кормили протухшей рыбой. А ведь я был вполне уверен в столовской еде. И, в меньшей степени, в готовке тёти. В итоге я не избежал общения с белым другом. В колледж идти не хотелось, да и Мэй решила, что лучше мне полежать. Настроение улетучилось вместе с содержимым желудка, спущенным в унитаз. На следующий день повторилось то же самое. Днём после колледжа я решил развеяться и немного пройтись с Поттсом. Он мне стал больше, чем друг. Пеппер вёл себя, как заботливый папочка, с которым можно легко и спокойно говорить обо всем. Мы пошли в Вашингтон-сквер, и я поделился своими переживаниями насчёт той течки, а Пеппер меня успокоил. Потом, явно чтобы поднять мне настроение, рассказал, что его водил на свидание таинственный альфа. Так и не признался, кто это был, а затем мы зашли в кафе неподалёку, и стало не до того. Я начал смотреть меню, и от картинок меня снова замутило. Так что я попросил только стакан воды. Да что же это? — Питер? Что с тобой? — взволнованно протянул омега, присматриваясь ко мне. — Ты весь побледнел. — Мутит немного, — отмахнулся я, решив, что эта тема не самая интересная для обсуждения. — И давно с тобой такое? — Но он не отставал. — У врача был? — Да отравился, наверно, чем-то. Завтра-послезавтра схожу, если состояние не изменится. — Так, друг мой, пошли, нам нужно кое-что проверить. — И Пеппер развернулся и пошагал в другую сторону. Я не знал точно, куда меня вёл друг, только догадывался. Похоже, в направлении его дома. Что же пришло ему в голову? Когда мы дошли до его апартаментов, то почти молча выпили чаю, переговариваясь о несущественных вещах. Я не решался спросить, почему он меня привёл в гости так неожиданно. Кажется, от горячего напитка мне здорово полегчало. А после Пеппер дал мне коробочку. — Пеппер, что это? — Глупенький, — улыбнулся он. — Это тест на беременность, я подозреваю, что у вас с Тони будет прибавление. Ну, милый, круглощёкий и похожий на вас мальчик. — Омега описал в воздухе руками предполагаемого малыша. А я почувствовал, как сердце застучало как бешеное. — Вы же тогда не предохранялись, верно? И тут я вспомнил: в то утро я тоже подумал, что у нас будет ребёнок. Ничего не ответив, я рванул в туалет проверять, так ли это, и на автомате закрылся. Результат поверг меня в шок. Наверно, я долго не выходил, потому что через какое-то время услышал стук в дверь и обеспокоенный голос Поттса. Выйдя из комнаты, я сразу оказался в объятиях друга и почувствовал слабость в ногах. А в следующую секунду я отключился.

***

Очнулся от противного запаха, ударившего в нос. Фу, что это он мне подсунул? Я открыл глаза, вспомнив, из-за чего я хлопнулся в обморок, и схватил хозяина квартиры за плечи. — Только не говори Тони! — Но я уже позвонил ему. И попросил приехать. Хорошо, что не сказал, почему такая срочность в его присутствии. — Что ты ему сказал? Что? Он же меня теперь бросит… — Господи, Питер, что ты себе навыдумывал? Я только сказал Тони, что, пока мы гуляли, тебе стало нехорошо. И что мы были рядом с моим домом. Когда Старк приехал, мы снова сели пить чай. Наверно, я вёл себя слишком пришибленно, потому что альфа то и дело бросал на меня обеспокоенные взгляды. Но заговорил он об этом только тогда, когда мы уже сели в его машину: — Питер, что с тобой? — Его брови угрожающе сдвинулись к переносице. — Ты выглядишь очень бледным и… И нервным. — Да я просто переживаю из-за задания. Того, из колледжа, я рассказывал, — я быстро затараторил, чтобы отвести подозрения, чтобы он ничего не подумал, не догадался. Я не готов ещё с ним обсуждать такое. И это пугает! — Вдруг я не смогу сделать правильно? Отвези меня домой к тёте, пожалуйста. Я очень устал сегодня.

***

Всю следующую неделю я пытался почти не встречаться с Тони, пользовался всяческими отговорками: что много задали, что очень устаю, что мне надо вымыть унитаз, — всегда пытался убежать из колледжа раньше, чем он приедет. Но так и не сказал ему о своей беременности. Хоть я и плакал по ночам от того, что хотелось быть больше с моим любимым альфой, я не мог позволить ему узнать. Под вечно красными глазами появились серые мешки. Я так вымотался. И вот, в один из дней Тони не дал мне ни единого шанса сбежать от него. — Питер, нам нужно серьёзно поговорить. — Господи, неужели он обо всем догадался? Мы сейчас расстанемся? Только не это… По щекам тут же потекли слёзы. — Так, плачем меня не разжалобишь! — Тони! Только не бросай меня! Прошу тебя! Я жить без тебя не смогу! Всё что угодно, только не бросай! — У меня началась самая настоящая истерика. — Тш-ш-ш… Малыш, успокойся, я как раз хотел спросить, может, напротив, это ты хочешь меня бросить или нашёл кого-то другого? Избегаешь меня самыми разными способами! — Нет! Что ты! Я просто подумал, что ты узнал, что я… — Я вовремя прикусил себе язык, понимая, что выдал себя. Глаза снова заполнились горячими слезами. — Так-так, Питер, любимый мой мальчик, а с вот этого места поподробней, что ты у нас? — Последние слова он процедил сквозь зубы, сделав лицо, как тогда, когда я чуть не потопил паром. Меня всего затрясло, и я начал рыдать уже в голос. — Если скажу, ты меня бросишь, я знаю! Я не могу, не могу! Мне так страшно! — Питер, пойми, я не собираюсь тебя бросать, ни в коем разе. Ни за что. Пойми, малыш. Но мне важно знать, что ты от меня скрываешь. Что у тебя случилось? Я что-то упустил? Не так сделал, не то сказал? Это может быть важно для нас обоих. Ты как будто зациклен на мысли, что мы расстанемся. Не бойся, скажи, как есть. — Т-ты правда так думаешь? Тони, пообещай, что ты останешься со мной. — Я со вздохом упал в объятия Старка. — Обещаю, что мы будем вместе. — Он обнял меня сильнее. — Обещаю. Набрав в лёгкие побольше воздуха и взглянув на напряжённого альфу, я наконец проговорил: — Тони, у нас будет малыш. — Ч-что? Я… Я не ослышался? — Он решительно отстранил меня от себя и уставился на мой живот, а потом на лицо. И снова на живот. — В каком смысле? — Да, я беременный. — Пити, малыш, и с чего ты решил, что я брошу тебя из-за того, что мой любимый мальчик беременный от меня? Я сейчас так счастлив! — Но ты ведь Пеппер… Ты заставлял его пить противозачаточные… — Да ты прав, я просил его об этом, но лишь потому, что не любил его так сильно, как тебя. Я без ума от тебя, Пити. — Почему тогда не говорил со мной о детях? — Вот в чём дело… Я думал, что тебе стоит сначала доучиться, а уж потом думать о детях. То есть, ты только поэтому меня избегал? — Мне не хотелось признавать, что я его как-то специально обходил стороной. Но, видимо, придётся. — Ну… Да… — Я потупил взгляд. — Мне очень жаль. — Глупенький ты мой! Я никогда, запомни, никогда не брошу тебя! И раз уж ты уже сдал своё задание, то ты едешь ко мне. Сейчас же. Будем праздновать наше радостное событие!

***

Дома мы приготовили рулетики с рубленной говядиной и каким-то полутвёрдым сыром. Взяв тарелки с собой, сели смотреть телевизор. Шла какая-то историческая мелодрама. Я особо не вникал, что там происходило, обращал внимание только на красивые пышные одежды омег. Спокойно сидел, уткнувшись в плечо альфе, но, когда главного героя убили, у меня защипало глаза. Тёплые капли потекли по щекам. А я и не знал, что такой эмоциональный. — Пити, малыш, ты чего? Расстроился из-за кино? — тёплая рука легла мне на колено. — Хочешь, мы другой фильм включим. — Нет, нет, все нормально. Ничего. Просто я хочу чтобы ты покрепче меня обнял.

***

На следующей неделе мы со Старком пошли к самому дорогому врачу, так как Тони считал, что дороже всегда значит лучшее. Конечно, я посоветовался с Поттсом, и Пеппер уверил меня, что отзывы об этом специалисте очень положительные. Но неважно, тем более Тони говорит, что ему ничего не жалко для нас. Моим акушером выбрали некоего доктора Д. Фокса. Когда мы зашли в кабинет, увидели молодого омегу лет двадцати восьми, стройного, гибкого блондина. Он мило улыбался нам, склонив вбок острый подбородок. — Добрый день! Зовите меня Доминик. Закончив с приветствиями, он начал задавать стандартные вопросы: первая ли беременность, хронические заболевания, какие я делал прививки и всё остальное. Мне стало немного неловко перед Тони, когда врач стал интересоваться о течках. Хоть мой альфа и знал все детали моего прошлого, я не мог не смущаться, когда предстояло говорить об этом вслух третьему лицу. Я робко стал рассказывать о тех днях, как я их проводил до появления в моей жизни Старка. Ну, а когда я, запинаясь, приступил к началу своей сексуальной жизни, то он перехватил инициативу, легонько тронув меня за плечо. Альфа совершенно спокойно и сосредоточенно отвечал, уделяя внимания важным деталям. А я стал весь пунцово-красным, как рак в кипятке. В момент, когда Тони упомянул, что я пил противозачаточные, доктор остановил его и посмотрел в мою сторону. — Какие противозачаточные вы принимали? — спросил он, приготовившись вводить данные в мою карту. — Э-э… Марвелон. — Довольно мощный препарат. Когда вы принимали его в последний раз? — За неделю до течки, кажется. — Тогда я вспомнил о них в последний раз. — Тогда немного странно, что вы забеременели так скоро, эффект не должен был пройти так быстро, — не глядя щёлкая пальцами по клавиатуре, проговорил врач. Упс… Ну кто же знал, что моя регенерация настолько сильная… По лицу Тони сложно было сказать, о чём он подумал. — У него ещё молодой организм. Ну, знаете, быстрый метаболизм, — ответил он за меня, не дав и рта раскрыть. А потом улыбнулся. — Пити у меня бойкий мальчик. — Да, организм ещё молодой, но на моей практике ещё такого не было. Ну, всё бывает впервые! А теперь пойдёмте на УЗИ. — На УЗИ? — заволновался я, но меня ободряюще приобнял альфа, и я облегчённо вздохнул. — Да, конечно… Мы вышли из кабинета и неторопливо пошли по коридору. На пути встречались разные врачи, беременные омеги и их мужья, я постоянно ловил себя на том, что засматриваюсь на большой живот. Ведь довольно скоро у меня будет такой же. — Проходите, — вежливо пригласил нас доктор Фокс в просторную комнату. — Снимайте всё ниже пояса и ложитесь сюда. Он указал на кушетку, напротив которой на стене висела плазма. Пусть Тони и видел меня голым, очень смущало раздеваться при нём и ком-то ещё. Это было странно. Тем более мне рассказывали, что для УЗИ достаточно поднять футболку. Я немного помялся, но всё-таки стащил с себя штаны и бельё и уложил вещи на свободный стул. — Хорошо, теперь вытяните ноги и приподнимите таз, — мягко улыбаясь, сказал врач. А в руках у него появилась длинная, слегка изогнутая штуковина с шариком на конце. Он достал из ящика презерватив и натянул на приспособление, а потом капнул на него прозрачным гелем. И всё это время доктор Фокс улыбался мне. — Разведите немного бедра. От осознания, что это сейчас засунут в меня, хотелось кричать. Я, наверно, весь побледнел. Старк сидел рядом и крепче сжал мою руку. Без него я бы тут просто свихнулся! Аппарат для УЗИ был противным и холодным, доктор не особо медлил, когда вставлял его внутрь меня. На плазме появилась картинка. Серый экран с каким-то темными всполохами. Как вообще можно понять, что там где? Акушер медленно двигал устройством, надавливая то туда, то сюда. Я чувствовал себя очень неловко. — Так, вот! Внематочную беременность можно исключить, вот ваш будущий ребёнок. На экране светилась маленькая точка. И вот этот крохотный кружочек превратится в младенца? Я даже ахнул, а Тони подмигнул мне. — Отлично. — Врач сделал какие-то пометки и включил печать. Первый снимок нашего будущего малыша он протянул альфе. — Теперь, Питер, я осмотрю тебя. И мы переместились к стулу, на котором мне предстояло широко раздвинуть ноги. Старк спокойно стоял позади меня и поглаживал по плечу. Пальцы в резиновых перчатках оказались не такими гадкими, как устройство для ультразвуковой диагностики, потому я почти не обращал внимания на то, что делал врач. Наконец, он закончил прощупывать меня, собирать мазки и просто миролюбиво убалтывать. — Отлично. Теперь, пожалуйста, с этой бумагой идите в четвёртый кабинет, — акушер дождался, пока я оденусь, и выдал лист со списком показателей, необходимых для проверки. — Ничего страшного, у тебя просто возьмут кровь. На этом на сегодня все. И жду вас снова на следующей неделе. В какой день вам удобно?

***

Когда мы пришли домой, я был настолько уставшим от этих осмотров, анализов и всего остального, что хотелось выть. Всю дорогу, пока Хеппи подвозил нас, Тони сжимал меня в объятиях и ласковым шёпотом успокаивал, видя моё нестабильное состояние. Я поднялся по винтовой лестнице на второй этаж, медленно дошагал до спальни и плюхнулся на постель. Полежав несколько минут, решил всё-таки переодеться, хотя и жутко лень было вновь принимать горизонтальное положение, и сходить к Поттсу в гости. Мы с ним вчера созванивались, и он любезно приглашал к себе. — То-о-они, я пойду, меня ждёт Пеппер! Вчера ещё звал на чай. — Тебя подвезти? — подхватывая с тумбочки фирменные ключи, спросил он. У него, видимо, были ещё какие-то дела сегодня. — Не стоит, я пешком, — тут же отмахнулся я. — А то от машины будет мутить. Мне полезно немного прогуляться. А у тебя какие планы? — Тогда я тебя провожу, а потом… Меня ждут на встрече по новыми разработкам. Пока мы шли до Поттса, то разговаривали обо всем на свете, обо всем, что приходило нам в голову: о новаторских смелых решениях «Старк Индастрис» и текущих проектах альфы, о возможных инопланетных вторжениях и Споке. Когда мы дошли до нужного дома, Тони меня крепко поцеловал: — Не забудь мне позвонить, как соберёшься домой, я заеду за тобой. — Старк, ещё раз наклонившись, легонько прикоснулся губами к моей щеке. Поднявшись, я выглянул из окошка и помахал Тони, сообщая, что я поднялся без происшествий. После осознания моего положения альфа, растеряв все своё спокойствие, стал меня оберегать от всего подряд. Даже от пыли в комнате. И особенно от лестниц. Я и сам их побаиваюсь, если честно. Пеппер за чаем поднимал только повседневные омежьи темы, а потом вдруг спросил меня, словно только и ждал момента, чтобы задать этот вопрос: — Как прошло первое обследование? — Пеппер, это было так ужасно, я жу-у-утко боялся, а Тони ещё на меня так смотрел, я сам не знаю, но… Но мне было так стыдно! Перед этим врачом. Перед Тони… Он оказался таким вежливым, приятным… Доктор, не Тони! Ух, это было что-то, Пеппер… — А помнишь, я тебе говорил, что начал встречаться с одним человеком. Так вот… угадай, что? — Эй, не томи, я тебе сразу все рассказываю! — Попытайся, Питер, дать подсказку? — Пеппер подмигнул мне, отправляя в рот рулет с лимоном. — Может, это связано с УЗИ? — Мо-ожет. — Ты тоже? Да? Скажи, что да! — Я не мог поверить в своё смелое предположение. — Да, Питер. Похоже, наши детки будут ходить в одни ясли. — он улыбнулся. — Так. Ты беременный. Но от кого? Я до сих пор не знаю, Пеппер! — Я тараторил, забыв об остывавшем чае, и пристально вглядывался в друга. — Кто это? Скажи, скажи, скажи! — Ладно, малец, уговорил. Его зовут… Стивен. — Стивен? — я выгнул одну бровь. — А фамилия у твоего Стивена есть? Стой! Если только это не тот самый Стивен? — Омега в ответ лишь ухмыльнулся и кивнул. Я состроил обиженную моську. — Тот самый. Почему ты мне раньше ничего не сказал? — У нас сначала было только лёгкое увлечение друг другом. Ну, знаешь, нам просто нравился запах. Но теперь мы вместе. — Поздравляю! — Я залпом осушил свою чашку и украдкой посмотрел на часы. — Господи, уже столько времени! Надо домой собираться, а то Тони будет волноваться. Я сейчас позвоню ему… Пока он приедет, у нас будет ещё немного времени поговорить. Например, кто из вас сделал первый шаг?

***

— Тони! У тебя есть время? — крикнул я, спускаясь в лабораторию. — Малыш, можешь подождать немного, пока не могу. — Я услышал шум падающих инструментов. Заметив моё встревоженное лицо, он улыбнулся и поднял какое-то хитроумное приспособление. — Всё нормально. Я почти все, почти закончил. — Ладно, не торопись, я сам. Это не так важно, — я подошёл к альфе и поцеловал его в щеку. Эх, а я так хотел сходить с ним в магазин, очень уж хотелось жевательных мишек. Хотя я и сам могу сгонять, и в костюме будет быстрее. Чтобы не волновать Старка, я быстренько переоделся и выполз из дома через окно. Так, всё, я в ближайший супермаркет! Уже через несколько минут я стану счастливым обладателем кучи маленьких упаковочек с этими самыми мишками. Набрав целую гору, я встал на кассу. Подсчитав в уме, я осознал, что, кажется, взял с собой недостаточно наличных. А это значило, что надо либо возвращаться с пустыми руками, либо платить картой Тони. Он давно дал мне её как резерв. Пришло время ею воспользоваться! Не просто же так ей лежать у меня в кошельке. Вот, расплатившись, я весёлой походкой вышел из магазина, не забыв помахать следующим за мной очереди, и полетел домой. Тони Я спокойно работал над усовершенствованием для новой брони, когда мне внезапно пришло сообщение. Оповещения стояли только на «важное». Кто бы это мог быть? Я надел очки и посмотрел, что там пришло. Списание с одного из счетов. И эта карта у Пити. Я решил-таки сделать перерыв и заодно спросить, что он там покупает. Я поднялся в гостиную, там его не оказалось, в спальне — тоже, на кухне меня встретила гнетущая пустота. Я обошёл весь дом по второму кругу, его нигде не было. Неужели он обиделся на меня из-за того, что я не уделил ему внимания тогда в лаборатории? Я набрал его номер. — Пити? Малыш, ты где? — На том конце раздались совсем не те слова, которые я ожидал услышать… Питер Чёрт, Тони мне позвонил, и я от неожиданности выпустил из рук отпустил паутину. А ведь пока не раздался звонок, я спокойненько продвигался к дому и, прилепив одну из пачек мармелада на пояс, поедал её содержимое. А-а-а, а сейчас… Я падаю! Похоже, пока я по инерции летел вперёд и вниз, пальцы случайно нажали на кнопку принятия вызова. «Пити? Малыш, ты где?» — именно с этого начал Тони. А я все летел, вернее, падал, никак не приходя в себя. И не приду, пока не зацеплюсь за что-нибудь. Но руки безвольно болтались в воздухе, хотя я отчаянно пытался ими взмахнуть. Прошло не больше секунды, а казалось, что целая вечность. Только метрах в четырёх от земли я очнулся. Выпустил паутину и позволил себе громко выругаться. — Тони! Ты меня напугал! Я чуть не разбился! — Я набросился на своего любимого с криками. — Что, уже освободился? А я уже сам все сделал! И я между прочим возвращаюсь домой! Прямо сейчас! — Я сбросил вызов. Адреналин до сих пор бурлил в крови, поэтому я сидел на крыше нашего дома и тоскливо дожёвывал свои мармеладки. И потом медленно заполз в окно спальни. Сразу разделся и лёг в кровать. С Тони я не хотел сейчас разговаривать. Из-за него я мог разбиться или, о чём я не хотел думать, мог, в самом худшем случае, потерять нашего ребёнка. Через некоторое время Тони зашёл в комнату. Я молча отвернулся к стене. Он присел рядом со мной и положил ладонь на мою руку. Естественно, я её скинул и отдёрнулся подальше. — Малыш, прости меня, просто я так заволновался, когда не увидел тебя дома, — Тони снова сжал моё плечо. Я не хотел поворачиваться к нему, но внимательно слушал. — Я боялся, что ты обиделся на меня за то, что я… был слишком занят. Я правда не хотел тебя испугать или расстроить. Прости меня. — Я почувствовал, как из уголков глаз струится солёная влага и стекает по щекам. Я медленно сел и облокотился на подушку-медведя, пока она не начала капать мне в ухо. — Я мог потерять нашего малыша, Тони. А если бы я упал? Моё тело это ещё могло бы выдержать, но я мог… мог… у нас… могло бы не быть ребёночка, так похожего на тебя. — Тони аккуратно обнял меня, и я дал волю эмоциям, заливая его пропахшую маслом футболку слезами. — Тише, тише, Пити, успокойся, все хорошо. У нас все будет хорошо. Сейчас тебе главное не волноваться. — Тони, я хочу мармеладный лёд. — Что? — Ну это такой фруктовый лёд, а внутри мармеладные мишки. — Хорошо, я принесу тебе. Только не обижайся больше. — Только без зелёных! — Я бросил в него ещё не открытую пачку. Альфа принёс утешительное угощение и сел позади меня, легонько коснувшись губами моего плеча. Не почувствовав сопротивления, он перешёл на шею. Я заляпал все лицо, даже не заметив этого, в отличие от Тони, он-то, естественно, углядел на мне сладкие капли и слизал следы мороженого. Я хитро улыбнулся и, пока он снова целовал мою шею, измазал все щёки и губы, а потом спокойно доел лёд. Когда Старк посмотрел на меня, в его глазах плескалась знакомая мне страсть, которую я, к моему глубокому разочарованию, не видел всю последнюю неделю. Его язык прошёлся по всему моему лицу. — Сладкий мой, я так хочу тебя, — шептал Тони, продолжая ненавязчиво ласкать мне шею и ключицы. Я каждым движением пытался показать, насколько я его хочу. Видимо, Старк только этого и ждал, он начал снимать с меня домашнюю футболку, обнажая мою кожу, которая горела от его прикосновений. Как только оголилась грудь, альфа сразу присосался к одному из сосков, а второй начал нежно тереть пальцами. Я не желал сдерживать стоны. Тони знал все мои эрогенные точки, он знал, как заставить меня трепетать. Но на этом он не не остановился. Дальше он спустился и зацеловал мой пока ещё совсем плоский животик, нагнулся к моему возбуждённому члену и начал неторопливо его посасывать. Одновременно Тони поводил рукой по ягодицам и как бы ненароком дотронулся до сочившейся дырочки. Я шумно выдохнул. Когда его пальцы проникли на две фаланги, я сам начал насаживаться на них. — Тони, возьми меня уже! — Меня давно не надо было сильно подготавливать. Его член мгновение спустя уже прикасался к моему раскрытому входу. Тони смело толкнулся внутрь, и я во весь голос застонал. Он страстно меня поцеловал. Мы крутились по кровати и утоляли жажду друг друга, пока после последних рывков не кончили. Сделав ещё пару толчков, альфа вышел из меня. Вытершись, я почти сразу уснул.