YOUniverse

Ночь была непростой и у Кита. Только вот если подросток ковырялся в ноутбуке и смотрел фотографии, то Такаши не мог долгое время уснуть от тяжёлых мыслей. Он впустил его в дом. Пусть до этого он и был полон решимости дать Когане убежище, Адам так же решительно высказал своё «нет». И Широ его ослушался. Чувствовал он себя довольно гадко от этого. И одновременно это смятение было смешано с облегчением от того, что путь к мирной жизни Кита был найден. Или по крайней мере, тропа к этому пути. Следующее утро принесло лёгкость — Адама по-прежнему не было. И стыд перед ним испарялся с такой же скоростью, с какой нагревался чайник на плите. Через минут пятнадцать Такаши уже не чувствовал вины. Он чувствовал, что поступал правильно. И этого ему было достаточно, чтобы с улыбкой тянуться к верхней полке, на которой стояла упаковка с чёрным кофе. Мужчина не пил кофе, однако умел мастерки его заваривать, и, приготовленный им, он покорил сердца многих, в том числе и сердце его кофемана-жениха. И хоть Такаши не планировал красть сердце Кита, обрадовать его хорошим кофе с утра он хотел.       — Доброе утро. Как спалось? — спросил Широ, когда услышал, как кто-то плетется на кухню. Его студент, как и Адам, шёл на аромат кофе, словно мыши на мелодию флейты Нильса. И это смотрелось в одинаковой мере забавно, потому как что Адам, что Кит, оба зевали и продирали глаза на ходу. Такаши посмеялся про себя. Это было уморительно и мило.       — Проходи. Сейчас позавтракаем, а потом поедем в университет, — распорядился он, наливая кофе в кружку. Поставив её на стол, он перешёл к полкам. Что из еды он мог предложить студенту? Да что угодно, наверное. Когда Широ был студентом, он не гнушался любой еды, начиная от фаст-фудов и заканчивая домашней стряпнёй. На данный момент у него были какие-то хлопья, вчерашнее молоко и венские вафли в упаковке. Он точно видел полупустую упаковку из-под муки и пару яиц. Заглянув в холодильник, мужчина обнаружил и замороженный бекон. Вариантов завтрака было вполне достаточно.       — Блинчики или яичница с беконом? — спросил он, решив предложить эти два. Пачка хлопьев, при близком рассмотрении, навеяла Широ не самые приятные ассоциации — зачем они с Адамом вообще покупали эту дрянную сухомять? Так что профессор не стал предлагать их. А упаковка вафлей… Что ж, обнаружить их в морозилке было не самой плохой вещью за утро, но всё же, было неприятно.       — Я не завтракаю, — заспанно ответил Кит, попивая свой кофе. Это было правдой, он никогда не ел утром. Привыкнув, что ему никогда не хватает на это времени, потому что он выбирает сон, эта привычка прижилась, и утром Кит пил только кофе. Профессор удивленно посмотрел на него, а потом пожал плечами. Он переспросил, и, получив тот же ответ, начал делать завтрак для себя. Кит отлучился в уборную, пока профессор готовил еду. Теперь то у него было время осмотреться в доме Широ. Он был достаточно просторным и светлым. Кит думал, это подходит Широ. Сделав свои дела, парень решил, что неплохо бы умыть лицо. Он не мог дождаться, пока придет в общежитие, чтобы принять полноценный душ, ну, а пока довольствовался тем, что есть. Он завязал короткий хвостик резинкой для волос, что везде с собой носил. Волосы не лезли в глаза, значит, можно начинать. Жидкого мыла у профессора он не обнаружил, поэтому взял то, что лежало в мыльнице. Кит намыливал ладони, как внезапно мыло выскользнуло из рук, скатившись к самой стене. Парень чертыхнулся. Именно поэтому он всегда использовал жидкое мыло с дозатором. Когане опустился на колени, выискивая кусок мыла. Но вместо него его внимание привлекла решетка в стене. Обычная такая решетка, как в самом обыкновенном вентиляционном отверстии. Вот только почему она находилась в таком странном месте? Если бы Кит не нагнулся, он бы ничего не обнаружил. Внутри что-то светилось — приглушенно и фиолетово. Опять-таки, едва ли это можно было заметить, если не смотреть специально. Кит подумал с секунду, а потом попробовал снять решетку. Та поддалась без особых усилий. Он запихнул внутрь руку и вытащил небольшой прозрачный кейс, внутри которого были шприцы.       — Это что еще за хрень, — прошептал парень. Кажется, он наткнулся на какой-то секрет. Крышка кейса щелкнула, и он открылся. Там было три неиспользованных шприца, а внутри них — та самая фиолетовая светящаяся жидкость. Кит аккуратно взял один в руку, чтобы рассмотреть. Это и вправду был шприц, но не совсем привычный. Тонкую длинную иголку скрывал защитный колпачок, а сам шприц был куда толще обычного. К тому же, он был стеклянным, а небольшая ручка, с помощью которой вводилась жидкость — металлическая. На корпусе шприца были цифры: 01738 — прочитал Кит. Возле них было что-то написано, но Когане не был уверен, что знает этот язык. Не был уверен, что такой даже существует. Страх снова забился внутри. Это принадлежит профессору? Его жениху? Знают ли они вообще, что у них в странном отверстии в ванной находятся не менее странные шприцы? Кит сидел на полу и пытался сообразить, что ему с этим теперь делать. Кит положил находку туда, где взял. Все же, это было не его дело. Тем более, ему не стоило копаться в этом всем. Что, если это вовсе не всякие инопланетные штуки (Кит видел это в кино), а просто… Ну, разве жених профессора не работает в больнице? Может, это какой-то экспериментальный образец лекарства? Какого-то запрещенного лекарства, которое должно быть спрятанно в стене. От природы Кит был очень любопытным. Но сейчас не было времени на это. Спрятав шприцы обратно, Кит решил, что он постарается узнать об этом больше. Но не сейчас. Сейчас — универ. *** О странной находке Кита Широ не имел и малейшего представления. Он никогда не натыкался на странную дыру в стене, никогда не пересекался со странным фиолетовым свечением в ней. И уж тем более никогда не находил те шприцы. Да, пожалуй, если бы он в действительности однажды наткнулся, то это подняло бы ворох тех же вопросов, что пронеслись в голове и у Когане. Адам работал в больнице, и он понял, если бы он хранил пачку шприцов в домашней аптечке на всякий случай. Но в стене были особые шприцы. А для чего — это уже вопрос, ответ на который был известен только Адаму. Но ни о чём таком Такаши не подозревал. И потому завтракал в несколько приподнятом настроении. Ну или поглощал приготовленную яичницу с особым аппетитом. Если только это можно было им назвать. Широ, сам не понимая почему, чувствовал сильный голод и сонливость одновременно. Может, это от вчерашнего? Всё-таки, вечером Широ решил не готовить ужин и поесть лапши быстрого приготовления. Да и он поздно лёг. «Ничего, это пройдёт,» — заверил себя Широ, словно забывая о том, что в последние пару дней это состояние почти не уходило. Может, он чем-то заболел, но отказывался это признавать? Ведь если он болен, то ему придётся искать способы, как вылечиться. А это заберёт его время, которое он должен проводить на работе. Всё пройдёт. Не стоило об этом волноваться. Перед выходом из дома он заскочил в уборную. После этого мужчина оделся, взял сумку с ноутбуком и готовился идти на автобус с Китом. Однако… Профессор вспомнил содержание того смс, которое он послал после неудачных переговоров с Адамом. Он посмотрел на часы и подумал, что пару минут в гараже он может потратить, чтобы Когане увидел тот кадиллак. Тем более, что лучшей (и, вероятно, какой-либо ещё) возможности не будет.       — Мы немного раньше собрались. И, может, вместо того, чтобы тратить это время на лишнее ожидание автобуса, ты бы хотел зайти в гараж? — предложил Широ. Кит был наслышан об этой машине, поэтому отказывать, конечно же, не стал. Даже наоборот, охотно согласился. Это и привело их в гараж. Беспорядков там не было — заметно, что в этом доме бдят чистоту. Машина величественно стояла посреди гаража, укрытая тряпкой. Когда же Широ сорвал ее, показывая Киту свою гордость, Когане был изумлен. Конечно, не самый современный транспорт, но она выглядела отлично. Кит был влюблен в такие машины всем сердцем, и пусть даже его мечтой всегда был Додж Челленджер, кадиллак профессора никак не уступал ему по крутости. Когане тут же начал кружить вокруг машины, осматривая ее со всех сторон. Он был восхищён. Определенно. То, с каким упоением он осматривал машину, без лишних слов обозначало его восторг. Ещё бы, ведь этот кадиллак столько всего пережил, и фактически был незаменимым компаньоном Широ на протяжении последнего десятилетия. Они вместе прошли через столько, что всего и не упомнишь. Но было ясно одно — Такаши и по сей день питал тёплые чувства к этому куску металла.       — Но профессор, почему вы ездите на автобусе на работу? — вдруг спросил Кит. И Широ вдруг задумался, почему же и вправду так стало. Почему кадиллак стоит в гараже, накрытый тряпкой, словно забытый? Почему он отдалился от того, что составляло важную часть его существа? Такаши знал ответ. Он с сожалением выдохнул, прежде чем произнести:       — Машина на бензине, что не очень экологично, а Адам очень ярый борец за сохранение природы. Он считает, что город с наилучшими условиями жизни — это город без автомобилей. Или хотя бы с наименьшим их количеством. Вот он и уговорил меня влиться в это движение, и с тех пор мы разъезжаем по городу на электрических автобусах, — рассказал Широ, с тоской глядя на свой кадиллак. Пусть мужчина это сейчас не осознавал, но он впервые назвал имя своего жениха. Однако для его мыслей это было не самой значительной деталью — он доверял Киту достаточно, чтобы говорить об этом открыто. В какой-то мере.       — Вероятнее, уже зимой нам придется распрощаться с ним, — сказал он немного погодя. Профессор не сказал про свадьбу, но, учитывая осведомленность его студентов о его личной жизни, можно было догадаться, что именно после официального вступления в семейную жизнь произойдёт продажа кадиллака. Мужчина не хотел этого, однако это было необходимой мерой для крепких отношений с Адамом. Оттого день ото дня в Широ крепло желание насладиться привычной ездой в последние месяцы до окончательного расставания. Это желание было видно сейчас во всех его взглядах и тоскливых жестах. Но решиться на это он не мог. Почему? Одному богу известно. Может, он боялся, что этим разозлит Адама. Однако сейчас его жениха рядом не было. Что давало некоторую отвагу, однако Такаши по-прежнему не решался. Рядом был Кит, который после этой истории, вероятно, мог решить, что Адам был прав.       — Я конечно извиняюсь, но продавать такое… — говорил Кит, зачарованно глядя на этот раритет. Машина была в отличном состоянии, разве что протереть — и просто куколка. Кит обожал такие машины. Подобных осталось не так уж и много, все покупают коллекционеры. Поведение жениха Широ было для Кита чем то вроде сумасшествия? Как вообще можно было допустить мысль о том, чтобы продать это золото? Кит гладил капот машины и медленно влюблялся.       — Разве вы не связаны с этой машиной? Вы не будете скучать по ней? Вопрос о том, будет ли он скучать по своему кадиллаку, фактически не нуждался в ответе, ведь он и так угадывался в повисшей тишине и тоскливом взгляде профессора. Да, определенно он будет скучать. Очень сильно, ведь с ней было связано столько воспоминаний — хороших и плохих, тяжёлых и лёгких, она была ими полна. И машина дышала этой аурой пережитого опыта. Однако Широ был вынужден попрощаться с кадиллаком ради нового, счастливого будущего. Слова Адама о том, что один автомобиль приносит ощутимый вред окружающей среде, которая и так страдает от жадности людей, запомнились ему надолго. И потому облегчить участь матери-природы он был вынужден по долгу любви к своему жениху. Но увидев, как блестят глаза Кита, когда тот с заметным восторгом гладил капот; как зачарованно он смотрит на кадиллак, у мужчины не осталось сомнений, что студент думал о том же, о чём и он. О не самой правильной вещи за последние сутки, но как бы то ни было… Раз уж он пустил его в дом, зная запрет Адама на это, то вырваться из железной хватки жениха, пока тот не видел, выглядело идеей куда более заманчивой, чем когда-либо до этого. Не подумайте, Широ не думал о том, чтобы броситься на все четыре стороны, порвать все обязательства и снова зажить как вольная птица. Но всё же, после нескольких месяцев такого напряжения в их отношениях и такой давящей на горло хватки, ему хотелось хоть ненадолго отпустить этот негатив и потонуть в свободе воздуха и дороги, чтобы вернуться к нему очищенным. Адам ведь даже не узнает об этом. Верно?       — Знаешь… — проговорил Такаши, задумчиво поднеся руку к подбородку. _ Как насчёт, если сегодня я подброшу тебя до университета на нём? Не думаю, что мать-природа так на нас разозлится, если этот кадиллак на один день выйдет из гаража. Кит удивленно посмотрел на профессора.       — Вы серьезно? — спросил он. Если профессор не шутил и действительно хотел прокатиться на этой машине в универ, то Кит был в восторге от этой идеи. — Но что насчет вашего жениха? Он не будет против? На самом деле, Кита не особо интересовал Адам. Конечно же, тот был бы против. Но его не было ни в гараже, ни даже дома. Была вероятность, что он даже не узнает, ведь вряд ли он станет наведываться в гараж. Кит больше волновался за профессора Широгане. Он не знал про запрет на свое пребывание в этом доме, но вот про машину теперь уже знал. Что, если Адам все же узнает? Сильно ли перепадет профессору? Но, в конце концов, Такаши — сильный и независимый человек. Действительно, ну что может знать всего лишь одна поездка, тем более если профессору скоро придется распрощаться с транспортом? Если же Адам начнет ссориться из-за этого, это будет явный знак для Широ — бросать это и бежать куда подальше. Или ехать. На своем кадиллаке. Кит уже вовсе позабыл о утренней находке в ванной. Хотелось проехаться на машине, чтобы хоть раз почувствовать то, что чувствовал профессор, когда делал свою историю на этой тачке.       — Все мы совершаем ошибки в своей жизни. Однако сейчас меньшее, чего я хочу, это сделать ещё одну, упустив шанс в последний раз прокатиться на нём, — произнёс Такаши, огладив капот. Он не торопясь прошёл к водительскому сидению и, не отрывая руки, скользнул ладонью к дверце машины. — Так что отправляемся! — радостно объявил он, садясь в салон. Студент тоже не стал тянуть с тем, чтобы сесть в кадиллак. Широ прекрасно видел, что ему это не терпелось сделать. В его глазах горел такой огонь приключений и азарта… Совсем как у него самого в юности. Широ удивился тому, что думал о своём огне в прошедшем времени. Ведь прямо сейчас, благодаря любопытству этого подростка, благодаря блеснувшей в его взгляде искре неуёмной души, профессор и сам почувствовал, как снова загорается в нём его страсть и стремление к авантюрам. Рюкзак вместе с сумкой с ноутбуком перекочевали на заднее сидение. Такаши взял ключи с крючка, открыл гараж с пульта и, залезши в машину, завёл мотор. Кадиллак довольно заурчал. И как бы ни была сильна в Широ разумная доля, отрицающая любые проявления души в неодушевленных объектах, другая часть его существа радовалась этому моменту вместе с ожившим автомобилем. Профессор нежно огладил руль. Казалось, минуло не два года, а целое десятилетие с того, как Широ ощущал текстуру машины вживую. Всё было словно не реальным, и одновременно таким настоящим. Может, потому что рядом был и другой авантюрист? Машина вместе с двумя приключенцами покинула место своего заточения и мягко заскользила по дороге. И в это прохладное осеннее утро профессор впервые за долгое время почувствовал одно особое чувство. Такое стремительное и свободное, и одновременно такое тёплое и кроткое, что других определений этим эмоциям не было. Было только одно: «Я Дома,» — думал Такаши, наблюдая за дорогой и ясным небом, которое так и вторило его радостным мыслям. На секунду мужчина посмотрел на подростка, который, кажется, с ещё большим восхищением, чем до этого, сидел в машине. И в тот момент что-то неясное и неощутимое физически коснулось своей невидимой рукой его сознания. Была ли эта судьба, что его столкнуло с Китом? Иначе что толкало Широ из раза в раз оттягивать от него неприятности и стараться помочь из них выбраться? Такаши чувствовал в этом подростке что-то особенное. Не только его незаурядные способности были тому причиной. От него исходил странный дух чего-то родного и близкого. И, вспоминая его горящие глаза, которые молча внимали невероятным рассказам; вспоминая их совместную, не нуждающуюся в словах тишину на набережной; вспоминая тот же его вид при исследовании машины, Широ постепенно начал думать, что всё это было не просто так. С ним чувствовалась какая-то неземная лёгкость. Широ знал это чувство. Но думать о нём дальше отчего-то страшился. Может, потому, что на первых порах у них с Адамом было всё так же легко и… «Так, а вот это уже перебор, старик,» — одёрнул себя профессор. И о чём он только что подумал? Ещё чего не хватало, думать о таких вещах, да ещё и за пару месяцев до свадьбы. Может, он и вправду заболел, вот и вертятся мысли не в тех кругах, в которых должны? Широ на это надеялся. А пока им вдвоём стоит просто насладиться дорогой.