streaming

       Коля окинул взглядом комнату и поспешил открыть дверь. Убираться было больше некому, потому он споткнулся об валяющийся уже вторую неделю на полу рюкзак и чуть не прополол носом стену, ведь Лера ушла, оставив после лишь себя записку с просьбой не болеть и катиться нахуй. Теперь этот самый листочек был намертво приклеен к холодильнику, как напоминание больше никогда не ебаться с бабами. Единственной прибранной частью квартиры оставалась лишь комната, в которой он стримил, что и оставалось одним из последних источников заработка. Наконец, в его квартиру ввалился, позвякивая бутылками, давний друг, с которым они должны были сегодня проводить стрим. Он уже полупьяно улыбался и крепко прижался к груди Лиды вместо приветствия, словно других опор не было. — Максим! Здарова, дружище, сколько нахуй… — Лет сколько зим! Похуй, мы неделю не виделись. Чекай что принёс.        Он неловко растопырил пакет, обнажая содержимое. Пробежавшись глазами, Ромадов жадно облизнулся, пожирая выпивку взглядом. Да, то что надо. Шабанов неспешно разулся, сбрасывая темно-серое пальто прямо на пол. Щеки парня раскраснелись, в волосах таяли снежинки. Февраль никогда не менялся, всегда было холодно и сыро. Он подхватил пакет и поплелся в комнату Ромадова, пытаясь нашарить телефон в карманах. Чертов Коля со своими чертовыми стримами. Перешагнув оторванную голову пластиковой Кристалки, он тяжело вздохнул и всё же поднял её. Она безэмоционально глядела куда-то в сторону от Стинта, и он на автомате посмотрел туда же. Ничего. Максим отбросил ее в сторону, через секунду наступая на что-то отдаленно похожее на её руку, которая с треском ломается под тяжестью его тела. Блять.        Коля открыл бутылку какой-то непонятной водки, которую он никогда не видел и колу «каждый день», которую в любой другой день он бы не рискнул даже открыть. Макс с пустым взглядом листал ленту, перебирая левой рукой волосы. Рука время от времени перекрывала тату на шее, и Лида просто наблюдал за этим. Интересно, что значила татуировка. Из колонок полилась какая-то абсолютно адская музыка, и Шабанова передернуло, после чего, чуть не выронив телефон из рук, он смерил Ромадова уничтожающим взглядом, не лишенным восхищения. — Бассбусты не любишь? Коля-Коляяя… — Лида протяжно завыл, изображая оперную певицу. Безуспешно. — Я думал, что не сомневался в твоём музыкальном вкусе. Удивляешь. — Он убрал телефон и выжидающе посмотрел на Николая, который пытался запустить OBS. Гитара опиралась на стол, за которым они сидели, и Макс взял её в руки, проводя по струнам. Видно, что она здесь не пылилась. — Вот и не сомневайся дальше, пидор. Сомнения — вот главный враг человечества. Не помню, кто это сказал, да и насрать. Че, ты сегодня во сколько валишь?        Шабанов неопределенно пожал плечами и потянулся к стакану. Лида шлепнул его по руке, пытаясь запустить стрим. Наконец, начиналось то, ради чего он сюда пришёл. Народ заходил неохотно, и пока всё шло своим чередом. За час Коле скинули всего тысячу рублей, чего он вовсе не ожидал. Больше. Он заслужил куда больше, и бабки он эти завоюет всеми правдами или неправдами. Он резко выпрямил спину и поставил какой-то видос с мемами на паузу, надвинул очки посильнее и набрал полную грудь воздуха. — План такой — вы мне деньги, мы вам с Максом задания. Ну в смысле, кидаете донат, и пишете что-нибудь, что надо сделать. — Коля запнулся, но влив в себя ещё стакан продолжил. — Тысяч за десять может и засосусь с ним. — Ты ебанутый? Мне тогда половину. — Мне на альбом! — А мне нахуй. — Макс ехидно улыбнулся и с вызовом оглядел Ромадова. Он прожег его ответным взглядом через темные очки, что кажется скоро приклеятся к его лицу.        Через минуту прилетает донат в две с половиной тысячи рублей. Лида радостно кричит, поднимая стакан с бухлом выше, едва не расплескивая его на всё вокруг. Максим же белеет, читая текст доната. Он отодвигается от Коли ровно настолько, чтобы его почти не было видно в кадре. «Пиздец» читает по его лицу Ромадов. «Охуенно» читает по лицу Лиды Максим. — Пусть стинт будет называть тебя до конца стрима папочкой и будет вести себя соответственно KappaPride KappaPride KappaPride — Нет, я на такую хуйню не подписывался… — Ещё две пятьсот и ладно! — Коля, ебаный мудак. Я согласен если половина моя.        Через секунд тридцать приходит еще донат в две пятьсот. Текст слегка различался. — Байтер ссаный -2500 стинт садись на коленки — Не сяду я никуда. — Затуманенным взглядом Макс оглядел чат, видя там море смеющихся смайликов. Вот там бы он и утопился. Ромадов же обмахивался поддельными купюрами, всё ещё радуясь деньгам. — Деньги я ему тоже не верну. Максик, я подумаю насчет половины. — Я покурить. — Стинт с нескрываемым смущением вылетел из комнаты, устремляясь на балкон. Дрожащими руками он поджег сигарету и глубоко затянулся. Достав телефон из кармана, он открыл стрим. Телефон, вытерпев несколько секунд, умер. Максим выругался, снова убирая его в карман. Не докурив сигарету, он выбросил её из окна, даже не затушив и выдвинулся обратно в комнату Коли. Неспешно заходя в комнату, он мягко положил руки Лиде на плечи, и спокойно обошел его, пока не оказался перед его лицом. — Какого…        Стинт раздвинул ноги и осторожно сел на его колени, лицом к лицу. Пути назад уже не было. — Нравится, папочка? Надеюсь, Вы довольны… — Он близко наклонился к его уху, обжигая теплую кожу холодным после улицы дыханием. Комната наполнилась запахом сигаретного дыма. Лида смотрел куда угодно, но не ему в глаза. Шутки резко закончились. Стинт решил играть по его правилам. Что ж, почему бы и нет. — Ты забыл кое-что. — Лида протянул розовый Лерин ошейник и осторожно расстегнул его. Округлившиеся глаза Шабанова давали понять, что он всё делает верно. Стинт густо покраснел, но надел его. Лида схватился за него и потянул на себя. — Хороший мальчик. — Пошёл нахуй. — Макс всё ещё находил в себе силы грубить, а потому и не упускал возможности. Он беспокойно поерзал на Коле и почувствовал внутренними частями бедер некое, блять, «уплотнение». Всё резко стало понятно. Макс подцепил его ремень тонкими пальцами, нервно улыбаясь и глядя сверху вниз. — Х. Хорошие мальчики не матерятся и не злят родителей, х…        Десять тысяч рублей вкатились и громкая музыка испортила момент. Ромадов вздрогнул и повернул голову к экрану. Стинт попытался отдалиться, понимая, что будет дальше, но Коля был быстрее. Он притянул его к себе, и ошейник впился в шею, вновь перекрывая тату. Едва ли сейчас он думал о ней. Макс прикрыл глаза и обнял Лиду за шею. Будь что будет, пронеслось у него в голове, и он почувствовал, как рука Ромадова скользит к его заду. Это ему не особо улыбалось, потому он вновь поерзал, чувствуя что Коля под ним почти скулит. Ему показалось, что без своего поганого офф вайта он бы выглядел лучше.

***

       Лера осторожно повернула ключ в замочной скважине и бесшумно прошла в коридор. Она увидела чужое пальто и чужие New Balance и нахмурилась. Не могло быть такого, чтобы Коля уже смог кого-то найти. В квартире было непривычно тихо, и она настороженно направилась к его комнате. В двери было стеклышко, через которое едва ли можно было что-то разглядеть. Но силуэт Коли и нечто на нём она разглядеть сумела. Нервно вздохнув, она распахнула дверь.        Стинт оторвался от Коли, делая вид абсолютно ничего не знающего человека. Ромадов резко развернулся, едва не уронив Стинта с колен. Они уставились на Леру, которая открывала и закрывала рот, не в силах найти слова. Чат улетел в стратосферу, то ли смеясь, то ли ахуевая. Лера подлетела к ним обоим и влепила сильную затрещину Лиде, в то время как Стинт спокойно встал и отошел. — К Вашему сведению, уважаемая, у меня отсутствует фетиш на синяки. — Да как ты… — Вот так.        Макс скрутил ей руки за спиной и вывел из квартиры, несмотря на сопротивление, вытащив ключи из кармана. Скатертью дорожка. Он вернулся в комнату, закрыв за собой дверь. Компьютер был уже выключен. — Скажи, что любишь папочку. — Я люблю тебя. — Хороший мальчик. А теперь — иди сюда… — Ребят, можно я уже пойду… — Лекс, сидящий в углу, решил подать голос. ЖАЛЬ ЧТО ОН НЕ БЫЛ ЗАМЕЧЕН.