Сумасшедший дом

– Какой впечатлительный... - с недоумением и еле слышной толикой сожаления сказал Джин выпутываясь из объятий альфы. Юнги лежал на полу без сознания. Намджун окинул свою омегу строгим взглядом. Тэхён понял что сейчас начнётся и удалился с кухни. – Почему ты не надел носки когда встал? Тебе нужно держать ноги в тепле! - омега закатил глаза присев на корточки рядом с подростком. Ким не унимался и всё причитал какой Джин безответственный и что ему всё равно на малыша которого он носит. Сок Джин встал, и взглянул на своего мужа таким взглядом будто бы хочет повесить его или воткнуть вилку в глаз. – Я беременный а не при смерти! И не указывай мне что и как делать! Ты вообще не чего не делаешь для наших отношений! Появляешься раз в неделю, поишь меня этой хуевой кровью и сваливаешь! И кому это ещё всё равно на нашего малыша?! - Намджун не был готов к подобной истерике. Обычно тихий и спокойный супруг вдруг высказал всё о чём думал. Омега всё ещё пронизывал альфу взглядом. И как только Тэхён понимает когда лучше свалить? – Джини зайка..успокойся.. - во всё ещё шокированном состоянии выдавливает из себя Ким. На что Сок Джин мерно выдыхает и старается успокоиться. Омега только на втором месяце, живот ещё не видно но присутствие ребёночка чувствуется. Поглаживая своё чадо омега снова выдыхает. Намджун поднимает Юнги и переносит на диван сгоняя с мягкого местечка Хосока и Чимина. – Воу..что за парень? - удивляется Хо, его привлекают тёмные волосы, стройные ноги и лисьи глаза парня. Решив что это очередной омежка которого снял Тэхён он грустно вздохнул своим же мыслям. Чимин потянулся, фланелевая тёмно-фиолетовая пижамка с единорогами подчеркивала его по детски наивные глаза. Пак с интересом осматривал лежащего на диване омегу. – Этот омега..как его там.. - Намджун запнулся забыв имя омеги,– А, Мин Юнги, купил это поместье, - продолжил он. Входная дверь хлопнула, в зал прошёл мокрый с ног до головы парень-омега. Холодные капли стекали с его тёмно-шоколадных прядей и впитывались в белую футболку. – Бррр, холодно, - протянул парень направляясь в свою комнату. Хосок тут же подскочил к омеге и начал расспрашивать обо всём, начиная от "как дела Чонгуки-и?" и заканчивая "а ты меня любишь?" – Хося, я устал и замёрз, - парень захлопнул тёмную дверь своей комнаты прямо перед носом солнечного и излучающего позитив беты. Улыбка с лица Чона тут же спала, показалось что в помещении что-то начало давить. Чима обнял своего друга повисая на нём, улыбка тут же вернулась, Хо поднял малыша на ручки и подкинул. – Аккуратно, не урони его, - как отец сказал Намджун, ну а как можно относится к двум парням с детским характером? Тяжело вздохнув Ким оглядел лежащего на диване омегу. Такие худые ноги, тоненькие запястья, раскосые глаза и изящная талия. Альфа уже любил Уже пытался сохранить любовь. Не чего не вышло, он потерял всё что ему было дорого. Жену..ребёнка..просто всё. Языки пламени окутывали поместье со всех сторон пожирая словно сам Дьявол. Если бы он смог освободиться раньше, он смог бы спасти их. Спасти семью. Свою любовь, свою единственную драгоценность. Ким готов продать всё, сердце, душу, плоть, только бы они вернулись. Плач новорождённого малыша и последний крик жены на всю жизнь остались с ним, преследуя призраками в кошмарах. Размытые тени были далеко..и сколь бы он не шёл к ним, они всё отдалялись и становились всё более размытыми и нечёткими. Среди развалин и пепла, цел остался только портрет.И то, край был попорчен огнём. Счастливое лицо Марты и её округлый живот на коем покоились руки её мужа что стоял сзади каждый день придавало сил. Как бы больно не было, нужно продолжать жить, продолжать хранить память тех дней... Вдаваясь в воспоминания, альфа не услышал как Джин подошёл к нему сзади. – Намджуни-и, прости что накричал на тебя, - обнимая его со спины тихо, так что только они слышат, говорит омега. Нам улыбнулся, в самом начале их отношений всегда так было, с начала крики и истерики, через пару минут объятия и извенения. Джин всегда был капризным, по началу даже недоступным. Его нужно было добиваться, нельзя просто подойти и объявить его своим. Ким не ведётся на провокации, он привык сам быть провокацией. – Всё хорошо,- всё ещё улыбаясь говорит он – А что с ним делать? - кивая на лежащего на диване омегу обеспокоенно говорит Ким. Почему он волнуется за этого парня? Почему просто не выкинул его из поместья или не выпил его до последней капли крови? Почему? Юнги снился кошмар, самый жуткий и страшный для него. Непонятный и противный ему альфа ставит метку на его шею. Омега мечется в его руках выбиваясь, но сил нет, его будто выжали, руки не слушаются, голова гудит, не даёт мыслить и владеть ситуацией собственных снов. Наконец, тьма начинает рассеиваться а альфа исчезать. Свет изящной люстры ослепляет и заставляет жмуриться. Тело ослабло, затылок ноет, плена перед глазами не позволяет рассмотреть стоящих вокруг людей.