Отражение

Собрание в этот раз сильно затянулось, минуты казались часами, а тупость некоторых охотников уже не просто вызывала удивление, а конкретно так надоедала. Хотелось срочно выпить и желательно где-нибудь на необитаемом острове. Взять что ли отпуск на неделю… Хотя бы. Новая должность принесла с собой слишком много проблем, и хоть Алек и был рад стать Инквизитором, но лучше бы он остался в Нью-Йорке, где каждый день можно было сбежать на интересные миссии и чувствать, как ветер играет в волосах, пока он сам, перебегая с крыши одного здания на крышу другого, выпускает во врага десятки стрел, которые, стремительно рассекая воздух, всегда попадали точно в цель. А в Аликанте на смену приключениям пришла сплошная бумажная работа. Слишком много дел, слишком много информации, слишком много цифр, слишком мало разнообразия. Зато есть и плюсы, ведь теперь он сам себе начальник и может спокойно пораньше уходить домой, где его всегда ждёт любимый мужчина. Мысли о Магнусе, как в прочем и всегда, пробудили воспоминания обо всех вместе пройденных трудностях, обо всех чувствах, что они друг другу подарили, и всех словах, превратившихся лишь в одну единственную клятву — всегда быть рядом и любить до самого конца. Лёгкая улыбка сама собой появилась на лице вот уже сорок минут как хмурого охотника, что не укрылось от других нефилимов. Все они знали, что Инквизитор пребывает в прострации практически с начала собрания, но никто бы не решился об этом сказать вслух. — Ладно, на этот раз давайте закончим раньше, — вдруг произнес Алек, — обсудим все завтра. Только действительно подготовьте свои отчеты, — добавил он, уже выходя из зала. «Что же я творю?..» пронеслось в его голове, когда он шел по коридору. Тусклый свет вызывал дремоту, хотя вечер только наступил, и было бы странно сейчас просто завалиться спать. Все же Алек решил зайти в свою спальню и освежиться в душе. Он надеялся, что вода поможет смыть усталость, и тогда он вернется домой в лучшем настроении. Не хотелось грузить Магнуса проблемами нефилимов, ему и так хватает сейчас проблем в Нижнем Мире. С тех пор как он стал Верховным магом Аликанте, свободное время выкроить стало безумно трудно, хоть Магнус и бросает все дела, едва Алек переступает порог лофта, — все же они оба чувствуют ответственность. И позволить сейчас Магнусу лишиться клиента, отвлекая от работы своим унылым настроением, он просто не мог. Алек пробыл в душе достаточно долго, но хоть немного легче стало, только когда нефилим почувствовал, что начинает замерзать. Растерев онемевшую кожу пушистым полотенцем, Алек посмотрел на себя в зеркало — немного осунувшееся бледное лицо, торчащие во все стороны мокрые темные волосы, с которых то и дело срываются капли воды, красные пятна на коже от полотенца, росчерки уродливых, полученных в бесконечных боях шрамов по всему телу, шершавые от мозолей пальцы и сломанные ногти… Черные руны, выделяющиеся мрачными пятнами на алебастровой коже, будто на склеенной из осколков фарфоровой вазе… Наверное, Алек и был этой самой разбитой вазой, которую так заботливо, черепок за черепком, склеил своей любовью Магнус. И нефилим был искренне рад и благодарен. Снова подумав о Магнусе и глядя на собственное обнаженное тело, отражающееся в высоком зеркале, Алек смутился, а затем почувствовал иррационально появляющееся возбуждение. Поднимающаяся плоть заставляла нефилима краснеть еще больше. — Да что за… — прошептал Алек, глядя на свое отражение в зеркале. Сердце вдруг забилось так быстро, что кровь в жилах теперь словно кипела, а жар распространялся по телу, сбивая дыхание. В голове поселялся туман, прогоняя все мысли. Ударив зеркало ладонью, Алек так и остался просто стоять, не понимая, что же его так возбудило — полотенце, мысли о работе Магнуса или собственное отражение… По-любому получается что-то неловкое и какое-то неправильное. — Александр… — вдруг прошептал знакомый голос, заставив вздрогнуть от неожиданности. Но даже обернувшись, Алек не увидел Магнуса. — Кажется, я уже схожу с ума, — простонал Алек, сжимая кулак, процарапав ногтями по зеркалу. Сильно зажмурившись, он безуспешно попытался развеять наваждение. Магнуса не могло быть рядом, и все же его голос отчетливо прозвучал в тишине ванной комнаты. — Александр… — словно эхом повторил тот же голос, но в этот раз звук был гораздо ближе, будто Магнус стоял прямо за спиной нефилима и опалял горячим дыханием его ухо, посылая по телу Алека тысячи мурашек. Казалось, что Магнус действительно где-то рядом, и Алек почти что чувствовал кожей его присутствие. Все это лишь сильнее распаляло молодого охотника. Сжимая мокрые волосы в кулак, Алек вновь посмотрел на свое отражение. Он стоял один, обнаженный и возбужденный, не зная, почему слышит голос Магнуса, и понимая, что Магнус не может быть действительно здесь. Дышать становится все труднее, здравых мыслей в голове совсем не остается — лишь только одно желание… Желание коснуться. Провести рукой и избавиться от этого странного состояния. Оставив в покое бедные волосы, Алек выдохнул и, прикрыв глаза, провел пальцами по губам, а затем облизал их, вспоминая поцелуи Магнуса и как оставлял влажные дорожки на его гладкой коже… Пальцы медленно заскользили по шее, остановившись на мгновение на яремной впадине, а после очертили линию ключиц и спустились еще ниже. Алек дышал ртом, воздух казался раскаленным и обжигающим горло, и нефилима бросало в дрожь от каждого собственного движения, но остановиться он уже не мог. Он все еще опирался правой рукой о зеркало, боясь потерять равновесие и упасть, едва он опустит руку. Сжав уже затвердевший розовый сосок и слегка растерев между пальцев, Алек впервые за это время не смог сдержаться и глухо простонал. Алек впервые так себя касался, и эти ощущения были не похожими на ласки Магнуса, но все же было в этом что-то манящее, что-то запретное и развратное. — Александр… — снова шепчет ласковый голос, заставляя вздрогнуть и открыть глаза. Рядом по-прежнему никого не было, лишь раскрасневшийся нефилим со сбитым неглубоким дыханием, стоящий абсолютно голым по ту сторону зеркала. — Что же я творю, — произнес Алек, прежде чем проследить взглядом за тем, как пальцы, едва касаясь бледной кожи, очерчивают кубики пресса, заставляя мышцы сокращаться, отчего подрагивание невольно перешло и на руки. Алек смотрел на свое отражение и представлял чувства Магнуса, когда он вот так проводит языком по его коже, представлял, как Магнус улыбается и начинает оставлять десятки поцелуев на животе и внутренней стороне бедра, но не касаясь члена, только еще больше дразня охотника и разжигая желание. Сгорая от нетерпения и стыда, Алек представил, как Магнус проводит ладонью по бедру и ягодицам, как он нежно касается розового колечка мышц и медленно, безумно медленно массируя, подготавливает охотника для себя, а затем возвращается обратно и ласкает возбужденную плоть. Алек смотрел на себя и думал, как его член обхватывают карамельного цвета пальцы с неизменно черными ногтями, как они ловко движутся вверх-вниз, вырывая бесстыдные стоны и мольбу о большем. Алек представил, как Магнус входит в него, сперва осторожно и срываясь под конец. Представлял, как Магнус шепчет ему на ухо всякие непристойности, а затем ухмыляется и кусает его шею, оставляя яркую метку, словно альфа заявляя свои права на добычу. Охотник выгибается в спине, словно кошка, он едва лишь касается своего тела, и только живое воображение сейчас разгоняет жар по телу. Сейчас именно Магнус заставляет Алека ласкать себя везде и чувствовать. Чувствовать все. Смотреть на свое отражение и понимать, что он прекрасен. Тело нефилима реагирует на каждое движение и каждую мысль, проносящуюся перед глазами. Алек уже не может разобрать, где реальность, а где его фантазия, ведь в мыслях он уже подмахивает Магнусу, пытаясь насадиться еще глубже и сделать ощущения еще острее. В мыслях Магнус уже готов кончить внутрь Алека, шепча слова любви. В реальности же Алек смотрит как тянется к своему члену, что так жаждет разрядки. — Александр… — будоражащий хриплый шепот буквально прозвенел в ушах нефилима, обволакивая его сознание, и удовольствие просто простреливает. Так и замерев, охотник кончил, так и не прикоснувшись к себе. От звона в ушах и оргазма Алек все же потерял равновесие и, рухнув на колени, сел на пятки, пытаясь привести в норму дыхание. Слишком трудно. Что-то с ним сегодня и правда не так, он словно под действием чьей-то магии, теплой и опьяняющей. Подняв взгляд, Алек увидев привлекательного юношу со спутанными влажными волосами, раскрасневшимся лицом и сияющими глазами. Сейчас он не был ни охотником, ни Инквизитором, ни кем-либо еще. Просто Алек. Нет, Александр. Именно такой, каким его и полюбил Магнус. Сейчас Алеку не казалось, что он разбитая ваза, и даже шрамы не выглядели уродливо. Все казалось таким, каким и должно быть. Странно смотреть на себя в зеркало каждый день и не замечать простых и очевидных вещей. Только теперь Алек понемногу начал понимать. Единственное, что беспокоит Алека — был ли этот шепот реален или все лишь его больное воображение… Спросить об этом все же придется, иначе любопытство и подозрения точно сгрызут его… Осталось только объяснить Магнусу, чем это он тут один занимался… Не краснея… Не заикаясь… Ну да, конечно…