Стена

       Наступило утро, и я отправилась к границе. Мне предстояло провести два-три месяца в разведке в Нью-Йорке. Уже через пару дней власть будет у моих единомышленников, но это не отменяет того, что мы должны лучше подготовиться к наступлению.        Для меня начиналась новая жизнь, и мне это было уже не впервой. Как и всем нашим. После отмщения мы планировали перебраться на север. Нет, мы не могли разорить их полностью. Потому что легче было захватить власть и в их стране, чем отстроить свою. И мне предстояло первой попасть туда. Великая честь, что уж тут. Особенно учитывая то, сколько лет мы жаждали мести.        Сидя в машине, направляющейся к стене, я позволила себе провалиться в мысли. Ведь всем нам нужно благополучное будущее. Потому что прошлого у нас нет. Никто из нас не хочет вспоминать своё прошлое, и легче всего просто отказаться от него. Потому что никакому ребёнку не хочется вспоминать то, как родители сдали его в лагерь или просто выгнали на улицу. Потому что боялись. Считали уродом. Ведь все эти дети не виноваты в том, что стали такими. Что выжили. Все, кроме меня.        Я сама была виновата в том, что стала тем, кем стала. Если бы я не сунулась в чёртову Америку по программе обмена, ничего бы не произошло. А потом началась новая вспышка эпидемии, и я оказалась в лагере, где провела два года. Чудом сбежав оттуда, я не знала, что делать дальше. Я была напугана. Беззащитна. Одинока. При первой же возможности я позвонила родным и попросила их о помощи. Хоть и понимала, что помочь мне они скорее всего не смогут. Но они не поняли. Поверили не мне, а тем историям, что сами напридумывали за эти два года. На мои просьбы помочь мне вернуться в Россию они послали меня куда подальше, ведь два года назад я, оказывается, бросила их ради лучшей жизни в Штатах. На мои убеждения, что я здесь не по своей воле, что не могла уехать из-за эпидемии, они ответили, что это лишь отговорки, да и вообще, что я не в себе.        Поэтому я предпочитаю не вспоминать о своём прошлом. О своей семье.        Но теперь всё будет иначе. Я заберусь в самое сердце мира северян - в Нью-Йорк. Попытаюсь добиться доверия Мстителей. И тогда через несколько месяцев север падёт. Падёт безоговорочно и навсегда.        - Удачи, - бросил мне на прощание Клэнси, прежде чем я полезла через стену. Я улыбнулась ему. Как же хорошо, что в этом жестоком мире есть хоть кто-то, кому я могу доверять...