Короткий экскурс покорения Ким Намджуна или Чимин никогда не сдается

Это был один из худших дней в жизни Сокджина. Не самый худший, но один из них это точно. Клуб, в который парень приехал сразу после инцидента с Чонгуком был не во вкусе Джина. Хотя, признаться, клубы вообще никогда не были в его вкусе, так что не удивительно, что ему тут не нравилось. Кругом царила неприятная, грязная атмосфера порока и разврата, которая буквально проникала под кожу, и все время хотелось попасть в душ, чтобы смыть с себя этот смрад. Впрочем, Джин прекрасно понимал, что сегодня дело не в клубе. В нем самом, в Ким Сокджине, который немного головой тронулся от обиды и несправедливости. Он не должен был себя так вести с Чонгуком, не должен был нападать, ведь парень тут вообще не причем. Да, он понравился Джину при первой встрече, но потом стало очевидно, что это провальный вариант, так что Ким быстро отступил, почти и не жалея. Он же не предвидел, что ему так не повезет с компанией. Правда. Встретить Ким Намджуна спустя четыре года само по себе было странно, а уж оказаться в его команде - что-то на грани фантастики, хоть Джин и не солгал о своем невероятном везении… Сокджину было просто плохо. Плохо уже больше недели, и будет не лучше приблизительно ещё пару месяцев. Но раньше ещё была возможность терпеть, сейчас же, после новости об отношениях Намджуна и Хосока, Киму хотелось просто повеситься. Он даже представить себе не мог, как теперь должен вести себя с ними, вот правда. Не понимал, как сможет справиться с фактом того, что Намджун встречается с парнем… Ким даже вслух фыркнул этой мысли, хоть в действительности это и выглядело, как оскал. Наверное, не будь вокруг толпы полупьяных людей, которые могут думать только об алкоголе или сексе, и Джин даже почувствовал бы стыд за свой внешний вид и такие вот повадки. Но сейчас было все равно. Единственный, на кого парень обращал внимание в реальности - это бармен, предлагающий повторить, на что Джин неизменно кивал и снова погружался в свои невесёлые мысли. Но чем дольше парень думал, тем хуже ему становился и даже алкоголь не помогал заглушить это. С каждой новой мыслью блондин чувствовал себя все более беспомощно и жалко, а от этого было тошно. В конечном счёте, он достал телефон из кармана и уткнулся в экран, чтобы хоть немного отвлечься, а если не поможет - позвонить Тэхену, который заберет его из этого отвратительного места. В том, что младший уже позаботился о Чонгуке, Ким не сомневался. Он даже немного радовался тому, что Тэхену пришлось помогать Чону сегодня, потому что все происходящее с младшеньким его очень беспокоило, а лучшего помощника, чем Тэхен, парень даже не мог и представить. Как бы тот не пытался выглядеть холодно и отстраненно, он беспокоился за всех, и за Чонгука в особенности, так что этот вынужденный контакт пойдет на пользу обоим, Джин в этом уверен. Мысль о младшеньких даже почти помогла Сокджину на время отвлечься от своих проблем, но на глаза так некстати попался номер Намджуна в телефонной книге, и все началось по новой. Вскоре Джин не выдержал и со всей злостью, на которую был сейчас способен, ткнул пальцем прямо по номеру Кима. Послышались гудки, которые были едва слышны, ведь весь окружающий шум поглощал массу звуков, а затем на том конце послышался бодрый голос. - Алло, кто это? Джина даже дёрнуло от раздражения и неприязни. - Догадайся! - Джин? - рассеянно спросил Намджун, - Это ты? - Ммм, с первого раза угадал, поздравляю! Приз получишь, когда приедешь. - Что случилось? Все в порядке? - Все отлично, я просто узнал, что ты ебешь Хосока, так что сижу и отмечаю! - Что? - понизил голос Намджун, видимо поднимаясь с места и уходя в другую комнату, так как музыка и смех на фоне сейчас стихли. - О чем ты говоришь вообще? - О чем? - едко переспросил Джин, неприятно фыркнув, - О том, что ты видимо сменил приоритеты, Ким Намджун. Интересно, чтобы школьные друзья сказали о твоих предпочтениях… - Джин, ты пьян? - в голосе Кима младшего скользнуло что-то, но Сокджин это успешно проигнорировал. - Намджун, а ты догадлив. Можно считать, что мы обменялись любезностями теперь? - Где ты сейчас? - А что? Приедешь забирать? - хмыкнул парень, хмурясь от пронзившей голову боли. - Приеду, если это нужно, - коротко ответил младший. - Очаровательно. Только не забудь прихватить Хосока, может, повторим произошедшее четыре года назад… - сталь в голосе Сокджина пугала, но у Намджуна просто не было выбора. - Джин, я прошу, давай не будем говорить об этом… - Не хочешь говорить? Хотя, что я спрашиваю-то, ты же всегда был человеком действия… - Не будем говорить об этом по телефону, - все же закончил свою мысль Джун, хоть старшего уже понесло дальше, - Я приеду, и мы все обсудим… - Приедешь? - Джин даже бровь выгнул, хоть его собеседник и не мог этого увидеть, - Ну, приезжай. Поговорим, старые времена вспомним…

***

Намджун вылетел из квартиры Хоби и Чонгука как ошпаренный. Наверное, нужно было объясниться или хотя бы попрощаться с ребятами, но голова парня сейчас была занята совсем другим, так что места приличиям там не нашлось. Все, на что расщедрился Намджун - короткое смс Хосоку о том, что он совсем забыл о реферате, который нужно сдать завтра утром, и что он ушел, чтобы сделать его. После этого парень сверился с номером своего такси и запрыгнул в подъезжавшую к подъезду машину. В голове набатом крутилась мысль о том, что все это неправильно и ничем хорошим не закончится, но парень успокаивал себя тем, что иначе он рискует разозлить Джина, который может все рассказать остальным. Особенно на пьяную голову. Это бы испортило все, начиная от выступления и заканчивая отношениями с Хосоком, который ничего не знал ни об их с Джином совместной истории, ни о ее плачевных для обоих последствиях… Подъезжая к указанному старшим адресу, Ким сморщился, уже представляя как ужасно внутри этого «заведения». Парень любил шум и толпы, но это относилось к концертам или рэп-баттлам, причем, желательно, тем, где Джун принимал непосредственное участие, а не вот к таким вот массовым попойкам без повода и приличий. Будучи школьником, у него был период, когда он общался с подобающей компанией и часто напивался и, чего уж скрывать, даже обкуривался в местных клубах, но Ким быстро устал от такой расточительной жизни, а катализатором для окончательного разрыва стал, опять-таки, случай с Джином… Сейчас было даже забавно, что именно он служит причиной возвращения Намджуна в эту атмосферу. Уже на входе в нос ударил запах дорогого и не очень алкоголя, с нотками человеческого пота и всевозможного парфюма, которыми посетители клубов, в своей массе, поливали себя «на совесть». Найти в толпе Кима старшего было бы большой проблемой, если бы Джун точно не знал, что тот сидит у бара. Его широкие плечи и темная макушка, освещаемая софитами, виднелись с пары метров, так что, заметив их, Намджун уже было поспешил туда, но почти сразу притормозил, окидывая весь силуэт парня цепким взглядом. Сокджин, как и четыре года назад был высок и широк в плечах, разве что сейчас он еще был довольно неплохо накачан, в отличие от себя, восемнадцатилетнего. Его темные волосы, как и тогда, были уложены довольно просто, без изысков моды или отличительных особенностей своей ориентации, он был вполне себе обычным парнем, если бы не одно «но». Парень не умел выбирать себе друзей. Что тогда, что сейчас. Тэхен был ярким тому примером, потому что более высокомерных людей Намджун знал очень мало. Но высокомерие все-таки чуточку лучше лицемерия, тут младший поднимает руки… flashback Это было теплое весеннее утро, ничем не отличающееся от череды других. Школьные будни были в самом разгаре, до летних каникул оставалось около месяца, пришла пора контрольных и экзаменов, отчего даже все уважающие себя двоечники повылезали на свет знаний. Коридоры были наполнены учениками и носящимися из стороны в сторону учителями, что готовились к очередной планерке или что-то вроде этого. Джин совсем не разбирался во всех этих тонкостях, профессия преподавателя его никогда не вдохновляла. Парень как обычно стоял у подоконника и разговаривал со своим другом – Ы Джоном, лениво оглядывая толпу на наличие интересных экземпляров. - Я думаю, эта Джихё все-таки запала на Богома, м? Когда мы были в спортивном зале, она туда раза четыре заглянула, хоть никогда спортом не интересовалась... – привычно болтал что-то брюнет, параллельно чатясь в социальных сетях. - Как думаешь, у нас в школе много геев? – между делом бросил Джин, умышленно не смотря на поднявшего на него глаза Ы Джона, а вглядываясь в толпу. - С чего такие вопросы? – не понял парень, чуть сузив глаза. Нельзя сказать, что у него на лице появилась неприязнь, но толика неодобрения и подозрения определенно присутствовала, - Джин, ты что… - Нет, конечно, мне просто интересно стало… - тут же пошел на попятную Сокджин, судорожно соображая как соскочить с темы. Он уже давно хотел поговорить с другом о волнующем его вопросе, но жутко боялся того, что Ы Джон будет против всего этого, так что молчал. И не зря, видимо. – Просто было бы забавно, если бы кто-то из наших знакомых был того… Вон, скажем, - Джин прикусил губу, судорожно соображая о том, кого бы можно было записать в голубые ряды. – Например, кто-нибудь из кучки Кима… Парень указал на проходящую по коридору группку широкоплечих качков, во главе которых шел известный на всю школу своими гомофобными наклонностями, Ким Намджун. Его руки были засунуты в карманы, спина чуть сгорблена, но взгляд цепко и недобро осматривал всех прохожих, словно он и сейчас выискивал гея в толпе. Его «друзья» были не лучше, косо поглядывая на всех симпатичных или сильно худых парней и огрызаясь на тех, кто пытался как-то контактировать. Эта банда была известна не только гомофобными наклонностями, но так же и особым рвением к «вправлению мозгов», в частности, по средствам рукоприкладства. По-хорошему, Джину и смотреть-то на них было небезопасно, если он не хотел огрести по первое число, но парню повезло в подростковом возрасте оказаться неразговорчивым, так что о его ориентации не знал почти никто. Кроме его любовников, конечно. Хотя, любовники – слишком сильно сказано, парень едва ли целовался с парочкой, до секса дело никогда даже близко не доходило. Тем не менее, к девочкам парня не тянуло от слова совсем, как бы он не старался. Это было проверено еще в четырнадцать, когда одна из старшеклассниц обратила внимание на не по годам высокого и миловидного паренька, а в последствии была сильно разочарована его несостоятельностью в этой сфере. К счастью, девушка оказалась хорошая, не обсмеяла и не рассказала никому о предпочтениях Сокджина, даже помогла найти пару единомышленников Джина. Они-то и были одними из тех, кто был в курсе, но те, конечно же, хранили чужие тайны, как свои собственные, так что Джин был в относительной безопасности. Нет, он все еще был довольно худ и миловиден, но претензий к нему пока не предъявляли, спасибо широким плечам. Так что парень еще полгода назад, когда Намджун только начал собирать свою банду, занял отстраненно-оборонительную позицию, перестав контактировать с известными в школе представителями голубых кровей, а так же значительно сократил количество предполагаемых партнеров, чтобы случайно не спалится. И пусть кто-то назовет это трусостью, Джин все равно считал себя правым, так как люди, стоящие по ту сторону не понимали, что Намджун и его люди разбираться не будут, они просто изобьют и будут усердно следить за ним до окончания школы, чтобы тот, не дай Бог, снова решил свернуть на скользкую дорожку. А еще парень научился шутить про геев, но так, чтобы это было не обидно никому из слушающих, на случай своего прокола. В общем, была разработана целая схема, так что Намджун и его друзья не смогли бы прикопаться к парню без каких-то весомых доказательств. И эта схема допускала шутку в сторону бойких гомофобов, тем более, что Ы Джон на глазах расслабился, фыркнув на предположение Кима. - Да, это было бы очень эпично! - Только представь, что Намджун оказывается геем… - решил подкрепить результат Джин, подмигнув другу, - Интересно, его шавки кинутся и его «направить на путь истинный»? - Пха, вполне возможно, хотя, как они будут потом без лидера… - улыбнулся в ответ Ы Джон, и его глаза снова опустились к гаджету в руках, - Кстати, ты знаешь, что Тэмин из параллели…

***

Переулок, в котором Джина ожидала вся намджунова орда, ничем не отличался от обычных, был самый типичным и немноголюдным, как и положено переулку. И Ким бы даже не напугался, проходя мимо этой толпы, если бы все сейчас не смотрели прямо на него и не улыбались так гаденько. - Эм, можно пройти? – когда протиснуться среди парней было уже физически невозможно, вежливо спросил Сокджин, даже полу улыбнувшись. - Куда ты так спешишь, милый? – один из парней, весь в тату, вперемешку с синяками, сделал шаг к Джину, хватая его за предплечье, - Твой дружочек, уже заждался тебя, м? Стоящие позади него парни оскалились на слова парня, а у Джина внутри что-то надорвалось. Узнали. - Эй, полегче, Гюн, - раздался голос откуда-то слева, и через пару секунд в толпе показалась сначала темная макушка, а потом и весь Ким Намджун, во всей красе, так сказать. На нем были надеты черные расклешенные джинсы, майка с окровавленным черепом на груди и кожанка поверх, естественно тоже черная. В руках красовалась увесистая на вид бита. – Еще рановато обвинять его в этом… К слову, не все в компании Намджуна выглядели так же. Большинство не отличались от обычных школьников, кто-то был даже в форме, хоть на улице и перевалило за полночь, основная же масса была одета в обыкновенные джинсы и футболки. Намджун приподнял левый уголок губ, оглядывая Джина с ног до головы. - Так это ты распускаешь слухи, да? – парень приподнял бровь, на продолжительное молчание Джина в ответ, - Думаешь, бита в моих руках для красоты? Хочешь, чтобы я пустил ее в ход прямо сейчас? - Нет, прости, я просто не понимаю, о чем ты говоришь… - промямлил Сокджин в ответ, потому что в действительности не знал, в чем претензия. Он что – самоубийца что ли, чтобы распускать слухи про Ким Намджуна. - Не понимаешь? – почти миролюбиво переспросил Джун, перекидывая находящийся за левой щекой чупа чупс на другую сторону, - Гюн, объясни ему, а? - Я… - попытался было что-то сказать Джин, но парень, держащий его, резко вскинул руку, проезжаясь по правой скуле брюнета, а затем заставил согнуться, сильным ударом в живот. - Твой дружок нам все рассказал. Кого ты там педиками называл, а? – наклонился к согнувшемуся Джину Гюн. Сокджин только кашлянул на это, через секунду выпрямляясь. - Я ничего такого не говорил. - Правда? – усмехнулся Джун, приблизившись вплотную и перехватив с уголка губ Джина бегущую каплю крови. Парень поднес палец с чужой кровью ближе к глазам, вглядываясь в нее, - А так и не скажешь, что голубая, а? Намджун развернулся к остальным парням, демонстрируя им кровь, а затем усмехнулся. Его сейчас же поддержали остальные. Джин только поморщился на это, потому что от чужого смеха начинала болеть итак раненая голова, а обвинения, как он понял, только начались. - Знаешь, откуда мы узнали? – прошипел Гюн, толкая Джина прямо в руки двух бугаев за спиной, когда парень попытался сбежать. Те послушно схватили Кима по обе стороны за руки, не позволяя двигаться, - Твой дружок прибежал и все нам выложил… - Что, не будешь защищаться? – подал голос кто-то третий из-за спины. - Чертов педик! - Пак дело спрашивает, скажешь что-нибудь? – подал голос Намджун, чуть склонив голову влево. - Я не понимаю, о чем вы говорите. – упрямо повторил Джин. В этот раз удар пришелся по спине, отчего ноги у парня покачнулись, а из горла вырвался громкий выдох. - Не вспомнил? – уточнил Джун. Сокджин больше не пытался даже говорить, склонив голову и ожидая неминуемого будущего. - Знаешь, будь ты просто офигевшим придурком, мы бы тебя только избили. Или же, будь ты просто отвратительным извращенцем из своей голубой шайки, мы бы также обошлись только поучительной дракой, но… - Намджун покачал головой. – Что же нам с ним сделать? В этот момент Сокджин все-таки подал голос, предварительно сплюнув кровь на землю рядом с Кимом. - Что, убьете меня, а? Намджун, только что отвернувшийся к парням за спиной, сейчас резко развернулся на носках, вопросительно глядя на продолжающего ухмыляться парня. - А ты, я смотрю, себя бессмертным почувствовал? – кинул взгляд на Гюна Намджун и повел бровью, после чего Джину по лицу снова прилетело пару ударов, уже в правую скулу. Намджун удовлетворительно кивнул и хотел было снова отвернуться, но Сокджин снова подал голос. - Ты своим шавкам указ даешь, потому что сам не в состоянии бить или что? Младший почти с восхищением наблюдал, как Джин резко вскинул голову, откидывая челку назад и смело глядя на него. Молодец парень, может, даже драку устроит, прежде чем его разукрасят! Редкие представители голубых кровей решались давать отпор, такое шоу было почти в диковину. - Называешь шавками тех, кто может тебе шею свернуть? – улыбнулся Намджун, причем так ярко, что на его щеках появились ямочки, - Ты либо тупой, либо сумасшедший. - А как мне еще их называть, если они словно гончие, ищут для тебя жертву и ждут команды, чтобы сожрать ее? Скажешь, друзья? – тут уже пришло время старшего ярко улыбнуться, потому что улыбка начала медленно сползать с чужого лица. – И еще, раз уж я все равно здесь, всегда хотел спросить: помогает, а? Чувствуешь свое отмщение? Губы Намджуна резко сошлись в узкую полоску, глаза прищурились. - Что ты тут несешь? - А что? Твои друзья разве не знают, почему ты начал свою воспитательную деятельность? - А, ну, заткнись! – Джун в одно мгновение оказался рядом, ударив парня в живот и по спине, так что Сокджин, с подачки отпустивших его бугаев, упал на колени, получая следом удар ногой по ребрам. – Я знаю, что мы с тобой сделаем, сука! - Ты представляешь себе ее, когда бьешь меня сейчас, а? – хрипя, спросил Джин, прикусывая губу от боли в животе, - Тебя, наверное, это даже заводит… Намджун зарычал и ударил парня коленом по лицу, заставляя голову Джина откинуться назад. Из носа старшего брызнула кровь, губу парень прокусил, так что та щипала и тоже кровоточила, а на скулах уже начали расцветать синяки, пока напоминающие просто ссадины, но глаза парня продолжали сверлить озлобленное лицо напротив. - Гюн, помоги-ка ему! На нем слишком много одежды!

/flashback

Дальше все в памяти было только редкими всполохами, потому что Намджун усердно старался стереть всю сцену из памяти. Все, что он запомнил – лицо Джина, когда четверо парней держали его, а пятый «отучивал» его от своих нетрадиционных наклонностей. И так раз за разом. Все пятеро, а может и больше, Намджун не помнил точно. Он пришел в себя человеке на третьем и просто не мог и дальше присутствовать в самом центре событий… Когда все закончилось, когда все «друзья» Намджуна окончательно наигрались, а Джин едва мог дышать, Ким младший, пошатываясь, вышел из толпы людей и вздохнул полной грудью, чтобы немного прийти в себя. Зрелище было не из приятных, руки подрагивали, а во рту сильно пересохло, так как говорить о чем-то подобном – одно дело, а вот видеть это в действительности, чувствовать свою причастность и слышать смех и всхлипы в реальной жизни – совсем другое. Даже будучи крутым парнем, ненавистником нетрадиционных наклонностей. Это был последний раз, когда Намджун его видел и, к слову, парень даже не был уверен до конца жив ли остался Сокджин после всего случившегося. Узнавать было опасно и боязно, потому что все это происшествие было вообще-то уголовно наказуемо и неприемлемо для современного общества, парень даже удивлялся тому, что его вместе с его бандой не привлекли к ответственности. Да и, кроме того, Намджун просто боялся узнать правду. Угрызения совести не оставляли его с того самого дня, событие выбило его не то что из колеи, из жизни в целом. Картинка преследовала постоянно, даже по прошествии лет. Даже сейчас, когда Сокджин сам всплыл в его жизни, причем здоровый и уверенный в себе. А сегодня вечером еще и в зюзю пьяный. А Джин был пьян и впрямь в зюзю, очень сильно! Его уже качало, хоть он и сидел за барной стойкой, а еще его голова неизменно склонялась все ближе к ее поверхности, грозясь столкнуть на пол пару фужеров и бутылку коньяка. Намджун глубоко выдохнул и поспешно заскользил в толпе, разделяющей его и его личное проклятье, хоть и хотелось застрелится на месте или убежать обратно к Хосоку, который единственный может глушить его внутренних демонов. Подойдя вплотную парень резко и достаточно грубо забрал из рук старшего очередной стакан, который тот как раз собирался залить в себя, и выпил его сам, жмурясь от горечи. - О, приехал! – обернулся к нему Джин, говоря это слишком громко, отчего даже бармен обернулся на них. - Ты в говно! – ответил ему Намджун, опираясь на стойку и бросая косой взгляд на брюнета. Тот лишь пожал плечами, повторно хватаясь за стакан и снова заполняя его коньяком. - Твое волнение даже пугает… - пробормотал старший, покачиваясь на месте и поднося стакан с жидкостью к глазам. - Может, хватит? Не понимаю твоего сарказма сейчас… - Намджун немного помолчал, наблюдая за продолжающим изучать жидкость Джином. Тот тоже молчал, часто моргая и кусая губы, а потом решился отпить, но Ким младший снова не позволил, перехватывая руку брюнета, чтобы забрать стакан из рук, в итоге опрокидывая содержимое прямо на Сокджина. – Блять! – воскликнул он, отставляя почти пустой стакан и судорожно бегая глазами по Джину, но тот не проронил ни слова, лишь криво улыбнулся, наблюдая за попытками Намджуна вытереть с него жидкость салфетками, что любезно предложил ему бармен, - Мне очень жаль, я не хотел… Прости. Тут Сокджин снова фыркнул, громче чем прежде и снова закусил губу. - Поражаюсь свойству людей извиняться за мелочь чуть ли не ползая на коленях, и при этом ни слова не произнести, когда ситуация действительно серьезная… Руки Намджуна замедлились, затем он их и вовсе убрал, садясь обратно на стул и как-то сутулясь. Глаза он также потупил, размышляя над тем, что можно сказать. Джин на его реакцию лишь снова фыркнул. - Мне жаль. – тихо произнес Ким младший, через пару минут, когда Джин уже неловко слез со стула и, пошатываясь, хотел двинуться к выходу. Сокджин либо не услышал, либо проигнорировал его слова, медленно проталкиваясь между танцующими людьми. Блондин тяжело выдохнул, наблюдая за старшим, а затем спрыгнул с барного стула, предварительно попросив счет у официанта и оставляя ему хорошие чаевые. - Спасибо, что проследили за ним… - пробормотал он, отдавая деньги и глазами рыская в толпе, чтобы не потерять Сокджина из виду. - Он очень обижен на Вас, - поклонившись, добавил бармен, а ловя вопросительный взгляд Кима, пояснил, - Он рассказывал о том, кто его очень сильно обидел, а еще о том, что он зачем-то едет сюда… - Думаете, он ненавидит меня? – сам не понимая зачем, но все же спросил Намджун. Официант отрицательно покачал головой. - Он слишком много раз повторил, что ненавидит Вас, чтобы это могло быть правдой…

***

Первое, что почувствовал Чонгук, разлепив глаза – его кто-то обнимает за талию. Вторым было то, что нижние конечности также оккупированы кем-то за спиной, кто беспардонно закинул на него ногу. Третьим – Чонгук явно не у себя дома. Ни у себя, и ни у кого-то из знакомых, потому что вот эта вот темно-коричневая полка над кроватью, явно не фигурирует в его памяти, а значит, он видит ее впервые. Дальше мозг начал судорожно анализировать окружение, и вскоре Чонгук сделал вывод, что на улице около девяти часов утра, а еще, что человек за спиной – парень, а еще он явно спит. Как Чонгук это понял? И вовсе не так, как можно было предположить, просто человек обнимал его довольно крепко, поэтому Чонгук мог почувствовать… Нет, точнее, он не мог спиной ощутить хотя бы намеки на женскую грудь позади, так что логично предположил, что это парень, хоть это и не упрощало, а скорее усложняло ситуацию. Окей, что за парень? А что было вчера? Чонгук четко помнил начало «вечеринки» у них с Хосоком дома, помнил ту самую не особо приятную для него сцену, что он застал на кухне, помнил, как вызвал такси, чтобы съездить к Джину и Тэхену и позвать и их тоже, а потом… Пьяный Джин, неприятные шутки о Чимине, потасовка, а дальше цветными пятнами – несколько ударов, лежащий на диване Чонгук, с разорванной рубашкой, отлетающий к выходу Джин, натирающий чем-то тело Чонгука Тэхен, стакан виски… Парень за спиной пошевелился, вздохнул во сне, и уткнулся носом в спину Чона, шумно выдыхая. Так, если Чонгук все правильно помнит, засыпал он на кровати Тэхена, так что логично было бы предположить, что это именно он за спиной у младшего, но было одно существенное «но» в этом предположении: речь идет о Ким Тэхене. А Ким Тэхен не мог сейчас лежать за спиной Чонгука, обняв его за талию и перепутав его ноги со своими. Просто не мог. Чонгук облизнул губы, обреченно прикрыл глаза и попытался аккуратно перевернуться. Его попытка даже почти увенчалась успехом, а губы успели удивленно приоткрыться, потому что за спиной оказался все-таки Ким Тэхен, но когда парень уже почти было смог перевернуться на спину, глаза старшего сонно распахнулись, и он приподнялся на постели. - Эм… - хотел было что-то сказать Чон, но Тэхен тряхнул головой, останавливая его, поворачиваясь чуть боком и укладывая левую руку Чонгука на свою подушку. Затем он освободил ноги младшего от своих, поелозил на кровати и лег головой прямо на грудь Чонгука, носом упираясь в шею парня и громко выдыхая. Рука его снова обхватила тело младшего поперек живота, а левая нога просунулась меж чуть разведенных чонгуковых ног. Парень перестал даже дышать, то ли пребывая в очередном, ставшим уже почти родным, состоянии шока, то ли боясь спугнуть момент, потому что такого поворота он и представить себе не мог. - Тэхен… - почему-то прошептал Чонгук, но старший снова качнул головой, потерся носом о шею Чона и уложил голову обратно на его грудь. Чонгук глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями, но в голову снова ударила вчерашняя усталость, а глаза начали слипаться, кроме того, чужое тепло приятно грело бок, а мерные вдохи и выдохи успокаивали и убаюкивали. Хорошо, Чонгук подумает обо всем этом попозже, когда отдохнет.