Путь Драаса

*** Ирнот После того, как терранца схватили эти создания, обратно в прозрачную клетку он не вернулся. Охранники перво-наперво принялись сковывать его и посильнее. Над головой с противным гудением летал пяток дронов, готовых в любую секунду угомонить непонятливого заключенного. Вопреки ожиданиям конвоиров, Ирнот флегматично позволял тащить себя, куда им заблагорассудится. Язык этих созданий терранец не понимал и не хотел понимать, так что о своей судьбе мог только догадываться. Но его не убили, а отправили сюда. Если бы эти примитивы знали о существовании Триумвирата, его не посмели и пальцем тронуть или убили бы сразу. Поэтому ему оставалось лишь ждать помощи. Разве что та женщина, кажется, работающая здесь кем-то вроде врача, занимала его мысли. Он не располагал костюмом или другими средствами перевода примитивных языков. Но его внешний вид должен был говорить сам за себя. Откуда она могла взяться за пределами Расселения, среди тех, кто о нем даже не слышал? Еще и в таком месте. Не зная языка, к тому же. Подгоняющие его конвоиры о чем-то переговаривались, гоня его все дальше и дальше, пока он не остановился перед толстой глухой дверью. Подобное примитивное устройство могло быть чем угодно, от пути к свободе до шлюза. Но если они столь неразумны и рассчитывают, что он сам выйдет в открытый космос, они очень сильно ошибаются. Один из примитивов остановился за спиной у Ирнота и принялся освобождать его руки. Это действие на миг вызвало у терранца сомнения в реальности происходящего вокруг. Подобного не совершит и самый безмозглый примитив, неспособный выйти в космос. Прозвучало несколько гортанных клокочущих звуков и дверь начала открываться. Напрягшись, Ирнот уже приготовился убить всех окружающих, но открывшаяся за дверью картина успокоила его. За дверью находилось большая пещера, настолько огромная, что ее дальней стороны он не видел. В самой пещере находилось несколько десятков различных существ. Стоящие, сидящие или лежащие тут и там, они не обратили на Ирнота никакого внимания. Тычок в спину заставил терранца сделать несколько шагов вперед и дверь за его спиной захлопнулась. Покрутив головой, Ирнот понял, что это место не предназначалось для казни. Несколько закрытых энергетическим полем транспортеров похоже, предназначались для доставки местным обитателям пищи. Новая тюрьма. Более просторная и с толпой соседей. Что ж, ему было все равно. Пройдя вглубь пещеры, он направился к одной из боковых стенок. Причин доверять местным примитивам у него не было. И Ирнот не хотел драться с толпой этих существ, которые могли накинуться на него со спины. Сев спиной к стене, терранец почувствовал своим затылком прохладу. Температура стен была низкой. Должно быть, по меркам примитивов здесь было очень холодно. Ирнот же не чувствовал ни малейшего неудобства. Сейчас он не мог больше ничего сделать. Оставалось лишь ждать. Прикрыв глаза, Ирнот представил себя в огромной белоснежной комнате. Настолько огромной и чистой, что могло показаться, будто он не сидит на полу, а парит в воздухе. Глубоко вдохнув он медленно выдохнул носом. Потом еще раз. И еще. Для других обитателей этого места, терранец практически мгновенно заснул. Они не имели ни малейшего понятия о медитации. Да оно им было и не нужно. Сюда, в это место, даже охранниками именуемое «морозилкой», отправляли только за самые тяжелые нарушения режима. Тюрьма для тех, кто сумел нарушить закон даже находясь в самой строгой тюрьме галактики. Пещера, в которой оказался Ирнот, была частью астероида, на котором и была построена тюрьма. Здесь практически отсутствовала система жизнеобеспечения. От космического вакуума заключенные были защищены лишь астероидной породой, кое-где перекрытой силовыми щитами для герметичности. Благодаря этому температура в пещере была на добрый десяток градусов ниже, чем в остальной тюрьме. Ни обогревательных элементов, ни теплой одежды заключенным не полагалось. Им оставалось рассчитывать лишь на себя и согреваться теплом собственных тел. Еда подавалась едва теплой и к тому же выдавали ее лишь раз в сутки. В результате между заключенными постоянно вспыхивали драки за еду или более теплое место поближе к раздатчику. Чтобы охране не пришлось ежедневно вытаскивать трупы неудачников, подача кислорода в пещеру была ограничена. Ведь за каждого из заключенных руководители тюрьмы получали неплохое содержание. И пока преступники были живы, кредиты оседали в карманах. Отсутствие охраны компенсировалось суровыми условиями содержания в пещере, которые вполне сдерживали агрессию в ней заключенных. Пригодный для дыхания воздух, очищенный специальным образом подавался раз в шесть стандартных часов. Спертый, он был едва пригоден для дыхания. При возникновении массовых драк или гибели одного из заключенных, подача воздуха отсрочивалась на двенадцать часов, а иногда и более, вплоть до суток. После такой отсрочки, запертые в пещере существа едва могли дышать. Любые физические усилия приводили к ускоренному расходу воздуха, и это влияло не только на зачинщика, но и на всех остальных заключенных. Главенствовал в пещере Гатир, старый и злобный локс. Никто не мог сказать, как давно он, сидит. Остальных заключенных в пещеру доставили позже. Гатир установил свои правила, здесь внутри пещеры. Банда, сколоченная им, из отъявленных преступников хозяйничала в пещере. Остальных обитателей мало волновало происходящее вокруг. Они не были заинтересованы в массовой драке за кусок искусственного хлеба. Когда Ирнота затолкнули в пещеру, Гатир тут же обратил на него внимание. - Пфха, человек – фыркнул он, когда терранец сел в углу прикрыв глаза. – Долго он тут не протянет. - Может, мне объяснить ему правила? – задал вопрос ксариец Хену. - Фекх – отмахнулся локс. – Он не протянет здесь и пары дней. Не трать время. Потянулось томительное время. Понять сейчас день или ночь в пещере было невозможно. Единственными ориентирами было шипение вентиляции и появление еды. А кроме этого местных обитателей ничего больше и не интересовало. Кроме новенького. Он сел и заснул, оставаясь недвижим, пропустив первую подачу еды. И вторую. Двое суток он не подавал никаких признаков жизни. - Вот, я же говорил – с гордостью заметил Гатир. – Бесполезный человечишка. - Никто здесь из них не выживает – закивал Хену. – Их просто назад вытаскивают. Но не этого… Однако, как раз во время этих слов терранец открыл глаза и поднялся на ноги. Покрутив головой по сторонам, он направился к раздатчику. Тот был неактивен. Не обращая внимания на существ вокруг, Ирнот просто сел рядом с раздатчиком, собираясь взять еду, как только она появится. - Глядите-ка, живой – удивленно проверещал ксариец. - Пфха – буркнул локс. – Пока он не мешает мне… Терранец поднялся за едой сразу, как только она появилась. - Эй! Ты, человечишка! – тут же окликнул его Хену. –Не лезь своими ручонками куда не разрешили! Не обращая на крикуна никакого внимания, терранец взял первую же подъехавшую порцию и отошел в сторону. Ирнот совершенно не понимал все эти варварские наречия, да и не хотел понимать. Для ксарийца подобное поведение было своего рода вызовом. Все здесь так или иначе соблюдали принцип «Сначала Гатир-потом все остальные», но не этот человек. - Слышь! Ты че, оглох что ли? – направился следом за терранцем Хену. – Я те че сказал?! Человек даже не повернул головы в его сторону. Полное безразличие. Казалось, для него Хену и издаваемые им звуки просто не существуют. Подобное отношение ксариец не мог стерпеть. Рассвирепев, он направился к наглецу, но голос локса заставил его остановиться. - Хену, уймись – холодно произнес он. – Он взял себе одну пайку из трех. Ты и так довольно набил свое брюхо. - Но Гатир, он же… - начал было размахивать своими руками-щупальцами ксариец. - Я все сказал. Несмотря на внешнее холодное безразличие, Гатир отнюдь не был глупцом. Он был уверен, что без его одобрения Хену человека и пальцем не тронет. Слишком уж тот был труслив и надеялся на своих подхалимов. Рисковать своей шкурой было совершенно не в его духе. Гатир хорошо знал людей. Он немало их повидал за время прошлой войны. И отличить бойца от трусливого мошенника он мог с одного взгляда. Локс был уже немолод, чтобы надеяться на легкую победу. И рисковать своим авторитетом ради тюремной пайки не собирался. К тому же появилась возможность интересно провести время в этом захолустье. А любопытство его уже распирало. Таких, как этот человек стараются держать у себя, а не отправлять на задворки галактики. И то, за что человек сюда попал явно крылось нечто-то такое, что обещало локсу на некоторое время избавиться от скуки. А кроме любопытства в этом месте и делать было нечего. Поев, терранец начал разминаться. Какое-то время находившиеся рядом с ним заключенные ошарашенно смотрели на то, как человек отжимается, приседает, разминается. Человек нарушил неукоснительное правило существования в пещере. Он начал тратить воздух. Те, кто провели в «морозилке» несколько месяцев, уже с трудом могли представить, что подобными действиями можно заниматься. За то время пока он здесь был он не присматривался к особенностям «местной» жизни: если кто-то, активно двигается, то он тратит много воздуха, а значит другим его будет не хватать. Неудивительно, что терпеть подобное никто не собирался. - Эй, ты! - Эй, слышь! - Какого наркха?! Десяток заключенных обступили человека, но он по-прежнему не обращал никакого внимания, продолжая разминаться. Стоило лишь одному калаксенанину харкнуть рядом с ним, как движения терранца изменились. Неторопливо встав на ноги, Ирнот, окинул обступивших его существ внимательным взглядом. Не обратив внимания на крупного локса, он молниеносно ринулся к ворфийцу, неприметно стоящему сбоку. Даже для Гатира, внимательно следившим за действиями человека, его движения были непредсказуемы и молниеносны. Проскользнув меж обступившим его заключенными, он двумя быстрыми ударами свалил ворфийца на землю, вогнав рога того в пол. Поднявшись на ноги, человек также невозмутимо без лишнего звука, вернулся обратно на свое место. За какие-то доли секунды локс убедился в правильности своих действий. Подумав, насколько этот пришелец разумен. Ведь он мгновенно понял, кто опаснее всех и ликвидировал его. Для настоящего бойца это не составит труда. Он заслуживает пристального к нему внимания. Проигнорировав возмущенное восклицание Хену, он проводил взглядом разбредающихся по пещере заключенных. Лишившись заводилы, они так и не решились накинуться на человека. Проходя мимо толпы, он буркнул фразу, смысл которой был не понятен, но агрессивно-устрашающую интонацию поняли все. Было очевидно, что связываться с этим пришельцем не стоит. После этого, терранец как ни в чем не бывало вернулся к своим занятиям. Явное отчуждение обитателей и доставляемые им неудобства, Ирнот не замечал. Один прием пищи следовал за другим, а терранец просто ждал. Чего именно, он и сам не мог себе сказать. Эта «морозилка» была для него не каким-то кошмарным местом, а всего лишь тюрьмой другого вида. Он просто ждал. Ждал дальнейших событий. *** Каким бы сильным не был страх Тиции превратиться в подобие своей сокамерницы, она не могла этого избежать. По крайней мере так ей казалось. Подъем, сидение в камере, еда, опять сидение в камере, еще одна еда и вновь сидение в камере… Алванианка сама не заметила, как стала точно так же как Мирия лежать и смотреть в потолок. К концу месяца она уже знала его досконально. Несколько мелких царапин, сделанных неизвестно кем и когда в прочном материале камеры. Вот и все, что можно было изучать. Остальная часть потолка была идеально чиста и однообразна. Еще неделю назад Тиция поймала себя на мысли о том, что она не думает. Это было страшно. Она просто бездумно лежала и смотрела в одну точку, мало чем отличаясь от мертвой. Ни движения, ни мысли. Тогда она еще попыталась отогнать от себя подобные мысли, встряхнуться… Но через пару дней вернулась к прежнему состоянию. Теперь она спокойно и покорно стояла в очереди, ожидая свою пайку. Остальным заключенным и раньше было на нее плевать, а теперь она еще и примелькалась. Она не затевала ссор и драк и почти ни с кем не общалась. Даже с Рети, она перебрасывалась несколькими фразами в свободное время и все. Ретишия не напрашивалась на какое-то общение, а Тиция уже рада была безвылазно сидеть в своей камере. Когда в столовой послышался шум, Тиц даже не сразу обратила на него внимание. - Двигай давай. И не пялься на меня так, осел… - бурчал на кого-то охранник. Это пробудило у Тиции воспоминание о том человеке. Что с ним сейчас? Где он? Может, его и вовсе убили уже, за то, что он сделал с тем охранником… Повернув голову на шум, она едва сдержалась от удивленного восклицания. В соседней очереди, в самом конце, с безразлично-холодным видом стоял человек. Он не огрызнулся на охранника и всем своим видом показывал свое равнодушие к происходящему вокруг. Еще месяц назад Тиция выскочила бы из очереди и помчалась к нему, единственному знакомому лицу в этом месте. Но не сейчас. Сейчас она знала, что сначала ей нужно получить свою еду. А потом уже можно и к человеку подойти. Зеленоватое свечение сканера, трехсекундное гудение машины, и вот Тиция уже может отойти в сторону, направляясь к знакомому. В тот раз он совершенно не обратил внимание на ее слова. Да он и не мог их понять. Но, быть может, за это время его научили? - Эй! Привет – окликнула терранца девушка. – Как дела? Вопрос был очень глупым. Но она не знала, с чего начать диалог. Смерив ее холодно-равнодушным взглядом, Ирнот ничего не ответил. Похоже ее надежды были напрасны и за все это время он так и не научился понимать другие языки. А она не говорила на его. И все же она попыталась еще раз. Улыбнувшись, она вновь заговорила: - Послушай, я знаю, ты меня не понимаешь, но… Повернув лицо к ней, терранец раскрыл рот и произнес: - Ри-ту кисатип тавус. Что бы это ни значило, это уже было каким-то ответом. - Да-да, ты меня не понимаешь, я тебя – закивала Тиция. – Но жесты-то у нас одинаковые. Вот. Смотри. Я – Тиция. Понимаешь? Ти-ци-я. Т-и-ц-и-я. А тебя как зовут? Ты. Ты. Со стороны алванианка выглядела сущей идиоткой, приставая к заключенному, только вышедшему из «морозилки». Который в первый же день своего заключения избил охранника и угодил в местный карцер. Но даже если кто и думал о том, что человек с легкостью может раскроить череп этой зеленой, тому было все равно. Ирнот же в ответ начертил в воздухе какой-то сложный знак, чьей точной формы алванианка не успела уловить, и произнес: - Тавос. Выждав пару секунд, он начертил еще один символ. - Трейхос. Да, еще бы я понимала, что ты хочешь мне сказать, мысленно вздохнула Тиция. Это его имя? Или… Нет, тут другое. Алванианка живо вспомнила шаттл и то, как этот человек изучал их алфавит. Конечно! Он пытается поступить так же. Вот только она даже не успевает запомнить очертания этих символов. Нужно что-то придумать… Взглянув на зеленокожую, скорчившую задумчивую мину, терранец взмахнул рукой. Явно устав ждать от нее осмысленного ответа. - Гримлок – произнес он. Следом Тиция услышала вырвавшийся из его груди тяжелый вздох, после чего человек указал пальцем на себя: - Ирнот. Несмотря на весь трагизм того, что произошло с ней в последнюю пару месяцев, девушка не удержалась. Ирнот невольно моргнул, когда эта зеленокожая расплылась в счастливом оскале от одного лишь упоминания его имени. Учитывая, что они были в плену, подобное поведение выглядело очень странным. С другой стороны, сам плен тоже выглядел крайне странно. Космостанция на астероиде где живут различные существа. Причем они не работают и не учатся. Никто не пытается расспросить его или убить. К чему тогда его силой загоняли сюда? Это было для Ирнота сплошной загадкой. Тем временем обед закончился и алванианка потянула человека из столовой. Попутно она попыталась жестами объяснить ему, что к чему. Казалось, ее ужимки скорее позабавили Ирнота, нежели напугали. Но он пошел за ней, что уже было большим достижением. Найти способ записать неизвестный алфавит, да и вообще разжиться письменными принадлежностями было нелегко. В этой тюрьме организация досуга заключенных была попросту не предусмотрена.