Падение

8 января 2012 — Лори, ты дома? Я вернулся раньше, чем обещал, знаю. Дороги совсем замело! —Я постучал ботинками друг об друга, чтобы стряхнуть налипший снег. Жена терпеть не могла, когда мы с Карлом оставляли мокрые следы по всему дому. Кое-как стащив насквозь промокшую куртку я пристроил ее на вешалку и поискал глазами газету, чтобы подстелить на случай, если с одежды станет капать. И замер. Рядом с моими кроссовками и кедами Карла стояли мужские ботинки. Начищенные так, что смотреть было больно. Я прекрасно знал, чьи они. К горлу подкатила тошнота. Я давно подозревал, что у Лори есть кто-то, кроме меня. Она в последние месяцы расцвела — накупила новых туфель, покрасила волосы и сменила духи. На все мои расспросы отвечала уклончиво, задерживалась на работе, подолгу болтала с кем-то по телефону. Гордость не позволяла мне следить за женой, да и что мне это даст? Я не хотел развода. Карлу всего тринадцать, и, как и большинство подростков, он тяжело переживает малейшие перемены в своей жизни. Я любил Лори с самого детства, впервые увидев ее с родителями в парке развлечений, куда они привезли меня на день рождения. Мне было семь, а ей — пять. Сколько себя помню, мы были вместе — сначала сидели за одной партой в школе, затем в колледже, а после поженились. И у меня никогда не возникало иной мысли, кроме «и жили они долго и счастливо и умерли в один день». Словно вор, я медленно поднялся по дубовой лестнице наверх, держась ослабевшей рукой за резные перила, старательно обойдя три скрипучие ступеньки. Жена просила их сменить, но у меня не поднялась рука. Этот дом достался нам после смерти моих родителей, я до сих пор видел, как мама хлопочет на кухне, а отец строгает гладкие, упоительно пахнувшие доски, мастеря мебель. Эту самую лестницу он сделал своими руками, как и почти всю мебель в доме. Это была память, отказаться от которой я был не готов. Да и никогда не буду. Из нашей спальни раздался смех Лори и вторивший ей мужской голос. Пальцы сами метнулись к кобуре, я в последний момент осознал, что стою у дверей собственной комнаты, сжимая пистолет и почти сняв его с предохранителя. Они снова засмеялись, и тогда я стремительно бросился вниз по лестнице, кое-как напялил мокрую куртку и ботинки, сел в машину и поехал куда глаза глядят. Я ехал до тех пор, пока не осознал, что бензин почти кончился, а мокрый липкий снег идет все сильнее. Через два дня я вернулся домой и попросил у Лори развода. Она нисколько не удивилась, а моему измученному воображению даже почудилась затаенная радость на ее лице. Но когда мы усадили Карла на диван в гостиной и все рассказали, жена выглядела искренне опечаленной и уверяла сына, что «для него ничего не изменится, и у него всегда будут мама и папа, пусть даже они не живут больше вместе». — Рик, ты точно уверен, что это хорошая идея? — Доун хмуро разглядывала мое заявление об уходе. — Ты все обдумал? Я могу предложить другие варианты… — Я не хочу работать вместе с любовником моей пока еще жены! — немного резче, чем собирался, выпалил я. Оказалось, что в участке все давно обо всем знали. И, черт возьми, ради меня делали вид, что ничего не происходит. Вместо того, чтобы радоваться, я пришел в бешенство. И сочувствие в глазах шерифа Лернер, которая, как мне казалось, вообще не способна на подобные чувства, ранило сильнее, чем показное молчание Карла, делавшая вид, что ничего не происходит, Лори, и Шейн Уолш, прячущий от меня глаза. Уж лучше бы я избил друга, обозвал жену шлюхой и забрал сына. Но я так не могу. Я слабак. И тряпка. Моего мужества хватило только на вот это заявление, жгущее мне пальцы, когда я протягивал его шерифу. — Рик, я все понимаю. Но ты отличный коп, поверь. Да ты и сам это знаешь, — начала Лернер. — Тогда что? Выставишь Уолша? — я вскочил со стула, на который было уселся. — Подпиши, Доун. Это лучший выход. — И что ты будешь делать, а? — шериф поморщилась. — Чем займешься? — Придумаю. Доун вздохнула. — Вот что, Граймс, есть место в Атланте. Я договорюсь о переводе. 15 мая 2014 — Папа, ты точно возвращаешься? Не прикалываешься? — голос сына в телефонной трубке был наполнен таким восторгом, что я широко улыбнулся. — Точно, Карл. Уже собираю вещи. — Круто, пап! Серьезно! И то, что я смогу жить с тобой! — затараторил Карл. — Мама в последнее время прохода мне не дает, особенно из-за Софи… — Так, так, — небрежно протянул я, — что еще за Софи? Пелетье? — Ага. Она теперь типа моя девушка. Все серьезно, — провозгласил Карл. Я спрятал улыбку, как будто паренек мог меня сейчас видеть. Я давно знал, что девочка Кэрол Пелетье приглянулась Карлу. Она была очень милой, спокойной и умной. Лори возражала, говоря, что им еще рано встречаться, пусть сначала закончат школу, но я ничего плохого в этом не видел. К моему удивлению, бывшая жена настояла, чтобы я вернулся в наш когда-то общий дом, а Карл остался со мной. С Шейном у них все кончилось, едва я уехал. Лори же теперь встречалась с местным аптекарем, а до него, если верить слухам, крутила с Ниганом и пыталась соблазнить Филиппа Блейка. Мне было не особо интересно, рана, нанесенная ее изменой, почти зарубцевалась, и лишь изредка нахлынувшие воспоминания напоминали мне, что я потерял. А затем случилось похищение, и личное отступило на второй план. Даже с Шейном мы снова работали вместе, прочесывали лес, опрашивали возможных свидетелей. Шериф Лернер, кажется, спала в участке урывками, а ели мы все кое-как и только потому, что Дейл Хорват приносил нам чью-то стряпню. 2 октября 2015 Браслет Алиши Кларк в прозрачном пластике жег мой нагрудный карман. С самого исчезновения девочек я старательно гнал мысли о том, что они убиты, но теперь… Кровь в хижине, злость Доун, подозрительно сдержанный Ниган и Мэдисон, скорчившаяся на переднем сидении моей машины, будто поломанный механизм — все это заставляло осознать реальность в каждом ее проявлении. — Отвезешь Кларк в участок и сразу же отправляйся опрашивать всех, с кем общались девочки. Кроме Диксона. Его я сама допрошу. И, Рик, держи ухо востро, — велела Доун, когда я наконец усадил Мэдисон Кларк в машину. — Ты думаешь о том же, о чем и я? — тихо пробормотал я, глядя в сторону озера. — Да. Водолазы уже едут. Черт, Рик, если там, на дне, они все… Или хотя бы одна, я… Господи, я не знаю, как смогу с этим жить, — надтреснутый голос Доун обжег мои нервы, как раскаленное железо. — Не думай об этом сейчас, — я, поколебавшись, сжал плечо шерифа, — лучше собери улики в хижине и поговори с Диксоном. Если это не он, то кто-то его подставляет. Кто-то близкий, Доун. Понимаешь? — Ниган может быть замешан, — Лернер судорожно сглотнула, — как и те, кто хотя бы раз слышал вопли Кларк о его вине. Похититель пытается нас направлять, но зачем сейчас? Почему? — Возможно, кто-то что-то видел. Или преступник думает, что видел, — предположил я. — Диксон видел машину. Но он ее не опознал, — Доун нахмурилась, — я все больше начинаю думать, что похищение Лидии вообще никак не вяжется с общей картиной. Или есть что-то, чего мы не знаем. Рик, нам нужно допросить Карла. Прости, но без этого никак. — Понимаю, — я стиснул зубы, но кивнул, — сначала поговорю со всеми в школе, а затем уже Карл и Дэрил. Позволишь мне присутствовать? — Не знаю, будет ли от этого лучше или хуже. Посоветуюсь с Харрисон, — медленно проговорила Доун. После разговора с Мэдисон Кларк в машине, я склонен был согласиться с Доун. Алиша Кларк никак не была связана с Лидией. Значит, нужно поискать среди окружения Софии. Но кто мог желать этой доброй и приветливой девочке зла? Мы что-то упускаем. Оставив Мэдди в участке для дачи показаний, я поехал в школу, где учились все три пропавшие девочки, мой сын и почти все дети Дэйда. Здание было старинным, построено в колониальном стиле из обожженного белого кирпича, с широким крыльцом и обрамляющими его белыми колоннами. На перилах между ними мы обожали сидеть, когда были детьми. Я и Лори. Внутри всегда царил полумрак и пахло полиролью, лимонным воском и пылью. — Мистер Граймс! — ко мне уже спешила Джесси Андерсон, классный руководитель Карла, Софии и Алиши. — Вы насчет Лидии? — Да, — кивнул я, — мне нужно будет поговорить с некоторыми ребятами. Родители здесь? — Мистер Джонс решил присутствовать, остальные доверяют вам, — Джесси скупо улыбнулась, — как и я. Можете поговорить сначала с Дуэйном. У них сейчас должен быть английский, но они не могут сосредоточиться. Рон винит себя в том, что не проводил Лидию домой. — А должен был? — Я внезапно насторожился. — Она о чем-то хотела с ним поговорить, — Джесси выглядела потерянной, — признаться честно, я не одобряла их общение. А теперь думаю, что зря… Бедная девочка! Джесси отвела меня в пустой класс, в котором уже сидел ее старший сын Рон. Парнишка выглядел растерянным, утратившим свою обычную браваду. Карл вечно с ним соперничал, несмотря на то, что Андерсон был младше. Они оба занимались плаванием и футболом, всегда оказываясь соперниками. Рон всегда мне казался слишком самоуверенным для своих пятнадцати лет. Хотя, скорее всего, я просто вспоминаю себя в его возрасте. — Доброе утро, мистер Граймс, — проговорил парень. — Привет, Рон. Твоя мама сказала, что согласна не присутствовать при нашей беседе. Но если ты хочешь, я ее позову. Если ты не захочешь отвечать на какой-то вопрос, ты можешь этого не делать, но ты очень поможешь нам в поисках, если не станешь ничего важного скрывать. Хорошо? — Я сел напротив, сняв шляпу и пристроив ее на соседнюю парту. Мальчик кивнул. — Я расскажу все, что смогу, правда. Я… беспокоюсь за Лидию. Она ни за что бы не убежала, я в это не верю. — А кто сказал, что она убежала? — Да тут… болтают всякое, — поморщился Рон, — типа Диксон к ней приставал, или вообще принуждал… а она не хотела. Но это чушь собачья, сэр! Лидия умела за себя постоять, я вам точно говорю. И она хотела закончить школу, чтобы в колледж пойти. Мы вместе хотели сдать это сочинение, чтобы набрать дополнительные баллы. Ей это важно было, очень. — Вы дружили? Или… — осторожно спросил я. Рон слегка покраснел. — Скорее дружили. Я… предлагал ей пару раз сходить в кино, но она знала, что моя мама не одобрит. Но мне кажется, что Лидии Карл нравился больше, чем я. — Вот как? — я удивился. — А сам Карл знает об этом? — Нет, что вы, — Рон улыбнулся, — девчонки ни за что не признаются в таком. Вон, только Лиззи может. Она, кстати, больше всех поддерживала Карла, когда София пропала, так что Лидия бы к нему не сунулась. — Лиззи Самуэльсон? — Я записывал все, что говорил парень, но пока не понимал, как мне могут пригодиться эти сведения. — Они с Лидией враждовали? — Что вы, нет, — торопливо сказал Рон, — Лиззи ко всем добра, особенно к Лидии, у нее же никого нет. Лиззи понимает, каково это — жить без матери. Она наоборот, так радовалась, когда Лидия сказала, что у нее свидание. Даже помогла ей одежду подобрать и всякое такое. — А с кем было свидание, ты знаешь? — поинтересовался я. — Лиззи точно знает, спросите ее, — ответил Рон, — я хотел Лидию домой проводить после школы, но она сказала, что возле дома ее уже ждут. Я… в общем, надо было пойти с ней. Может, тогда я бы разглядел его. Но я… — Тебе стало обидно, — вздохнул я. — Ага, — парнишка смотрел на свои кроссовки, — если бы я только пошел с ней! — Рон, ты не виноват, — мягко произнес я, — ты ничего не смог бы сделать. Дэрил Диксон тоже видел машину возле дома Лидии, но не владельца. Стекла были тонированные. — Разве мистер Диксон был в это время дома? — парень вопросительно на меня посмотрел. — Кажется, кто-то видел его здесь, в школе.