Цена предательства

НЕ ГОВОРИ — «ГОП», ПОКА НЕ УВИДИШЬ, КУДА ВЛЯПАЛСЯ, КОГДА ПРИЗЕМЛИЛСЯ…

***

      Последний месяц каникул у Гарри был незабываемым. На следующий день после его дня рождения, они с Сириусом покинули дом Дурслей, которые, в свою очередь, уехали отдыхать на курорт во Францию. Сириус под мантией-невидимкой Поттеров смог пройти незаметно в волшебный банк и обменять там галлеоны, которые швырнул, в буквальном смысле в лицо Гарри, секретарь министра, Перси Уизли, после завершения последнего турнира «Трёх волшебников». А тётя Петуния достала путёвки для себя и сына в Ментон, она всегда мечтала побывать в Провансе именно летом, что невозможно было сделать раньше, когда на каникулы приезжал Поттер.       Гарри с крёстным переместились к дяде Сириуса, Альфарду Блэк. У него было огромное поместье на Юго-Востоке острова Альбион. Оно располагалось на одном из островов Атлантического океана, отделяясь от маггловской территории огромным водным пространством. Это достаточно далеко от центра Лондона, где находится министерство магии Великобритании, так что, ни магические, ни маггловские власти не смогут их здесь отыскать.       Весь остаток каникул Гарри и Сириус наслаждались отдыхом и физическим, и духовным. По полдня они проводили на пляже, купаясь в океане, разговаривая обо всём на свете. Сириус рассказывал крестнику о нормах и традициях магического мира, о своей жизни и жизни его отца и мамы, о шалостях, которые они устраивали в школе. Когда солнце начинало припекать, они перебирались в дом и там уже серьезно начинали заниматься магией. Дедушка Альфард, а именно так он просил мальчика называть себя, обучал его трансфигурации и чарам, тому, чему не учили их в школе. А крёстный — боевой магии и зельеварению. Оказывается, Сириус Блэк отлично знал этот ненавистный Гарри предмет. Но Сириус так всё подробно и доступно объяснял, какие и сколько, и когда надо бросать ингредиенты в котел, и как их помешивать, что Гарри сам заинтересовался этой непростой, но очень важной, магической дисциплиной. Они с крёстным за три недели прошли всё, что Гарри пропустил за все четыре курса. Благо у дедушки Альфарда были целые плантации разнообразных растений и целые фермы флоббер-червей и всякой другой магической гадости необходимой для приготовления зелий. Семечки, которые подарил Гарри Невилл дали ростки и он их пересадил в открытый грунт, недалеко от окна своей комнаты. По вечерам, после ужина, который готовил сам хозяин усадьбы, (домовиков у него не было, он сам управлялся со всеми хозяйственными делами по дому, на плантации и на ферме, с помощью магии, конечно) они втроём усаживались удобно на открытой террасе и под шум волн, беседовали о жизни. Гарри рассказал обо всём, что с ним происходило с тех пор, как он помнит себя и то, что ему рассказала тётя Петуния. И о том что было в школе. И не только рассказал, но и показал некоторые моменты в омуте памяти. Битву с Квиррелом или с тем, кто находился в затылке этого незадачливого профессора, борьбу с огромным змеем, уничтожение около полусотни дементоров и… все этапы турнира. Последний этап просматривали несколько раз. — Мне кажется, что это надо отправить в Аврорат, — произнёс Альфард, шокированный тем что увидел. — Как ты смог всё это выдержать? — с глубочайшим уважением обратился он к, скромно лежавшему в гамаке, парню. — Не знаю, — пожал плечами гриффиндорец, — думал, что верно поступаю, принимая участие в чужих играх. А зачем отправлять это в Аврорат? Я им предлагал допросить меня под сывороткой правды или взять воспоминания. Знаете, что ответил мне Фадж? Что, по словам моих друзей, я настолько пропитался своей фантазией и выдуманной жизнью, что она стала частью меня. Так что и под сывороткой правды я буду говорить, то что считаю реальным. И омут памяти не поможет тоже, потому что у меня слишком богатое воображение, такое бывает только у…ненормальных людей, — спокойно ответил Гарри, он уже не переживал так сильно из-за предательства друзей. Главное ему верят крёстный, Невилл и дедушка Альфард, — Гарри поднялся с гамака и пересел на плетёный стул. — А директор добавил, — «Это не вина мальчика, это последствия тёмного проклятия Воландеморта, когда он не смог поразить ребёнка смертельным заклятием, он наслал на него такое вот… умопомрачение.»…Так что и для них я ненормальный… и для магглов ненормальный, — горько усмехаясь произнёс Гарри. — Но ты же говоришь, что везде был со своими друзьями. Как они могут обвинять тебя в выдумках, если всегда были рядом? — непонимающе воскликнул дедушка Альфард. — Рядом-то рядом, но не до конца. В самый пиковый момент я был один на один с… Воландемортом или с его фантомом. И никто не видел самого действия, — накладывая себе клубники в блюдце, безмятежно проговорил Гарри. — Но надо что-то делать. Нельзя всё это оставлять безнаказанно, — недовольно проворчал дедушка. — А что мы можем сделать? — вмешался в разговор Сириус, молчавший до сих пор, потому что еле пришёл в себя от услышанного и от увиденного. Он больше всего винил себя за то, что оставил крестника один на один с этими людьми и этой жизнью. — Как им доказать, что всё это правда, а не выдумки больного воображения, если сам Дамблдор подтверждает обратное? — Ха! Да твой Дамблдор та ещё мразь! — не сдержался Альфард, — Твоя мать, после того, как тебя закрыли без суда и следствия, пять лет обивала пороги всех ведомств в министерстве, и даже обращалась в Визенгамот, и что. Ни-че-го… Никто даже не слушал её. Хотя ты прекрасно знаешь, что бывало с теми, кто не прислушивался к мнению Вальбурги Блэк. А здесь… Как будто все разом оглохли и ослепли. — Да я и не говорю, что он прав. Просто верят ему многие… большинство. А он всё играет и плетёт свою интригу. Я знаю, что он верит Гарри, но зачем-то ему нужно чтобы об этом никто не знал. Зачем ему выставлять мальчика ненормальным? Вот этого я не понимаю?       Мистер Альфард задумался. Они сидели в тишине уже минут сорок, Гарри слопал всю клубнику из корзинки, теперь жевал крыжовник. Он никогда раньше не ел эту ягоду. И поэтому молча наслаждался тишиной и умиротворением, кидая в рот одну за другой крепкие сочные ягодки. Сириус тоже сидел задумавшись и неотрывно смотрел на линию горизонта, соединяющую две стихии: воду и воздух. — Племяш, — вернулся из раздумий Альфард, — я тут поразмыслил немного, и пришёл к выводу, что тебе надо узаконить своё положение свободного гражданина магической Британии, и официально оформить опекунство над мальчиком. А лучше всего усыновить его. Потому что боюсь, как бы его не отправили в псих-отделение Святого Мунго. Мне кажется, что именно на это и рассчитывает Дамблдор. Зачем ему это надо, пока не понимаю. — А как это сделать? — перевёл взгляд с океана на дядю поинтересовался Сириус. — Если они не хотят ни в чём разбираться. Поймать Петтигрю не удалось, а свидетелей больше нет. — Они не хотят, значит это сделают другие. У меня есть давнишний приятель, он адвокат. Не просто — адвокат, а Адвокат с большой буквы. Надо было раньше к нему обратиться. — с сожалением о своей старческой тупости, произнёс Альфард, — У меня с ним налажен канал связи отсюда. Если ты, Гарри, не против того, чтобы Сириус стал твоим официальным опекуном, а лучше всего приёмным отцом, то я сегодня же свяжусь с ним. — обратился к парню. — Конечно не против, — еле дыша от радости, что наконец появился шанс спасти Сириуса и самому стать свободным от Дамблдора, произнёс Гарри. — Если он сам не против. — Против? Да ты смеёшься, наверное! — воскликнул Сириус, хватая в охапку крестника и кружа его по террасе, — Да о лучшем я и мечтать не мог! — Ну и отлично! — потёр ладонями уставшее лицо, Альфард. — Тогда сейчас я пойду налаживать связь со Смитом, а вы соберите все воспоминания в пробирки, и твои нужны тоже, — посмотрел он на племянника.       Альфард вернулся на террасу через два часа. — Всё отлично, — довольным голосом сказал он. — Смит пришлёт ночью ключ-портал, и вы оба завтра отправитесь в США, он там живёт. Ничего не скрывайте от него, рассказывайте всю правду, даже если она вам и не нравится. Вы собрали воспоминания? Хорошо, — посмотрел он на четыре коробочки с пробирками, одна Сириуса и три Гарри. — Ну, а теперь можете идти отдыхать, а мне ещё поработать на плантации надо. Смит просто так ничего не делает. Нужны ему редкие растения для зелий. Они растут только у меня и ещё у Лонгботтомов. — Дедушка, а можно я Вам помогу? — попросился в помощники Гарри, ему нравилось заниматься с диковинными растениями, которые выращивал на своем острове Альфард Блэк. — Я всё равно не смогу уснуть. — Хорошо, пошли, — засмеялся тот и потрепал парня по обросшей густыми чёрными волосами, голове, — подстричь тебя надо, — сказал он как бы между прочим, и тут же у Гарри укоротились волосы и появилась стильная молодёжная стрижка, с длинной чёлкой, закрывающей его знаменитый шрам на лбу. И Сириус, и его дядя опешили от увиденного, и с восхищением смотрели на изменившегося парня. Он даже выглядеть стал старше и солиднее. — Как ты это сделал? — придя в себя, спросил Сириус. — Не знаю, — разглядывая своё отражение в стекле, шокировано произнёс Гарри, — просто захотел, и получилось. Я такую причёску видел на картинке в журнале у Дадли. Нравится? — кокетливо состроив глазки, спросил он у мужчин. — Нравится, — засмеялись они и Сириус, обняв своего будущего сына, поцеловал его в коротко стриженную макушку.       На следующей день, приодевшись в более приличную одежду, Гарри Поттер и Сириус Блэк, через международный ключ-портал, который ночью принёс огромный орёл, переместились прямо в особняк мистера Смита…