m y . t e a c h e r

— 10 —

      Как прекрасен Новогодний Осло… Все детские и подростковые воспоминания связаны с этим городом. Проезжая по заснеженным улицам на такси к своему дому, я чувствовала такой трепет в груди, что мне казалось, что мои руки начнут трястись сами по себе. Я видела знакомые районы, дома, магазины… я даже проехала Хартвиг Ниссен, после чего моё сердце забилось ещё быстрее — здесь прошла большая часть моей жизни. Всё вокруг было украшено новогодней символикой и гирляндами, что говорило о том, что Новый Год уже не за горами. Я смотрела в окно и запоминала каждый момент, происходящий со мной, настолько я скучала по Осло. Вот и родной дом… он был весь в пушистом снегу, но дорожка к двери была аккуратно расчищена. Судя по всему, мама не особо украшала дом снаружи, но ближайшее дерево рядом с домом было замысловато обвешано жёлтой гирляндой, что придавало особое новогоднее настроение. — Гхм, мы приехали, — оповещает таксист, видя, что я не спешу выходить из машины. Я без слов протягиваю ему нужную сумму за поездку, затем выхожу на улицу… Пахло прямо как в детстве: снегом, чем-то вкусным из дома и кое-чем особенным, чем пахнет только в канун Нового Года, должно быть, это предвкушение чуда. Таксист без усилий помог достать мне из багажника большой чемодан, и я направилась к дому по расчищенной дорожке. Стоило мне подойти к крыльцу, как дверь приоткрылась и оттуда показалось лицо матери. Она лучезарно улыбалась мне, а её глаза горели таким же трепетом, как и мои: — Эва! — она выходит в тапочках на крыльцо и крепко обнимает меня. Я чувствую её незаменимый запах и, отпустив чемодан, обнимаю в ответ ещё крепче. — Я так скучала по тебе… Проходи скорее в дом! Мы расступились и спешно забежали внутрь тёплого помещения. Боже… всё было неизменно: родные стены не давили на меня, как стены общежития, а наоборот окутывали, как пуховое одеяло. Пахло только что испечённым печеньем, было тепло и уютно, а из гостиной выглядывала наряженная ёлка: длиной в потолок, с яркой звездой на наконечнике. — Ты проголодалась? — спросила мама, ласково оглядывая меня. — И ты так похорошела, Эва… моя девочка по-настоящему повзрослела. Будто машинально я коснулась прядки длинных волос: — Спасибо… и я проголодалась. Сняв уличные вещи и оставив чемодан у двери, я прошла на кухню. Мама следовала за мной. Там я рассказала ей о Лондоне, о учёбе в университете, а об остальном, к сожалению, врала нещадно. Я не могла рассказать ей о том, что была вместе с Крисом, о том, что пережила после расставания… После ужина я прошла в свою комнату, которая находилась, как шутили подруги, «в подвале». Всё там оставалось прежним, однако в душе я ценила всё это в миллион раз более, чем тогда, когда беззаботно жила здесь. В глаза бросился «Грозовой перевал», который лежал на письменном столе ярким пятном. Я подошла к нему и коснулась переплёта так, будто дотронулась до человека: аккуратно и внимательно. Это произведение мы проходили на уроке литературы с мистером Шистадом… с Кристофером. Обсуждали проблемы, описанные в произведении, писали тесты, отвечали на вопросы — казалось, что это было вчера, но прошло уже больше года. — Тебе нужно что-нибудь ещё? — спрашивает мама, оказавшись в дверном проёме. Убираю руку с книги и оборачиваюсь к матери: — Нет, спасибо. — Тогда отдыхай. Дорога была долгой, — напутствует она, прежде чем уйти. Я подхожу к кровати, которая была застелена свежим постельным бельём. Плюхаюсь туда, громко втягивая запах стирального порошка и расслабляю каждую мышцу своего тела. Лежу так ещё какое-то время с закрытыми глазами, осмысляя, что нахожусь в родном городе. Затем достаю из кармана джинс телефон и листаю новостную ленту.

ВЕЧЕРИНКА! ВЕЧЕРИНКА! ЗАВТРА ВЕЧЕРИНКА В ЧЕСТЬ НОВОГО ГОДА ОТ ШКОЛЫ ХАРТВИГ НИССЕН! ЗАВТРА В 21:00 НА КИЛМАНД 129!

Это был один из первых постов, который попался мне на глаза. Невольно я стала читать комментарии, где отзывались бывшие и нынешние ученики о том, что планируют придти. Я даже увидела комментарий своей бывшей одноклассницы Крис Берг. Она уведомила, что скорее умрёт, чем не придёт на это событие. Перевожу взгляд в потолок, рассуждая о том, стоит ли придти мне. У меня не осталось друзей в Осло — они стали просто знакомыми. С другой стороны, почему бы не повеселиться? Почему бы не провести время также беззаботно, как раньше? Вдруг там будет Кристофер?.. Стоило вновь подумать о нём, как я сразу же открываю его профиль. Пару мгновений, и я вижу его лицо на фотографиях. Он постил фото из кафе, из университета и даже из лондонского общежития. На последней фотографии была указана геолокация «Осло, Норвегия» (на ней была огромная центральная ёлка). Решила посмотреть его записи, но ничего не обнаружила. «Придёшь ли ты?» — весел в голове лишь один вопрос. Я была готова придти ради него одного, чтобы поговорить, чтобы попытаться вернуть всё назад. Я любила его также сильно, как в начале наших отношений и была готова простить и забыть всё плохое, что с нами случилось, лишь бы быть с ним рядом. Я встала с кровати, полная раздумий. Сняла всю одежду до нижнего белья, выключила свет и легла под немного прохладное одеяло. В последний раз взглянула на профиль Кристофера и убрала телефон на тумбочку. Думая о том, чтобы я сказала ему при встрече, я уснула с твёрдой уверенностью, что приду на вечеринку.

***

      Утром я сказала матери, что проведу Новый Год вне дома. Она, не задавая лишних вопросов, парировала, что пойдёт праздновать к своей знакомой по работе, которая тоже устраивает вечеринку. Остаток дня я провела в напряжении… я надеялась и в тоже время сомневалась, что Крис придёт. Я думала о том, что скажу ему. Представляла, как он отреагирует на мои слова, после чего круг моих переживаний повторялся с новой силой. Я надеялась, что буду предвкушать Новый Год, как вчера, но все хорошие мысли пропали. После обеда я стала мерить одежду, после чего с ужасом осознала, что мне совершенно нечего надеть. Я быстро перемещалась по комнате то в одном образе, то в другом. Я мерила платья, комбинезоны, юбки, но всё было не то. Всё сошлось на том, что я сидела в одном нижнем белье на полу и прятала лицо в руках. Состояние безысходности было слишком очевидным. Я еле сдерживалась, чтобы не заплакать. Однако напряжение внутри меня было настолько сильным, что на моём лице не дёрнулся и единый мускул. Для чего я всё это делаю? Меряю все эти платья, украшения, думаю над причёской и макияжем? Ответ всплыл сам собой: я хотела понравиться Кристоферу. Поднимаю лицо от рук. — Но ведь он полюбил меня не из-за одежды… — сказала я вслух, вставая с пола. К тому же, возможно, его там вообще не будет. Оденусь так, как мне будет удобно и в случае чего просто уйду. Я выбрала тематический красный свободный свитер на котором были маленькие снеговички и чёрную юбку, в которой мне было максимально комфортно. Волосы распустила, после чего оглядела себя в отражении. Через десять минут мне нужно было выходить, поэтому я в последний раз поставила телефон на зарядку, и только-только я хотела подправить макияж, как в входную дверь позвонили… Мама уже пошла к своей знакомой на вечеринку, поэтому открыть нужно было мне. Выйдя из комнаты, я вышла в коридор, особо не думая над тем, кто помог звонить. Все мои мысли роились над предстоящей вечеринкой. Открываю дверь и замираю от неожиданности. Голубые глаза девушки смотрели робко, но дружелюбно. — Нура?.. — от шока я забываю поздороваться. Мы не виделись и не говорили с тех пор, как я узнала, что она была в отношениях с одним из преподавателей в школе (в прочем, как и я, но только обо мне никто не узнал). В последнем классе Хартвиг Ниссен мы то и делали, что ругались, забывая о нашей дружбе. Первая ссора случилась ещё тогда, когда я узнала, что она встречалась с моим сводным братом Катоном… сейчас я уже понимаю насколько эта ссора была глупой. — Привет, — говорит Нура, убирая шарф от своих губ, которые, как и раньше, были накрашены яркой помадой. — Привет, — моментально отзываюсь я. — Проходи в дом, — открываю дверь шире, после чего Сатре шагает внутрь. Она оглядывает помещение, как и я вчера после такси, а затем оборачивается ко мне, наблюдая, как я закрываю дверь на замки. На мгновение я почувствовала себя также, как и три года назад. Будто закончился первый семестр, а мы с подругами заприметили себе напиться на новый год и танцевать всю ночь. Я мягко улыбнулась от собственных воспоминаний. Нура улыбнулась в ответ. — Знаешь, я пришла не просто так. Я видела, ты лайкнула пост про вечеринку от Хартвиг Ниссен и подумала, что мы могли бы сходить туда вместе, — она пожала плечами. — Правда? — не верила своим ушам. Конечно, я лайкала тот пост, но что Нура эта заметила и придумала такую идею, очень грела меня. Мы так давно не виделись… Так давно не разговаривали. — Конечно, я «за»! Говорить про то, что я банально боялась идти на эту вечеринку одна — я не стала. — Слава Богу, — выдохнула она, после чего мы улыбнулись ещё раз. — Пойдём в мою комнату, я пока дособираюсь. Расскажи пока как у тебя дела, — вернувшись в комнату, я стала поправлять макияж. Нура сняла с себя шапку: её светлые короткие локоны едва ди достали до плеч, затем она села на мягкий пуфик рядом со мной и стала рассказывать обо всём на свете, словно мы и не переставали никогда общаться. Она говорила о том, что осталась учиться в Осло в государственном университете, что у неё есть пару подруг и что она поддерживает общение с Вильде и Крис Берг, что недавно защитила проект по искусству и что планирует летом слетать в Германию, куда её пригласил друг по переписке. Я тоже рассказала часть о себе, упустив, что все мои чувства стянуты в тугой узел, что меня буквально перед отъездом в Осло опозорили на глазах у всех, облив меня пивом и что моей самой страшной мукой будет для меня вернуться в Лондон. Мы обсудили общие факты и новости, постоянно находя новые темы для разговора. Я уже давно не поправляла свой внешний вид, да и за временем никто из нас не следил. — Эва, а мы не опаздываем? — потянувшись, она прикрыла глаза. — Думаю, да, но уже не так важно, — бросила я. Поговорив с Нурой я чувствовала своеобразное облегчение (здорово было поболтать по душам), поэтому уже не спешила на вечеринку, хоть и имела надежду поговорить с Кристофером. Мы всё же вызвали такси и только в машине я заметила, что вечеринка идёт уже как минимум полтора часа. Всю дорогу мы говорили об украшенных улицах, а также ностальгировали о предыдущих праздниках, когда мы еще учились в школе. Домом, где проходила вечеринка, оказался трёхэтажный пентхаус: оттуда играли новогодние песни наподобие «Wham — Last Christmas» и слышался смех ребят. Это было вовсе не пьяное попоище, как раньше. — В этот раз они выбрали неплохое место для отмечания, — подметила Нура. — Действительно, — согласилась я, посматривая на входящих людей, а также осматриваю дом в целом. Внутри оказалось полно народу, где все разговаривали друг с другом, немного пританцовывая. Я даже заметила бывшую учительницу биологии, которая разговаривала с улыбающейся Саной Бакуш. Стояла по-настоящему праздничная и уютная атмосфера! — Здесь так здорово… — выдохнула я, приходя в восхищение от каждой детали: от гирлянд у окон и до огроменной ёлки, которая стояла у лестницы. — Помочь раздеться? — его голос привёл меня в чувства. Я быстро обернулась. За моей спиной стоял Кристофер Шистад… Он чудесно выглядел: на нём была чёрная рубашка и чёрные деловые штаны. Волосы были хаотично разбросаны по голове, что делало из делового стиля что-то более расслабленное, но чертовски притягательное. Было трудно оторвать взгляд. Его лицо ничего такого особенного не выражало, но я видела, что его глаза по прежнему сияли, смотря на меня. — Да, спасибо, — я слабо улыбнулась, расстегнув куртку и снова поворачиваясь к нему спиной. Шистад бережно обхватил куртку у моих плеч, аккуратно снимая её… И должно быть в этот момент я перестала что-либо понимать, ведь для этого ему пришлось встать ко мне так близко, что я почувствовала его природный аромат, смешанный с духами. Я обернулась, желая снова видеть его лицо и начать говорить, но Крис уже удалился с моей курткой в гардеробную. Нура, которая всё это время стояла рядом со мной, откашлялась: — Что ж, я пойду поздороваюсь с Вильде. Я ничего не ответила, смотря вслед Крису, который, кажется, ушёл на совсем, так как выйдя из гардероба, он направился в другую от меня сторону. Первая мысль — пойти за ним. Но разумно ли это? Я знала, что разговор дастся не просто, но чтобы настолько… Вдохнув и выдохнув, я направляюсь туда, куда пошёл Шистад. Он оказался в зале с диванами, стоя рядом с преподавателем по истории и о чём-то непринуждённо разговаривая. Отвлечь его от этого разговора я не могла, поэтому не придумываю ничего лучше, как пройти мимо, взглянув на него. — Знаете, да, Осло мне нравится гораздо больше… — говорил Шистад, но заметив прошедшую меня, его голос немного стих. На секунду даже возникла дурацкая идея вмешаться в разговор, сказав, что Осло мне тоже нравится больше любого другого города на планете, но я вовремя передумала и не опозорила себя ни перед Крисом, ни перед бывшим историком. Я останавливаюсь перед ёлкой, делая вид, что рассматриваю украшения, когда на самом деле думала как подгадать момент и поговорить с шатеном. — О чём задумалась? — М-мм? — я даже не заметила, что у этой же ёлки стоял Вильям Магнуссон. — Понятно, — он ухмыляется. — Расслабься, это же новый год, — немного подумав, он добавил. — Ты, кстати, очень изменилась. — Дай угадаю, похорошела? Мне все это говорят, — возможно, я сказала это более резко, чем хотела. Даже не столько резко, сколько надменно. — Вовсе нет, ты выглядишь так, будто тебе писать экзамен через минуту, а ты ничего не учила, а ещё ты стала бледнее. В Лондоне нет солнца? — он хмыкает, дёргая головой, чтобы поправить свою длинную чёрную чёлку. Молча смотрю на него, стараясь расслабиться. — Почти нет, — затем поворачиваюсь к лестнице и иду на второй этаж, где было не меньше народу, чем на первом. Там я встречаю пару ребят, с которыми общалась в школе. Мы обговариваем пару тем, после чего я думаю подойти к окошку, как одна из моих бывших одноклассниц подмечает: — Мистер Шистад всё также горяч… Эта рубашка так сексуальна на нём смотрится, — она закусывает губу, смотря мне через плечо. — Мне кажется в нём сексуально ни это, а его ум. Какой ещё парень в наше время может рассуждать о классической литературе? — неожиданно говорю я и на меня смотрят сразу все, с кем я разговаривала до этого. — Вы обо мне, мисс Мун? — спокойный голос Шистада обжигает меня. Я не ожидала, что он всё слышал, да ещё в придачу был так близко. Мои бывшие одноклассники выглядели смущённо, но Крис как ни в чём не бывало встал в наш произвольный кружок, где мы общались. — Извините меня, — сразу сказала девушка, которая первая высказалась о его сексуальности, но я молча проигнорировала это извинение. За что мне извиняться, так это не за это, тем более, что я действительно так считала. Я посмотрела в ярко-зелёные глаза Шистада, но не сказала ни единого слова. Смущаясь ещё больше, все ребята разошлись от нас, из-за чего очень скоро мы остались наедине. — Ты приехала в Осло… — он, как всегда, начал первый. — На праздники? — в завораживающих зелёных глазах прошлась тень. «Зависит от тебя», — сказала я про себя, но на деле произнесла совсем другое. — Вроде как, — поджимаю губу, смотря на него со своего роста. Всё это казалось неправильным, что мы стояли здесь и старались непринуждённо говорить друг с другом, словно мы не ругались в Лондоне, словно не я всё это время думала, что он изменил мне и всячески отталкивала его. — Крис, ты точно знаешь, я такая дура, — слова срываются будто молитва. — Я так виновата… — глаза начинает жечь, а весь образ, который я пыталась построить, рушиться, как карточный домик. — Тише-тише, — его лицо тоже преображается, а сам он будто хотел приобнять меня, но передумывает, ведь рядом было много людей. — Давай отойдём? Я киваю, опустив голову. Мы выходим в тёмный безлюдный коридор, который, должно быть, единственный не был как-либо украшен. Я даже плохо видела Криса из-за такой темноты. — Эва, только честно, зачем ты приехала сюда? — он держит меня за плечи, хоть я его почти и не видела. — Потому что всё узнала… — шёпотом произношу я. — Лола призналась мне, — молчу какое-то время, а Кристофер терпеливо ждёт. — Ты не изменял мне. Повисает молчание. Я представляю, что сейчас в его голове. Он думает, какая я глупая, что верила ей. Думает, что со мной даже не о чем говорить. Мы столько боли принесли друг другу... — Послушай… — я вновь начинаю тираду, собираясь привести множество и ещё одну тысячу аргументов, но резко замолкаю из-за того, что зеленоглазый нежно приобнял меня, положив мою голову себе на плечо. — Тише, Эва, — его длинные пальцы гладят мои волосы, а я закрываю глаза, покоясь на его плече. — Я рад, что ты наконец-то всё узнала и что между нами больше нет никаких недопониманий, но… — он громко вдыхает, прижимая меня крепче. — Мы не можем быть вместе. Эти слова имели эффект пореза ножом по горлу. После них я сразу же отстраняюсь, чтобы заглянуть ему в лицо, но здесь было настолько темно, что я едва узнавала его черты. — Что?.. — один из многих вопросов сам собой слетел с губ. — Эва, я и ты не можем снова встречаться, — его голос стал звучать твёрже. Я не могла поверить своим ушам и в то, что это происходит со мной. Неужели те сигналы, которые я уловила на пером этаже были ложью? Может, пока я и Крис не встречались, у него появилась другая? — Почему? — я хотела получить ответы на все свои вопросы. — Понимаешь, когда мы были не вместе, мне пришлось многое осознать. Например то, что для нас было всегда очевидным: мне двадцать пять, скоро будет двадцать шесть. Мне нужно заниматься чем-то более приземлённым. Например, сейчас я почти закончил новую книгу и это только из-за того, что у меня было много свободного времени. Я черпал вдохновение из своих чувств и эмоций, которые связаны с тобой. Я очень страдал по тебе; мне было больно, что я потерял тебя, что ты поверила какой-то девчонке из Лондона, которая хотела увести меня у тебя. Он замолк, нервно проводя рукой по копне тёмных волос. Я поняла, что он хотел сказать самое главное, но почему-то не мог решиться. — Но что?.. — будто подсказала я. — Но я отпустил тебя, — его слова снова резанули меня так глубоко, что я немного дёрнулась. — Моя жизнь не стояла на месте, я открыл для себя много нового и мне надо идти дальше. Тебе же только восемнадцать и у тебя всё впереди. У тебя будет море парней, море событий, море возможностей. Тебе тоже надо идти вперёд. Стало слышно, как абсолютно все в трёхэтажном доме стали считать до начала нового года.

5…

— Значит это всё? — спрашиваю я, будто надеясь, что он передумает до того, как год сменится.

4…

— Эва, прости, но да, — в его голосе отчаяние, он пытается внушить мне верную мысль, но получалось у него это плохо.

3…

— Ты ничего не чувствуешь ко мне? — я цеплялась за соломинки.

2…

— Если бы я сказал нет, то это было бы ложью.

1…

С НОВЫМ ГОДОМ!!!

Я смотрела куда-то вниз, хотя даже не видела своих ног из-за темноты. Этот день должен был закончиться не так… Такое ощущение, что все мои планы и видение будущего перечеркнулись одним разом. — Отвези меня домой, — коротко произношу я, начиная идти к лестнице, зная, что Кристофер точно пойдёт за мной. Внизу все веселились. Стоял смех и радость. Кто-то обнимался, кто-то танцевал — все были укутаны атмосферой праздника, в отличие от меня и него. Кристофер принёс наши куртки и мы, наспех накинув их на спины, вышли на улицу, после чего сели в машину, словно сговорясь, неторопясь. С неба шёл пушистый снег, а на улице не души. Все праздновали новый год либо дома, либо в компании друзей. Шистад завёл машину, где мы даже не переглянулись, и аккуратно поехали в сторону моего дома, где, попрощавшись с Крисом, я останусь совсем одна. Делая вид, что мне интересен вид за окном, я говорю мысль, которая обитала в моей голове не так давно: — Я останусь в Осло. Его реакция не заставила себя ждать. — А как же Лондон? — спросив это, он снова не взглянул на меня. — Это в прошлом. Там произошло так много плохого, что мне противно это место. Я переведусь в государственный университет Осло, там как раз учатся мои знакомые, — говоря это, я сразу же поняла, что это вполне логично и будет, должно быть, лучшим решением за последнее время. — Если честно, я тоже перевёлся туда на подработку. Я буду преподавать литературу, как и всегда, — наши взгляды встретились: его зелёный и мой серый. Ничего не сказав, я отвернулась. Мне не хотелось, чтобы он увидел хотя бы мгновение радости на моём лице. По итогу, находясь оставшуюся дорогу в тишине, мы доехали до дома быстрее, чем мне хотелось бы. Я открываю дверь, Крис начинает что-то говорить про поздравления с новым годом, но я перебиваю его, выходя из машины: — Ещё увидимся. С этими словами я закрыла дверь. Разумеется, мы ещё увидимся. Мы будем видеться в университете каждый день. Хоть мы и расстались, но нас ждёт новый этап жизни.