you are my sadness

Мин ненавидит себя за то, что обижен сейчас, как ребёнок. То, что было давно, не имеет никакого значения. Он думает, что они даже в расчёте, раз Чимин из-за него попал в аварию. Да и под воздействием алкоголя можно вытворять всё что угодно. Особенно Пак на это способен. Просто… вчера он немного вспылил. — Доброе утро, — Намджун заходит на кухню, где уже завтракают его соседи. — Доброе, — хором отвечают парни. Чон уже в курсе, что Джун всё рассказал Юнги, и теперь из-за задумчивого Мина всем не по себе. Хотя он всегда такой. — Что на завтрак? — наливая кофе в кружку, спрашивает Ким. — Лапша, как всегда, — пожимает плечами Хосок. — Я устал от неё. В доме должен быть кто-то, кто готовил бы нам. Так как Джин не может жить у нас, вся надежда только на тебя, Хосок. Ты должен жениться, — шутит Намджун. — Как только, так сразу. — Юнги, ты как? — Ким садится рядом с другом и выпивает своё кофе. Тот смотрит на него взглядом «как видишь, хреново», после чего выдаёт: — Лучше некуда, — и продолжает завтракать. — Да, мы видим, — вмешивается Хосок. — Нет никакого смысла в том, что ты сейчас грустишь или жалеешь. Понимаешь, о чём я? — Я понял тебя. Всё в прошлом, а я в порядке. Ладно, я пойду, — Юнги уходит в свою комнату, оставив за собой грязную посуду. — Никак не приучим мыть его за собой посуду, — жалуется Чон, доедает и тоже уходит, только на работу. — Куда! А за собой мыть не собираешься? — недоумевает Намджун. — Так я вчера мыл, — Хосок скрывается за дверью, а Ким, недовольный, допивает свой кофе. *** Тэхен на очередной фотосессии поражает фотографа своей неземной красотой. Многие, наверное, не поверят, что эта внешность дана природой, но всё так и есть. — Отличная работа, — хвалит отец Чимина. — На сегодня всё. — Спасибо. До свидания, — Тэхен кланяется и покидает помещение. На выходе из здания он встречается с Чимином, что сидит на стульях у двери, смотря в стену. — Эй, ты чего? — Что? — Пака будто разбудили посреди ночи. — Странно, — выдыхает Тэхен. — Что с тобой? — Со мной? Ничего. А что? — Чимин часто моргает, а затем встаёт. — Твоё лицо появится на очень модном журнале, говорят. Глядишь, завтра уже айдолом станешь. — Хах, обязательно, — отшучивается Ким.— А ты не пугай меня своей переменчивостью в настроении, — он сжимает щёку Чимина. — Эй! Что за дела? Я вообще-то твой Хён! — заявляет Пак, на что Тэхен громко смеётся и, не обращая на жалобы никакого внимания, выходит из здания. *** — Из-за корма? — Хан хлопает голубыми глазами и смотрит на ветеринара скептически. — Да. Он привык есть другой, а вы быстро поменяли его. Потому собака отказывается его есть, — отвечает Чон, пытаясь донести всю суть, которую понять, в общем-то, не трудно. — Вот как? Если я куплю ему прошлый, он будет его есть? — Да, скорее всего. Если не будет, сообщите мне. — Я напишу по смс, — девушка улыбается, гладит свою собаку и покидает помещение. Чону нравится она, и, скорее всего, это взаимно, но сейчас не лучшее время думать об отношениях. Никакого свободного времени. Лишь работа и деньги на лечение матери. *** Намджун знает, что сегодня Джин работает в баре. План на ночь: стащить его с работы в клуб и целовать до утра, а пока просто хочется кушать. — Закажи что-нибудь поесть, — просит Джун, зайдя в кабинет друга. — Сам и закажи, — ворчит Юнги. — Так телефон в моём кабинете сломан, а у моего зарядка закончилась. Ты и звони, — протестует Ким и садится на диван.— Кстати, когда у твоего соседа по кабинету закончится отпуск? — Так он уволился, — Мин ищет что-то в зависающем компьютере и бесится, что аж сил больше нет. — Я так с ума сойду. Надо попросить новый компьютер, эта хрень меня задолбала, — злится он и бьёт мышкой об стол. — Не психуй. Пойди и попроси. — Никак руки не доходят, — уже спокойно говорит Юнги. — И у меня. Вечно бегаю к тебе, чтобы что-то распечатать. Такс, закажи еду, а мне пора. — Хорошо, — ноет Мин, но послушно делает то, о чем попросили. Через некоторое время заказ привозят, а Намджун, полудохлый от голода, лежит на диване у Юнги и молится, чтобы доставщик быстрее поднялся до их этажа. — Наконец-то! — счастливый Джун принимает сидячее положение, когда парень с едой заходит к ним. — Здравствуйте, — он кланяется и ставит еду на стол, а Ким здоровается в ответ и садится по ближе к острым ножкам курочки. — С вас… — О, Чонгук, — удивлённо произносит Юнги, отвлёкшись от бумаг. — А? Да, здравствуйте, Юнги-хён, — парень снова неловко кланяется и забирает деньги, протянутые Кимом. — Вы знакомы? — спрашивает Намджун. — Да, познакомились недавно, — отвечает Мин. — Как же? — Какая разница? — грубо отвечает вопросом на вопрос старший. — Ты и в доставке работаешь? — обращается он к Чону. — Да. Приятного аппетита, — за Чонгуком закрывается дверь, после чего Юнги громко вздыхает. — Что такое? — ради приличия спрашивает Ким, хотя сейчас его волнует только его пустой желудок. Надо было утром нормально поесть, а не кофе пить. — Намджун, смотря на этого парня, мне хочется заботиться о нём, — произносит Юнги, удивляя друга. К таким признаниям тот ещё был не готов. — Удивительно. В чём причина? — Ни в чём, — старший опускает голову, а Джун понимающе кивает. — Извини. Не думай об этом, взбодрись. Смотри, какое мясо! Мммм. На, поешь, — Ким протягивает половину, а Юнги, слабо улыбаясь, принимает угощение. — Он так похож на него, — проговаривает Мин, смотря на мясо в своих руках. — Правда похож, — у Джуна тоже пропадает настроение, но оставить друга в таком состоянии он не может. — Кажется, ты не голоден. Я сейчас всё один съем. Ну-ка возьми ещё одну. — Ладно, только оставь и мне, — улыбается Юнги, обрадованный заботой друга. *** После рабочего дня Намджун едет к Джину на автобусе. Он заходит в бар и присаживается напротив Джина. — Привет, — младший во всю улыбается и любуется барменом. — Привет. Через пятнадцать минут буду свободен, — он снимает фартук и уходит, а Джун остаётся ждать с бокалом коньяка. Ким немного задерживается, но всё-таки возвращается. — Что-то ты долго, — подмечает Намджун, и они вместе выходят из бара. — Ну что ж. Мне нравилось здесь работать, — грустно выдаёт старший. — В смысле нравилось? — остановившись на месте, спрашивает Джун. — Я уволился, — отвечает тот и тянет его за собой. — И не сказал мне? Зачем уволился? — Ну, потому что отец нашёл мне другую работу, — Джин идёт и улыбается, но какой-то радости Джуну это не доставляет. — Вы же были в ссоре. — Да, но теперь всё в прошлом. — Что в прошлом? Я здесь, я не в прошлом. Ваша ссора была из-за меня. Снова хочешь оставить меня? — тихо спрашивает Намджун, опять остановившись и взяв парня за руку. — Какие глупости, — хмурится Сокджин, смотря в глаза младшему. — Думаешь, я начну работать и забуду тебя? Мы снова вместе, а я долго этого ждал. Я не уйду от тебя, — снег начинает падать на руки Джина, которые находятся в руках Намджуна. Джун смотрит будто сквозь парня и громко выдыхает. Он знает, чем это, скорее всего, закончится, но боится признаться в этом даже себе. — Хорошо. *** Юнги едет в машине домой под любимую песню и думает о том, насколько мог быть дорог Чимину, что тот так расстроился и напился до того, что не смог ничего понять. Хотя… глупости какие-то. Хер с ним, хер с его чувствами и с тем, из-за чего он расстроился. Мин пытается не думать ни о чём, делает песню громче, но опять чуть не врезается в кого-то. — Блять, — ругается Юнги и выбегает из машины. Какой-то парень, пьяный, на четвереньках, стоит под его машиной и что-то бурчит себе под нос. — Какого хрена ты бросаешься под машину? — на улице ночь, идет медленный снег, атмосфера тихая и спокойная. Парень приподнимается на ноги и смотрит в лицо Юнги, опираясь на машину бедром и левой рукой. — Ты… — он хмурится и пытается сформулировать мысль. — Что тут делаешь? Опять следишь за мной? — парень несёт полную чепуху, а Юнги бьёт себя по лбу и нервно теребит волосы у лбу. — Засранец мелкий, — Мин снимает с себя шарф и надевает Чимину на шею. — Кто гуляет в одной куртке в такую погоду? И кто напивается до безрассудства, когда совсем один? Решил умереть? На дорогу смотри. — А тебе-то что? Откуда ты взялся? — как дитя, хмурится Пак, вытянув губы вперёд. — Ангел-хранитель чёртов, — маленькими кулаками он слабо бьёт старшего в грудь, после чего лбом упирается тому в плечо. И обнимает. Юнги так и застывает, но сейчас не самое подходящее время для этого. — Чимин? — Мин кладёт руку на волосы парня, пытаясь не думать о том, как же сильно скучал по этому. — Сядь в машину. Я отвезу тебя, — они так стоят ещё тридцать секунд, не меньше, а потом Пак резко отстраняется и, показывая на Юнги пальцем, проходит к двери машины, при этом шатаясь. — Отличная идея, — выговаривает он, открывает дверь и падает на пассажирское сидение. Юнги себе под нос улыбается с этого неуклюжего бедняги и не медля садится в машину. После тридцати минут они приезжают к дому, в котором живёт Чимин. — Приехали, можешь выходить, — Мин теребить парня за плечо, но тот лишь ноет и отталкивает его от себя. — Поднимайся, если не собираешься ночевать у меня в машине. С каких пор, задница, я делаю тебе одолжения?! — Юнги не сдаётся, но утомляется будить его уже через пять минут. — Хочу спать, — чуть ли не стонет Пак и стягивает с себя шарф, в котором душно. — Я тоже. Знаешь, как я устал на работе? — пытается разбудить совесть Чимина Юнги, но, к сожалению, попытки тщетны. Пак открывает дверь машины и выходит из неё еле как. Он минуту стоит, а затем, громко хлопнув дверью, шагает к дому. Мин смотрит вслед, цокает, и как только пытается завести машину, слышит какой-то шум. Парень выглядывает на улицу и сдерживает смех, увидев Чимина, что пытается подняться на ноги. — Господи. Что с тобой не так? — смеётся Мин, выходя из машины, берет парня за предплечья и поднимает. — Тут так скользко, — жалобно говорит Пак, вытирая слёзы. — Ты плачешь? — удивляется Юнги, улыбается и проводит большим пальцем по щеку Чимина. — Какой же ты ребёнок, — тихо говорит Мин, а младший смотрит, не отводя взгляд. Фонари освещают эту улицу, а снег уже не идёт. Они стоят так где-то минуту, близко к друг другу. — Больно, — шёпотом выдыхает Пак, закрыв глаза. — Ударился? — Мин берёт ладони парня в руки и смотрит на них. Красные и холодные. Надо бы согреть. — Иди в дом, Чимин~а. — Юнги, больно не от этого, — по щекам Пака текут слёзы из закрытых глаз, а Мин, наблюдая за этим, не знает, что сказать и как лучше поступить. — Ч-чимин… — Я во всём виноват. Я был идиотом, — уже громче говорит Пак. — Прости за всё, — Чимин кланяется и уходит, но Юнги не хочет его отпускать. Что сейчас происходит? Эта боль растёт в груди и разрывает на части рёбра, оставляя одинокое сердце биться без какой-либо надобности. Лучше бы оно не билось, раз приходится чувствовать такое. — Не люби, если пытаешься разлюбить? — Мин вспоминает свои же слова, которые давно засели в голове. Когда Юнги полюбил Чимина? С первого взгляда? Нет, это была влюбленность. Мин точно знает, когда и правда полюбил его. Именно в тот момент, когда их губы сомкнулись в первом поцелуе. Никто не поймёт. Это надо чувствовать. А сейчас, оставив все воспоминания и чувства позади, он стоит на месте, смотря вслед уходящему от него человека. Человек, который был всем. Или есть всё… За Чимином закрывается дверь многоэтажки, а Юнги чувствует себя разбитым и парализованным. — И ты прости, — шепчет Мин, смотря в небо. Пак долго возится с замком и после сотни лет мучений наконец попадает в свою квартиру. Ничего с себя не сняв, он падает на диван. Но, собравшись с силами и поднявшись на ноги, парень всё-таки решает принять душ. Всё ещё больно, и ему хотелось бы, как сегодня, обнимать Юнги. Почему он так боится сказать это вслух?