All Sewn Up (Все зашиты)

Охотники вернулись на ферму в три часа ночи. Пастор и пятнадцатилетний Сэм остались дома, тогда как трое старших уехали в Индиану. Они легли в постели, но сон не шел к ним: в напряжении вслушивались они в ночную тишину, ожидая возвращения остальных. И когда Сэм уловил знакомый рокот двигателя «Импалы», они с Джимом тут же поспешили вниз. Джон, Калеб и Дин ввалились на кухню — покрытые грязью, мелкими веточками и кровью. — Эй, Коротышка, кажется, ты был прав насчет того, что все должны уважать лес, — сказал Ривз, провел ладонью по лбу и лишь сильнее размазал грязь. — Кто бы мог подумать, что кучка дриад способна так разозлиться. Сэм изучал дриад для этой охоты. Обычно эти сверхъестественные создания не тревожили людей, если их не вынуждали. Младшего Винчестера освободили от выезда: ему нужно было закончить важный школьный проект. — Наверное, те люди жестоко повредили деревья. Пастор Джим расслабился. Ни чрезвычайщины, ни серьезных ранений не случилось — хотя он и видел, как сочится кровь из множества мелких порезов на телах его подопечных. Охотники расхаживали по кухне и переговаривались так, будто только что вернулись с футбольного матча. — Каждая дриада рождена, чтобы присматривать за своим деревом. Она появляется вместе с ним и часто живет на нем, — поделился Мерфи знаниями о лесных существах. За ужином они с Сэмом это уже обсуждали. — Да, и они терпеть не могут, когда люди вырезают инициалы на стволах, — проворчал Дин, стряхивая с одежды прилипшие ветки. — Там было чуть больше, чем просто инициалы, Дин, — сказал Джон, стягивая рубашку. — Придурки из Александрии додумались использовать деревья как личные туалеты, а потом вырубать их для костров, — пояснил Калеб. — Я же говорил: нельзя относиться к лесу как к мусорному ящику, — Сэм ткнул пальцем в брата. Дин лишь пожал плечами в ответ. — Думаю, теперь они дважды подумают, прежде чем сделать нечто подобное. Дриады сами отомстили — калечили и мучили обидчиков, — Джон поморщился, разглядывая дыру на своей фланелевой рубашке с длинным рукавом. — Аптечка нужна? — спросил Джим, наблюдая, как охотники разносят грязь по его кухне, но решил убрать все только утром. — Калебу и папе нужно наложить швы, — сказал Дин. — Приведите себя в порядок, а я пока приготовлю медикаменты. — Все двинулись было вперед, но Джим взмахом руки остановил их. — Сначала снимите обувь. Не нужно оставлять грязные следы по всему дому. Они подчинились с ворчанием. Дин первым скинул ботинки и рванул к лестнице. — Даже не думай использовать всю горячую воду, Двойка, — крикнул ему вслед Калеб, усаживаясь на стул, чтобы стянуть рабочие ботинки. — Потому что ты так сказал? — фыркнул Дин. — Нет, потому что я так сказал, — проворчал Джон, невозмутимо снимая свою обувь. Дин поднялся наверх, задержался в своей комнате, чтобы захватить чистые спортивные штаны и рубашку. Он быстро принял душ, вытерся полотенцем, подобрал грязную одежду и мокрое полотенце. Калеб уже ждал за дверью. Дин ткнул подбородком в груду грязных вещей друга. — Оставь своё барахло за дверью, я закину его в стиралку. Ривз улыбнулся. — Чёрт, да из тебя выйдет отличная домохозяюшка. Дин ответил на оскорбление средним пальцем. Он спустился вниз и увидел, что Джим уже застелил кухонный стол полотенцами, готовясь оказывать первую помощь. — Принеси вниз одежду Калеба и отца, — попросил Дин брата, сидевшего за столом. Сэм поворчал, но в конце концов встал и сделал, как велено, пока старший брат мыл руки. Дин взял приготовленные Джимом медикаменты и придвинул их ближе к себе. — Я залатаю папу, а ты возьмешь на себя Дэмиена. Калеб уселся на стул перед пастором, вытянув порезанную руку. — Швы, которые накладывает Джим, лучше твоих. Джон сел так, чтобы сыну было удобнее зашить плечо. — Зато мои меньше, и я работаю быстрее, — рассмеялся Дин. Джим оторвался от дезинфекции раны Калеба и хмуро взглянул на младшего охотника. — А я старше и опытнее. Дин пожал плечами и насмешливо приподнял бровь. Пастор усмехнулся и взял иглу. Старший Винчестер сделал то же самое. Сэм понял, что между ними брошена перчатка. — Вы собираетесь их зашить или как? — Да, — одновременно ответили Дин и Джим. — Ой! — Калеб поморщился и попытался отдернуть руку. — Перестань быть таким неженкой, Калеб, — сказал Джим экстрасенсу, делая очередной стежок. Джон нахмурился, глядя на сына: ему не нравилась идея гонки. — Дин, швы должны быть ровными… — начал он. Дин предостерегающе махнул рукой. — Они будут выглядеть отлично, пап. — Он сосредоточился на стежках, на том, как легко игла входит в кожу. Еще один укол — и он закончил, перерезав нить. — Готово! — воскликнул он, взглянул на Джима, увидел, что тот еще не закончил, и победно вскинул руки. — Да! — Он позволил тебе выиграть, — проворчал Калеб, пока Джим накладывал последние стежки и завязывал нить. Пастор покачал головой. — Нет, Дин выиграл честно. — Он взглянул на Джона. — Как швы? Винчестер уже опустил рукав. — По-моему, неплохо. — Сэмюэль, принеси, пожалуйста, «Тайленол», — попросил пастор подростка. — После этого уложим наших мальчиков спать. Калеб недовольно разглядывал свои швы, но Джон качнул головой, веля ему промолчать. Ривз молча поднялся по лестнице вслед за Сэмом и наставником. — Я здесь приберу, пастор Джим. Одежда еще не постиралась, — сказал Дин, убирая обертки от бинтов. — Хорошо, мой мальчик. — Джим похлопал младшего охотника по плечу и вышел с кухни. Дин смотрел, как пастор поднимается по лестнице. Он убрал со стола медикаменты, отложив лишь то, что могло понадобиться. Когда в доме снова воцарилась тишина, Дин стянул черные спортивные штаны. Кровь из пореза на бедре размазалась по коже — ранка снова открылась. Он продезинфицировал рану, готовясь наложить швы. Дин слышал, как работает стиральная машина; к тому времени, как он закончит, всё будет готово, и он сможет отправиться спать. Старший Винчестер не хотел просить о помощи — он вполне мог справиться сам. Всегда легче делать всё самому. Он сделал один стежок, потом второй — и тут услышал скрип лестницы. Дин замер и прикрыл рану штаниной, пытаясь скрыть то, чем занимался. Джим заглянул на кухню. — Что случилось, Джим? — Я забыл очки для чтения… — смущенно улыбнувшись, объяснил Мерфи. Он посмотрел на Дина, на шовные материалы перед ним, затем заметил окровавленную штанину. — Что ты делаешь? Дин пожал плечами и отодвинул в сторону бинты. — Ничего, просто… Джим оттянул штанину Дина в сторону и увидел двухдюймовую рану. — Почему ты ничего не сказал? — Ничего страшного. Я сам виноват, — начал объяснять Дин, но Джим уже сел напротив, надев очки для чтения. — Ветки чертовски острые, когда дриада использует их как меч, — Дин сглотнул, когда пастор взял иглу. — Я сам справлюсь. Джим мягко улыбнулся молодому человеку. — Ерунда. Мне явно нужна практика. Дин подвинулся, чтобы пастору было удобнее. — Я думал, ты позволил мне победить. Джим покачал головой. — Нет, ты выиграл честно. Младший охотник опустил глаза, избегая взгляда Мерфи. Похвала заставила его смутиться. Джим начал зашивать порез. — Сэмми закончил свой проект? Я знаю, он надеялся, что ты поможешь. — Да. Я удивился, что в государственной школе разрешили ему сделать проект об исламской религии для урока истории. Я был рад помочь. Плакат сейчас у меня в кабинете, — Джим постарался добавить несколько интересных заметок, чтобы Сэм получил хорошую оценку. — Это замечательно, — Дин кивнул. — Я не хотел, чтобы он отстал от своей группы. Сэм хорошо учится в школе, — с гордостью сказал он. — Умный мальчик. Такой же, как и его брат, — заметил Джим, сосредоточенно выводя аккуратные стежки. Он многим был обязан этому мальчику. Дину так долго приходилось держать себя в узде, выдерживать всё, что жизнь бросала ему в лицо. Еще пять стежков — и Джим закончит, и Дин хотя бы на время снова станет целым. — Готово, — объявил он, показывая мальчику свою работу. — Каково твое профессиональное мнение? Дин прищурился, разглядывая швы. — Джим, я бы не сделал лучше, — он улыбнулся старику. — Спасибо. — Почему бы тебе не пойти спать? Думаю, стиральная машина уже закончила, — пастор поставил мальчика на ноги и указал на лестницу. — Ладно. Спокойной ночи, Джим, — сказал Дин, осторожно поднимаясь по ступеням. Джим свернул остатки нити. Он радовался, что эта нить по-прежнему связывает их всех вместе.