From darkness to victory

Утро началось с попытки надеть на грифонов ошейники. Не ради красоты, но как опознавательные знаки, чтобы никто случайно не принял зверя за дикого. Впрочем, грифонам эта идея не нравилась при любом раскладе. Гром залез под диван в библиотеке и отказывался вылезать, а Роза неизвестно как забралась на один из шкафов и теперь верещала, требуя, чтобы её то ли оставили в покое, то ли спасли и вернули на пол. Поняв, что своими силами им не справиться, близнецы призвали на помощь эльфов. Викки и ещё один, не знакомый лично ребятам домовик, сумели снять со шкафа Розу и достать из-под дивана Грома, после чего зафиксировали обоих в зоне досягаемости детей. Надев, наконец, на птенцов простые тонкие кожаные ошейники, близнецы облегчённо выдохнули и отправились на завтрак. Пока они ели, леди Ализа, сэр Френсис и сэр Рачибальд наперебой давали «ценные» советы и различные напутствия. Было среди них и предложение писать портретам письма, дескать, домовик вполне способен прочитать написанное вслух и записать ответ под диктовку. Закончив с трапезой и поблагодарив предков, ребята, наконец, подхватили свои чемоданы и, взяв грифонов на руки, камином переместились на платформу 9¾. — Ой! — воскликнула Фелиция, выйдя из камина. — Даже в Косом Переулке столько людей не было! — Даниэль, Фелиция! — к близнецам подошёл Драко. — Рад вас видеть! — Взаимно, — улыбнулся Даниэль, ставя чемодан на землю и пожимая протянутую руку. — Знакомься, это Гром. Драко совсем не аристократично вытаращил глаза, а птенец любопытно курлыкнул, глядя на незнакомого человека. — А можно погладить? — наконец осторожно спросил Малфой-младший, не отрывая взгляда от создания, которого посоветовал бы обходить стороной каждый встречный. — Попробуй, — пожал плечами Даниэль. — Не могу ничего сказать о том, как он реагирует на чужих, поскольку ты первый незнакомец в его жизни. Драко на это только фыркнул, после чего медленно протянул руку и осторожно провёл кончиками пальцев по перьям на голове птенца. Несколько секунд Гром задумчиво-настороженно смотрел куда-то вверх, после чего пришёл к выводу, что друзья хозяина это совсем не хозяин и резко щелкнул клювом где-то возле запястья Малфоя, вынуждая того резко отдернуть свою конечность. — Эксперимент признан неудачным, — снова пожал плечами Даниэль и подхватил с земли свой чемодан. — Думаю, с нашей стороны будет не вежливо встретить тебя, Драко, и при этом не пойти поздороваться с твоими родителями. — Они там, — махнул рукой блондин, после чего поравнялся с Фелицией и тихо произнёс. — Не замечал, что у твоего брата склонность вести себя так, будто другие люди ничто. — Не злись на него, — примирительно произнесла девочка. — Он хороший, просто плохо умеет взаимодействовать с другими людьми. Ну, ты ведь знаешь нашу историю. Кстати, это Роза. Драко с восхищением и лёгкой завистью оглядел чёрную, с лёгким серебристым отливом в некоторых местах, грифониху, после чего резко хлопнул себя по лбу. — Ну и где мои манеры, спрашивается? — усмехнулся он и забрал у Фелиции её чемодан. — Не дело девочкам такие тяжести таскать. Она хотела было возразить, что чемодан с чарами облегчения веса, но потом передумала, решив, что раз вызвался, то пусть несёт. Лорд и Леди Малфой стояли у одной из колонн и наблюдали за снующими туда-сюда людьми, попутно о чём-то переговариваясь. Заметив вынырнувших из толпы близнецов во главе с Драко, они резко замолчали и приветливо кивнули вновь прибывшим. — Мерлин! — воскликнул Люциус, когда увидел, кто сидит на руках у Найтмаров. — Это действительно грифоны? Но откуда?! — Недалеко от дома живут, — ответил Даниэль. Снова поставив на землю чемодан, мальчик попытался было спустить туда же Грома, но тот вцепился всеми четырьмя, двумя птичьими и двумя львиными, лапами ему в рубашку и наотрез отказался покидать хозяина. Вздохнув, Даниэль снова выпрямился, оставив птенца на руках. — В семье Найтмар традиционно делают фамильярами именно грифонов, — пояснила Фелиция Малфоям, всё ещё поражённо глядящим на птенцов. — Честно говоря, я не думала, что это будет вызывать столько удивления… — О, поверьте мне, будет, — покачал головой Люциус. — Грифоны довольно редки в наше время, а уж в качестве фамильяров… Найтмары во все времена были едва ли не единственными, способными на это. — Значит, всем остальным придётся привыкнуть, — немного легкомысленно заявила девочка, поглаживая Розу по голове. — В конце концов, мы не первые Найтмары в этом мире. — Поверь мне, дорогая, — немного грустно улыбнулась Нарцисса, — Найтмары не выходили в люди так давно, что вы вполне можете считать себя первыми. Они недолго помолчали. — Что ж, боюсь, вам пора, — Люциус взглянул на часы, висевшие здесь же. — Стоит пойти сейчас, чтобы суметь занять приличное купе. Леди Малфой подошла к сыну и поцеловала его в лоб на прощание, а после, немного подумав, проделала то же самое с крестниками. — Берегите себя, — произнесла она. — И не забудьте прислать письмо, как доедете. Дети ещё немного неловко потоптались, после чего взяли в руки свои чемоданы, причём Драко подхватил и свой, и Фелицин, и направились в сторону поезда. Свободное купе нашлось достаточно быстро. Закинув чемоданы на багажные полки, друзья расселись на диванчиках таким образом, что Малфой оказался напротив близнецов. — Вы не взяли с собой сову, — скорее не спросил, а констатировал факт Драко, причём просто чтобы начать разговор. — Она вполне может долететь самостоятельно, — пожал плечами Даниэль, глядя на то, как Гром осторожно оглядывается по сторонам, привыкая к обстановке. — Полагаю, ты сам поступил точно так же, разве нет? — Поймал, — рассмеялся Малфой, поднимая руки. — Кстати, а ты читал «Квиддич сквозь века»? Фелиция фыркнула и, словно кошку прижав к себе Розу, оставила мальчиков обсуждать спорт, а сама отвернулась к окну. По перрону сновали люди и кошки, студенты, волоча за собой огромные чемоданы, забирались в вагоны, а родители махали им вслед. Вскоре раздался гудок, и внимание Фелиции привлекло пёстро разодетое семейство, все члены которого были рыжими, за исключением одного мальчика, того самого, из магазина мадам Малкин. Эти люди всей гурьбой ввалились на платформу за минуту до отправления и тут же принялись суетливо запрыгивать в вагон. — Уизли, — протянул Драко, тоже глядя в окно. — Жалкое зрелище. Фелиция пожала плечами. Портреты неплохо просветили их с Даниэлем на счёт чистокровных семей, но об Уизли было ничтожно мало информации, за исключением совета держаться от них подальше. — Не мне их судить, не мне их карать, — произнесла она, отворачиваясь от окна. — Так, кажется, сказал однажды один известный паладин. Драко хмыкнул. Раздался ещё один гудок, и Хогвартс-экспресс, наконец, тронулся. Друзья вели неспешную беседу, а мимо них туда-сюда сновали студенты. Грифоны довольно быстро изучили обстановку и, решив, что там нет ничего, что стоило бы их внимания, завалились спать на коленях хозяев. Город закончился, и за окном замелькали поля и маленькие сельские домишки. Внезапно дверь купе открылась, и вовнутрь взглянула пухлая улыбчивая ведьма. — Не желаете купить чего-нибудь? — спросила она. Переглянувшись, друзья вскладчину купили всего понемногу и, сгрузив всё на свободное место, принялись поглощать приобретённые сладости. — Мне одной интересно, зачем нам билеты? — вдруг поинтересовалась Фелиция. — Не помню, чтобы у нас их кто-то проверял… — Может, это пропуск на платформу? — предположил Драко. — А как тогда твои родители прошли? — возразил ему Даниэль. — Ты ещё скажи, что это просто записка, чтобы время и место отправки не забыть. — А почему нет, кстати? — задумчиво произнесла девочка, рассеянно пропуская хвост Розы между пальцев. — По-моему, это самый жизнеспособный вариант. — Самым жизнеспособным всё равно будет тот, что выдадут нам профессора, когда мы их об этом спросим, — Даниэль потянулся к месту напротив и прицельно выцепил из кучи шоколадную лягушку. — Звучит заманчиво, — хмыкнула девочка и забрала у брата уже распечатанную лягушку, тут же её обезглавив. — Это что было? — возмутился тот. — Ещё возьмёшь, тебе ближе, — ответила девочка, прожевав. — Подай мне тыквенное печенье, пожалуйста. Однако стоило девочке получить желанное лакомство, как она тут же его лишилась. — Я отомщён, — весело ухмыльнулся Даниэль, глядя на Розу, сосредоточено жующую печенье. Не успела Фелиция хоть что-то на это ответить, как дверь купе снова распахнулась.