Итог

      Саюри очень любила следить за вращающим барабаном стиральной машины. И два часа могла простоять, неотрывно гладя, как вертится бельё. Ходить толком не умела, но «проведывала» машину регулярно, иногда недоумевающе что-то лопоча, видя, что её персональный «телевизор» не работает.       Наруто регулярно пользовался этой слабостью дочери, нарочно включая самый длительный режим стирки, чтобы, пока малышка отвлекалась, спокойно заниматься домашними делами. Саске, к слову, от него недалеко ушёл. А вообще на Саюри грех было жаловаться: дочь росла на редкость спокойным ребёнком.       Улыбчивая, в меру любопытная девочка могла долго ковыряться в своих игрушках, ни на что не отвлекаясь и не лазая, куда не следует. Спать ложилась без лишних укачиваний и уговоров, в еде не капризничала, охотно давала нянчиться с собой многочисленной родне.       - Чудо, - обожающе проворковал Наруто, целуя дочь в щёчку. – Блин, Саске, я теперь понимаю, как с тобой было в детстве легко, - обратился он к супругу, деловито варящему для ребёнка кашу. – Слушай, может не будем рисковать с моими генами? – вполне искренне засомневался Наруто. – Я ж орал, не затыкаясь. И сейчас не затыкаюсь, - честно признал он. – Давай ты мне сам родишь всех по плану?       Пока по плану значился ещё один ребёнок, биологическим отцом которого должен был стать Наруто. Однако в последнее время тот, глядя, как просто удаётся нянчиться с Саюри, осмелел и стал прозрачно намекать, что детей можно завести больше. Саске предпочитал не спешить и ближайшие пару-тройку лет точно не желал обзаводиться ещё одним малышом, справедливо полагая, что лучше целиком посвятить это время дочери. Но детей от Наруто он точно хотел, пусть хотя бы так, раз по-другому невозможно.       Утешало, что у предполагаемого второго ребёнка и любимой дочери будет одна биологическая мать. Давняя подруга не то чтобы согласилась помочь решить их деликатную проблему, сама предложила себя в качестве донора. Вынашивала Саюри, конечно, другая женщина, поскольку все трое прекрасно понимали, что лучше сохранить некоторую дистанцию, ведь семья Саске и Наруто однозначно не предполагала ещё одного взрослого.       Подруга оказалась на удивление человеком понимающим, однако руководствовалась она вовсе не глубокой личной привязанностью. Ещё в школьные годы девушка увлеклась яойем, причём всерьёз и надолго. В своё время упоённо писала фанфики про однополые отношения, которые видела едва ли не в каждом произведении, а потом её увлечение постепенно переросло в стойкую жизненную позицию, и она стала ярой активисткой ЛГБТ-движения. Был период, когда она считала себя лесбиянкой и пыталась встречаться с девушками, однако наносные предпочтения быстро прошли, и она вполне благополучно вышла замуж, умудрившись втянуть мужа в свою активистскую деятельность.       Саске и Наруто она тоже долго обрабатывала, но те категорически отказывались участвовать в общественных мероприятиях в поддержку геев. Оба считали, что незачем дразнить «сексбольшинство» и просто хотели спокойной жизни. И ребёнка долго не решались завести, взвешивая все за и против. Слишком сильно на них давила моральная ответственность: оба думали о том, имеют ли они право лишать малыша матери. Однако окружающие и в особенности собственные мамы не считали последний аргумент таким уж категоричным. Саске и Наруто никто не уговаривал, не донимал просьбами, но у близких людей как-то само собой получалось их наталкивать на мысли в пользу отцовства, оттого однажды Наруто сдался, а следом за ним и Саске.       С рождением дочери сомнения не ушли, они просто стали несколько иными. Женского догляда Саюри точно хватало, но она была слишком мала, чтобы полностью оценить свою нестандартную семью. Биологическая мать ей уделяла много внимания, но на роль родительницы не претендовала. Как Саске понял, она не хотела им с Наруто мешать. Сама подруга до материнства ещё не созрела, в чём откровенно сознавалась. И Саюри она любила вовсе не как мать, за что Саске в душе был ей благодарен. Он не знал, что случится потом, поменяются ли взгляды подруги, но почему-то не сомневался, что она и в будущем не создаст им проблем. Ведь не только близкое знакомство и искреннее желание помочь заставило согласиться Саске на подругу в качестве биологической матери. Девушка была умна, целеустремлённа, обладала сильным, решительным характером. Пусть она имела своеобразные взгляды на некоторые вещи, нестандартные увлечения, Саске не считал это главным, он видел, насколько она хороший и преданный друг.       Вопрос о том, кто первым станет отцом, даже не поднимался. Наруто сразу дал понять, что это будет Саске. Учиха не понимал, струсил ли любимый или нет до тех пор, пока не родилась Саюри. Дочь сразу Саске показала, что, ни взирая на обстоятельства, она действительно их совместный с Наруто ребёнок. Второй малыш предполагался изначально, и логично стать биологическим отцом предстояло Наруто. Саске казалось, что дело решённое, однако Наруто сейчас нечаянно продемонстрировал: страхи никуда не ушли, они просто засели очень глубоко.       Культивировать и дальше у супруга сомнения и тревоги Саске не собирался, оттого, убрав с плиты готовую кашу, степенно уселся напротив Наруто.       - Напомни, почему мы с тобой отказались от анонимной суррогатной матери, несмотря на преимущества, - нейтральным тоном попросил он.       Действительно в медицинских центрах, занимающихся ЭКО, имелся генетический материал, где безымянные доноры были представлены в виде подробных характеристик. Судя по данным анкет, у каких попало женщин не брали яйцеклетки. Каждая казалась едва ли не идеалом с богатым набором положительных качеств и талантов, однако Наруто и Саске всё равно предпочли иметь ребёнка от хорошо знакомого человека. Лично в планы Саске никогда не входило заниматься селекцией, да и анкетам анонимных доноров он не доверял. Всего, чего Саске желал, чтобы малыш был здоровым, и этому пункту подруга полностью соответствовала.       - Потому что мы хотели ребёнка, а не воплощение наших несбывшихся желаний, - Наруто, увлечённый дочерью, ответил едва ли не машинально, практически полностью повторив некогда приведённые доводы Саске.       Саюри, сидящая в детском стульчике, терпеливо ожидала, когда её покормят. Примерному поведению дочери способствовала новая игрушка, которую та не забывала пробовать на зуб. Позитивными эмоциями Саюри щедро делилась с Наруто, щебеча на своём «детском» языке, в котором всё больше звучали членораздельные слова с самым частым «папа». Слово «мама» Саюри ещё не выучила.       - И? – Саске красноречиво заломил бровь, с независимым видом размешивая кашу, чтобы быстрее остыла.       - Да понял я, понял, - очередной раз под действием логики сдался Наруто.       Саске удержался от вздоха, осознавая, что некоторые вещи невозможно решить с наскока. Он с улыбкой провёл любимому чаду по волосам, поправляя задравшийся сзади воротничок кофточки. Наруто с умилением смотрел на него с дочерью.       - И всё-таки она воплощение, - неожиданно выдал он.       - Любви? – с тщательно скрытым сарказмом полюбопытствовал Саске.       - Всего понемногу, - Наруто покачал головой. – Желаний, надежд, стремлений. И не только наших. Любви, кстати, тоже, - он не сводил обожающего взгляда с дочери.       - Но тогда уж итог, - поразмыслив немного, резюмировал Саске.       Наруто, рассеянно взглянув на него, погрузился в раздумья.       - Папа, - обратилась Саюри к ним обоим, снова привлекая к себе внимание.       Наруто с самым сосредоточенным видом выслушал полупонятное лопотание, умудрившись в нужных местах поддакнуть. Саске подобное не всегда удавалось, но он работал над собой.       - Итог… - пробормотал Наруто, следя за тем, как Саюри управляется с ложкой. В целом, у неё неплохо получалось.       Саске, закончивший убирать в шкаф чистую посуду, сел на место и вопрощающе уставился на супруга.       - Итог… - Наруто улыбнулся каким-то своим мыслям и перевёл любящий взгляд с дочери на него. – В принципе, так тоже можно.       Саске через стол протянул руку и крепко сжал ладонь Наруто. Саюри, не принимающая участия во взрослом разговоре, закончив есть, одарила родителей счастливой довольной улыбкой. Саске про себя заметил, что перепачканная в каше мордашка выглядит по-особенному умилительно.