За километр от недосягаемого

       Ларри рылся в каких-то папках в школьной библиотеке, походящей больше на некий зал с кучей полок и книжек с самым разным содержанием. Боже, сколько их тут! И почему только какому-то двухметровому ученику последнего класса доверяют работу персонала? Странно. Но шатен не прочь пользоваться такими возможностями: всякие связи, привилегии. Смак. Только вот иногда приходится участвовать в важных мероприятиях в роли какой-то незаменимой шишки. И НЕ ДАЙ БОГ ты налажаешь, Джонсон. Даже Иисус на себя поменьше ответственности брал.       — Да где ж она… — бубнил он, раскапывая завалы «кладовки».        Да-да, все документы хранились именно в «кладовке». На деле же это обычная скрытая комната, вход в которую даже ученики, мучающиеся здесь не первый год, не с первого раза распознают.       — Вот сдались им эти документы о нас, — Ларри ругался как дед, — На слово не верят уже?        Ещё этот чёртов бейджик на груди мешается… Так и норовит отвалиться и затеряться в картонных и кожаных переплётах. Ну, обязанности есть обязанности. Зато у Джонсона (у единственного) бейдж кроваво-красного цвета, который при этом красиво переливался на свету. Это в местных кругах как некое звание или социальное положение. Сразу видно, где король, а где — шваль.        Нос от обилия пыли вдруг защипало. Соблазн чихнуть стал возрастать с каждой секундой, но парень сдерживался. Иначе на его бедную голову упадёт ещё таких папок восемь. Ненужных папок, к сожалению.       — Вот она, — с облегчением вздохнул он, вытаскивая яркую папку из-под кучи книг, — Вроде…        Он перелистнул аж половину страниц, изучая своих одноклассников и прочих учеников. Тут даже фото прикреплены, словно на паспорт. Мило.

Имя: Ларри. Фамилия: Джонсон. Пол: мужской. Направленность: медицина. Дата рождения: 13.04.2000. Внешние данные: каштановые волосы, карие глаза. Родители: Телефонный номер: не указан. Статус: зам директора (учен., красн.). Права: полные права.

       Ну хоть сиди и наяривай на себя, зам директора (учен.). А фотография-то какая стоит! Сама серьёзность. И сам недосып. Стандартный набор для Джонсона.

Имя: Сал. Фамилия: Фишер. Пол: мужской. Направленность: медицина, искусство. Дата рождения: 01.11.2000. Внешние данные: фиолетовые волосы, фиолетовые глаза. Родители: Телефонный номер: не указан. Статус: главный дежурный (син.). Права: доступ к закрытым местам, разрешение на вход в кабинеты во время занятий, доступ к ключам от всех кабинетов, право на применение физической силы в случае необходимости.

      — Да он и без необходимости применяет, боксёр хренов, — усмехнулся Ларри, перелистывая страницу. А это затягивает, — Ладно. Хватит страдать хренью, время поджимает.        Джонсон прижал к груди тяжёлую папку и встал с колен, внимательно смотря себе под ноги. Чашечки болели как у семидесятилетнего деда, хотя шатен просидел так минут пять от силы. Часто даже друзья его и так называли (дедом), но парню не обидно, а смешно от всей дерьмовости его судьбы.        Выходя из огромной библиотеки, патлатый вспомнил о том, что ни Фишера, ни Грин на месте нет. Если они не явятся через минут пять, то это определённо конец.       — Опять звонить… — вздохнул он раздражённо.        Казалось бы: на самом деле никто не обязывал их приходить, только если есть возможность. Но Джонсон не ради кого-то там старается, а ради них. Директор потом их из-под земли достанет за этот день.        Медленно подойдя к светлому окну, Ларри положил сборник имён и фото разных учеников на широкий белый подоконник, слепящий собой глаза, и достал почти разряженный телефон. Да-а, всё же Сал чётко следит за порядком в школе: всё блестит от чистоты.       — Да в пути мы, в пути! — сразу ответил Фишер, не дожидаясь упрёков друга, — Дай нам три минуты.        Шатен сбросил вызов, всё и так ясно. Ну, придётся ждать.       — Полистаю пока что ли… — сказал вслух он, сев на подоконник рядом с папкой.

Имя: Лола. Фамилия: Невилл. Пол: женский. Направленность: экономика. Дата рождения: 08.09.2000. Внешние данные: белокурые волосы, карие глаза. Родители: не указаны по желанию учащегося. Телефонный номер: не указан. Статус: организатор мероприятий (зелён.). Права: экстренное изменение расписания занятий, сбор учеников в актовом зале.

      — Нашёл?        В коридоре внезапно появилась Диана, только что освободившаяся от последнего урока. Ларри вздрогнул и поднял глаза на девушку.       — Да. Кое-как, — ответил он.        Ди подошла к нему, аккуратно села на подоконник и взглянула на страницу папки. Её бейджик, висящий на пышной груди, немного сбился и, казалось, вот-вот открепится от ткани нежно-голубой рубашки.       — Кстати о Невилл, — начала Виски, всё же заметив свой кривой бейджик и тут же начав его поправлять, — Через час собрание. Ничего хорошего из этого не выйдет, отвечаю, — поделилась своими чувствами Ди.       — А-аргх, — Ларри устало откинул голову назад и упёрся спиной об стену, накрыв своё лицо руками, — Как я устал.       — Кошмары вернулись? — предположила девушка, наконец вернув бейдж на его законное место.       — Нет, я опять не могу спать больше часа, — произнёс Джонсон вроде бы без эмоций, но в его голосе на секунду прозвучали печаль и тоска.       — Как это? А снотворное там, ещё что? — она точно помнила, что раньше помогало.       — Привыкание к ним появилось жёсткое. Теперь пью каждый вечер, но эффективность в разы уменьшилась. А бывает, что в середине дня вырубаюсь, — такой же интонацией говорил Коньяк, — В общем, крышка моему организму. Я себя уже живым не считаю.        Повисло молчание. Парень ощутил на своей ноге ладонь Виспер. Она смотрела на него искренне сочувствующим взглядом.        Девушка пододвинулась к нему притык и обняла Джонсона за спину.       — Всё будет хорошо.        Шатен прижал её к себе спиной и соединил пальцы в замок, не выпуская из объятий.       — Знаешь, мне нужно тебе кое-что сказать, — он стал пялить в стену, лишь бы не смотреть на Диану.       — М? — Виски заинтересовалась.       — Мы с тобой давно знакомы, и я отношусь к т-…       — ПОЙДЁМ БЫСТРЕЕ! — послышался издалека голос Вина, а затем в лестничном проёме появилась фиолетовая макушка, — Ты где там?!       — Я иду, — донёсся узнаваемый женский голос Хлои вперемешку с быстрыми маленькими шажками.       — …Потом поговорим, — Ларри спешно, но осторожно спихнул с себя девушку и спрыгнул с подоконника, захватив с собой папку, — За мной.        Аха-ха, ну Джонсон и лох!        Ладно.

***

       Четвёрка вышла без эмоций из кабинета директора. Настроение пропало, хоть обсуждали они довольно-таки лёгкое, на первый взгляд, недельное мероприятие, в котором они будут принимать участие. Но обо всём по порядку.        Сначала Диану отругали за ужасное поведение с применением насилия и за пронос оружия в школу, а Фишера — за внезапные прогулы и уходы с занятий, которые, если честно, были совершены по причине работы. А вот Коньяк вышел сухим из воды и оказался безгрешным ангелом. Но потом…       — И что? И как? И зачем? И где? Я не смогу. Я усну. Я умру. Я в гробу перевернусь. Я не знаю, — начал протестовать патлатый уже вне зоны кабинета главы школы, хоть и там был бунт не тише, — Я не смогу преподавать неделю подряд. Я по вене пущу нахуй от безысходности.       — По вене я с тобой не поделюсь, — сразу сказал Сал, — И вообще! Всё будет нормально, что ты так паникуешь? — Фишер улыбнулся и хлопнул друга по плечу, — Я тоже буду в этом котле вариться, но что уж теперь, — прекрасное утешение.        О чём речь?        Проходит супер-пупер-мега-классное мероприятие, в котором этой мужской двойке (и не только) посчастливилось участвовать. Проходит, прошу заметить, по всей стране. И от этого будет зависеть репутация учебного заведения. В чём его суть? Идёт недельный обмен учителей и учеников. Недельный.        Есть много так называемого младшего персонала (среди учеников), и именно зам с главным дежурным попали в весёлую двадцатку временных преподавателей без права отказаться, а-ля «вы самые надёжные, и если не вы, то никто». Как же очаровательно.       — Я вскроюсь, блять, — продолжил шарманку парень, — Мне нужно будет работать с бумагами, мне нужно будет сидеть на уроках и следить за средними и старшими классами, мне нужно будет находиться здесь по несколько часов, мне нужно будет приходить даже раньш… Нет, — остановился шатен, — Вскроюсь.       — Не так страшен чёрт, как его малюют, — вмешалась Грин, — Всё пройдёт не так, как ты представляешь.       — Верно, — кивнул Ларри, — Всё пройдёт хуже.       — Хватит упираться как баран, — рыкнула раздражённо Диана.       — Вы все здесь стоите после девятичасового сна, если не больше, — пока ещё спокойно произнёс Джонсон, — Я же не спал уже два дня. Два. Блядских. Дня. Я с ног валюсь от головокружения, у меня в глазах темнеет, я умираю посекундно, и вы стоите мне затираете про «всё прекрасно»? — о-о, точка кипения.        Все замолкли и опустили глаза.       — Вот и всё, — вздохнул Ларри, чувствуя за собой победу, — Я не пойду в актовый зал, передайте мне сегодня вечером информацию с собрания. Я… — он будто потерял нить повествования, — Один. Побыть бы. Хотел. Да.        Тот быстрым шагом удалился с третьего этажа на второй, а затем и на первый. Странно как-то. Друзья так и смотрели ему вслед.       — Не нравится мне это, — пробубнил Вино, — Не ведёт себя так Коньяк. И не вёл раньше, сколько его знаю. Скрывает что-то, ставлю свой шкаф с травой, — Салли облокотился спиной о стену.       — Да ну? — фыркнула Ди, посмотрев на Фишера взглядом, что так и говорил: «Ну давай, поведуй нам, как ты с ним давно знаком», — Лучше молчи.        Она почему-то находила в подобных фразах про давнюю дружбу некие понты. Хотя скорее вся эта буря чувств шла из зависти, потому что Джонсон привлекал её как человек, и девушка точно хотела бы знать о нём похлеще Сала и быть его лучшей подругой (а может больше, кто знает). Ох, а вот общение с нашим фиолетоволосым парнем — отдельная тема. Как кошка с собакой враждовали, ей-Богу. И из чего только всё это выливалось в те времена, когда даже никто никем заинтересован толком не был?        Вино презрительно посмотрел на Виспер и прищурился.       — Ты меня затыкать будешь? — он удивлённо вскинул брови.       — Вот только не ссорьтесь, ребят, — боязно влезла Хлоя. Почему «боязно»? Потому что её обычно либо не слушают, либо грубят.        Они синхронно повернули головы в сторону Грин. Та сразу пожалела.       — Хорошо, — Абсент нервно выдохнула, подбирая предлог уйти, — Разбирайтесь сами, не буду вам мешать.        Девушка двинулась не к актовому залу, а к центральному входу, дабы посмотреть расписание на завтра. В её планах было попробовать поговорить с Ларри, если тот ещё в здании. Кажется, он в этом сейчас остро нуждается, а таким каменным он только притворяется.        Как же приятно ходить в тишине по коридору, который всё утро дрожит от многоголосья подростков. Так непривычно, но при этом испытываешь удовольствие от редкости момента.       — Стой!        Она-таки поймала друга прямо около входной двери. Джонсон сперва остановился, словно задумавшись, а после в его голове что-то переклинило, и парень рванул в абсолютно другое направление — к пожарной лестнице.       — Стой, я сказала!        Хлоя перешла на бег. Хотя нет. Бегом это назвать трудно. Скорее ярое избиение собственных пяток об пол. А учитывая каблуки… Ух. Как она только не упала?        Оглушительный звонок с дополнительных занятий у средних классов сбил её с толку. Люди стали мощными потоками, словно вода из только что продырявленной бутылки, выбегать из множества кабинетов. В такие моменты все обычно считают себя погибшими, а команда дежурных жёстко следит за происходящим. Иначе без происшествий не обойтись.        Исходя из целей безопасности и своей усталости, Грин перешла на шаг. В мыслях она всячески материла Ларри за неадекватное поведение и нежелание коммуницировать, параллельно пытаясь отдышаться. Что ж, главное не напнуться на кого-т…       — Ай! — на Хлою налетел какой-то парниша лет четырнадцати. Специально или нет — одному ему известно.        Вокруг собрались его сверстники и стали гоготать над ситуацией. А вот девушке было явно не до смеха. Во-первых: да, падение не принесло никакого удовольствия (кроме синяков, но Абсент не из рода мазохистов); во-вторых: она в принципе являлась порядочной и верной: могла лишний раз отказаться принимать участие в выступлении, если приходилось танцевать на пару с мужским полом и/или в чересчур откровенном костюме. Не её это. А тут какой-то мелкий шкет бессовестно смеётся, не собирается извиняться, так ещё Грин чувствовала, как он делает что-то неприличное вроде шуточных толчков тазом. Зачем? Рука устала? Ну ты ещё юбку приподними, извращенец мелкий!        Ох, видел бы Сал…       — Слезьте с меня! — приказала Хлоя, пытаясь приподняться на локтях.       — Джерри, лучше слезь, — к парнише подошла одноклассница, — Это ж богатенькая из старших, ещё неприятностей словишь, — та старалась говорить как можно тише, но Грин-то не без ушей.        Хлою задели эти слова от, казалось бы, незнакомых людей. Ей дико хотелось позвать Фишера, как какой-то пятилетний ребёнок мать в случае конфликта в песочнице. Какой бы она не притворялась суровой твердолобой дамой, на деле же Грин навсегда останется нежным мятным ростком для одного фиолетоволосого человека, который не раз вытаскивал её из передряг.       — Не, меня всё устраивает, ха, — ответил подруге… Джерри? Джерри.       — Так, что тут за толпа?! — опа! Рояль в кустах! Из-за угла материализовался сам Сал, — Что за…       — Он меня прижал! — сразу наябедничала Хлоя. А что?       — Молчи, дура! — кажется, зря он это ляпнул.        Сначала эти щеглы его не признали, но, удивительно, как только глаза их опустились на синий бейдж со словами «главный дежурный», половина сразу отступила пару шагов назад и сделала вид, что ничего не происходит. А вот пацанчику уже не отвертеться.        Салли без церемоний сжал ворот рубахи обидчика, потянул за него, чуть не задушив мелкого, и отбросил того в сторону.       — А вот за дуру поясни, — начал Фишер, подавая руку своей даме сердца и прожигая бездонными глазами четырнадцатилетку.       — Я… — а сказать-то нечего.       — Ты… — передразнил абсолютно так же парень, — Ещё слюни изо рта пусти, ясли. Кто из тебя растёт? Учись за свои действия ответственность нести, клуша.        Абсент приняла помощь и медленно приняла сидячее положение. Сразу встать на ноги не получалось: конечности немного дрожали от неожиданного падения. Но она, держась за шею Сала, уже и забыла про этот факт, потому смогла легко прийти в себя.       — Ты как? — еле слышно спросил Вино, незаметно поглаживая предплечье партнёрши пальцами.       — Всё хорошо, колени болят только, — ответила девушка шёпотом, закрывая глаза и наслаждаясь присутствием родного человека. Для неё это было глотком свежего воздуха.        Фишер опять повернулся в сторону этих непутёвых ребят. Грин Салли не стал отпихивать ради своего грозного вида. Видно же, что ей в данный момент только он и нужен.       — Извинись и будешь свободен, — вздохнул безнадёжно парень, — Как вы мне уже надоели.       — Вы нам тоже, — пробурчала та самая одноклассница. Это было ошибкой.       — А? — Сал ехидно ухмыльнулся и устремил взгляд на неё, — Давай погромче, что ж ты так тихо?       — …Вы тоже нам надоели, — девчонка почему-то решила, что терять уже нечего.       — Отлично. Поговоришь завтра таким же языком с замом директора, Эмма, — выражение лица так и осталось магическим образом каким-то непринуждённым, хотя он, фактически, пару секунд назад приговорил её к смерти.       — Что?! — она аж подскочила, — Откуда т… Вы знаете моё имя?!       — Я всё о тебе знаю. На учёте стоишь за неоднократную кражу телефонов, денег и прочего со столов преподавателей. Пойми, насколько ты влипла, если я в курсе, но криминалистом не являюсь, — ладно, хватит этого разглагольства. Фишер переключился обратно на обидчика своей девушки, — Я к тебе даже интерес потерял, тут более любопытный экземпляр. Гуляй, пока я жив.        Грин тоже уже стало всё равно. Главное, что на ней никто не лежит. Кроме Фишера по страстным вечерам. Но это совсем другая история.        Эмма, как её назвал наш дежурный, фыркнула и, взяв под руку своего довыёбывавшегося одноклассника, быстрым шагом удалилась из крыла.       — Точно всё хорошо? — ну да, Сал заботливый. И вы ему этого не запретите.       — Точно, Винчик, — а вот и погоняло всплыло.       — Не называй меня так на́ людях, — парень покраснел, — Мы с тобой договаривались.       — Как скажешь, Винчик, — Хлоя, дабы не видеть реакции Салли, сделала вид, что поправляет юбку. Удобно.        Из главного зала донёсся какой-то неприятный ультразвук. Он исходил из рупорных громкоговорителей, что были установлены по несколько штук на каждом этаже.        Вообще сразу понятно, кто сейчас будет толкать речь. Потому что только у одного человека объявления выходят через анал, мягко говоря.       — Кхм, внимание, говорит Лола Невилл, — объявила девушка. её голос звучал довольно серьёзно.        Все ученики моментально отвлеклись и повернули головы в сторону тех самых «непонятных» колоколов на стенах, названия которых даже мало кто знал.       — Собрание в актовом зале откладывается на тридцать минут вследствие технических неполадок. Всем спасибо.