Что ты здесь забыл?

— Юнги, спасибо большое за то, что ты делаешь. Тебе правда важен истинный, не смотря на то, что это я, или ты так поступаешь чтобы от тебя Хосок отвязался? Альфа пытается держать себя в руках и вообще в нормальном состоянии, не поддаваться желаниям, которые вызывает в нем запах омежки: — Ну если мы истинные, значит, это судьба, и мне тебя стоит просто получше узнать. Но ты же знаешь, какой я говнюк, поэтому пока я не почувствую к тебе любовь или хотя бы привязанность, я буду издеваться над тобой. Раз уж так случилось, терпи. В противовес не очень приятной фразе, альфа прижал омегу сильнее, так как на улице было много других альф, учуявших запах Чонгука. — Когда уже эти таблетки подействуют. Но ты не ссы, всех ушатаю за тебя. У меня ж не будет больше истинного кроме тебя, мелкий. — видно как Юнги немного пригрустнул, осознав ситуацию в полной мере, — Показывай, где твой дом. Ребята вышли из ворот академии. Чонгук слегка улыбнулся: — Да, ты умеешь говорить милые вещи. — Чон хихикнул, потому что его истинный его вполне себе устраивал. Омежка верил, что в оболочке злобного и крутого парня сидит милашка, с которым они точно поладят. А в том, что он сейчас огрызается нет ничего страшного. — Нам направо и дальше по прямой где-то квартал. Тем временем, боль стала терпимой, а запах чуть ослабел. — Все, теперь я, вроде, могу нормально ходить. Но мне нужно, чтобы ты меня проводил, а то очень страшно приближаться к альфам. Вдруг накинутся и… Юнги осторожно опустил его на землю. Теперь они идут рядом, но стараясь держать дистанцию на всякий случай. Иногда ребята смотрят друг на друга, пытаясь представить жизнь истинной пары. Может, это судьба? А может, наоборот, ничего не выйдет и природа пошутила над ними? А может, просто показалось? Вкусный аромат, не больше? — Так тебе действительно нет восемнадцати лет, или я чего-то не понял? — Ну, скажем так. То, что предлагали Хосок и Чимин, еще считается педофилией. И, вообще-то, я говорил, свой возраст, но если уж не услышал, то мне послезавтра исполнится 16. А тебе? — тихо-тихо, отвернувшись в сторону, Гук решает поязвить и добавляет. — Мистер «я не хочу общаться с мелкими». — У меня хороший слух, — альфа забыл имя и сменил тему. — Так вот, я думаю, что нам не стоит пока делать из меня педофила. Это уголовно наказуемо, хоть меня и примут в тюряге, как родного. — пошутил про свой характер. — Но все равно туда не хочется. Еще тебе не стоит пока ходить в академию, это же первая течка, она самая тяжелая. Отсидишься пару дней дома? Эту тупую самодеятельность вам сдавать только через месяц, поэтому ничего не случится, если ты пропустишь пару дней, Чонгук. — Юнги наконец-то вспомнил имя и будто решил похвастаться этим. — Пф-ф, я тебя к себе и так не подпущу. Размечтался. А дома мне сидеть нельзя, я все еще самый младший с курса. Самый неопытный… Мне нужно учиться. Я просто буду пить таблетки, которые мне дал Чимин и не попадаться на глаза альфам. Если что-то пойдет не так то… То ничего хорошего не случится. Буду надеяться, что хоть омеги перестанут наезжать на меня… Кстати, хотел спросить, почему, когда мой курс тебя увидел, все разбежались? — Я, как бы помягче сказать, авторитет, как среди альф, так и среди омег. Во-первых, я один из немногих, кто уже проделал себе путь в шоубизнес, а во-вторых, я отымел половину этой академии, как в прямом, так и в переносном смысле. Меня уважают и, непонятно почему, боятся. Опасаются, скорее из-за моего характера, а может и нет. — достал сигареты. — Ну, а вообще, я добрый, просто немного, совсем чуть-чуть, агрессивный. Юнги поджег сигарету и закурил. Дым наполнил легкие, парень так расслабляется. Он спокойно выдохнул, и дым понесся вслед за ветром. Но не успел альфа насладиться сигаретой, как вдруг у него из рук ее выхватил недовольный Чонгук. — Голос посадишь, ловелас хренов. — по младшему было видно, что любовные похождения старшего его немного расстроили. — Поимел он всех… Пф-ф, лгун. — Слышь мелкий, ты попутал что ли? — смотрит на омегу ледянящим душу взглядом, подходит к нему впритык, — Ты проблем ищешь? Юнги перестаёт, притворяться злым и, улыбнувшись, отходит от младшего: — Не больно то и надо. — альфа достает из пачки следующую сигарету. От чего-то осмелев, Чонгук взял его за запястье и нахмурился: — Весь твой шоубизнес пролетит мимо тебя, если прокуришь голос. Младший выкинул первую сигарету и забрал эту. — Да ты явно нарываешься! — резким движением Юнги прижал его к забору, поставив одну руку рядом с головой Чона, как вдруг в нос ударил аромат омежки. — Да че за хрень.? Ты ж таблетки выпил. Зрачки снова стали расширяться, дыхание стало прерывистым и резким, на лице появилась пошлая улыбочка и руки потянулись к телу младшего. — Чонгу-ук… — казалось, альфа совсем потерял рассудок, но вдруг прозвучал адекватный голос Юнги. — Ударь меня. Омега сглотнул, поймав себя на мысли, что он вроде и не против таких касаний и даже продолжения, но оттолкнул его подальше. — Не хочу я тебя бить, просто не подходи, а то и правда придется ударить. — пятится назад, совсем испуганный. — Нажрусь таблеток завтра. Надеюсь, вообще пахнуть перестану. Как раньше. Юнги снова приближается к нему: — Куда же ты уходишь? — уже нехилый такой стоячок, который еще с прошлого раза не сильно так собирался успокаиваться. Схватил омежку за тонкую и такую манящую сейчас талию, но сознание снова дало о себе знать: — Чонгук, пожалуйста. Омега не сразу отреагировал на его просьбу, потому что завис и смотрит на Юнги, как заворожённый, думая о том, насколько же это все-таки красивый альфа. Спустя пару секунд, очнулся слегонца и вдарил старшему пощечину, не особо сильную, но ощутимую.   — И-извини, пожалуйста… — Чон разрывался между желанием подойти ближе и узнать, в порядке ли его аппонент, или просто убежать. Определиться младший так и не смог. Поэтому, не убегая далеко, омега продолжал пятиться назад. Благо, этого удара хватило чтобы Юнги отпрянул от него. — Что ж так тяжко-то с истинными… — достал ватку из рюкзака и засунул в ноздри. — Все, мне заебись. Я напишу жалобу на эти таблетки. Пока старший возится с рюкзаком, Чонгук осматривает новоиспеченного истинного и, ни сказав ни слова, когда Юнги закончил с носом, подходит вплотную и, встав на носочки, целует альфу. Точнее хотел поцеловать, но старший резко разворачивает его на стовосемдесят градусов от своего лица. — Так, так. Не распускай тут свои слюни на музейный экспонат. Пошли домой мелкий развратник. — Хен, но ты такой классный~ почему нет? — ведет себя, словно пьяный, взгляд ни на чем не фокусируется. — Да, я знаю, что я классный. — Кстати, я живу там. — показал на дом, который они только что прошли. — В смысле прошли? — завернул туда, куда показал омега — Давай, доставай ключи. У альфы внизу все изнывает. Он ждет когда омега попадет домой и окажется в полной безопасности, ведь чем быстрей это все закончится, тем меньше шенс изнасиловать мелкого сейчас самому: — Поживее, мне тоже надо домой. Парень достал ключи от маленького частного дома, Чонгук жил один, но родители перечисляли ему деньги каждую неделю. Немного, но хоть сколько-то. На еду и некоторые развлечения хватало. Младший открывает замок. — Не зайдешь чай попить? Если не пойдешь, я буду сейчас издеваться над тобой. — имеет ввиду подкатывать и тем самым дразнить и без того возбужденного альфу. — Чонгук, блять, двигай давай. Ты потом пожалеешь, если будешь лезть ко мне в таком состоянии. — легонько толкает его в спину. От толчка младший очень даже быстро влетел в дверь своей квартиры. — Если со мной кто-нибудь что-нибудь сделает, я подам в суд, а это никому не нужно. Я хочу только побаловаться. Подразнить. — улыбается, думая, что он как бы в выигрыше в любом случае. — А я и не собирался с тобой что-то делать. Я говорил о том, что ты сейчас сделаешь в таком состоянии, ты пожалеешь, когда придешь в себя. Какой же ты все-таки пошляк в свои неполные 16… — У меня все болит! — голос младшего был по-настоящему грустным, — А другие говорят, что можно кое-что сделать для того, чтоб перестало болеть так сильно. — парень простонал и, облокотившись на стену спиной, сползает на пол  прихожей. — Чувак, у меня нос с затычками. Ты меня не соблазнишь ничем, кроме своей треклятой течки, от которой я защищен. — тычет на свой нос, показывая защищенность, — Так что руки тебе в помощь, иди там облегчай свои страдания. Юнги захлопнул дверь и сполз по ней вниз. — Это дерьмо нихуя не помогает. — вытащил затычки, посмотрел на свое отражение в мобильник, зрачки пульсировали, то увеличивались то сужались, а внизу все ныло и изнемогало, — Убейте этого омегу, пожалуйста, что он со мной сделал. — Вот и ладно. Завтра еще встретимся. Все равно тебе придется меня защищать. — смазка все еще выделяется. Довольно сильно и сопровождалась спазмами — ПОЧЕМУ ВСЕ ТАК ДЕРЬМОВО?! Я ХОЧУ БЫТЬ АЛЬФОЙ. ПРОСТО ЖИТЬ СЕБЕ ПРИПЕВАЮЧИ И ПОДКАТЫВАТЬ КО ВСЕМ ТЕЧНЫМ. ПОЧЕМУ НЕЛЬЗЯ БЫЛО РОДИТЬСЯ ЧЕЛОВЕКО-О-ОМ!!! — буквально втоптал омег в землю, своим монологом. Эхом за дверью раздалось: — ПОЧЕМУ ВСЕ ТАК ДЕРЬМОВО?! Я ХОЧУ БЫТЬ ОМЕГОЙ. ПРОСТО ЖИТЬ СЕБЕ ПРИПЕВАЮЧИ И НЕ МУЧАТЬСЯ ИЗ-ЗА ТАКИХ ЖЕ ТЕЧНЫХ, КАК ТЫ. — не втоптал альф в землю. Чонгук напугался, ибо думал, что Юнги уже ушел. — ТЫ ЗДЕСЬ ЕЩЕ ЧТО ЛИ?! МНЕ ХУЖЕ, ЧЕМ ТЕБЕ. — буквально бомбит. — ЗАТКНИСЬ ТАМ. ИДИ ОБНИМАЙ ТАБЛЕТКИ. — бомбит буквально так же — Я НАДЕЮСЬ, ЧТО ТЕБЕ ОЧЕНЬ ТЯЖКО ОТ МОЕГО ЗАПАХА. — СПАСИБО БОЛЬШОЕ, ИСТИННЫЙ МОЙ. — альфа посылает воздушные поцелуи в закрытые двери. — ДА ПОЖАЛУЙСТА! Парни еще немного поворчали друг на друга и разошлись. Чонгук увалился в кровать и провел там остаток дня, а Юнги сделал приблизительно то же самое, но перед этим ему пришлось дойти до своего дома. На так называемый «чай» омежка его уломать не смог.

***

Утро началось чуть лучше, чем закончился вечер. У Чонгука все по-прежнему болит, но это еще совсем не значит, что можно загулять занятия. Омежка выпивает таблетки и решает пойти в академию. Погода совсем не перекликается с его чувствами. На улице светло, поют птицы. Да кажется вообще все вокруг счастливы. Кроме него, конечно же. Только зайдя в академию, Чон начинает ловить на себе какие-то неодносмысленные взгляды со стороны альф. В голове начинают проноситься сомнения: «Может, таблетки не работают?». Не долго размышляя, Чонгук уходит в туалет, думая, что до начала занятий ему здесь будет безопаснее всего. Услышав звонок, являющийся знаком того, что начинаются пары, омежка пошел в аудиторию. Прямо на входе его встретил Чимин. — Ну как все было? Все в порядке? Вчера все хорошо прошло? — Да, неплохо, не волнуйся. Сейчас вроде все хорошо. — младший улыбнулся. Чонгук-то может и надеялся, что все хорошо, но тут его окружили парни с потока. — Вау, смотрите, кто здесь, — незнакомец ухмыльнулся, — Это же сам Чонгук. Эй, мелочь, может, понесешь за меня сумку? — парень с силой кинул в Гука своей сумкой. — Отвали от меня, не напрашивайся. — младший почти шипит от злости и отходит на шаг из-за броска сумки. Чимин в это все ввязываться не хотел сейчас, потому что знал, что его абсолютно все заигнорят. Чонгук слишком зол, чтобы что-то слушать, а незнакомцам и так наплевать. — Ах! Как страшно-то, и что же мне сделает малявочка? Стукнет? Папе пожалуется? О-о-ой, извиниии, ты же один живешь. — сначала он сделал бровки домиком, якобы ему жаль, но через секунду громко расхохотался. Чонгук уже начал закатывать рукава, чтобы ввязаться в драку, как вдруг, мимо спокойно проходил к своей аудитории Юнги. — О, привет, Чонгук. — альфа специально приобнял омегу за талию, показывая, что эта цаца — его собственность. — Нормально добрался до академии? Никто не обижал? Тут в осадок выпали вообще все. И незнакомцы, и Тэхен, который просто хотел пройти в кабинет, и Чимин, и даже Хосок, который вроде все, что может знать о Юнги, уже знает. Парень, докопавшийся до Чонгука, убежал так быстро, будто его и не было вовсе. По пути он делился с каждым встречным историей о Юнги и самым мелким в академии. Чонгук растерялся, а в нос стукнул такой прекрасный аромат альфы. — Все хорошо… наверное… не знаю… — Ну ладно, пока. — так же неожиданно, как и появился, ретировался. Ви и Хосок смотрят то на уходящего Юнги, то на Чонгука с открытыми ртами, пытаясь понять до конца происходящее. — Я думаю, мне никто здесь ничего не объяснит. — начал Чимин. — Мне бы кто-нибудь объяснил… — поддержал Гук, — Ну, ладно. Зато этот чмошник ко мне больше не полезет, вообще никто не полезет… И не подойдет…

***

Намджун выходит в коридор: — Что за шумиха? — видит Юнги, который быстренько удаляется от места шума. — Ээээ. Ну ясно все. Думаю не стоит знать подробностей. — зашел обратно в кабинет.

***

— Хосок-хен, ты тоже не в курсе, что это было? — Чон еще надеется хоть на какой-то ответ. — Нет, я не в курсе, нет. — Хо снова окунулся в транс. Чимин все это время смотрел на Тэхена, который не двигался и не подавал признаков жизни уже несколько минут. Омега так заволновался, ведь Тэ даже не моргал. Пришлос уточнить все ли хорошо: — Ви, ты в порядке? Очнувшись, Тэ сразу начал орать, на Чимина, но обращаясь к Гуку: — ЭТОТ УБЛЮДОК ЧТО-ТО СДЕЛАЛ С ТОБОЙ???! — Либо я этого не помню, либо нет. Может, ему просто нехорошо? Вот куда он пошел? — из-за своих же слов расстроился и напугался за альфу. Хосок, откликнувшись на волнение омеги, проверил расписание Юнги в телефоне. — У него сейчас должен быть урок у Сокджина. По всей видимости, он сейчас прогуливает пару вокала и чисто теоретически может быть где угодно.

***

Юнги же сейчас зашел в свой кабинет и подошел к Джину. — Учитель, могу я уйти с вашего урока, в очередной раз, вы же мне разрешите? — включил все свое обаяние. Джин буквально залип на милого альфочку: — Да-да, конечно, иди куда хочешь. — Спасибо вам огромное. — пошел на крышу спать.

***

— Что ж, ладно… я хотел найти его, но видно не судьба. Он пошел там, наверное, омежек клеить. Это уже не мое дело… — пытается улыбаться, но все равно грустно выдыхает. Чимин смотрит на Гуки, который очень расстроился: — Не огорчайся, он просто спит где-нибудь, наверное, а может домой ушел. — Я и не расстроился, я ему всего лишь истинный, какое ему до меня дело? — снова огорчается Чон. Хосок поддался провокации омежки и неуверенно заговорил: — Вообще-то, я знаю где он, но он будет не очень-то рад, если я кого-то приведу туда. Обычно он идет туда поспать, но ему редко это удается. Он размышляет о своём прошлом и будущем, пишет тексты и что-то бубнит себе под нос. — в словах Хосока явно можно было различить какое-то теплое чувство по отношению к хену, даже не эту всем надоевшую любовь, а нечто сокровенное, что человек даже не мог назвать очередным набором букв. Чонгук заметил и умилился тому, как Хосок говорит о друге: — Он тебе дорог… — улыбнулся, — Хен, может, ты меня туда отведешь как-нибудь незаметно, и Юнги будет орать на меня, а не на тебя? Я готов к этому! — захлопал глазками. — Мне и так плохо, а тут еще и истинный свалил. — омега делает страдальческий вид и пытается давить на жалость.

***

С крыши довольно высокого здания было видно половину города, но он не привлекал Юнги. Ему хотелось смотреть только на небо, переливающееся самыми нежными красками палитры художника, чье имя никто и никогда не узнает. Альфа достает какую-то поношенную записную книжку и обглоданный до изнеможения карандаш и даже набросал пару строчек: — Черт. Почему только этот выкидыш карлика в голове?! — стер все и снова начал обводить эти слова по еле заметным вмятинкам на бумаге.

***

— Ну, я просто доведу и уйду, а ты скажешь, что нечаянно зашел. Договорились? Хосок только за воссоединение истинных, так что ломаться не стал, да и не было смысла. В итоге, через пару минут идет по лестнице вверх, ведя за собой донсэна. Альфа не знал, к чему приведет этот поступок, он даже не знал хороший это будет итог или нет. Он просто действовал. Раз омега хочет, значит нужно отвести. — Ты таблетки выпил уже? — просто меры предосторожности, никакого насилия Хо не потерпит и стать частью него тоже не вариант. — А ты не чувствуешь? Конечно, выпил, как только пришел в академию. Спасибо, что помогаешь… И, кстати, о таблетках, он хорошо держится… Почти. — хоть и идет довольный, но морально настраивается на пиздюли от своего новоиспеченного истинного. — Ну ладно. С богом! — открыл перед омегой дверь на крышу. — Не зли его лишний раз, а то с крыши столкнет. — хихикнул. Чонгук аккуратно входит в дверь на крышу. — Юнги? Ты здесь? Парень шел аккуратно, осматривался, чтобы не пропустить альфу, а в итоге просто засмотрелся на небо, пока не почувствовал запах Юнги. Омега громко вдыхает аромат парня: — Да. Ты здесь… Я тебя чувствую. — все еще не отрывает взгляда от неба. Юнги притих «вспомнишь говно» — не оставляет попыток написать что-то про ненависть, в своем стиле, но получается какая-то любовная ересь. Громко зарычал, чем выдает себя, вырывает листок, комкает и кидает его куда-то в сторону, прикрывает рот рукой, осознав, что спалился. Не отрывая взгляда от неба, Чонгук услышал рык, так напоминающий голос Юнги. Резко повернулся к источнику звука и увидел вылетающий из-за угла комок исписанной бумаги. Омежка хихикнул и направился к альфе. — Я уж волновался, что ты кого-то клеишь, успел расстроиться, а ты не такой. Ты просто сидишь тут в одиночестве и загуливаешь занятия, — улыбнулся, — кстати, спасибо за сегодня… Если по младшему видно, что он счастлив встрече, то Юнги сидит с крайней степени недовольным лицом. — Да ниче особенного. Дай свой мобильник, плиз. — протягивает руку так, будто это не просьба и мобильный телефон должен быть на его ладони немедленно. Без всяких обсуждений. Гук чуть поднапрягся и приподнимает бровь: — Ты хочешь его выкинуть с крыши, чтобы я наконец-то ушел?  — Господи, я настолько безнадежен в твоих глазах? — лицо альфы вроде даже на секунду посетило искренее непонимание, но оно тут же сменилось на вновь требовательный взгляд — Дай. Пожалуйста. Мобилу. — Да… вообще-то, именно настолько, но держи. — недоверчиво протягивает мобильный телефон. — Спасибо. Альфа резко замахнулся телефоном в сторону обрыва. — Эй! — всерьез напугался омежка и вскрикнул, протянув руку к альфе. — Да шучу, шучу. — залез в контакты — У тебя так мало друзей? Не ожидал. Юнги забивает свой номер в мобильный Чонгука. — Если что-то или кто-то с тобой случится, то сразу звони мне. — отдаёт телефон и лучезарно улыбается — Все. Ты под моей защитой. Чон понимает, что телефон никто выкидывать не будет и медленно выдыхает. Альфа показывает рукой, чтоб младший сел рядом. — У тебя есть мысли по поводу твоего проекта? Омега тут же присел рядом и забрал свой телефон. На экране увидел надпись «котик», а рядом с ним сердечко и номер телефона. Моментально смутился. В голове появилась мысль сразу переименовать номер, ведь на экран однажды может посмотреть отец и обвинить в том, что сын малолетняя шалава. Или просто переволноваться, что тоже не очень-то хорошо. — На самом деле, я еще не думал, да и парни, скорее всего, тоже… Вчера я просто был занят слегка другим. Например, изнемогал от боли. Неожиданно для самого себя, Юнги стало как-то даже жаль омежку. — Сегодня уже не так больно? — снова набрасывает в блокноте что-то о любви, иногда посматривая на младшего. — Сегодня мне гораздо лучше, главное, чтобы таблетки действовали до конца учебного дня. Надеюсь, продержатся. — Кстати, а ты сегодня меня тоже проводишь? — Чон заискивающе смотрит в глаза старшего. — Если нужно. — немного смутился. — Знаешь, с обычными омегами не так, как с тобой. На самом деле я не жалею, что именно ты — мой истинный. Ты младше всех в нашей академии, тебя хочется защищать и оберегать. — замолчал, — Вот видишь, что ты со мной сделал. Я вообще-то серьезный и непреклонный. Ты превратил меня в размазню. Обидно. — Ты выглядишь очень мило, когда смущаешься… Неужели самый крутой парень академии может быть таким милашкой? — смеется, — Ладно, ты не размазня, просто не грубишь… — обнял старшего. — Ну вот. Я даже сопротивляться не могу. — обнял в ответ, — Кстати, тебя сюда Хосок ведь привел? Чонгук молчит. Тем временем, в зрачках Юнги можно было видеть сцену расчленения Хосока. — Можешь не отвечать. — звонит Хосоку. — Да, хен? — За нарушение нашего договора ты будешь наказан. — Я не омега. — Я знаю. Ты лишаешься права общения со мной на один день. — Ну хеееееееен: с Юнги сбросил вызов: — Готово. — Эй! так нечестно, я даже не ответил. — завозмущался и одновременно расстроился Гук, — Он же мне тогда больше помогать не будет, если будешь так себя вести. Не делай так больше. И, если честно, я никогда не думал, что лишь один запах может так повлияеть на человека… Вот сейчас мне хорошо и спокойно, даже спать хочется. Но как только действие таблеток пройдет, твой запах не будет успокаивать, а будет манить как ненормального. Еще и тело заломит. — младший прижимается к хену и наслаждается спокойствием, любуясь облаками. Юнги украдкой улыбается, как вдруг, на крышу врывается Хосок и бежит прямо на Юнги. — Хён!