А что там с параллельными вселенными?

Питер вернулся домой. Мэй была на работе. Наверное, оно и к лучшему, потому что иначе Питер разрыдался бы у нее на плече. Он долго заваривал себе чай, долго пялился в стену после этого. Вот так. Бек кивнул ему и ушел. И все. Больше ничего никогда не будет. Питер глотал крепкий чай, не чувствуя вкуса. Бек уже сидит в своем родном мире. И не важно, хотел он этого или нет. Наверное, он знал, как это важно для гармонии вселенной или чего-нибудь такого. Здесь мысли какого-то малыша Питера никого не волнуют. Ведь так? Паркер поднялся со стула и поплелся в комнату. Когда-то он мечтал, что они будут спать на этой кровати. Давно это было. Питер посмотрел на стекло окна. В него ударил маленький камушек. Меланхолично дернувшись, Паркер подошел ближе, отпивая чай, и выглянул наружу. Под окном стоял Квентин. Он поднял с земли второй камушек и запустил его в окно. Питер выронил кружку и чудом не облился остывшим чаем. Бек увидел его и приветственно махнул рукой. На его лице было какое-то глупое выражение, которое Питер трактовал как «Я не очень понимаю, что происходит, но на всякий случай улыбнусь». — Я могу зайти? — крикнул он, разводя руки в стороны. Питер кивнул и бросился к двери. Кажется, он разучился моргать. Он ждал, пока Бек поднимется по лестнице. «Ну почему это второй этаж, а не первый?» Впустил его в квартиру. Закрыл дверь. Развернулся. Все-таки моргнул. — Что ты здесь делаешь? — вышел какой-то загнанный шепот. Бек улыбнулся. — Пустишь пожить ненадолго? А то тот диван меня достал. Питер дернулся, почти упал в объятья Квентина и расплакался. Бек аккуратно гладил его по спине и не отстранялся. — Прости меня. Оно все как-то плохо вышло. Надо было взять тебя с собой к Стрэнджу. Питер всхлипнул и посмотрел на Бека. — Ты убил его? Квентин рассмеялся и повел Питера в гостиную. — Нет. Мы договорились. Они сели на диван, широкий и удобный. Питер держал Квентина за руку, но тот был не против. — Мы долго обсуждали наши цели и возможности, и в итоге пришли к выводу, что в этом мире я могу принести пользу. Стрэндж оказался неплохим мужиком, — он дернул бровью. — Обещал потом научить меня паре трюков. Я изъявил желание стать образцовым супергероем, и он сказал, что я могу присоединиться к ним. Медстраховка, психологическая помощь и защита от агрессивных одноглазых дядек идут в комплекте. — Так просто? — удивился Питер, понемногу успокаиваясь. — Ты же вроде как преступник даже здесь. — Если меня и посадят в этом мире, то только за секс с несовершеннолетними, — самодовольно ответил Бек. Наверное, с красными глазами и пятнами по всему лицу от слез и смущения Питер выглядел как хуманизированный помидор. Он отвел взгляд и вжал голову в плечи. И получил слабый удар кулаком в плечо. — Эй, я, конечно, педофил, но не насильник. Расслабься. — И зачем я тебе тогда? — Питер не осмелился посмотреть на Квентина. — Чувак, я не буду признаваться тебе в любви и всякое такое, — Бек поморщился. — Давай начнем с чего попроще. Я скажу, что ты мне нужен и что у тебя самая классная задница на этой планете. — Уже неплохо, — Паркер слабо улыбнулся, и увидел такую же улыбку на лице Квентина. Он прижался щекой к его груди. Бек поставил подбородок на его макушку. — Мы выглядим как персонажи мыльной оперы, — пробурчал Питер и почувствовал, как живот Бека напрягся, когда он согласно рассмеялся. Они сидели так некоторое время. — Классные очки. Питер обернулся и увидел, что на журнальном столике лежал важный стратегический объект стоимостью с его костюм, если не больше. Опять Хэппи пытался пробиться к базам? — Это Эдит, и я тебе ее не дам. Бек удивленно поднял брови, оценив неожиданную агрессию Питера. — Уже был опыт? — Да. «Но не с тобой» повисло между ними. И Питер подумал, что оба Квентина были похожи, но ужасно различались. Как минимум, этого можно было поцеловать. Что Питер и сделал.

Конец

ТИТРЫ

СЦЕНА ПОСЛЕ ТИТРОВ

Питер сел на колени Квентина, самозабвенно его целуя. Его борода кололась, но это не было противно. Пожалуй, целовать Бека ему нравилось больше, чем ЭмДжей. Потому что Квентин мог водить рукой по его спине, рукам, ногам. Мог зарыться пальцами в волосы Питера и потянуть назад, покрывая мелкими поцелуями его шею, только усмехаясь его сдавленному писку. И когда Питеру показалось это чересчур интимным и он запротестовал, Квентин послушно вернулся к его губам и обнял покрепче. Наверное, за поцелуи и слух у Питера отвечал один и тот же пучок нервов, потому что он не услышал поворота ключа в замке и звука открывающейся двери. Он забыл, что Мэй должна была вернуться домой вечером. — КАКОГО?