Во я попала... в Фэша Драгоция?!

      Можно было тихо ненавидеть всё это, проблема лишь в том, что участвовать всё равно придётся. Гвоздём программы вечера стало явление в башню Астариуса, который был второй личиной Хардиуса. Ушлый всё же дедок, никогда не смогу перестать удивляться его находчивости и живучести, подобно Екатерине Петровой из Дневников Вампира (хотя нет, эта дама его перегнала сильно).       Несколько дней назад я успешно через часолист отправила этому дедку необходимое задание. Только вот там был подвох: неприкрытый такой намёк на то, что я знаю и кто он, и что он. И если, соответственно, этот кто-то не хочет проблем, потому что обнародовать действительность не получится, но кто мешал пустить добротный слух, то стоит лишь сказать всем, что Драгоций — лапоть, и домашку не сделал. К тому же стоит ли всем Ключникам знать о том, что этот самый неудачник представил в виде Властелина Времени Огневу? Уж точно никому. А дальше пускай сам всё разгребает. К тому же может у Огнева опять не хватит выдержки сболтнуть что-нибудь лишнее.       Поэтому с неким садистским удовольствием наблюдала за чуть хмурым лицом длиннобородого старика, что стоял и буквально всем своим видом напоминал пресловутых волхвов с Древней Руси. У тех только не было всяких там накрученных посохов с камнями в навершии.       Однако стоит признать, что вся бравада и радость, из-за того, что получилось насолить хоть кому-то из этого мира, прошли, стоило пересечься взглядом с Василисой. Слишком уж многое от неё приходилось ожидать и предполагать, что она выкинет в последующий момент. Даже Щерба писала в своих книгах (хотя это можно списать просто на намёки о том, кто станет Временем), что девчонка не смогла и не стала рисовать Повелителей, но у неё была задумка двоих персонажей.       Оставалось лишь кивком головы поприветствовать обоих родственников и наконец умоститься на появившийся из воздуха коврик. —… рассуждаем о природе Времени, — и тут пришлось мысленно взвыть и проклясть эти мини-экзамены, потому что мне пришлось буквально заучивать все диалоги, что могли произойти. Нет, я могла импровизировать, но учитывая и без того моё вмешательство вот в это всё, поэтому даже милипиздрическое изменение в предложении могло потянуть за собой нехилую такую ветку вероятности.       Однако я бы соврала, если бы сказала, что задвигать подобные вещи было мне в тягость. На самом деле мысли Драгоция, что были озвучены в книге, довольно ясны и понятны. И даже в некой степени наши с ним взгляды совпадали, но лишь в некоторой. Часть вещей можно было вывернуть совершенно по-другому.       Когда раздался звук оповещения о том, что кто-то припёрся, с некоторым удовольствием для себя отметила Ляхтича, что сейчас явно недоумевал какого чёрта происходит, и почему его королевская задница тут не одна. Я на это чуть усмехнулась, что уж точно не осталось незамеченным одним Златоключником. Чужие глаза недобро вспыхнули, но высказаться парень не успел, так как Астариус уже начал задействовать хиромантию местного разлива.       Я чуть было откровенно не просрала момент, который ушёл у всех на вызов крыльев и начало полёта. Поэтому пришлось срочно навёрстывать и устремляться вверх, попутно начиная залипать на меняющуюся вокруг действительность. Что там Щерба писала? Для удобства перемещения? Что-то как-то не пахло тут даже таким, потому что окружение больше напоминало соседство анархии с хаосом и культурным порядком. Явным доказательством этого служил различный мусор вокруг и резкая концентрация какой-то «инсоляции или экспозиции» буквально тут же. Чего стоила цепь из шестеренок… и почему символом Серебряного Ключа служила именно эта деталь механизма? Непонятно. — Как дела у вас с Захаррой? — потребовались титанические усилия, чтобы не вздрогнуть, а лишь скосить глаза. Тут звук чужих шагов не поможет, потому что нихера не слышно из-за внешнего шума, что уж говорить о крыльях, что шелестели явно тише, чем шёл человек по полу. — Всё в порядке, — отвязаться бы поскорее от неё. Вот ничего не имею против этого персонажа, но общаться с ней вместо Фэша, делать то, что он бы сделал… избегать её, как он, можно будет без проблем, но вот проявлять сентиментальность и прочее… — А чего тогда не пишите? Не разрешают? — Да! — я за этот ответ уцепилась, словно утопающий за круг. Как она ещё не слышит весь тот истеричный каскад в голосе? — Слушай, ну хоть отец мой тебя не обижает? — этот короткий разговор начал порядком выматывать и к тому же наслаиваться на неожиданно появившиеся переживания в голове о том, куда закинет меня.       Поэтому ответ вышел резким и явно неприятным, но эффект был достигнут. Плюс ещё помог отрыв от Огневой. Ляхтич, конечно, недовольно фыркнул, когда я, как в жопу ужаленная, втиснулась перед ним, ровно позади Астариуса. Здесь-то и получилось хоть чуть-чуть перевести дух.       Хотя даже этого пресловутого чуть-чуть не дали, потому что странный шелест или скрежет напряг спустя секунд пять после своего появления. Это напоминало забитую до потолка комнату с ключами из «Гарри Поттер и философский камень», только вот огромный часовой механизм явно не напоминал оные. Он, скорее, походил на какого-то застоявшегося старого хищника, что мог поддерживать в себе жизнь чисто из-за глупости своих жертв. Лезть в него не хотелось. — Эм, а нам точно нужно… — но рядом никого уже на тот момент не оказалось. С языка слетело несколько ругательств на этот счёт. Что делать дальше явно было непонятно, но инстинкт самосохранения ещё пока работал и орал дурниной, чтобы я не лезла в эту металлическую петлю.       Оставалось его только облететь или скорее перелететь, если главной задачей было двигаться вперёд. Пытаться совершить этот подвиг нижними путями казалось бессмысленным, поэтому, словно что-то летящее вверх (учитывая наличие крыльев, больше походило на вертолёт), двинулась к предполагаемому месту дислокации солнца. — Великий Эфларус, ещё ни разу не видел, чтобы так изголялись над метками. Зачем ты так решила усложнить? — от этих слов замерла, силясь понять, кто говорит.       Явно мальчишеский голос, который находился в стадии укрепления и окончательного завершения трансформации. Но раньше такой я не замечала в известной мне компании. К тому же остальные личинки часовщиков и один матёрый прохвост не так давно пропали из зоны моей видимости. Тогда кто, блять, это?!       От резкого поворота голова не закружилась, но какого-то чёрта поехали ноги, которые вроде как бы должны были быть в воздухе! Поэтому я совершенно не картинно начала падать тяпкой в пол, но кто-то успел подхватить мою тушку. Как это часто бывает при каких-то неожиданностях, разум тормозит несколько секунд, чтобы потом выдать нечто спокойное или взорваться фейерверком эмоций.       Так вот мой мозг выдал первый вариант, поэтому когда меня поставили на траву (а именно из-за этой зелёной гадости я чуть не познакомилась с полом) тихо и обескураженно выдала одно слово: «Спасибо». — Да не за что. Но падать не стоит, темнота, — и тут клюнуло ровно в затылок. Потребовалось несколько секунд на осмысление сказанного и обдумывания образа человека перед мной, чтобы наконец допёрло, что это чёртов Фэш Драгоций! — С тобой всё в порядке? — парень скептично приподнял бровь и сделал шаг назад, явно испугавшись моего перекорёженного лица. — Дорогой мой, — от такой интонации мои одногруппники сразу старались скрыться, потому что за ней обычно следовал нехилый такой разбовор полётов, — либо ты мне сейчас всё объясняешь, либо ты умрёшь. Но не бойся, больно не будет! — на последнем предложении я уже откровенно рванула за этим нахальным подростком, чтобы успеть хорошо ему садануть куда-нибудь меж глаз. Да вот только стоило ему всё же грохнуться на землю и растянуться на ней, как я остановилась, в понимании, что уж точно никого бить не буду. И дело было даже не в пресловутых правилах типа: лежачего не бьют и подобное. Нет, просто меня воспитывали иначе, и всё же к дракам не приучивали. Но ударить все равно хотелось очень даже сильно. — Ух, утырок, избить бы тебя хорошенько, но не буду, а надо бы, — грузно уселась на пол, откидываясь спиной на откуда-то взявшееся бревно. Чуть удивлённо повела глазами, пока не дошло, что местность как-то умудрилась смениться. Теперь это было не непонятное нечто с здоровым механизмом часов, а просто лесная полянка. Кажется, даже птицы пели. — Ты — больная, — медленно произнёс парень, принимая сидячее положение. — Тоже мне факт констатировал. Мы все больны в какой-то мере. Ты, вон, людей любишь из их тел выдёргивать и в свои помещать. Радуйся, что я тебя всё же не побила за это, — куда весь запал-то делся? Клятвенно же обещала сама себе, что Драгоций будет полуживым или полусидячем из-за нашей первой встречи, потому что не делается так с людьми. — Да будто это было моё решение! — о как парень резко взвился. — Это было моё решение, так как я посчитал, что Фэшиару понадобиться помощь, — скривились вдвоём одновременно, так как Драгоций среагировал на своё полное имя, я же от понимания, чей это был голос. — Тоже мне Великий часодей. Похоже, что криво составил чужой Клубок, аж приходится просить людей со стороны помочь, — небольшое перемещение дало право полностью принять лежачее положение, отчего в поле зрения на какое-то время мелькнуло нахмуренное лицо пришедшего. — Тот Клубок пока не принадлежит Фэшиару. Всё это часодейство завязано на действиях людей, которые при активации определённых моментов сопоставляют нити своего Клубка с этим, отчего происходит привязка второго к…. — Да-да, ага, конечно, так вот я и поверила в это, — поддерживать жизнеспособность собственной теории всегда было проще, поэтому-то я поднялась с раздражённым выражением лица и недовольно вперилась в лицо старца, — вы же не предполагали, что произойдёт именно так. Вы же были слепы и глупы, чтобы не спрограммировать всё то, что будет происходить, — мне явно не хватало местных терминов, поэтому пришлось перейти на язык Осталы (как же бесил ещё тот факт, что оригинал решили назвать производным словом от «отсталый»). — Короче, я не верю в то, что всё вмешательства не были заранее предопределены! Потому что хотите Вы этого или нет, но любое действие уже прописано на полотне Времени.       Фэш на такое удивлённо вскинул бровь и явно пытался понять, кто я такая. Видимо, паренёк раньше не сталкивался ещё с такими то ли отбитыми, то ли реально странными людьми, что рассуждают о манере строения Времени перед людьми, которые посвящают этому всю свою жизнь. Эфларус же… сначала стоял просто с каменным суровым лицом. После же у мужчины отчётливо задёргался глаз, отчего ему пришлось отворачиваться и помогать успокоить разбушевавшиеся мышцы кончиками пальцев. Если не ошибаюсь, он в это время ещё что-то начал бормотать что-то про крайне левых или правых (точнее, это всё звучало иначе, но смысл был какой-то такой). — Это не так работает, — устало проговорил старик, раздосадовано при этом сжимая собственную переносицу. — Каждый выбор влечёт за собой открытие новых дверей, если так угодно, поэтому пути движения всегда различны… — Но всё равно общая матрица должна быть прописана! Вот в жизни не поверю, что нет шаблона, под который потом подгоняется действительность. Поэтому не нужно мне тут рассказывать про вероятности. У нас её преподавали на втором курсе универа. Лютая дичь, но полезная, однако тут Вы всё равно должны были что-то просчитывать. — Но ты ведь не права в данном случае… — однако свирепый взгляд в сторону Драгоция заставил того заткнуться. — Помолчи, мальчик. С его подачи, — обвинительно ткнула чуть ли не в грудь великому часодею. Фэш от такого явно побелел, понимая всю безбашенность поступка, — меня закинуло в твоё тело, и мне сейчас разбираться с твоими проблемами! Причём ты мне почему-то никоим образом не помогаешь! Лишь раз перехватил каким-то чудом управление, а всё остальное время я вынуждена прозябать в школе, которую закончила, на минуточку, уже три года назад со сраным золотом! — Что?! Это я-то не связываюсь с тобой?! — теперь мне понятно каким образом Ляхтич смог его так просто раскрутить на конфликт. Хоть он и максимально недоверчив к новеньким в окружении (но когда твоё же тело занимает неизвестный человек, ему волей или неволей будешь доверять), но вспыльчив, как чёрт. — Да я тебя сегодня ночью пытался вызвать в луночас, но ты, фейра, весь мост обрушила, который я не один проклятый день налаживал! — Ага, — чуть приоткрыла рот и кивнула с самым просто пофигистичным видом, что можно было сделать. — Так значит это из-за тебя мне сегодня какая-то муть даже не приснилась, а нагло отпечаталась на закорке сознания так, что я чуть паническую атаку не словила? - парень на это чуть нахмурился и скрестил руки на груди, подсознательно закрываясь от последующих нападений в свой адрес, — Драгоций, даже самое дохлое желание тебя спасти, что у меня было, сейчас только что сдохло. Как предпочитаете? Спрыгнуть с крыши или все же отдать тело на растерзание Астрагору? Я думаю, — где-то там есть модель поведения Кэтрин Пирс, что сейчас подходила как нельзя кстати, потому что иначе я начну слишком сильно акцентироваться на чужом лице, что больно резво меняло окраску, — что второй вариант будет предпочтительней и гораздо интересней, — и, как вишенка на торте, вырезать на собственном лице оскаленную ухмылочку. Он остановился на багровом. Ух ты как интересно! У него случайно сейчас никакой сосуд не лопнет от натуги? — А ну прекратите! — ох как. Сначала было не особо понятно, что произошло, но после знатно так тряхнуло окружающую действительность и нас заодно с Драгоцием. Повалились на землю оба, и от травы явно останутся следы. Хорошо, что толстовка, чьи локти как раз и пострадали, оказалась зелёной. К тому же шмотка оказалась из дома, как и весь наряд в целом. Можно было бы порадоваться, если бы так сейчас не болели отбитые об землю руки. — Садист, — глухо прошипела куда-то в ту же траву. — Ещё успеете выяснить, кто и где совершил ошибки. Моей задачей было лишь свести вас двоих. После этого установить контакт в луночасе или в твоём теле, — Эфларус повернул голову в сторону Фэша, как бы уточняя, но в это не было необходимости. — Теперь ты, — фу ты, уж лучше бы про меня в тот момент забыли, — на этом твоя встреча в прошлом не закончена. Не оплошай.       И я даже пикнуть не успела, чтобы узнать что-то ещё или возразить, как вокруг словно вырубили свет. Стало снова темно до беспредела и непонятно, что происходит. Хотелось крепко выматериться, дабы, может, мимоходом умудриться каким-то образом проклясть Эфларуса.       А после меня снова куда-то выплюнуло. В этот раз это был какой-то кабинет, причём неплохо так обставленный. Дорого, богато, и точка. Медленно обводила взглядом тёмное дерево, что было уставлено ровными рядами книг (больше удивляло то, как тома были подобраны словно на подбор: тёмные и старинные). Лёгкий запах чего-то такого витал в воздухе. Явно страницы отдавали пылью, а дерево, что так красиво трансформировали в мебель, тоже не оставалось в стороне и, кажется, ещё ощущался запах кожи от кресла (данный атрибут чуть удивил, потому что больше походил на предрассудок). — Кто ты? — от прозвучавшего голоса вздрогнула, прекрасно осознавая, кому он принадлежит. Глаза от этого распахнулись, а сердце чуть ёкнуло. Ненавидела, когда вот так могли со спины просто подойти и напугать. Гниды. — Конь в пальто, блин, — тихо буркнула шаблонную фразочку, стоило хоть немного отойти. Осталось подняться с пола и, наконец, повернуться лицом к Марку. А то нехорошо же это будет, некрасиво. — Что? — тёмные глаза парня явно пыхали злобой и раздражением. А ещё он ненавязчиво так держал в руке стрелу. Выдохнула. Честно, я ещё не совсем поняла, что можно схлопотать от этой вот вещицы такого, чтобы её бояться, но учитывая, что железкой можно было элементарно проткнуть шею… — Ничего. Опусти игрушку, что считается оружием. Меня сюда в наглую… — но окончание фразы решила проглотить, вспоминая фразу Эфларуса про «не оплошай», — выдернули. По-моему. — По-твоему? — чужая рука снова дрогнула в желании реально воспользоваться стрелой. — Да что ты нервный-то такой?! — сама чуть отклонилась назад и, не удержав равновесие, явно начала падать.       Зацепиться рядом явно не было за что. Поэтому несколько махов руками ничего не дало, как казалось в начале. Потом край пальцев явно что-то цепанул, после, кажется, была крепкая хватка на кисти, но и это не стало решением, так как ноги никто не закрепил. Теперь уже летели двое, и поняла я это только тогда, когда что-то или точнее кто-то приземлился мне на грудную клетку, вышибая воздух. — Блять, — ругательство было сиплым и надрывным. Хотелось глотнуть кислорода, но это просто не получалось сделать из-за лишнего веса и явного спазма межрёберных мышц. Спихнуть с себя и выкатиться из-под чужого тела получилось, что принесло небольшое облегчение, но всё равно чувствовалось, как покраснело от натуги лицо. Зашевелившийся Марк, которого, видимо, сначала вообще как-то оглушило, явно был в недоумении. А потом до него дошло. — Ты! — и что точно означал этот крик не совсем уж было понятно. То ли обвинял, то ли крикнул в страхе, потому что стоявшая на карачках девушка с красным лицом и надсадным кашлем может напугать. — Чёрт! — парень как-то оказался в поле зрения явно в желании помочь или сделать хоть что-то. Этот его порыв чуть во второй раз не лишил меня притока кислорода, потому что я не помнила в его описании сочувствия. — Не трожь, — от робких попыток пришлось отмахнуться и бухнуться на пятую точку. Глубокий вдох помог наконец убрать боль из груди, хоть и вдохнуть полностью всё ещё было невозможно, но хоть дышать стало возможно. — Какого ты на меня свалился? — голос похрипывал. — Это ты меня на себя сама свалила, — ох, прям в лучших Мортиновский традициях. Явно заразно — быть змеей. — Да кто ты вообще такая?! — и вновь вернулись к тому, с чего начали. — Та, с кем ты должен был встретиться, — будем играть от этого. Или это слишком высокий козырь, который ничем не покрыть? — Ты не похожа на человека из прошлого, — и снова мелькнула пресловутая стрела. Хорошо, что хоть в этот раз он уже не спешил приставлять её к моей шее. Видимо, даже брошенная фраза про встречу, что не подкреплена вообще ничем, внесла хорошую дозу сомнений в чужую голову. — Прошлого?! — вещи на мне уж точно не соответствуют девятнадцатому веку, хороший такой двадцать первый. Хорошо, что мозг быстро соображает, можно попробовать вывернуться в любом случае. — Дорогой мой, как бы ты для меня прошлым не оказался! — Чего?! — ох, видимо, это было ошибкой, ведь чисто технически же будущего не существует, но вот если ты из этого самого будущего… — Врёшь! — и тут полетела первая спираль ярко-красного цвета.       Пришлось срочно сваливать в сторону и пригибаться. От первого залпа это спасло, а после получилось юркнуть за массивный рабочий стол, от которого тут же отлетел кусок угла, в который врезалось что-то, видимо, из убойного. — Не порть мебель, вандал! — надо было бы удивиться именно этой фразе, но времени не было. Сердце хоть и билось слишком быстро, но спасибо, что не в горле, и дышать не мешало. То, что выдавал мозг, не поддавалось объяснению. Просто было, и всё, с этим можно было лишь смириться и стараться сейчас выжить. — Да что ж ты такой не верующий! Меня Эфларус сюда закинул. Этот старикашка совсем оборзел! — Как он выглядел? — вопрос сопровождался очередным стремительным вжиком и после содроганием массивного куска дерева, что явно скоро превратится просто в груду щепок. — Кто?! — он явно был ненормальным, раз задавал подобные вопросы, обстреливая неизвестного человека эферами.       На глаза попался кусок отпавшего дерева, который пальцы тут же сжали. Мысль промелькнула где-то со скоростью света. Поэтому огрызок полетел в сторону Ляхтича. То, что деревяшка достигла цели, стало понятно по сдавленному оху и временному прекращению обстрела из стрелы. — Если ты про этого старика, то просто старик и старик! Немного с бородкой, светлые глаза, но не такого льдистого оттенка, что у Маришки Резниковой. Да прекрати ты портить чужие вещи, идиот! — Откуда ты знаешь Резникову? — и столько подозрения в голосе я давно не слышала в принципе. — Да что б тебя! Я же сказала, что из будущего! А там, епта, Ключников знают все! И что с кем случится, поэтому прекрати швыряться эферами и послушай меня! — Да так я тебе и поверил, — я зря выглянула из-за стола, потому что буквально перед носом дерево взорвалось щепками, часть из которых естественно отправились мне в лицо. — Вулкан, прекрати! — чужое имя сорвалось с губ, и я тут же пожалела об этом, потому что не стоил показывать о своем знании этого момента. — Остановись! — но вернуть уже ничего было нельзя. Оставалось лишь разбираться с последствиями.       Но почему-то всё резко прекратилось. Не слышался свист, не было грохота и сотрясения стола. Просто настала тишина. Выглядывать как-то над столешницей расхотелось, к тому же лицо всё же немного посекло. Поэтому ползком двинулась к правой ноге (хорошо, что стол напоминал тот, что где-то болтается в Белом доме, потому что один из президентов был инвалидом). Несколько глубоких вдохов должны были принести успокоение, но куда там! Пришлось все же выглядывать и ахуевать… Марк застыл, словно какое-то изваяние и бешено вращал глазами. — Что за… поебень? — но кто бы ещё ответил на это.