В запахе хвои.

От него пахнет хвоей. Резко. Терпко. Мир меркнет быстрее, чем ты успеваешь среагировать. Просыпаешься из-за животного ужаса. Не останется места ни для храбрости, ни для гордости, ни для памяти. Сердце яростными ударами сотрясает тело. И он. Склоняется своим пустым лицом. Тебе хочется закричать, и вот, уже раскрыв рот, приготовившись молить, корить, угрожать, торговаться, он хватает тебя своими тонкими, белыми пальцами. Мокрыми и холодными. Двумя ладонями держит твои челюсти. Не дает закрыть рот. Третья рука появляется из-за спины. Медленно. Дает прочувствовать страх и отчаянье. Он читает это в глазах. Ему нравятся чужие глаза, и он обязательно выдерет себе один на память. Ему есть где хранить воспоминания. Когда в рот заталкивают первую шишку - ты стонешь от боли и неизбежности. Жалеешь, что проснулся, да? Хочется, чтобы все закончилось, да? Дышать через нос. В глотке кровь. В животе судороги. После третьей шишки он останавливается и отпускает. Падаешь, выворачивает, размазываешь кровь и слюну по лицу в попытке утереть губы, пытаешься отползти. А ведь эти самые шишки ты когда-то бросал в белок, в девчонку, которая отчаянно нравилась за красивые тугие косы. Он стоит и смотрит. Склонил свое пустое лицо, опустил тонкие длинные руки. Уже не страшно. Жутко, больно до одеревенения и хочется жить. Сейчас - даже влача жалкое существование в канаве. ЖИТЬ. Глухой вскрик совы, легкий шепот крон и запах уже цветущего тополя. На поляне, через которую пришел - желтеет ковер одуванчиков. На твоих страницах не будет хэппи энда.