Зовите меня Укэ-сенсей

Soltwine – Ставь чайник

Прошел год - Неделя уже прошла. Ты решил? Хозяин квартиры чуть не подавился кофе. Математик посмотрел на Укэ Ютаку, который стоял в дверном проеме в одних лишь домашних штанах. Заспанный, с волосами, познавшими полнейший хаос этой Вселенной. Но уже ждущий ответы на важные вопросы. - Воскресенье. Десять утра, — вздохнул Акира, поставив кружку на кухонный гарнитур, на который и опирался своим телом. — Ты там ебу дал? - Нет, но ты говорил, что дашь ответ сегодня, — Укэ-сенсей потер лицо, чтобы как-то взбодриться, и подошел к своему почти молодому человеку. — Съедемся? Сузуки Акира жил с кем-то долгое время только несколько лет назад. Это был Матсумото Таканори, который мог посмотреть, как на говно, если неправильно поставить зубную щетку. Сейчас же этот несносный человек, к которому сохранились теплые, но теперь уже только дружественные чувства, жил свою лучшую жизнь и ставил зубную щетку как надо. И тревожил его лишь Корон, когда заползал на кровать по своей специальной собачьей лесенке или выпрашивал еду. Возвращаясь к фигуре математика, в его жизнь же ворвался Укэ, наличие которого уже было неопровержимым и желанным фактом. Акира уже не вспоминал, как именно проходило их постепенное сближение, и просто открыто наслаждался тем итогом, который получался. И пусть сначала Сузуки отвел их встречам не очень долгий срок, по итогу прошло больше года — а они все так же вместе. Юта остается на ночь, готовит утром потрясающий кофе, если встает раньше, а в университет они едут по отдельности. И вот в качестве подарка на Рождество кроме коллекционной модельки Harley Davidson презентовал предложение съехаться. Они ведь и так почти все время проводят вместе в стенах то его, то квартиры Сузуки-сенсея. Что должно поменяться кроме определения единой локации? Рождество отмечали вместе с Таканори, Юу и Койю. Причем, Широяма явно успел подзабыть все яркие эпитеты, которыми награждал своего подопечного раньше, и теперь сам от него практически не отходил. То за талию придерживал, то на бедро руку положил. Матсумото в тот день себя не сдерживал в подстебывании друга, пусть и был рад за своего любимого студента. Не за Широяму. Ну, может, разве что, в глубине души. К слову, про Матсумото Таканори. Акиру и Юу очень интересовал вопрос о заработке их общего друга, который явно превышал оплату преподавателя пусть и в ведущем университете Токио. Вариантов было много — от вступления в якудза и богатого покровителя до почившего родственника с миллиардами на счету. Реальность оказалась прозаичнее, но не сказать, что скучнее. Таканори всего лишь оказался… писателем. С псевдонимом и огромными тиражами. Это шокировало окружение, потому что ни о чем подобном Матсумото не говорил. А компьютер был запаролен, да и тот же Акира не отличался желанием копаться в чужой технике. Признался Таканори в своей любимой манере. Всего лишь в один прекрасный день отправил ссылку на известный онлайн-портал, посвященный литературе. Там вышло видео-интервью с его участием в рамках выхода новой части трилогии, которая уже была на слуху и получила весомую популярность в определенных кругах. Из круга Акиры про это знал только Такашима, и, что теперь уже не казалось удивительным, Укэ. Зато многие вещи встали на свои места, а Акира в глубине души выдохнул и отмел мысли, что его бывший любовник не занимается ничем незаконным. Так вот. В вечер 25 декабря Ютака отвел его в сторону и выкатил предложение переехать к нему. Еще и постарался — упаковал дубликат ключей в коробочку, чтобы символично было. Правда, когда увидел замешательство на полюбившемся лице, замешкался и сказал, что, если захочет, можно и не в его квартиру. А Акира… просто слишком долго жил один. Но ему нравился Ютака. Он даже признался в своей влюбленности. И этот год ему показался, как бы ни казалось ванильно и блевотно-романтичным, самым лучшим в плане отношений в целом и, что ни маловажно, отношения к нему самому. Может, в глубине души и сам думал о чем-то подобном, но страх проблем, а не преимуществ совместной жизни, подкрадывался со спины и пугал громким «бу!». Это Юу с Койю едва ли не сразу съехались, но лишь по причине хитроумной стратегии Такашимы, пусть друг Акиры и считал до сих пор, что это он рулил в их отношениях, а не студент, без которого Широяма уже слабо представлял свой быт. По итогу Сузуки сказал, что ему надо неделю на подумать, а Ютака терпеливо ждал. Ровно до этого утра. - Может, выпьешь кофе сначала? И умоешься. - Зубы чистил, не переживай, — Ютака сомкнул руки вокруг любимого тела и притянул к себе, подарив ленные утренние объятия. — Ну пожалуйста. - Вау, ты просишь меня? — Акира провел рукой по лбу своего персонального сенсея и убрал ему челку наверх, открыв обзор на такие полюбившиеся за этот год глаза. - А что мне еще остается? Еще немного — и начну считать тебя черствосердечным мужланом. - Ты этих эпитетов у Матсумото нахватался? - Считай и так, — Ютака потянулся за поцелуем, но его планам помешал звонок чужого телефона. Его парень закатил глаза. - Прости, — виновато сказал Сузуки и поднял вызов. — Да? На другом конце телефонной трубки послышались маты, звук чего-то брошенного и хлопок двери. - Сузуки, спаси меня! Это отродье Сатаны здесь! - Ты про кого именно сейчас? — Акира чуть повернул голову, чтобы Укэ было больше пространства для маневров. Преподаватель экономики усмехнулся и длительно поцеловал в шею. Следующий поцелуй оказался выше. - Корон! Матсумото уехал в свой сраный тур со своей ебучей книгой и отдал Койю свою собаку! Он натравил его на меня! Он мстит мне! Весь этот год на мое фото натравливал, я тебе отвечаю! Блондин прыснул. Он услышал приглушенное «Корон-чан, ну, ты же хороший мальчик, иди ко мне» от Койю, который пытался успокоить разбушевавшегося чихуахуа. - Я тебе говорил, чтобы ты не надеялся, что Таканори забыл про твою тупорылую шутку со шкафом и его ростом. - Заканчивай, тебе твоего друга уже не спасти, — тихо сказал Укэ и зажал своего вполне официального парня между собой и кухонной тумбой. - Тш, — одной рукой Акира уперся в торс Ютаки, чтобы замедлить его поползновения в свою сторону. — Попроси Койю, чтобы он закрыл его с собой в спальне. - В спальне с Койю закрываться могу только я! Блять! Он громче лает, слышишь?! - Тогда ничем не могу помочь. - Можешь! Забери это чудовище! Ютака, который не отличался сегодня терпением, взял у Сузуки телефон. Возмущения последнего оставили без внимания. - Не может, у него сейчас другое чудовище. Удачи, Широяма, — вызов сброшен несмотря на мольбы о помощи на другом конце провода, а телефон убран подальше. — Так на чем мы закончили? - Ты считаешь себя чудовищем? — спросил частично плененный мужчина, вскинув бровь в вопросительном жесте. - Только для Широямы в эту секунду. Так вот. Съедемся — отпущу. - О, ты точно уверен, что вторая часть здесь должна быть? — усмехнулся Акира. Раз уж руки оказались совершенно свободными, он им нашел другое применение. Ладонями залез под мягкую ткань домашних штанов и сжал ягодицы Укэ, при этом прижав к себе теснее. - Нет. Но хочу ответа на первую, — с ухмылкой ближе склонился Ютака, опершись ладонью на столешницу справа от предмета утреннего вожделения. И это был явно не оставленный кофе. Акира подался вперед, но не спешил целовать. Нарочно дразнил, сохраняя между их губ пару сантиметров, которые сейчас казались особенно мучительными. - Съедемся… Но вернемся к этому вопросу чуть позже. Ответом на это послужил нетерпеливый поцелуй от Ютаки и рука, зарывшаяся в обесцвеченные волосы Сузуки. Вот только счастливую улыбку математик смог разобрать с легкостью, прежде чем окунуться в их ставшие уже классическими утренние разминки. Быть может, жизнь с Укэ-сенсеем научит его чему-то приятному? Но это уже совсем другая история. the end.

А теперь немного дегтя. Обычно, когда я заканчиваю фик, пишу что-то позитивное и приятное. Но не в этот раз. К сожалению, в моей жизни случилось так, что 31 декабря из жизни ушла потрясающая девушка, которая значила для меня довольно много. Пусть я была не самой близкой подругой, но такие потери все равно переживаются тяжело. Она читала каждый мой фик по фандому из наших пятерых прекрасных мужчин, комментировала, поддерживала и давала мотивацию и стимул писать дальше, когда другие отмалчивались Конечно, отношение к моему творчеству — это не самое главное, за что я ценила ее. Она была забавной, интересной, жизнерадостной. Шутки про Крякена и невозможность пропустить любые вещи с изображением утят, чтобы не отправить — это отдельный вид прекрасного. Но, к сожалению, сложилось так, что этого человека я больше не встречу. И не будет наших посиделок, пересмотров «Воина» с Томом Харди, шока про то, насколько много интересных сфер у нее получилось охватить в плане интересов. Полина, прости, что ты так и не узнала, чем закончится этот фик. Но уверена, что ты знала, что там все будет хорошо и все будут счастливы. Уверена, ты где-то там сидишь сейчас с Рейтой, пьешь с ним пиво, смеешься и гладишь Корона. Спасибо, что появилась в моей жизни, пусть и оказалось тебя слишком мало. Эту главу и фик я посвящу тебе. P.S. Все еще кажется, что это какая-то дурацкая шутка, которая не имеет отношения к реальности. Но реальность иная.