Короткий экскурс покорения Ким Намджуна или Чимин никогда не сдается

Намджун проснулся почти на рассвете. Первые лучи оранжевого солнца едва коснулись верхушек деревьев и небоскребов, а блондин уже тряс головой и на цыпочках выходил из комнаты Джина, параллельно молясь, чтобы Ким младший его не запалил. И как он мог уснуть? Вот что он скажет Тэхену, если он не спит сейчас? Он вообще вернулся? Намджун заглянул в прихожую и понял, что ботинок младшего не видно, затем зашел на кухню, отмечая, что вчерашний беспорядок все еще на месте, и громко выдохнул. Тэхен не ночевал дома сегодня. Слава Богу! Намджун поспешно собрал осколки кружки со стола, пряча следы своего преступления, так сказать, протер пол, так как на нем засохла липкая лужа от чая, а затем, захватив с собой пакет с мусором, поспешно вышел, захлопывая дверь на замок. Что сказать Джину он так и не придумал, да и не уверен, что старший вообще захочет это обсуждать, а значит сейчас самое время, чтобы уйти незамеченным. Тяжелой поступью парень спустился по лестнице, по пути на остановку заворачивая к мусорному баку, а затем вспомнил, что так рано транспорт ходит нечасто, и принял решение идти пешком. Холодный утренний воздух отрезвит мысли и поставит все на места, ибо пока в голове старшего творится хаос, центром которого является Ким Сокджин. Все произошедшее странно. И Намджун не был уверен, что это конец, напротив, что-то внутри подсказывало, что так история с Джином не закончится. И это, наверное, даже хорошо, потому что пока парень не чувствовал даже подобия облегчения, но произошедшее вчера - явное потепление в их с Сокджином напряженных взаимоотношениях, хоть со стороны так могло и не показаться. Откровенность старшего дорогого стоит, поэтому Намджун рад и этому. Эти мысли несколько успокоили его, парень даже прибавил шаг, после того как определил, что с Джином все не так уж и безнадежно. Чонгук нагнал Намджуна уже около дома старшего, чему последний, откровенно говоря, не обрадовался. Говорить сейчас не хотелось даже о музыке, а зная дотошность Чона, этот разговор обещал быть длинным. - Намджун-хен, подожди! - Чонгукки~, привет. Прости, но я должен бежа… - коротко улыбнулся Ким, повернув голову к младшему градусов на двадцать и собираясь уже было нырнуть в подъезд, но заявление Чона заставило поменять планы. - Я знаю, что ты ночевал у Джина-хена. Намджун моргнул пару раз, чуть вжимая голову в плечи и поворачиваясь к младшему лицом. - Эм, даа… - промямлил парень, соображая, что вообще можно ответить на это, - Так получилось. Мы допоздна писали лирику и заснули в процессе… - Правда? Вдвоем? – скептически приподнял брови младший, застывая в полуметре от Кима и скрещивая руки на груди. - Нет, с нами еще Тэхен был… - попытался соскочить Намджун, прекрасно понимая, что Чон явно не пойдет спрашивать у Тэхена о его вчерашнем времяпрепровождении, но спалил тем самым себя еще больше. - Неа, Тэхен не появлялся в течение всей ночи. Его машина даже во двор не заезжала. - Так он ее в шиномонтаж загнал… - Нет, я узнал у Хоби, что он всю ночь в клубе каком-то тусил. – безапелляционно заявил младший, качая головой. - Мы писали вместе, а потом он ушел. – Намджун правда пытался выглядеть не жалко, но суровый взгляд Чонгука выбивал землю из-под ног. – И потом мы уснули. - Хен, я знаю, что вы с Джином были вдвоем. Хватит уже придумывать. – качнул головой Чонгук. Его голос опустился на пару градусов, глаза сосредоточились на меняющемся от напряжения лице Кима, - Скажи честно, ты изменяешь моему брату с Джином? От холода в голосе младшего Намджун поежился, окончательно забывая о том, что старше Чонгука, и тот не в праве предъявлять ему хоть что-то. - Все не так. Мы не встречаемся с Джином… - покачал головой Джун, опуская глаза и тяжело вздыхая, - Это сложно, Чонгук. Но это не то, о чем ты подумал. - Правда? – усмехнулся брюнет, пренебрежительно оглядывая старшего с ног до головы, - То есть ты вчера сбежал «по важным делам» к Сокджину в гости, втайне ото всех и именно в тот момент, когда его соседа нет дома, и случайно уснул там, просыпаясь утром и заботливо вынося мусор перед уходом? - Откуда ты это знаешь вообще? - Да какая разница? – разозлился Чонгук, повышая голос, - Главное, что это так, и выглядит все не особо невинно. Ты сказал, что вы не встречаетесь, но это не означает, что вы не проводите ночи вместе, так получается? - Чонгук! – воскликнул Намджун, ошарашенный обвинениями младшего, - Ты совсем с ума сошел! Нет между нами ничего такого! - А что же тогда заставило тебя провести ночь там? – Чонгук понимал, что лезет в то, что его откровенно не касается, но оставить все на самотек не мог. Хосок не заслужил такого отношения к себе, и Чонгук не позволит его обижать. Не просто же так он ушел поздно ночью и вернулся чуть ли ни с первыми лучами солнца, ночуя в отеле и проспав всего пару часов. Да, это выглядело, как преследование, но… Хоби ему не чужой, молчать нельзя, но если это все же не то, чем кажется, то нет смысла лишний раз беспокоить брата, так что Чонгук решил разобраться во всем сам, чтобы обезопасить Хосока и не мотать ему нервы просто так. Пока что получалось плохо, потому что Намджун вел себя странно, не отнекиваясь, но и не признаваясь, явно что-то скрывая и беся этим Чонгука до дрожи. - Я не могу тебе сказать, - покачал головой Ким, размышляя о том, что брюнета это явно не устроит, и что-то рассказать все же придется. Только к правде не готов не только Чон, но и Намджун, поэтому говорить откровенно – провальный вариант, а быстро придумать правдоподобную ложь не получалось. Тянуть время и дальше он не мог, потому что Чонгук уже явно закипал от недовольства и был готов плюнуть и рассказать все остальным, чего допустить нельзя, но Джун искренне не знал, как выкрутиться. - Отлично! Тогда будешь с Хоби объясняться! – зло процедил младший, уже разворачиваясь и собираясь уйти, но Намджун перехватил его локоть прямо на ходу и заставил снова посмотреть на себя. - Подожди. Я все расскажу. Только обещай, что никому не скажешь… - судорожно соображая, проговорил Намджун, глазами бегая по пространству вокруг, и пытаясь зацепиться хоть за что-то. К сожалению, во дворе не было ни единого средства отступления, он вообще был пуст в столь ранний час, только где-то в районе выезда ругалась семейная пара, явно опаздывающая куда-то. – Я не говорил, но мы с Джином были знакомы в школе… Чонгук, вроде как, не вырывался и уходить передумал, внимательно слушая старшего, что тянул из себя слова словно щипцами. - Так вооот… Мы, вроде как, поругались немного… - Намджун запнулся, мысль просто кричала о своей несостоятельности, - Точнее… Мы эм… - Что вы? – выгнул бровь Чонгук, от нетерпения притопывая ногой, - Встречались что ли? - Встречались… - повторил Намджун, обдумывая сказанное. Это был неплохой вариант, по крайней мере, более безобидный, чем правда. Хорошо, что Чон сам его предложил, Нам вряд ли бы додумался до этого, - Да, мы встречались. И расстались. - А теперь решили вспомнить юность? – поджал губы Чон, отступая на шаг и хмурясь. - Нет. Мы просто решили обсудить это, так как толком не общались этот месяц, и не решили, что делать с этой информацией. – сочинял на ходу Ким, - Я пошел к Джину в гости специально тогда, когда Тэхена не было дома, потому что никто не знает о наших «отношениях», и мы не были уверены, что кто-то должен узнать. Слово за слово, мы просто выпили и поругались снова. Он бокал разбил, истерику устроил, я не мог просто уйти… Остался спать на диване, чтобы он гулять не ушел в таком состоянии… Это все. На лице Чонгука читалось сомнение, но это было хотя бы не явное недоверие, так что Намджун чуть выдохнул. - И это точно все? Между вами ничего не было? - Нет, конечно, я ведь с Хоби, - закачал головой Намджун, округляя глаза якобы от возмущения, - Я просто слишком ответственен, когда дело касается не чужих мне людей. Я помог. И только. - И ты ничего к нему не чувствуешь? – сузил глаза Чонгук. Он все еще смотрел с подозрением, но оно явно таяло, так как та часть правды, что Намджун позволил себе сказать, явно спасала несостоятельную ложь. – Вы просто знакомые? - Конечно. Мне нравится Хоби, а с Джином у нас даже несерьезно было. Ничего нет и не будет. Я обещаю, - заверил блондин, поднимая уголки губ и с мольбой глядя на младшего, - Только не говори об этом никому, не хочется выяснять отношения на публику. Мы вчера сошлись на том, что выступим и разойдемся без скандалов, так что… Я расскажу Хоби, но позже, - заметив искру неодобрения в глазах младшего, поправился Намджун, - Сейчас мы должны сосредоточится на выступление. Это много значит и для меня и для него, поэтому… Чонгук, пожалуйста. - Я не скажу. – нехотя кивнул младший, - Но у меня есть условие. Если вдруг, даже вскользь, всего на секунду, но ты что-то почувствуешь к Джину – ты сейчас же прекратишь отношения с моим братом. Хосок заслуживает самого лучшего, я не позволю использовать или обманывать его. И если я сам замечу что-то подобное, то, предупреждаю, я все ему расскажу. - Хорошо, я обещаю, что ты и не вспомнишь об этом, - активно закивал старший, невесело улыбаясь и неловко похлопывая Чонгука по плечу, - Спасибо, Чонгук. - Не благодари, я делаю это не для тебя. Холодок снова скользнул по спине Кима. Чонгук слишком быстро переменился к нему. Еще вчера он чуть ли не боготворил старшего, а теперь… Парень был просто не готов к такому, тем более от безобидного Чонгука, которого всегда считал за друга. Ошибся? Или просто нужно подождать, чтобы тот немного остыл? - Все равно спасибо. Чон не ответил, вздыхая и отворачиваясь от старшего. Не прощаясь, он скрылся за поворотом, оставляя Намджуна с еще более тяжелыми, чем до встречи, мыслями и новой порцией страхов. Что ему делать-то теперь? С Джином поругался, перед Чонгуком спалился… Хорошо, хоть Хосок пока не знает и не узнает обо всем, если младший не соврал. Намджуну остается только надеяться на это.

***

Пак нехотя разлепил глаза и сел на кровати, потому что надоедливый дверной звонок не умолкал уже добрые пять минут, а у соседей Чимина было явно не его, железное, терпение. На циферблате горело всего двенадцать часов ночи, но для гостей все равно поздновато, учитывая, что Пак никого не звал. Парень поерзал на кровати, в надежде, что идти до двери все же не придется, но звонок снова повторился, а глаза блондина окончательно разлепились. Подходя к двери и распахивая ее настежь, так как глазка не было, парень искренне ненавидел человека по ту сторону, пока этот человек не показался на пороге. - Чимин, я могу переночевать у тебя? – Юнги потупил глаза и переступил с ноги на ногу. Сонный Чимин открыл глаза шире, и даже не сдержал удивленного возгласа, на что Мин пожал плечами, - Я договорился с Намджуном, что сегодня переночую у Джису, но… Парень не закончил, к концу предложения понижая голос и давая понять, что продолжения не будет. Пак еще с секунду постоял на месте, пытаясь прийти в себя после сна, а затем отступил, пропуская брюнета внутрь и закрывая за ним дверь. - Хочешь соджу? - Нет. Вот тут Пак действительно напрягся, потому что Шуга всегда хотел выпить, сколько он его знает, так что у него действительно должно было случиться что-то серьезное, раз он так говорит. - Знаешь, у меня есть бутылка виски на такие случаи… - Хочу блинов, Чимин, - уныло пробубнил Юнги, расправившись с курткой и ботинками. Сказал он это скорее в шутку, но на удивление уже через десять минут сидел в небольшой чиминовой кухне и слушал тишину, помешанную с потрескиванием блинов на сковородке. Младший так ни о чем его не спросил, а Юнги не сказал, так что между ними повисла длительная пауза, которая как ни странно не напрягала, а даже несколько успокаивала. Когда две порции были готовы, Чимин, все так же молча, снял сковороду с плиты и сел на пол напротив Юнги, ставя перед ним тарелку с блинами и яблочное варенье. Шуга благодарно кивнул, берясь за вилку и жадно поглощая предложенную еду. Чимин к своей так и не притронулся, спустя пару минут пододвигая ее дожевывающему остатки старшему, и неотрывно наблюдая за тем как он, не глядя, принимает вторую порцию. Когда же в кухне затихли и звуки жевания, Пак решил подать голос. - Все так плохо, да? – тихо спросил он, закусив губу и глядя на похолодевшее лицо Юнги. - Мы расстались, - просто ответил старший, пожав плечами и промокнув уголки губ салфеткой. - Сегодня? - Час назад. Мы сошлись на том, что больше не можем терпеть друг друга, да и смысла в этом уже давно нет… - вроде как безразлично кивнул Мин, откладывая столовые приборы и складывая руки на столе в замок. - Но… - А еще у нее есть другой. Уже два месяца. Вот после этого Чимин действительно боялся открыть рот, возможно впервые в своей жизни. Лицо брюнета настолько резко исказилось, а голос так заметно дрогнул, что у младшего у самого что-то внутри упало, ломаясь, кажется, навсегда. Он не видел Шугу таким никогда. А еще был уверен, что и не увидит больше никогда. - Я… - слова комом застряли в горле, а голос стал противно скрипучим, словно его издавали старые заржавевшие дверные петли. Чимин сам поморщился от этого, опуская глаза и разглядывая узор на поверхности стола. - Знаешь, что самое забавное? – губы старшего на несколько мгновений тронула невеселая улыбка, которую Чимин заметить так и не успел, - Она сказала, что была уверена в том, что я и сам уже несколько месяцев как в отношениях на стороне… - Что? – глаза Чимина взлетели на лицо брюнета, на что тот криво улыбнулся и пожал плечами. - Да, сказала, что это было очевидно, но она надеялась, что это просто порыв… - Но это ведь не так! – негодующе воскликнул младший, - Ты же все это время только тренировался и пропадал в студии! А сколько раз ты срывался с тренировок из-за того, что переживал за ваши отношения! - Я вот тоже думаю сейчас только о том, как она могла подумать, что я мог так поступать с ней все это время… - Юнги облизнул губы, поднимая рассеянный взгляд на Пака, - Чимин, скажи честно, я похож на такого человека? - Нет! – горячо воскликнул младший, едва Мин договорил предложение. – Это какой-то бред! Я просто не понимаю, как она могла так подумать! Я в жизни не видел человека, который бы так держался за отношения, как ты! Это просто… - А что если я думал об этом? – перебил его Юнги, склонив голову чуть вбок. - … возмути… Что? – брови Чимина непонимающе сошлись, а голос понизился до среднего тона, - О чем ты? - Что, если я думал о том, чтобы изменить ей? Чимин замер на пару секунд, переваривая смысл сказанного и даже приоткрыв рот. Когда же мысль более менее прижилась в его мозгу он, намного тише, чем до этого, ответил. - Ну, этого в любом случае не произошло. Так что, по факту, ты ни в чем не виноват, и она не доверяла тебе зря… Мин на слова Чимина криво улыбнулся и опустил глаза. - Знаешь, - спустя продолжительную паузу подал голос старший, - Я не должен был тебя беспокоить и приходить, но… Раз уж я здесь, может, посмотрим фильм? Чимин, ранее находившийся в некой прострации, сейчас поднял на него рассеянный взгляд и неуверенно кивнул. - Кажется, в прошлый раз мы так и не добрались до Телефона*? - Да, кажется, мы посмотрели всего пару минут, а затем уснули? – кивнул Юнги, поднимаясь на ноги. Тарелки и пустой бокал из-под молока он положил в раковину, за что Пак в другое время конкретно бы так наехал, но сейчас просто пожал плечами и первым пошел в комнату, чтобы включить компьютер. Через пять минут оба парня уже сидели на разложенной чиминовой постели, кутаясь в одеяло и безучастно глядя на монитор. Младший даже не заметил того, что Юнги забрался в его кровать прямо в уличной одежде, как и того, что большую часть фильма Мин задумчиво косился на него. Когда же фильм подходил к развязке, и даже Шуга увлекся происходящим, монитор неожиданно потух, а где-то в квартире громко щелкнул предохранитель. - Чееерт, - издал обреченный возглас Чимин, елозя по кровати в поисках телефона, ведь с отключением монитора пропал и последний источник света в комнате, а рассвет за окном еще не намечался. – Гребанные пробки! Опять сосед сверху что-то чинил в два часа ночи! Кто так делает вообще? Ну, не умеешь, так зачем браться?! – ворчал Чимин, продолжая копошиться в кровати, задевая Юнги всеми конечностями, какие у него имелись. - Так часто бывает? – решил уточнить Шуга, через секунду получая пяткой по лицу. Затем последовал громкий возглас, и в темноте показалось виноватое лицо Пака, что тут же начал активно кланяться. - Прости, пожалуйста, хен! Я случайно! Мне очень жаль! - Все нормально, ты нашел телефон? – махнул рукой Юнги, хоть Пак и не мог увидеть этого в темноте. - Нет, я даже не представляю, где он может… - рассеянно залепетал парень, но на полуслове громко хлопнул себя по лбу, - Точно! Он на тумбочке за тобой! Не успел Юнги и опомниться, как живая тушка Чимина оказалась прямо на нем, а руки младшего потянулись куда-то за спину парня, на что Юнги непроизвольно вздрогнул и попытался уклониться, но ничего не вышло. - Вот он, маленький засранец! – воскликнул младший, елозя на коленях Шуги и резко отклоняясь назад, отчего едва не ударился лбом об поворачивающуюся в его сторону голову Юнги. На пару секунд лица парней оказались непозволительно близко, хоть в темноте этого было и не видно, но безумно ощутимо. У Юнги даже воздух в легких застрял на секунду, а Чимин вдруг перестал отдаляться так и зависая в паре сантиметров от лица старшего. В темноте все было чертовски расплывчато и туманно, но младший был уверен процентов на шестьдесят, что взгляд Юнги сейчас намертво застыл на его губах, отчего где-то внутри щелкнула лампочка, пуская ток по телу. Парень непроизвольно облизал их, замечая, как Шуга едва заметно сглотнул слюну и перевел взгляд выше, уже на глаза Чимина. Из непроглядной темнота медленно преображалась в более менее терпимую, так что сейчас можно было даже навскидку оценить эмоцию, которую выражал этот самый взгляд Шуги и предположить, что он мог думать сейчас по этому поводу. Это несколько пугало своей неожиданностью, ведь Пак четко видел, что Юнги его сейчас… Ну, хочет. Господи, даже в голове у парня эта мысль прозвучать нормально не смогла, что же говорить про реальность, в которой младший и вовсе окаменел, не представляя как много нужно было выпить, чтобы такое приснилось… Нет, правда, Чимин часто видел этот взгляд направленный на него, причем в самых разных обстоятельствах и в разное время суток, но уложить в голове то, что смотрел на него так сейчас не кто-то, а Мин Юнги, оказалось самым сложным на практике Пака. Прежде он был уверен в своей неотразимости, даже с Намджуном до сих пор руки не опускал, но вот о Шуге в подобном ключе никогда не задумывался… А стоило бы, да? Ведь действительно, если подумать, то Чимин часто оказывался с Шугой в каких-то не совсем стандартных, порой даже интимных обстоятельствах, но никогда почему-то не воспринимал их таковыми, хоть и замечал подобное даже за незнакомцами… Они ведь уже минимум дважды вместе случайно падали, бегали под дождем, держась за руки, спали в одной постели и даже напивались пару раз… Про постоянные просмотры фильмов, тренировки и переписки, ставшие нормой, Пак и упоминать не видел смысла, так как попросту не мог вспомнить их регулярность. Он как-то неожиданно поделился своей жизнью с Юнги, хоть этого в планах не то, что не было - это было вразрез с ними. На месте Мина должен был оказаться Намджун, а не его старший, мрачный и молчаливый брат, который при первой встрече вызвал у Пака интереса ровно столько, сколько зубочистки за соседним столиком. Что могло измениться за полтора месяца? - Джису сказала, что думала, что я встречаюсь с парнем из нашей группы, - Чимину ведь не показалось, что голос старшего стал непозволительно низок и чувственен сейчас? – Она пару раз искала меня, а Намджун ей говорил, что я тогда был с тобой, вот она и… - Со мной? Она решила, что ты встречался со мной? – Чимин и не заметил, как в его голосе скользнула явная провокация, помешанная с привычными в таких случаях нотками соблазнения. Шуга шумно выдохнул, сильно закусывая губу, чтобы не сказать ничего лишнего, но Пака было уже не остановить, хищник в нем расплылся в не предвещающем ничего хорошего оскале, а руки сами потянулись к лицу старшего. Левую он невзначай опустил на плечо, а правой подцепил подбородок, большим пальцем касаясь нижней губы и сильно надавливая на нее, так, чтобы зубы перестали впиваться в плоть. Лицо сейчас же украсила заигрывающая улыбка, а глаза тепло сощурились, отмечая, как Шуга замер от действий младшего, во все глаза, следя за Паком. Наверное, решающим стало то, что буквально через секунду после этого послышался щелчок и звук включающегося обогревателя, который до отключения электричества мерно шумел на фоне, разбавляя тем самым окутывающую квартиру тишину. Шуга неожиданно резко и грубо подался вперед, сталкиваясь губами с губами Чимина и тяжело выдыхая. Его руки намертво вцепились в тело младшего, одна притягивая к себе за затылок, а вторая за талию, что, впрочем, не требовалось, ведь спина Пака уже изогнулась навстречу, позволяя буквально вжать того в Мина. Губы также с энтузиазмом распахнулись, позволяя Юнги с ходу ворваться в рот младшего и сейчас же яростно начать орудовать там, ведь у Шуги сейчас в голове словно пробки выбило, он мог только повиноваться тому, что подсказывало ему внутреннее желание. А подсказывало оно, что кинуть Чимина на постель и улечься сверху, походу стягивая с младшего верх пижамы, это самая лучшая идея в мире, что в итоге и случилось, а Чимину эта затея явно понравилась. Руки Шуги прошлись по всему оголенному торсу блондина, оставляя после себя целую стаю мурашек и вызывая в Чимине неконтролируемое желание простонать, что, собственно, и случилось в следующую же секунду, когда пальца Мина достигли кромки пижамных штанов. Юнги соврет, если скажет, что слышал, чтобы кто-то стонал так же сладко, как это делает Чимин. Правда, ни одна его бывшая партнерша не шла ни в какое сравнение с Паком, хоть это и дискредитировало Юнги как хорошего любовника. Быть может, дело не в самом Чимине, а в том разжигающемся все сильнее огне внутри Шуги, что обжигая жарче алкоголя, почти что плавил внутренности Мина и только набирал температуру с каждым прикосновением к податливому, тянущемуся навстречу, горячему телу. Странно, Юнги никогда не считал себя страстным человеком, но на деле оказалось, что он, видимо, просто не мог найти того, кто бы разжег его настолько, чтобы эта страсть вылезла из недр аналитически-депрессивного сознания и «дала жару»… Со стороны все могло показаться слишком стремительным, ведь буквально через минуту на Юнги как и не бывало рубашки и майки, а пижамные штаны Чимина вот-вот упали на пол рядом с кроватью, но сами парни этого сейчас заметить не могли, на волне желания просто позволяя друг другу все то, что до этого хранилось где-то в резерве. Что удивительно, Чимин – опытный парень с добрым десятком партнеров за плечами, сейчас отмечал, что моментами просто не может обозначить некоторые ощущения, вспышками мелькающие в сознании, словно он не испытывал их раньше, хоть и понимал, что, по идее, это никак невозможно… Тем не менее, это было так и парень просто таял от этой непредсказуемости, спуская с рук Шуге то, что он – Пак Чимин – всегда был сторонником нежного секса с долгими ласками и прелюдиями, хоть это и было присуще, в своем большинстве, девушкам. Сейчас же, ему было практически наплевать на свои же приоритеты, так как все происходящее продолжало успешно не укладываться в голове, и после каждого взмаха ресниц, по новой удивлять своей реальностью. Все эти мысли запутанно кружили в голове у Пака, руки же существовали отдельно, запутываясь в волосах Юнги, оглаживая его даже излишне худую фигуру, и играясь с уже наполовину расстегнутой ширинкой, отчего Шуга периодически порыкивал, веселя Пака в процессе и заставляя улыбаться старшему в губы. Хотя, веселится-то, по факту, было нечему, ведь колом вставший член изнывал по прикосновениям, отправляя по всему телу вибрации и дрожь даже от мимолетного соприкосновения с чем-то инородным. Это существенно расшатывало нервы, но настолько обостряло все ощущения, что Чимин с радостью терпел, предвкушая, насколько хорошо станет совсем скоро, когда Юнги не выдержит. А Юнги не выдержит, это точно. Где-то на периферии сознания Пак понимал, что все происходящее может быть вполне нормальным для него, но не для натурального до этого Юнги, впрочем, эта информация волновало его слишком мало, особенно когда он чувствовал все то возбуждение, что буквально лилось из старшего, окутывая его с головы до ног. Шуга уже не сможет остановиться, Пак знал это наверняка. И он не прогадал, на самом-то деле… Уже утром, когда комнату осветил холодный свет солнца, спрятанного за облаками, Чимин понял, что случилось. Он проснулся нехотя и кряхтя, так как спина жутко затекла от неудобной позы, а во всем теле болезненно пульсировали отголоски прошлой ночи. Юнги лежал рядом, закутанный в одеяло и сурово нахмуренный во сне, что еще вчера казалось бы мило, но сейчас у Пака вызывало только рассеянность и недоверие. Вся аура Шуги сейчас была привычной и обыденной, но не воспринималась, как прикрытие, как Чимин считал раньше, Юнги действительно был таковым. После проведенной вместе ночи, Пак мог говорить это наверняка, ведь милая сторона старшего так и не всплыла наружу в процессе, казалось бы, полного раскрепощения. Нет, Мин был пылким любовником, что приятно удивило, хоть Чимин и не задумывался об этом раньше, но серьезность и некое занудство не пропало даже во время секса, вылезая в сосредоточенной и долгой растяжки младшего, а так же постоянных вопросов, типа: «Все в порядке?» или « Тебе не больно?», что несколько растягивало процесс и вгоняло в отчаяние. И нет, Чимин не придирается, просто любит спонтанность в постели, что старшему, очевидно, не характерно по жизни… Хотя, как иначе объяснить его вчерашнее поведение, если не порыв? За своими рассуждениями Пак даже несколько отвлекся от реальности, но кряхтение под боком и ворчание Юнги, что, очевидно, тоже проснулся и приподнялся на постели, вернули Чимина в действительность, от которой волосы дыбом встали. Секунду. Чимин переспал с Юнги? С братом парня, о котором он мечтал уже больше месяца? С тем самым Юнги, который сначала явно недолюбливал Чимина, а потом стал ему почти что лучшим другом? Именно с этим Юнги, да? - Намджун, блять, какого хрена ты открыл шторы так рано? - заворчал Юнги, недовольно копошась и приоткрывая один глаз, - Какого черта ты вообще приперся ко мне в... - слова застряли комом в горле, когда пелена спала, и в силуэте напротив Шуга разглядел Пака, - Чимин? Что ты... Парень не договорил, так и оставаясь с открытым ртом, когда воспоминания прошлой ночи всплыли в сонном разуме. Это даже могло показаться забавным, если бы Чимин не ощущал себя также как Юнги сейчас выглядит, поэтому блондин молча пожал плечами и опустил ноги на холодный пол, зябко поведя плечами и шлепая по паркету в сторону шкафа. Как был - голым, отчего Шуга сначала офигел, а потом покраснел, неловко бегая глазами по комнате и почесывая затылок. Снова поднять голову старшему пришлось только тогда, когда уже закутанный в теплый плюшевый костюм Чимин подал голос. - Будешь кофе? - Эм, да, пожалуйста... - откашлявшись, кивнул Мин, косясь на невозмутимое лицо младшего, который уже направился в сторону кухни. По парню не было понятно, что он обо всем этом думает, но Шуга и не уверен, что вообще хочет это знать. Все это слишком странно и неловко. - Можешь надеть серый костюм, он на третьей полке в шкафу, - негромкий оклик Пака из кухни вернул Шугу в реальность. Обратно на кровать Чимина, в центр смятых простыней и разбросанной по комнате одежды. Как же это странно. Парень нехотя вылез из-под теплого одеяла, спешно несясь к шкафу и судорожно натягивая на тело одежду, так как поблизости послышались шаги младшего. Уже в спортивных штанах и с толстовкой в руках Юнги обернулся на застывшего в проходе Чимина, который с удивлением наблюдал за мини-паникой старшего. - Ты это не всерьёз, правда? - не то усмехнулся, не то попрекнул его Чимин, окидывая Юнги с ног до головы и чуть поджав губы в подобие улыбки, - Я уже все там видел, что конкретно ты хочешь скрыть? - Я ничего не скрываю и... - еще больше смутился Шуга, поспешно натягивая толстовку и нервно теребя ее края, - Просто замерз. - Правда? - больше не скрывал иронии в голосе Чимин, - Я недостаточно согрел тебя ночью? - Чимин! - взвыл Юнги, злобно сверкая глазами и упирая руки в боки, отчего Пак чуть расслабился и беззлобно засмеялся. - Да перестань ты, все нормально. Не думал, что из нас двоих, ты окажешься неловким стесняшкой, - фыркнул Чимин, приближаясь к подобравшемуся было Юнги и неожиданно пару раз ткнув парня в бока, отчего Шуга растерялся и попытался уклониться. Тогда Пак чуть отступил, оглядывая старшего и снова заливаясь смехом. - Не вижу в этом ничего смешного, - насупился было он, но гогочущий Чимин, по привычке, завалился к нему на плечо, отчего по телу старшего прошла вибрация, расслабляя. Все-таки это все еще просто Чимин. Не злобный монстр, готовый изнасиловать Юнги на месте, и не коварный искуситель, жаждущий подчинить Мина своей воле, хоть в голове у Юнги, стыдно признаться, крутились именно эти мысли. Обычный Чимин, который забавно злится и совсем не умеет по-человечески извиняться. Тот самый, который может уронить тебя прямо по середине улицы или ударить мокрым полотенцем. От этих мыслей у Шуги с плеч словно гора свалилась, он расслаблено улыбнулся и откинул голову в бок, чуть закатив глаза, - Ну, хватит уже! Чимин от его шутливо-сердитого тона только еще сильнее затрясся, кажется, даже хрюкнул от смеха, отчего смешинка передалась и Юнги. Когда же младший закончил, он вскинул глаза на Мина и, продолжая улыбаться, лукаво спросил. - Ну, что делать-то будем, а? - А что делать? - сразу напрягся Шуга, прикусывая губу. - Ну, не знаю как ты, а я не каждый день с друзьями голый просыпаюсь... - протянул блондин, приподнимая брови, - Так что нужно все выяснить и решить, что делать с этим. - Да нечего выяснять, все случайно получилось, поэтому давай просто сделаем вид, что ничего не было. - быстро залепетал Юнги, к которому вернулась отступившая было паника, - И вообще, я не гей. - Вот как? - чуть нахмурился Чимин, скептически глядя на парня, - Ладно, мы все забудем, но только с одним условием. - Каким? - с опаской глядя на младшего, тихо спросил Шуга. - Секс по дружбе - не моя остановка. Так что больше не позволяй себе такого, хорошо? Тем более, что наша договоренность еще в силе, а такие вот ситуации ей совсем не помогают... - серьезно проговорил Чимин, а на рассеянный взгляд старшего пояснил, - Я о Намджуне. Твой брат еще не перестал мне нравиться, так что... - Отлично, - Юнги правда старался скрыть злость в голосе, но не берется утверждать, что у него получилось. Нет, серьезно? Имя Намджуна было последним, что он хотел услышать из уст Чимина после совместной ночи, пусть Юнги и не осознавал, что это может значить. В любом случае, позлиться долго у него не получилось, как и проверить реакцию Чимина, так как из кухни пополз запах горелого омлета, отчего Чимин сморщился и завопил, со всех ног несясь к плите. Шуга последовал за ним, распахивая настежь окно, пока Пак выключал плиту и пытался отскрести остатки от, внимание, антипригарного покрытия. - Ну, вот почему у тебя все так? - закатил глаза Юнги, подходя ближе и качая головой, на что Чимин фыркнул. - Лучше помоги мне, а то... - Блять! - взвыл не своим голосом Шуга, когда младший резко повернулся и случайно коснулся раскаленной поверхностью руки Мина. - Боже, прости! - чуть ли не выронил сковороду из рук Чимин, округляя глаза и делая шаг вперед, но Юнги инстинктивно отшатнулся едва ли не получая новую порцию ожогов, - У меня есть мазь, подожди секунду! - воскликнул блондин, все же возвращая сковороду на плиту и, споткнувшись, несясь к аптечке. Боль заглушила все прежние эмоции, поэтому сейчас Юнги хотелось просто обыденно убить Чимина и больше не мучиться от его неловкости. Когда же младший через минуту подлетел с тюбиком и начал судорожно выдавливать на поврежденное место мазь, Юнги смог только шикнуть и привычно воскликнуть: "Пак Чимин! Твою мать!".

***

Чонгук ненавидел все это. Он вовсе не собирался погружаться в любовные интриги их новоиспеченной группы, хотя бы потому что там был как минимум один человек, который делал и его причастным ко всей этой драме, пусть никто и не знал об этом, но все же карма не обошла его стороной и за собственную ложь он поплатился сокрытием чужой тайны. Нет, по факту, Намджун не вдавался в подробности и ничего неприличного из их с Сокджином совместного прошлого Чонгуку не рассказал, но все же даже та информация, которой Чон младший располагал уже не давала ему спокойно жить. Голову отравили постоянный подозрения, так что парень пристально следил за поведением Кимов старших, в каждом слове и взгляде выискивая подтекст. И ужасался тому, что видел, потому что, они практически совсем не контактировали, перебрасываясь только дежурными фразами, но у Чонгука навязчивой мыслью в голове застрял один, пойманный им пару дней назад взгляд Намджуна, направленный на старшего. Вот вроде бы ничего особенного, но Чон почему-то уверен, что все в их отношениях сложнее, чем "просто знакомые". Еще больше напряг ответ Джуна на наводящий вопрос Чонгука после тренировки, потому что старший как-то совсем по-юношески растерялся, опуская глаза и лепеча, что Чонгуку просто показалось. И что прикажете делать с этим? Как Чон должен поступить сейчас? Вроде ничего не было, но тем не менее, Чонгука постоянно преследует мысль о том, что он помогает в сокрытие измены его брату. Может, все же рассказать все Хосоку и не мучиться? С другой стороны, кто Чонгук такой, чтобы раскрывать чужие секреты, пока не появилось реального повода? Да и это неизбежно развалит их команду, а до выступления осталось совсем немного... Чонгук мучил себя этой делемой каждый день, продолжая молчать и все больше ненавидя себя за это, отчего у парня даже пропал аппетит и снизилась работоспособность. Но даже не это было самым худшим... Чимин снова сидел с ним. С момента обмена партнерами по индивидуальным тренировкам прошло около месяца, за который Чонгук вполне себе подружился с Джином, уже почти и не прокручивая в голове тот самый неприятный вечер, и стараясь не думать о его странной связи с парнем его брата, по крайней мере, на тренировках, так что сейчас его единственной проблемой был Пак Чимин. Чон младший был просто уверен, что энтузиазм Пака закончится ровно через три тренировки с Тэхеном, и он придет к Чонгуку, чтобы просить помощи, но парни, каким-то неведомым никому способом, сдружились и сейчас выглядели если не друзьями, то хорошими приятелями точно. Но это было еще половиной беды, потому что в первую неделю Чимин выглядел измученным и усталым и, по факту, не общался ни с кем, кроме Тэхена и Хосока, а, соответственно, сократил до минимума общение с Юнги, который являлся его потенциальным парнем, но начиная с середины второй воспрянул духом и начал не просто общаться, а кажется активно наверстывать упущенное, окончательно потеряв Чонгука из поля своего зрения. Чона это, разумеется, радовало мало, хоть он и понимал всю плачевность своей ситуации. И нет, он не ненавидел Мина за это, но и просто забить на происходящее был не в состоянии. Тем более, что Чимин как-то совсем осмелел, все прошлую неделю буквально повиснув на старшем и проводя с ним все свое свободное время. Чонгук узнал это от Хосока, а тот от Тэхена, потому что они с Чимином теперь были друзья. Чонгуку это казалось даже забавным, вот только он сам невольно стал частью всей этой круговерти, потому что не мог перестать. Перестать ревновать Чимина, который сейчас, словно панда на ветке, навис над Шугой, обхватив его плечи руками и уложив голову на правое плечо; перестать раздражаться каждый раз, когда Юнги невзначай, ответно коснется руки Чимина, а у того на лице от этого расцветет дурацкая счастливая улыбка; перестать психовать и казаться всем поехавшим на гормонах подростком, который не может пережить расставание с бывшим. Ладно, допустим не всем, Намджун и, в теории, сам Юнги возможно до сих не знают об этом, но, если подумать… Ким – парень его брата, ко всему прочему, еще и кажется немного влюбленный в Джина, а Чимин – недопарень Юнги, с которым тот явно делится неприлично многим… Вполне возможно, что в курсе уже абсолютно все, просто они молчат об этом… Бесит еще больше! Чонгук буквально фыркнул, поймав себя на этой мысли, потому что только по ней можно было понять, насколько он еще маленький и не контролирующий себя подросток, и постарался засунуть эмоции подальше, но Чимин, словно нарочно, начал говорить громче, шутливо заигрывая с Тэхеном и прижимаясь к спине Юнги еще сильнее. Язык Чонгука своевольно прошелся по челюстям, выдавая его явное недовольство, что, впрочем, не заметил никто, кроме стоящего лицом к нему Тэхена, в глазах которого на секунду проскользнуло любопытство. Чонгуку было плевать. Плевать на все, кроме Чимина, раскачивающегося из стороны в сторону и громко смеющегося с какой-то идиотской шутки Тэхена. Хосок убежал еще десять минут назад, поручив Чимину закончить тренировку без него, отчего отдых растянулся на добрые пятнадцать минут вместо пяти, и все лениво расселись на полу, болтая между собой и обсуждая всякие глупости. Хотя «все» сказано слишком громко, команда разбилась на три группки: громко болтающие Чимин и Тэхен, рядом с которыми расположился почти задремавший Юнги; Намджун и Джин, кажущиеся дикоскучающими, и изредка перекидывающиеся парой слов; и сидящий отдельно ото всех Чонгук, что постоянно кидал на первых недовольные взгляды. В любом случае, из-за затянувшегося перерыва затянулись и страдания Чонгука, что ему категорически не нравилось. Он отвернулся, уставившись на руки, но абстрагироваться до конца не получилось, так как слух парня уловил собственное имя. -… и тогда мы с Чонгуком просто напились соджу… - рассказывал Чимин, ярко улыбаясь на вопрос в глазах Тэхена, - Мы вообще много дичи творили тем летом, даже стыдно немного сейчас… Тэхен понимающе хмыкнул, краем глаза замечая рассеянный взгляд Чонгука. - Изменил бы что-то, зная исход? – невзначай спросил парень, отмечая, что губы Чона опасно сомкнулись в узкую полоску. - Да, - честно ответил Чимин, сидящий спиной к Чонгуку и не подозревающий о том, что тот сейчас ищет подвох даже в интонации его голоса. – Есть вещи, которые я бы с удовольствием изменил, их последствия приносят слишком много проблем… А вот тут у Чонгука внутри взорвался небольшой вулканчик. Больше всего он ненавидел сочувствие к себе, причем в любой форме. А Пак сейчас сказал это так виновато и удрученно, что кулаки Чонгука невольно сжались сильнее. И это не паранойя, парень готов поклясться, что Чимин говорил про их отношения! Жалеет он? Изменил бы он все? Чонгук приносит проблемы, да? Да что этот Пак о себе возомнил?! Крышу у Чонгука понесло не по-детски, его первым желанием было подойти к Паку и хорошенько ему врезать за эти вот слова, но парень сумел сдержать гнев в себе, потому что рукоприкладство никогда не было выходом. Вторым, пронеслось желание напиться в зюзю, так чтобы Чимин пошел куда подальше, хотя бы на пару часов, но и это пришлось отмести, так как через две недели начинались соревнования, и парень просто не мог подвести целую кучу людей, только из-за своей несчастливой любви. Третьей, взвыла гордость, так что до звездочек перед глазами захотелось доказать Чимину, что он не прав, и что Чонгук прекрасно справляется и без него, но это тоже было сиюминутно невыполнимо. Да и взять девушку из пустоты было не так-то просто… Замкнутый круг. Именно это говорил мозг Чонгука, пытаясь успокоить своего неугомонного хозяина, но получалось плохо, так как ноги Чона сейчас подчинялись исключительно эмоциям и уже несли парня к толпе людей. Подойдя совсем вплотную к развалившемуся на полу Юнги в обнимку с Чимином и стоящему рядом с ними Тэхену, младший понял, что ему совсем нечего сказать этой троице. К его счастью, (или проклятью, тут как посмотреть) руки, вслед за ногами, слепо подчинились порыву, и в долю секунды оказались на шее прихневшего от жизни Тэхена, который, по большому счету, был вообще не причем. На удивление, душить его Чон не стал, а только сильно дернул на себя, сталкиваясь с его губами своими и неловко укусив за нижнюю, отчего челюсть Тэхена буквально отвисла. Признаться, брюнет и сам не знал, что он сейчас делает, и главное, зачем, но неконтролируемое «Ооо!», вырвавшееся из груди Чимина за спиной, говорило о том, что чтобы сейчас не происходило, оно явно произвело должный эффект. Это несколько подбодрило Чонгука, он начал активнее орудовать языком, и сейчас это действительно напоминало поцелуй, вот только неловко замеревший Тэхен несколько портил ситуацию, потому что вопреки своему образу, сейчас напоминал тряпичную куклу, безвольную в руках владельца. Тогда Чонгук «в порыве чувств» опустил левую руку на талию старшего, притягивая его ближе, и поворачивая его голову так, чтобы Чимину и Юнги не было видно рассеянности на лице Кима. Это несколько растормошило парня, он повел плечами и склонил голову сильнее, отвечая на поцелуй и уложив свои руки на талию Чонгука. Младший опешил, будучи уверенным, что Ким его оттолкнет и даст люлей за самодеятельность, чем Тэхен и воспользовался, больно укусив Чонгука напоследок и резко отстраняясь. Глаза младшего сейчас же распахнулись, он непонимающе уставился на Кима, но его взгляд был устремлен куда-то за спину Чонгука. - Чимини~, ты не против, если мы с Чонгуком уйдем с конца тренировки? Чонгук так и не услышал ответа Пака, а увидеть его кивок не смог, так как продолжал моргать и смотреть на Тэхена. Тот же, получив одобрение, взял Чонгука за запястье и потащил к выходу. Чон послушно последовал за ним, так ничего и не проронив на прощание, впрочем, и оставшиеся в зале парни оказались немногословнее, провожая парочку удивленным взглядом и переглядываясь между собой. - И что это было? – выдохнул Юнги, когда за парнями захлопнулась дверь. Ответа, конечно, не последовало, потому что подобного развития событий не ожидал никто, и в зале на несколько минут повисла гробовая тишина. - Сделаешь так еще раз, и получишь по щам! – едва за ними захлопнулась дверь, огласил Тэхен, отталкивая Чона от себя и вытирая губы тыльной стороной ладони. – А еще будешь объяснять им, почему у тебя после поцелуя с «твоим парнем» сломан нос! - Я не это… - залепетал было Чонгук, но старший лишь махнул на него рукой. - Меня не интересует и не касается, почему ты сделал это, я просто предупреждаю о последствиях. - Эм, тогда спасибо, что ли, что подыграл, - кивнул Чонгук, рассеянно глядя на Тэхена, что уже направился к раздевалке. Тот его слова, естественно, проигнорировал, но неприятного осадка не осталось, так что Чонгук даже не захотел ударить себя после всего произошедшего. Нет, сейчас он начал понимать, как странно это выглядело и как много вопросов это все вызовет, но сделанного уже не изменить, так что остается только благодарить Тэхена за временную передышку и возможность придумать план. Кстати… - Хен, подожди! – воскликнул парень, несясь за старшим. - Не называй меня так. - Ну, Тэхен-ши!