Кладбище звёзд

На серых, ушедших трещинами стенах свет, сменяясь с тёмных на светлые, играл так, что ни единая душа, обиженная друг на друга не замечали причудливых игр теней на стенах. Расстановка была страшная, темная с маленьким окошком, но даже его не хватало, чтобы краем глаза увидеть свет уличных фонарей. Лёжа на каменном полу, пытаясь сплюнуть собственную кровь он не имел право выбора. Крови было настолько много, что он почти захлебнулся ею, но чёрная тень, что летала вокруг него попросту не давала этого сделать. — Ты оказался в этой ситуации и должен ли винить свою напарницу? Помутнённый взгляд упал на заклинательницу, которая сидела у стены, казалось замерла всем телом боясь двинуться. Он не может её винить. Никогда не мог, даже если в случившемся виновата только она, но сейчас ситуация совсем другая, а виновата только она. Обида и злость, что всегда таилась на самом дне его сердца медленно выбирались наружу скребя уголки разума и крича: « Она виновата! » — Подведите моего ангела поближе! Заклинательницу бросают рядом с ним, словно неживую, но тех приятных чувств, что разливались по всему телу, даря счастье и умиротворённость которые он так долго испытывал рядом с ней исчезли, будто их и не было вовсе. Единственное, что сейчас испытывал Нацу неприязнь и жуткую злость, но почему? Отчего такие ужасные чувства? От резкого осознания правды, от того, что недавно его заставили выпить чёрную, неизвестную ему жидкость? Нацу не знал что с ним, но ему плевать. — Видишь к чему привела твоя слабость, Люси. Теперь ты довольна? — голос твёрдый, уверенный и словно лезвие по её душе. — Почему в этой ситуации ты винишь только меня, Нацу? Да, я разбила урну, но ведь ты тоже виноват, если бы не стал нападать на того колдуна я бы не уронила урну. — Прекрати! Ты знаешь, что слишком слаба, но тебя это никак не волнует! Сколько раз гильдия страдала из - за тебя — Нацу кричал, даже не замечая, как сильно ранит девушку. Он хотел высказать всё, что накопилось у него за сегодняшний день. Цель задания была проста: принести демоническую урну, однако по вине Люси она разбилась и сейчас они оба борются за право выжить. Нацу резко замолчал увидев, как девушка поджимает губы пытаясь не заплакать прямо сейчас и с силой сжал руки в кулак. Жуткая неприязнь и желание покончить с ней одолели Драгнила, но единственное, что его сдерживало это цепь на которой его держали сейчас. Эти чувства совсем новые, неизведанные Нацу. Его голова разрывалась от жутких воспоминаний того сколько гильдия пережила благодаря Люси и такие воспоминания появлялись очень часто в его сознании, однако он отмахивался и вспоминал Эрзу, которая пережила не малое, но всегда прощала подруге все, ведь они друзья. Нацу тоже прощал, всегда прощал, но не сейчас. Надоело. — Из - за тебя мы можем сдохнуть. — выплюнул словно змей Нацу, даже не смотря на девушку. — Лучше бы сейчас ты сдох. — шикнула Люси, но быстро затихла, она никогда даже не думала, что скажет такие слова своему лучшему другу. Внутри сердце разрывалось представляя самые жуткие варианты смерть собственного друга. Когда жидкость оказалась у её рта со сладким запахом девушка скривилась. Во рту медленно появился кислый привкус и мир медленно останавливался. Люси не знала что с ней сейчас происходит, но она медленно закрывала глаза опуская голову на каменный пол, а в голове эхом раздавались слова: «Виновница!» «Виновница!» Под стеной, куда не падал свет или даже лучики фонаря сидел небольшой чёрный зверёк с короной из листьев. Внимательно осмотрев лежащих не далеко от него Нацу и Люси, которые казалось вовсе перестали дышать и подавать каких - либо признаков жизни зверёк засмеялся и выскочив из тёмного подвала неизвестного особняка побежал в самую глубь Магнолии. Этот роковой день послужил началось новой эпохи, и всё не вернётся на свои места. Началась битва за жизнь.