Под ритм пуль

      Сэен галопом скачет по лестнице в квартиру. На часах пол девятого, а Ким хотела придти пораньше и понаблюдать. Слова Хосока, что та вряд ли останется жива, вовсе не трогали ее. И это было очень странно. Темноволосая заскакивает в комнату, находу снимая куртку. Нужно было переодеться из того чёрного платья. Оно красивое, но приносит не самые жизнерадостные воспоминания. Но повод таков, что яркое не оденешь. Придётся натягивать чёрные узкие джинсы и пытаться в них влезть, толстовку темного серого цвета, чёрные берцы. — Сэ, ты дома? — Тиен заглядывает в комнату дочери, вытирая мокрые руки полотенцем. — Куда то собираешься? — Да, погулять, — мама девушки нахмурилась, поглядывая на чёрное одеяние дочери. — Не поздно? — Мам, мне восемнадцать! Обещаю, из обезьянника тебе не придётся вытаскивать меня, — школьница ухмыляется, мысленно предполагая, откуда, в случае чего, действительно придётся вытаскивать ее маме. — Я не об этом. Ты у меня приличная. Я про этого убийцу. Сэ, я не хочу найти тебя в твоей же крови. Я ведь не переживу твоей смерти. Ты единственная, кто остался у меня, — женщина выдыхает, подходя к дочери. — Что за мысли, мам!? Я просто иду гулять. Все нормально будет. — Юры уже нет... Я просто боюсь, — Ким обнимает дочь, утыкаясь в ее плечо. — Я знаю, мам. Обещаю, что со мной все будет окей, — темноволосая улыбается, отпуская мать. Она подхватывает чёрный рюкзак, направляясь к выходу. — Ты же с Чонгуком идёшь, правда? — Тиен идёт следом за Сэен, наблюдая, как та натягивает обувь. — Э-э-э... Да, мам, с Чонгуком. Ещё к Джину заскочить хотела, в прокуратору, — промямлила Ким, махая рукой и выходя из квартиры. Тиен нахмурилась, переваривая слова дочки. Она всегда ей верила, но не сейчас. Ким не была глупа, чтоб заподозрить неладное. Если бы была глупа, не сбежала бы в ту роковую ночь. Как бы сейчас это прошлое не вернулось, захватывая сильной волной. Женщина хватает телефон, ища в контактах номер Чонгука. Его она взяла ещё тогда, когда мистер Чон звонил сказать о письменном разрешении. Она до сих пор жалеет, что позволила тогда Сэ ввязаться в это все. Но не разрешила бы, сама расследовала бы, что хуже в несколько раз. Замкнутый круг. — Я вас слушаю, — гудки прервались, а из динамика послышался приятный мужского голос. — Чонгук, здравствуй. Это Мама Сэен, — женщина сглотнула, подходя к окну и смотря на темнеющее небо. На несколько секунд послышалось тишина, видимо Чон очень удивился ее звонку. — Здравствуйте. Что-то с Сэен? — голос серьезный и напряжённый. Женщина не видит как напряглись мышцы на теле парня. — Пока нет, но боюсь, что может. Она только ушла из дома, сказав, что собирается гулять с тобой. Но ты же ничего не знаешь про это, так? — Н...нет. Что она сказала ещё? — руки слегка затряслись, выдавая волнение детектива. — Что заскочит к какому-то Джину в прокуратуру. Чонгук, ей может угрожать серьёзная опасность. Я тебя прошу, верни ее домой живой, — женщина закрывает лицо рукой, пытаясь сдержать подступившие слезы. — Я верну ее, не переживайте. Чонгук отключился, быстро натягивая толстовку. Вот какого черта ее понесло!? Он поедет к Джину, но на сто процентов уверен, что не застанет ее там. Неужто решила убийцу сама ловить!? Дура.

***

Сэен быстро вылазеет из такси, расплачиваясь и направляясь в сторону прокуратуры. Она без понятия, что скажет Сокджину... «Привет, Джин, не мог ты одолжить мне табельное?» Так чтоли!? Да он не в жизнь не согласится! Ким заходит в прокуратуру, где вообще не было народу. Свет в большей части выключен, а кабинеты закрыты на ключ. Неужто в девять рабочий день закончился у полиции? А ещё спрашивают, почему дела не раскрываются. Темноволосая поднимается на второй этаж, стуча в кабинет Кима и Пака. Но в ответ лишь полная тишина. Девушка дергает ручку, и дверь поддаётся напору, пропуская ее в кабинет. Свет был выключен, создавая мрачную атмосферу. Компьютер мигал, свидетельствуя о том, что блок питания не был выключен. Неужто Джин и Киман ещё тут? Такой расклад был даже на руку. Девушка понимала, что, возможно, сейчас идёт против закона, нарушая все дозволенные правила граждан. Но у Ким нет другого выхода. Сэен осматривает кабинет, не видя нужного предмета. У стола Сокджина школьница осматривается, цепляясь взглядом за шкафчики. Подёргав, она поняла, что закрыто, но ключи спокойно лежали на столе, будто поджидая ночного гостя. Нельзя сказать, что это взлом. Кабинет то был открыт... В шкафчике одиноко лежал пистолет. Взяв его, девушка не почувствовала новшества. Будто она уже держала этот предмет в руках, вовсе не помня этого. Положив его в карман толстовки, темноволосая вылетает из прокуратуры, так никого и не встретив. Школьницам вовсе не заметила выпавший стикер с адресом прям у порога кабинета. На улице сильно похолодало. Ветер колышет листья, создавая странный шум как в ужастиках. Походя к рейсам, Сэен прекрасно понимала почему тут. Если убьют, никто не услышит и не поможет. Глянув на часы, было только без двадцати десять. У неё есть ещё десять минут, чтоб продумать свои действия в случае чего. Но неторопливые и размеренные шаги послышались за спиной Ким, останавливаясь в нескольких метрах. — Ну здравствуй, Сэен.

***

Мотоцикл Чонгука резко тормозит у центральной прокуратуры. Чон спрыгивает, забегая в здание. Свет не горит, а на парковке пусто. Отец ещё час назад приехал домой, сообщая о коротком рабочем дне перед праздником Белого дня. Чон даже в какой-то степени ждал этого праздника, надеясь пригласить Сэ на первое свидание. Вот только эта барышня рушит все планы, заставляя ночью гоняться за ее тенью. Кабинет Сокджина, к удивлению, был открыт, но никого Гук в нем не обнаружил. Как он и думал. И где теперь ее искать? Не было ни малейшего понятия. Собираясь уходить, глаза детектива наткнулись на валявшийся листок. Подняв его и пробегаясь по не нему взглядом, брюнет нахмуришь, вылетает из кабинета. Он не знает, в правильном направлении он едет, но он обязан ее спасти. Просто обязан...

***

Ким резко оборачивается на голос, видя перед собой совершенно незнакомого парня. Он был высок, с темными волосами, и сумасшедшим взглядом. Было темно, чтоб определить все остальные черты лица, но темноволосая уверена, что на похоронах был он. Парень снимает чёрную маску, открывая вид на другую половину лица. Родинка на носу. Девушка ловит ее взглядом, на что тот ухмыляется. — Ким Тэхен, — он кланяется в шуточном поклоне, начиная надвигаться на девушку. Та судорожно отступает. Они стоят прямо на рейсах, и Ким без понятия когда будет следущий поезд. — Это т..ты убил Юр...ру!? — школьница старается не выдавать свой страх, но когда перед тобой в двух метрах стоит убийца-киллер... Это явно тяжело сделать. — Я...я, — Тэхен передразнивает ее заикание, заливаясь смехом. А смех у него звонкий, басистый. От голоса его мурашки так и бегут по телу. А глаза, горящие сумасшествием, такие притягательные. Она заметила это ещё тогда, на кладбище. — Ты хотел встретиться со мной. Зачем? — взяв себя в руки, Сэен храбро посмотрела ему в глаза, на что тот хмыкнул. — Ты не обязана была приходить... — Но я тут, — снова тот хмыкает. — У тебя, вроде, армейский браунинг l9a1 в кармане. Или ты просто рада меня видеть? — Ким расползается в улыбке. — Все вместе, — школьница одним резким движением достаёт пистолет, направляя его на улыбающегося убийцу. — Оу... Я произвёл такое слабое впечатление? — Тэхен сделал шаг вправо, начиная ходить вокруг девушки, не переставая улыбаться сумасшедшей улыбкой. — Ну и пусть. Я того, может, и добивался. Давай без глупостей. Кое-кто тоже вооружён, — к концу его голос становится громче. Он резко останавливается, а его лицо приобретает серьезность. Сэ напрягается. — Я дал тебе понять, Сэен, дал легчайший намёк на то, что я творю в этом дурном мире. Я большой специалист. — Блестяще... — тянет девушка с сарказмом. Весь страх отступил. Будто она не в первый раз стоит перед самым ужасным киллером Сеула. Адреналин, походу, сильно ударил в голову, мозг вовсе перестал здраво функционировать. — Правда? — черноволосый снова улыбается, продолжая вышагивать. — Никто не добирался до меня... И не доберётся. — Лишь я, — Ким спускает курок, сама с себя удивляясь. Откуда она вообще это знает!? — Ты подобралась ближе всех и встала у меня на пути... — Спасибо, — Сэен улыбается, целясь в противника. — Это был не комплимент. — Это был он. — Ладно! Пусть так! — Тэхен поднимает руки, сдаваясь под напором темноволосой. — Но игра ещё не кончилась, Сэ. Я тебе показал на что способен. Я оттянулся с этим народцем. Это всё забавы. В том числе и бомба в здании суда. Просто хотел с тобой поиграть. — Ты убил мою лучшую подругу, — Ким резко меняется в лице, ещё сильнее сжимая пистолет. — О да. Выстрелишь в меня? — парень показывает зубы, в подобие оскала. — Я пообещала самолично убить тебя и сделаю это... — только школьница собиралась выстрелить, как сзади на Тэхена накинулся Чонгук. Девушка от неожиданности упала назад, роняя пистолет. Тот отлетел аж на метр. Сэен хотела подняться, но упала она неудачно. Правая нога застряла в рейсах. Чонгуку было некогда вызволять напарницу, он уклонялся от резких ударов Кима, пытаясь держаться на ногах. Если упадёшь, станешь легкой добычей. Так всегда говорил его отец. Не зря он учил правила уличного боя. Пригодилось хоть. Темноволосая не могла сидеть на месте, пытаясь вызволить ногу, которая конкретно так застряла. Вдали послышался звонкий гудок, а ещё далеко из-за деревьев начал просвечиваться приближающийся жёлтый огонёк. — А вот и поезд, — прошептала Сэен, начиная интенсивнее тянуть ногу. Но вовремя обратила внимание на безисходность Гука. Тэхен резко достал пистолет, наставляя его на ее напарника. Сэен переворачивается, тянется к пистолету, еле задевая его пальцами. Почему нет такого заклинания как «Акцио» из Гарри Поттера!? На третей попытки ей удаётся. — Ничего личного, Гукки-и-и, — тянет Тэ, мило улыбаясь растерявшемуся детективу. Ким хватает пистолет и стреляет на угад, зажмуривая глаза. Слышится глухой крик, а когда она открывает глаза, видит, как Ким валяется на земле, хватаясь за колено. Чонгук ударяет того по голове, ненадолго вырубая. — Не зажмуривай глаза, когда стреляешь. И вот какой черт тебя сюда понёс!? — брюнет вовсе не замечает приближающегося поезда и ситуацию напарницы. — Чонгук, твою мать! Помоги мне! — локомотив стремительно приближается, начиная освещать окрестности. Гук резко поворачивается. — Блять... — парень наклоняется, начиная дергать ногу. А поезд все приближается... Машинист локомотива замечает их слишком поздно, давя на тормоз. Но эта махина чисто гипотетически не успеет остановиться. Второй раз она чувствует это. Приближающуюся смерть. Только тогда это был блеф, а вот сейчас поезд самый настоящий. — Чонгук, уходи... — нет слез, истерики. Лишь полностью серьёзный взгляд, устремлённый на парня. — Не смей так говорить, слышишь? Я обещал твоей маме привезти тебя в целости и сохранности. Кто я такой, если не сберегу любимую девушку? — Сэен замирает, наблюдая за Гуком, который все возится с неподдающимися рейсами. Поезд, который находится на смертельной опасности уходит на второй план. Остаётся три метра. Два. Локомотив сигналит с такой силой, заставляя Чона так дёрнуть ногу, что оба отлетают от рейс, кубарём летя на землю. Сэен смотрит на проносящийся поезд, где она только что сидела. Выдыхает и ложится обратно на землю. — Ты впервые назвала меня по имени, — брюнет улыбается, поворачиваясь набок к напарнице. А девушка хмурится. Как он может думать о таком в данный момент!? — Это вырвалось абсолютно случайно... — темноволосая продолжает показательно смотреть в небо — Да конечно, — Гук тянется к напарнице, но тихий стон заставляет их подорваться с места. Тэхен шевелит прострелянной ногой, корчась от боли. В этот момент по окрестностям раздаётся сирена, а сумерки теперь светятся красно-синим. Дежурная машина подъезжает к названным детективам и оттуда выскакивает взъерошенный Джин. Видимо, его отвлекли от более приятного дела, нежели гоняться посреди ночи по старым Ж/Д вокзалам. — Целы? — коротко спрашивает он, осматривая грязного Чонгука. Затем он поворачивается к стонущему Киму, которого уже скручивают пару оперов, и вновь удивленно поворачивается в девушке и парню, стоявшим по стойке смирно. — Вы обязаны объясниться, молодые люди.