***
После 2-го урока он подошёл к Ане. Хотел у неё разузнать про её новые сверхспособности. Давно ли это? Или совсем недавно? Что она чувствует? Как поняла что она так может? — Аня! — окликнул парень блондинку. — Привет! — Привет! — обернулась девушка. — Снова попросишь конспект, потому что твой разгрыз «Челмедведосвин»? — Не помню у себя такой отговорки. — заметил парень. — От такого чуда-юда я ещё не умирал. — В новостях показывали странного парня, кричащего о нападении некого «Челмедведосвина». Вот я и подумала что ты снова возьмёшь отговорку из новостей. — У нас дома нет телика. — признался Морозов. — Да что уж там, у нас даже нормальных телефонов нет. Обычный кнопочный Nokia. — сказал Кеша доставая телефон. — Тогда как узнаёшь о происшествиях? — Я там бывал и умирал! — Хорошая шутка. Все всегда думали что он шутит насчёт его бессмертия. И Морозов даже этого не опровергает. Но всё же обидно когда тебе не верят. — Так что тебе нужно? — спросила Аня, после минуты молчания. — Я слышал ты стала местным Магнето! — пытался пошутить парень. — Как ты это провернула? — Честно — сама не знаю. Я обнаружила это в пятницу вечером. После свидания с Мишей. У него была какая-то странность, но я этого вначале не заметила. Просто когда я вечером стояла у собственной двери и искала ключи, то когда я подумала о том чтобы они появились они вылетели из моего кармана. — Ясно. — сказал Кеша, вникая в её историю. — А ты раньше знала об этом? — Мы слышали что-то такое от девочек из параллели. Но я, честно сказать, не верила им. — рассказывала блондинка. — Варя решила спросить у них, а одна из них решила ей показать как та управляется со временем. — Так значит есть ещё такие? — Походу, да. Мы с подругами назвали эту болезнь «Это». — «Это»? — удивился Морозов.***
Кеша не мог думать о чём либо ещё, кроме как о словах его одноклассницы. О том, что из-за какой-то половой болезни, люди становились похожими на него. Но может это даже к лучшему? — Кеша? — окликнул его учитель. — Да, Геннадий Дмитриевич? — Что я только что попросил сделать? — Эээ… — Прочесть первую главу. — шёпотом подсказал Толя. — Прочесть первую главу. — повторил за одноклассником, Морозов. — Хорошо, Кеша, — сказал учитель. — А что мы сейчас читаем? — «Отцы и дети», — ответил юноша, после добавил. — Автор Тургенев. — Молодец, так почему же ты не читаешь? — Задумался, извините Геннадий Дмитриевич. — Извиняю, в четверг будете писать сочинение по этому произведению. И только тогда учитель умолк и продолжил читать свой журнал. Геннадий Дмитриевич — один из признанных геях в их посёлке, и только единственный уважаемый. Не потому что он был супер активистом, нет. Совсем наоборот. Он никогда не ходил с радужным флагом по улицам и не устраивал митинги. Но если кто-то оскорбит его или его друга «Мистера Мазохиста», то ему следует закрыть уши, потому что его покроют таким бабским диалектом, что даже беременная или яжемать не смогут противостоять. Кеша же решил вовсе не читать, как сказал учитель, а кое о чём поговорить со своим соседом по парте. — Толя. Нет ответа. — Толян. Нет ответа. — Анатолий! — тихий крик. — Что? — посмотрел сосед суровым взглядом. — Почему ты больше не занимаешься боксом? — неожиданно спросил Кеша. Вообще он хотел спросить о другом, но не решился. — Устал. — Поэтому подался в балет? — с шутливым тоном спросил блондин. И тут же осознал свою ошибку. — Ты не подумай! Я ничего против балета не имею… Просто инте… — Мама любила балет. — Ясно. Неловкое молчание. — Ты что-нибудь знаешь об «Этом»? — О чём об «Этом»? — Ты ж у нас в биологии шаришь. — стал объясняться Морозов. — Вот я и… — Это какая-то зараза? Болезнь? Что это? — Что-то вроде СПИДа, но не совсем. «Это» вроде жизнь не отнимает. — Об этом не слышал. — ответил Толя, после чего поправил чёлку. — Может тебе её начать закалывать?