Да хранит тебя Чак

Я аккуратно выскользнула из своей комнаты, параллельно влезая в куртку, осознавая, что в четыре часа ночи на улице не очень тепло, да и вообще в последнее время сильно похолодало, хотя, что я еще хочу? Зима, как никак, начнется уже через три дня. Пройдя по чуть освещенному пустынному коридору, я на несколько секунд задумалась над разумностью своих действий, но тут же решила, что сейчас рассуждать над этим поздновато, да и не особо часто я совершаю разумные поступки, так что не надо и делать исключением. Облизав засохшие губы, наверное, потому что я нервничала, я вскочила вверх по лестнице, чуть не упав на предпоследней ступеньки, так как еще не совсем послушные ноги после не очень продолжительного сна запнулись о железяку. Тихо выругавшись себе под нос, я быстро открыла дверь с помощью ключа, хранившегося рядом с ней и выскочила на свежий воздух, пряча последний во внутренний карман. Поежившись, я недолго раздумывая, смело пересекла не то чтобы особо загруженную дорогу и двинулась в глубь леса. Вчера, отделавшись невнятными объяснениями, что я смогу стать пифией или чем-то вроде того, и узнаю, где Судьбы, благодаря, конечно, Аполлону, я ушла к себе, больше так никого не увидев, потому что даже орешков перед сном мне особо не захотелось. Да и вообще, магазин мы так и не посетили, так что запасы надо экономить. Судорожно вздохнув, я вдруг споткнулась о какую-то кочку и, конечно же, потеряв равновесие, упала. Снова вспомнив несколько бранных слов, я уселась на голую землю и потерла, несмотря ни на что, слипающиеся глаза. — Артемида рассказала, что ты сделала…. Ты даже сильней, чем я ожидала, но неумение управлять своими способностями… — Сведет меня с ума, да, я знаю. — Грубо ответила я, посматривая в чуть сощурившиеся изумрудные глаза бога. — Мне можно не говорить об этом по несколько раз на дню. — Чуть тише дополнила я, поднимаясь с помощью протянутой Аполлоном руки. — Ладно, не важно. — Отмахнулся он, запрокидывая голову назад. — Давай переместимся куда-нибудь, где будет поуютней? — Предложил он, на что я тут же согласно кивнула головой, чувствуя, что начинаю замерзать. Он несколько секунд смотрел тупо перед собой, будто бы что-то вспоминая, потом мягко взял меня за предплечье, чуть притягивая к себе. В следующую секунду я почувствовала небольшую боль в голове, а, когда открыла глаза, то поняла, что нахожусь в каком-то номере, наверное, среднего уровня отеля. — Все нормально? — Похоже, больше машинально поинтересовался бог, рассматривающий странные фигурки на столе. — Да, где мы? — Я подошла к нему, усаживаясь на ровную поверхность, но бог в ответ лишь пожал плечами. — Какая разница… — Задумчиво после двух минут молчания и рассматривания одной их мини-скульптур, неожиданно ответил он. — Пойдем на кровать, так будет удобней. — Тут же продолжил он уже намного бодрей и, не дожидаясь моей реакции, переместился туда, усаживаясь поудобней. Несколько секунд я, сощурившись, как только что делал сам греческий бог рассматривала дурацкие фигурки, а потом, судорожно вздохнув, встала изо стола и спокойно подошла к постели, усаживаясь прямо напротив Аполлона. Благо, кровать большая. — Слушай, на самом деле, я уже давно это не практиковал… Не знаю, как сейчас поведет себя Дух, так что будь готова, ну там, к непредвиденным ситуациям. — На то они и непредвиденные, что к ним никак нельзя подготовиться. — Улыбнулась я, пожимая плечами. — Тем более что, если честно, то я вообще смутно представляю, что сейчас будет, вернее, что должно быть. — Ну… — Протянул в ответ Аполлон, всем своим видом демонстрируя, что он тоже не особо в теме, что, ну не то, чтобы придавало уверенности и обнадеживало. — Вообще, если все пойдет так, как и должно пойти, то ты должна просто сказать предсказание. — А оно точно будет про Мойр? — Я чуть подалась вперед, приподнимая бровь. — Ну, надеюсь. На самом деле, Энджи, пророчества — вообще неоднозначная вещь. Обычно, когда Дух вселялся в кого-либо, то он просто зачитывал предсказание в стихах и оно зачастую бывало не очень понятным, даже для меня… — Поморщился Аполлон, на что в ответ я лишь устало вздохнула. — То есть, ты сейчас хочешь сказать, что еще совсем не факт, что я узнаю, где находятся Мойры, я могу и, не знаю, увидеть будущее любого человека в этом мире? — Ну, нет. Вообще, я должен буду задать вопрос, а Дух ответит на него, но не факт, что у нас с тобой получится правильно расшифровать его слова. Хотя, я, конечно, попрошу сделать предсказание как можно, эм, понятней. В общем, все очень неоднозначно и сложно. — Подвел не очень радостный итоге Аполлон. — Да, я это уже поняла. — Кивнула я, потирая переносицу. — А когда мы приступим? — Решила я, наконец, перейти к действиям, осознав, что разговор все-равно ни к чему не приведет, а только заставит еще больше нервничать и раздражаться, что в четыре часа утра после непродолжительного сна делать не очень тяжело. — Да хоть сейчас! — Он положил руки на колени и заглянул мне в глаза. — Слушай, я тут вспомнила, что Пифия должна быть девственницей… — Черт возьми, как он умеет так притягивать взгляд, даже, если очень хочется отвести его? — Нашла тоже проблему! — Фыркнул Аполлон. — Когда эти правила то устанавливались? Тем более, что потом, когда оракул распространился, люди начали выбирать в пифий девушек, независимо от их социальной принадлежности, она могла даже раньше быть замужем, так что сама понимаешь. — Он пожал плечами. — Успокойся, все будет нормально… — Наверное. — Больше неосознанно добавила я, на что бог лишь закатил глаза. — Ой, да ладно. Я это и раньше не раз проделывал. — Он махнул рукой, а потом ехидно улыбнулся. — Скажи спасибо, что я тебя тут не заставляю одеваться, ходить с лавровым венком, пить ну далеко не самую чистую воду и жевать лавровые листы, а потом взбираться на треножник, который не то, чтобы сделан по последним технологиям, так еще и находящийся прямо над расселиною скалы, а потом впадать в экстаз от вредных удушающих паров, а после бормотать вообще не связанные слова, просто вытащенные из контекста основного пророчества. — Ты это все придумал? — Я округлила глаза. — Нет, конечно. Делать мне было нечего. Все люди, все, как обычно. Вы очень любите усложнять сами себе жизнь. — Усмехнулся Аполлон. — Ну что, приступим? — Он развел руками, а потом сделав наигранное качание головой, будто бы на разминке перед рукопашным боем, подмигнул и коснулся моих висков. — Готова? — Я медленно кивнула, а потом меня будто бы ударили электрическим разрядом. Изогнувшись в спине, я закинула голову назад, чуть приоткрыв рот, будто бы готовая закричать, но так и не издав ни звука. Потом я почувствовала, как что-то обволакивает меня, медленно забираясь сначала в мое теле, а потом и подсознание и даже душу. Ощущение не из приятных, на самом деле. — Ну и что тебе нужно? — Услышала я неожиданно приятный детский голос, из-за чего тут же попыталась рассмотреть источник звука, но открыв глаза ничего не увидела, так как абсолютно все было заволочено какой-то странной дымкой цвета, как и глаза Аполлона. — Привет. — Тихо произнесла я, понимая, что ничего кроме, как говорить я не могу. — Тише ты, не мешай. Во разговорчивая попалась. — Отозвался все тот же детский голос, окружающий меня, похоже буквально со всех сторон. Я замолчала, если честно, растерявшись, услышав столько возмущения в ее речи. Некоторое время вокруг была меня абсолютная тишина, даже почему-то не было слышно, как стучит кровь, из-за чего становилось по-настоящему жутко. — Эх, ладно, помогу я тебе. И не потому что меня попросил Аполлон… И, нет, он меня не заставлял! Ну разве, что только немножко… — Я улыбнулась, приятно осознавая, что хоть это сделать я, к моему счастью, могу. — Спасибо. На самом деле, мне бы очень хотелось узнать, где находятся Мойры. — Блин, мне бы сейчас сесть напротив этого ребенка, посмотреть на него, пошевелить своим телом, но все что я могла — это прикусывать губы и ожидать его решения. — Правда? — Почему-то с восторгом воскликнула она. — Я с радостью… — Голос резко замолчал. — Хотя, нет, не хочу. — Вдруг выпалила она, на что я от удивления вскинула брови, и до меня вдруг дошло, чем больше я могу шевелить, тем меньше у меня остается времени на разговоры. — Не думаю, что Аполлон обрадуется, если узнает, что ты отказываешься мне помогать. — Немного растерявшись, решила я надавить на первое, что пришло в голову. — Думаешь? — Доверительно поинтересовался ребенок, на что я тихонько угукнула. — Хотя, знаешь что? Мне плевать на то, что он скажет… И сделает. — Неуверенней добавила она. Я рассерженно вздохнула, мысленно восхищаясь Аполлоном, если ему приходилось не раз вести переговоры с ней, хотя, видно, запугать он ее сумел. Пока я продумывала, как ее уговорить на то, чтобы она помогла мне, она терпеливо сопела вокруг меня. Нет, она была именно вокруг со мной, а не рядом, так как я чувствовала, что она находится буквально везде, что немного напрягало, так как создавалось ощущение, что и мысли мои она, что называется, читает. — Послушай, сказать честно? Я совершенно не умею общаться с детьми, в отличии от моей старшей сестры. Будь она здесь, а не в постели, закутываясь в теплое одеяло, она бы однозначно сумела уболтать тебя, помочь мне, но ее тут нет, так что я очень сильно прошу тебя: помоги мне. Мне не просто так надо узнать, где находятся Мойры… — Все говорят, что не просто так, а потом меня обвиняют, что я их обманула. Не у что я виновата, что это они не умеют меня слушать и понимать? Погибнет великое царство… Ну ведь каждый правитель хочет услышать, что именно его государство самое лучшее, а он — дурак, как же он мог победить, если даже не верит в свой народ и в себя? А потом еще и меня пришел обвинять… — Начала жаловаться она, а я с яростью начала вынимать из памяти поверхностные знания по Древней Греции, в которых не оказалось даже никаких намеков на слова ребенка. — А этот, Александр, ворвался в мой храм, нашел пифию и потащил ее за горло… Ну и как я могла ей не помочь, скажи, пожалуйста? Пришлось выдать, что первое пришло в голову, а еще и дни то были злосчастными! — Продолжала жаловаться она, иногда печально вздыхая. — Какое было все-таки время, а теперь… Сидишь и сидишь, ничегошеньки не делаешь! — Ну так помоги мне, пожалуйста. Мне правда это нужно, чтобы спасти… Мир. — Я тихо хмыкнула, понимая насколько же тупо это звучит это, но девочка вдруг напряженно замолкла. — Хорошо, ты прекрасна. — Вдруг ответила он, и я почувствовала, как она широко улыбнулась, а потом вдруг исчезла. В следующую секунду я потеряла ориентиры, а затем уже очнулась рядом с Аполлоном, который аккуратно придерживал меня за плечи. Заметив, что я пришла в себя, он мягко улыбнулся. — Поздравляю, я даже адрес записал. — Он помахал листочком перед моим лицом, в то время пока я пыталась справиться с небольшим головокружением, медленно приходя в норму. — Как часто ты с ней общаешься? — Поинтересовалась я, пряча бумажку в карман джинсов, так и не взглянув на написанное. — На самом деле, через пару тысячелетий она стала очень даже сговорчивой, да и опыт у меня хоть какой-то, да был с Артемидой то. — Усмехнулся он, на что я лишь поджала губы. — Что я тебе должна? — Тихо поинтересовалась я, предполагая, что он ответит, судя по нездоровому огоньку в его глазах, но Аполлон покачал головой. — Может, просто прогуляемся? — Неожиданно предложил он, на что я широко распахнула глаза. — А я решила… — Каждый думает в меру своей испорченности. — Прервал меня Аполлон, ловко соскакивая с кровати. — Тут неплохая забегаловка рядом, пойдем, тебе стоит немного побыть на свежем воздухе. — Дополнил он, передавая мне куртку, которую я послушно одела на себя и с немалым удивлением проследовала за явно повеселевшим богом. Кафешка была и впрямь хорошая, а особенно в половину шестого утра, так что от тишины были слышны, как тикают настенные часы. Выбрав столик, Аполлон сел рядом со мной и, уронив голову на руки, затих. — За чем мы сюда пришли? — Решила поинтересоваться я. — Понимаешь, ммм… Тогда в кругу, мы так хорошо… Ну… — Почему-то начал запинаться Аполлон, так что мне пришлось догадываться. — Поговорили? — Он тихо угукнул, на что я лишь тяжело вздохнула. — Тебе не с кем поделиться, ну, всем, да? — Я сощурилась, и получила еще один невнятный ответ. — Понимаю… — Вот из-за этого я и согласился тебе помочь, потому что ты меня понимаешь, в отличии от всех остальных… — Поняв, что речь получается немного неразборчивой, он выпрямился. — Даже у Богов есть проблемы, недопонимания, и это на самом деле удручает. — Он тихо вздохнул. — Будешь чай? — Вдруг встрепенулся он, на что я лишь на автомате кивнула, как завороженная рассматривая его немного посветлевшие глаза. От тишины закладывало в ушах, а никто из нас даже и не шевелился. Чай, принесенный тут же после заказа сонной и злой официанткой, остывал на столике, пакетики от высыпанного, но так и не размешенного сахара валялись на порядочном расстоянии от чашки. На улице было еще темно, так как светать в это время года начинает только в половину восьмого, не раньше. Я судорожно вздохнула и, облизав губы, неуверенно дотронулась до плеча бога, поворачиваясь к нему всем телом. Он вздрогнул, но от рассматривания неба оторвался, переводя взгляд на меня и вопросительно выгибая бровь. — Что же, похоже, мы оба не очень хороши в разговорах, вернее, их начинаниях, так что попробую я. Не суди строго. — В шутку предупредила я, на что он лишь театрально закатил глаза. — Аполлон, я понимаю, что мне просить от тебя что-либо еще неправильно, но… Понимаешь, Эбигейл, моя старшая сестра, она беременна, ей не место в бункере. Ты не мог бы мне помочь еще немного, перенеся ее домой? Мне правда… — Он оборвал меня, сначала как-то жалобно посмотрев мне в глаза, а потом вдруг резко наклонившись и поцеловав меня, будто бы я могла от чего-то его спасти. — Конечно, я помогу тебе. — Оторвавшись от моих губ, прошептал он, наклоняя голову вниз и зажмуриваясь, из-за чего мне лишь оставалось тупо смотреть в его светлые волосы. Несколько длинных секунд, я не могла заставить себя пошевелиться. Я абсолютно не понимала, что мне надо сделать в этой ситуации, мне никто и никогда не рассказывал, что делать, если рядом с тобой сидит бог, который только что тебя поцеловал. Да что там! Мне никто и никогда не рассказывал, что мне делать в принципе по жизни, не объяснял, что плохо, что хорошо, до всего мне приходилось доходить самой. Нервно сглотнув, я сама зажмурилась и позволила телу сделать то, что оно хотело. Как обычно, все на уровне интуиции. Наклонившись, будто бы поднырнув под его голову, я дотронулась своим носом до его, так как до губ мне в таком положении было достать не очень удобно. Смущенно улыбнувшись, я посмотрела в его изумрудные глаза. — Это, в конце концов, честно. Ты помог мне, я должна… — Никогда не считай себя платой за что-либо, никогда! — Тут же прервал он, снова накрывая своими губами моими и откидывая назад, так что я, будучи сидящей около стены, уперлась в нее, положив руки ему на плечи. — Я не должен, ведь ты можешь все понять не так, вернее, ты уже это сделала. Энджи, послушай, как бы это правильней сказать… — Он нахмурился, поднимая глаза вверх, будто надеясь на потолке найти ответ. — Ты хочешь меня? — Я выгнула бровь, если честно, совершенно не понимая, что не так. — Да, то есть, нет, то есть… Арг, Энджи, не путай. — Он с легким укором посмотрел на меня. — В общем, я не люблю, и да, я хочу твое тело, но в то же время мне правда интересно с тобой общаться. Я не знаю, как это правильней описать… — Он растеряно посмотрел на меня, будто бы ища подсказки поддержки одновременно. — Я не хочу, чтобы ты подумала, что ты мне интересна только в сексуальном плане, просто, для меня это уже, как привычка или вроде того. — Успокойся, я тебя поняла. — Я мягко улыбнулась, аккуратно дотрагиваясь до упавшей на его немного сморщенный лоб пряди и убирая ее назад. — Скажу даже больше, мне тоже. А так же я обязана добавить, что, во-первых, я не то, чтобы против, а, во-вторых, мне это даже в какой-то мере выгодно, ведь, случись что, я тебе всегда смогу предъявить все, как плата за оказанные услуги, ведь так? — Аполлон фыркнул, улыбнувшись, и кивнул. — Может, тогда вернемся к кровати? — Предложил он, на что я согласна кивнула, косясь на уже остывший чай, к которому так даже и не прикоснулась. В следующую секунду я снова почувствовала легкую боль в голове, но он быстро убрал ее, целуя и перенося на кровать. Быстро расправившись с футболками, он снял с меня бюстгалтер, но в тот момент, когда дело уже должно было перейти к более откровенным ласкам, я вдруг замерла, откровенно уставившись на его тело, из-за чего Аполлон тут же остановился. — Что с тобой? — Тихо поинтересовалась я, дотрагиваясь до большого шрама, протянувшегося прямо от плеча и почти до пупка. — Видишь… — Тихо вздохнул он, и это был явно не вопрос. — Их у меня уйма, не так уж идеально мое тело, на самом деле. Нельзя оставаться без каких-либо отметин, периодически сражаясь, даже, если ты и бог, что-то просто не залечивается, оставляет следы, и это нормально. Я их часто скрываю, это несложно, но, оказывается, ты можешь увидеть сильнейший, так скажем, подарок. Досталось мне от дракона Пифона, он охранял Дельфы. Его пришлось убить, чтобы расчистить место для прорицания, но из драки я нетронутым, как видишь не выбрался. — А мне кажется, что это даже, ну, хорошо. Ты знаешь историю каждого шрама, знаешь, по каким причинам появилось тот или иной, а, значит, можешь и предотвратить появление новых. Эти отметины показывают, как же много ты пережил, а, значит, и сколько опыта у тебя за плечами. — Он довольно улыбнулся. — Вот, понимаешь, я об этом тебе и пытаюсь сказать. Ты не только слышишь то, что не слышат другие, но и видишь. Это прекрасно! Энджи, ты прекрасна… — И не дав мне что-либо ответить или как-нибудь среагировать, он откинул меня назад, целуя.