Глаза и улыбка

В один обычный солнечный день Пол Стэнли собрал всех участников группы в студии, чтобы рассказать им важную новость. Пол ворвался в студию с торжествующим возгласом: — Господа, поздравляю! Я нашёл нам нового гитариста! — Ну так давай, представляй. Не тяни кота за яйца! Уже минут двадцать выжидаем тебя здесь! — ответил ему Джин. — Внимание… Тада-а-ам! —, Пол расставил руки в стороны и позвал кого-то, стоявшего за дверью. В комнату вошёл высокий парень с темными волосами. Он был одет в джинсовку, чёрные обтягивающие брюки, кеды и белую майку. Он подошел к Джину и Эрику, поздоровался и приветливо улыбнулся. — Томми, привет, приятель! Давно не виделись! — подорвался с дивана Джин и, подойдя к Тому, похлопал его по спине. — Ну, месяц — это не так уж долго, — все так же улыбаясь ответил Томми. Эрик стоял в недоумении, осматривая Томми. Он чувствовал ужасную неловкость из-за того, что он единственный не знаком с этим парнем. — Ах да! Эрик, познакомься, Томас Таер. Он нам помогал с разными вещами, он фильм нам помогал снимать! — Да, а ещё я помню, Том принёс охренительные пончики в гримерку! — Серьезно, Джин? Это, по-твоему, лучшая его заслуга? — иронично посмотрел на своего друга Стэнли. — Может и не лучшая, но эти пончики были просто отпад! Пока продолжались споры, Эрик смотрел на это все и не мог понять, как это он раньше мог не замечать Тома? Конечно, Эрик сам недавно присоединился к группе, но все же. Эрик наконец осмелился поднять взгляд на Томми. Первое, что он увидел, это ослепительная улыбка Таера. «Прям голливудская» — подумал Сингер. А словесные перебранки Джина и Пола все не заканчивались. Эрик кашлянул, чтобы на него обратили внимание, и Стэнли наконец повернулся к нему. — Ой, прости, это все Джин! Так вот, я хотел сказать, что он очень талантливый гитарист, и я надеюсь, что вы поладите. Вы пока пообщайтесь, мне нужно переговорить с Джином. Он кинул злобный взгляд на Симмонса, тот лишь закатил глаза, но последовал за другом. Оставшись одни, парни обменялись рукопожатиями и повторно представились. На лице Таера все так же сияла улыбка. — Да у тебя голливудская улыбка, парень! — вдруг вырвалось у Сингера. Он сам не ожидал от себя такого, но фраза все же была высказана вслух. Томми в свою очередь слегка засмущался, опустил взгляд и, пожав плечами, сказал: — Спасибо… Ну раз так, то у тебя красивые глаза! — Томми так же не особо понял, что сказал. Просто хотел сказать что-нибудь приятное в ответ. Эрик удивленно посмотрел на него, а потом рассмеялся, бросив что-то про удачное знакомство. Том нервно посмеялся в ответ. Эрик заметил, насколько ему неловко: «Боже, да я его как книгу читаю!» — Все в порядке, чувак, не парься! — он похлопал его по плечу. — Как насчёт сходить куда-нибудь? Можем зайти в бар «Ненси», сегодня там будут транслировать футбольный матч и… — Ты тоже любишь футбол? — перебил его Том. — Что? А, да, люблю иногда посмотреть! — Иногда? — с подозрением спросил Том. — Ну ладно, на самом деле я стараюсь не пропускать ни один матч, хотя с графиком «KISS» это не всегда удаётся. Так что насчет бара? Таер был не против. Эрик казался ему забавным, особенно в своей наивной радости от приобретения компании. В студию внезапно вернулись Джин и Пол. — Так, ребят, внимание! — вдруг обратился к ним Пол. — У нас с Джином было запланировано интервью, но я думал что мы успеем проиграть пару песен до него. Сейчас мне позвонили и сказали, что оно начнётся раньше, чем планировалось! Поэтому, увы, но… — Ничего, мы с Эриком все равно хотели сходить в бар, — Том прижал к себе Сингера за плечи, будто они лучшие друзья. Эрик такому порыву удивился, но возражать не стал. Джин и Пол было удивились тому, как быстро поладили парни, но они слишком торопились, а потому уже через минуту скрылись из студии. А гитарист с барабанщиком остались одни. На несколько мгновений воцарилась тишина, а они так и стояли в обнимку. Осознав это, парни довольно резко отошли друг от друга, пытаясь смотреть куда-то в сторону. — Эм, ну так что, идём в бар? — переспросил Том. — Мы бы, конечно, могли, но сейчас только три часа, а трансляция начнётся только через полтора часа. В принципе, мы можем пойти туда и ждать, но у меня есть идея получше! У тебя ведь гитара с собой? — Конечно. — Отлично! — Эрик залез на диван и скрестил ноги в позе лотоса. — А теперь, бери её и сыграй мне что-нибудь! — Что? Зачем? — Может, Пол и Джин приняли тебя, но я жестокий судья, так что постарайся меня впечатлить! Том усмехнулся и послушно достал гитару из чехла, подключил её к колонкам и присел на диван. — Ну и что же тебе сыграть? — Да что хочешь! Таер задумался на минуту, а после заиграл песню, в которой Эрик сразу узнал «Black Diamond». Он внимательно наблюдал за игрой Тома, слушал её, буквально впитывал — настолько прекрасно звучала у него музыка. Отыграв последние аккорды, Томас спросил: — Ну как? — Это реально круто, чувак! Ты так точно играешь! Серьезно, теперь я понимаю, почему Пол взял тебя! — он, конечно, верил Полу, но теперь его слова абсолютно оправдались. — Хех, никакой ты не жестокий! — Почему это? Тебе просто повезло, в хорошем настроении я сегодня! А вообще у тебя есть косяки! — Ну и какие? — Томми уже откровенно веселился. Эрик промолчал, отведя глаза в сторону. — Вот видишь. — Я просто уже забыл! Но когда я их вспомню, то ты познаешь, какой я свирепый! — Нет, ты скорее милый. «Ой дурак, ну и ляпнул» — заволновался Том. Но Эрик лишь рассмеялся. — Ну ты даёшь! Уже два комплимента мне сказал, а я только один, нечестно. — А как же похвала про мою точность? — А это не похвала! Это факт. Но твои ошибки я ещё припомню. Барабанщик гордо сложил руки на груди. Они болтали какое-то время. Вдруг Эрик вспомнил про футбол. Он посмотрел на часы, висящие на стене — пятнадцать минут четвертого. — Мне уже не терпится посмотреть матч. Таер пытался сделать радостный голос, но, как обычно, он все равно звучал как-то вяло. Сингер согласился и тут же подметил: — Ты всегда такой спокойный, как удав? — Ты о чем? — Ну, не знаю, у тебя такое умиротворённое лицо, даже когда радуешься, — он промолчал и добавил, — 2:2. Том непонимающе посмотрел на него. — Плюс балл за ещё один комплимент. Теперь все поровну. Но лицо у тебя все равно, как у удава с улыбкой Чеширского кота, — Эрик улыбнулся, не понимая откуда в нем столько романтизма. — Так это был комплимент? — Ну, теперь, когда ты спросил, я уже не уверен! Они проговорили ещё минут двадцать, пока Сингер снова не обратил внимание на часы. Парни покинули студию и в четыре часа они уже были на месте. Вечер обещал быть веселым.