Фантастические тараканы и их место обитания

В огромном сияющем зале, под стеклянными сводами, увитыми резьбой и цветами, начался внеплановый совет. Толпа самых разных существ любопытно шумела, глядя на высокую эльфийку в белоснежных одеждах. Она холодно оглядывала окружающих. Здесь были многие из тех, кто мог быть полезен для них всех. Всё могут вложить свою лепту в становлении единой личности. Тех, кто был лишним, она даже не призывала, хотя некоторые пришли сами, а другие просто не явились, считая, что их вклад будет несущественен. Она не могла никого в этом винить. Она посмотрела на причину сбора и парой слов начала совет. — Что это? — членораздельно выдала Логика, поправляя очки в роговой оправе. Ей никто не ответил. Она вздохнула. — Хорошо. Поставлю вопрос по другому. В последние пол-часа никакой новой ненужной информации не поступало. Значит кто-то опять поднял архивы. Послышались всхлипы и сдавленное «о, блять». Всё дружно развернулись в сторону маленькой феечки в платье из листьев и ореолом красноватых кудряшек, которая готовилась вот-вот заплакать. Наконец, она заревела: — Я мультики искала! — протянула Инфантильность. Всё слаженно вздохнули, кроме седой колдуньи, которая сидела скрючившись у самой двери, злобно глядя на присутствующих золотыми глазами, сжимая в кривых руках посох и иногда поправляя мантию. Её Логика не звала, скорее не только за ненадобностью, но и из-за личной неприязни. Впрочем, Интуиция пока молчала и не мешала. — Ладно, женщины! — устало рявкнул откуда-то снизу единственный мужчина из присутствующих, гном Хам. — Быстро решаем и расходимся. Что там, Логика? Недовольно опустив синие глаза на гнома, эльфийка кивнула и, не сгибая спины, галантно подняла лист и, важно запрокинув голову, прочитала его содержимое. Всё сразу замолкло. Спустя миг несколько существ сонно поползли-пошли-полетели к выходу, а двое вышли вперёд. Дракон недоверчиво косилась в сторону железной куклы. — Настал ваш черёд, Жадность и Математика! Задача такая: продавец назвала цену — 75, а сдачу дала 15. Что надо было сделать? — Протестую! — глухим голосом откуда-то из толпы протиснулись… Сова. Седая оборотниха птица теряла по пути перья и врезалась в Жадность по пути. — Вас хоть раз Память подводила? Продавец сказала не семьдесят, а восемьдесят! А… — вдруг она остановилась и, вытаращив глаза, осмотрелась. — А что мы собрались? Дракон закатила глаза и выдохнула струю дыма из ноздрей. Память была у них мало того, что девичья, так ещё и с намёком на склероз. — Семьдесят-десят! Пятьдесят и двадцать-ать пять, — глючащим голосом вставила Математика. — А разве не сорок пять? — переспросила Жадность. — И тридцать пять! — Память, наконец, осенило. И тут произошло то, что и ожидала Жадность с самого начала. Железные руки и голова куклы стали сильно дергаться, запахло горелым, от шарниров повалил дым. Дракон набросился на куклу и накрыл её своим телом. Раздался взрыв. Благодаря тому, что драконы устойчивы огню и имеют прочную кожу, никто не пострадал. Логика, рефлекторно прикрывшая лицо руками, недовольно поджала губы. — Перегорела проводка, — прокомментировала Меломанка, поправив нимб и на лире изобразив грустный трунь. — Короткое замыкание, — поправила её Физика, оскаливая свои орчьи зубы. Без Математики она не была особо полезна. Чувство-Юмора, общая домашняя ворона, троекратно каркнула. И начался галдеж. Жадность рычала на Память, та активно кудахтала в ответ. Логика призывала всех к порядку, но её, как обычно, никто не слушал. Меломанка на арфе выдавала что-то из Мельницы, Фантазия отвлекалась на неё и особо не плакала. Инфантильность же орала просто так, за компанию, тогда как Ненависть, к детям в том числе, грозилась её придушить. Или сожрать, добавляла про себя ведьма. Даже Хам, покрывавший всё это матом, особо не привлекал внимание, даже когда споткнулся о присутствующую Лень. Дымкой взмыла над толпой Философия, призывая всех к миру. Бесполезно. Мысли и чувства смешались, шумели и мешали друг-другу. Всё это могло продолжаться ещё долго, но раздался испуганный крик. Юная дриада Женственность указывала во тьму коридоров. Сначала никто ничего не понял, но спустя миг все запаниковали. К ним приближались чудовища. Они не нападали, но их вид пугал. Волок за собой ноги зомби, гулко рыча: «Кофе мне… Изыдте…», За ним — похожий на жука-паразита Мигрень и ещё много чудищ, вроде Недовольства, Суеты, Зелёной Тоски, и прочих. Во главе этого шествия сил Тьмы, опираясь на посох, шла Интуиция, невинно и зловеще улыбаясь. Логика глотала воздух. Даже она предалась панике с таким соседством. — Зачем? — только и смогла произнести она. Интуиция, её давний враг, усмехнулась. — Полночь, — как бы невинно ответила колдунья. — Мне показалось, что их можно сразу позвать, если вы собрались из-за мелочи спорить. — Всего-то… Три минуты! — возмутилась Логика, глядя на часы. — Не стоит разводить тут… Но Интуиция просто указала куда-то пальцем. Она не сразу поняла, что все смотрят не на неё, а куда-то выше, и улыбаются. Правда, у некоторых это была истеричная улыбка. Жадность протирала лапы. Интуиция снисходительно смотрела вместе со всеми, и в её глазах читалось, что она это знала. Эльфийка не хотела разворачиваться. — Всем здрасьте! — подняв руку с воздушными шарами и улыбаясь аки Пеннивайз, Вдохновение, также называемое Арлекином, вызвало бурю эмоций. Чуть не сбив неверящую Логику с ног, Фантазия и Инфантильность хором набросились на него. Заразительно смеясь, он обвёл их всех взглядом с высоты своего роста. — Как же хорошо, что вы все сегодня здесь собрались. Я столько идей принёс, нужны самые разнообразные состояния! И началось. Теперь всё внимание было направлено на Арле, но шуму от этого не меньше. Даже зомби, хтонические чудища и унылые призраки словно плясали под его дудку. Хам смотрел на это буйство с каменным лицом, и единственное, что он смог сказать, было трагичное: — Ну что же за хрень? Сказав это, девушка протянула руку за телефоном. Сон так и не шел, а в голове возникли новые идеи и желание их развить. Был всего первый час ночи, она прекрасно знала, что ложилась и позже, а после прекрасно просыпалась в школу. Логично было, что она всего-то поспит подольше, лето ведь, что может пойти не так? Глава была написана часам к пяти утра. Проснулась горе-писательница в полдень, с жуткой мигренью и желанием уничтожать всё на своём пути. Интуиция торжествовала молча.