Повыше

Сквозь миллионы тысяч огней, выше которых нам не подняться, Пишу свой последний романс о ней, оставляю виски плескаться В граненом стакане. Зачем этот пафос? Милая, ну же, Жду весть о том, как сильно я нужен. А помнишь ли ты, как на лавке сидели, возле подъезда, Болтали беспечно, не зная, что бездна Эмоций и чувств захлестнет с головой, А ты говорила, какой я плохой, как поступал я с тобою отвратно, И все говорила: вернешься обратно. А я ведь вернулся, ты представляешь? Но ты ведь не веришь мне, Слезы глотаешь. И чувства глотаешь: делаешь вид, Что ты вполне быть готова другим. Но я ничего не скажу, не сужу. Только ночами в окошко гляжу: Из раза в раз ты с "любимым" своим, словно нарочно, проходишь под ним. Ты же горда. Ты упоительна и молода. Слишком красива, слишком мила. Сколько же слез ты уже пролила? Очень трудна твоя доля, мадам. Но и моя нисколько не легче, ведь слишком часто все осознавал: Как я отвратно с тобой поступал, какой я плохой и что я пропал. Пропал без тебя, мой лучик надежды, моя дорогая, моя ты принцесса, Пройдет много лет, и того ты найдешь, кто сделает все: вынь и положь, Лишь только слово слетит с твоих уст. Каким буду я? А я буду пуст. Пуст от отчаяния, от понимания, и потому я мотаю на ус: Я дам тебе ключ от золотой клетки, птичка моя, лети с этой ветки, С которой тебе не видать больших крыш, На ту, Что будет Повыше