Пять маленьких искр

Хотя понять не должно было занять для Клары столько времени, оглядываясь назад, ей, возможно, следовало сделать это раньше. В первый раз, когда проскочила искра, будем честны, она думала о других вещах. А именно, не быть съеденными заживо. Словесные перепалки, щёлканье оттуда сюда, когда Доктор делал саркастичные замечания ей, а она отвечала ему, меркли по сравнению с тем фактом, что они решили приземлиться на планете, где есть плотоядные пещеры и их безобидное маленькое спелеологическое' приключение обернулось приключением «пожалуйста, гора, не ешь нас». В первый раз, когда зажглась искра, она выдала её за реакцию Доктора на стресс и свою реакцию тоже. Вот и всё. «Погаси искру, пока она не превратилась во что-нибудь другое, - подумала она, - это лицо иногда бывает просто сопливым.» * Во второй раз не было подобной опасной ситуации. Во второй раз она решила, что, вместо путешествий, у них будет вечер кино. Или, скорее, она повернулась к нему и сказала: - У меня вечер кино. Он ожидающе стоял в дверях ТАРДИС (которая, конечно же, припаркована в её квартире, в самом неподходящем месте из возможных) и хмурился, смотря так, будто у неё выросли новые головы и эти новые головы оскорбили его мать или, может, корабль. - Вечер кино? Клара подняла ноги на диван под себя и взяла ближе кружку с чаем. - Принцесса-невеста. Я устала и больна, Доктор, и никуда не собираюсь как минимум неделю. - Плачевно, - ворчит он. – Люди слишком слабы, не знаю, почему я вожусь с тобой. - Лучше компания Сонтаранцев? – спросила она. - Имей в виду, ты постоянно будешь думать о картофеле в мундире. – Она подавила ухмылку, когда он ещё больше нахмурился и мысленно отмахнулся от этой идеи. - Лучше, чем думать о… - он остановился на середине предложения и махнул рукой в её сторону. Пожав плечами, Клара улыбнулась и потянулась за пультом. - Если ты остаёшься, сними ботинки. Не хочу никакой инопланетной грязи на своём ковре. - О, не против земной грязи, я полагаю? Типично. - Сними ботинки. Ей не надо было оборачиваться, чтобы почувствовать просевший со вздохом диван и шарканье кожи и резины, пока Доктор сделал, как ему было сказано. Если что-то в этом ощущалось немного теплее, чем обычно - ну, она собиралась посмотреть лёгкий фильм и сумела заставить Доктора на мгновение прекратить свое кислое нытье. Хорошее самочувствие по поводу ночи было вполне оправданным. * В третий раз она не могла не чувствовать себя смущённо, хотя, может, и по совсем другим причинам. Это не её вина; Доктор решил высадить их в милях от её дома, она всё ещё была в приподнятом настроении после столкновения с взводом заблудившихся и застрявших Киберлюдей и готова была взорваться, когда он сделал единственный комментарий, это на самом деле не было большим делом, чтобы она поехала на автобусе до дома, честно, она вела себя, будто он забыл, где находится Хитроу или что-то… Так что она повернулась к нему. Посреди улицы. Палец уткнулся в его грудь, её лицо было близко с его насколько это возможно (серьёзно, ближе к его шее не было ничего – ему правда надо быть таким высоким? Она выплюнула ему этот вопрос), плечи распрямлялись, пока она перечисляла всё то, что он сделал или не сделал, что выходило за рамки причинения ей неудобств, пока они пытались не умереть предыдущие пару часов. И, действительно, она сделала так, а не он, что они закончили своим спасением, так что, по крайней мере, он мог бы бросить её в пару шагах от ванны, где она бы расслабилась и выпила бокал вина. Она была громкой. Она была громче, чем кто-то её размера физически может быть. Но не люди, глазеющие на них, заставили её наконец остановиться. Даже не маленькая ухмылка на уголках рта Доктора или, как его глаза цвета неба потемнели, будто грозовые облака, веки полуприкрылись и брови расслабились, когда он посмотрел на неё. Это было потому, что её сердце ускорилось, когда она представила, что нажимает целой рукой и толкает его к стене, так что, вот почему разум остановил её от продолжения. Она была достаточно смущена, чтобы не заметить выражение его лица, будто он тоже хотел её руку на своей груди. Она ничего не сказала и вместо этого развернулась и пошла в сторону, где, предположительно, могла быть остановка. * - Тебе нравится это. В четвёртый раз она была готова. Сейчас он пытался разозлить её. И это могло быть легко; в конце концов она только недавно поняла, что он задумал, она только недавно поняла, что это было то же самое, что и тянуть хвостики, только вместо десятилетнего мальчика двухтысячелетний пришелец, и она мысленно ударила себя за такую рассеянность. Но вместо она села в его старомодное кресло, скрестила ноги, ждала его из консольной, и когда он вошёл со своим обычным комментарием «что она сломает его любимое кресло, если продолжит сидеть в нём», она сказала: - Тебе нравится это. Доктор накинулся на неё. И, о, может ли это лицо буйствовать; изогнутые брови и почти естественный блеск делали это так легко, и его голос, глубокий и грубый, и перекатывающийся не ранили. Он мог звучать и выглядеть как гроза, когда хотел, но Клара уже привыкла. - Мне не нравится это. Мне ничего не нравится. Прочь с моего кресла. - Я точно уверена, тебе нравится это, - сказала она. – Пробирает под кожу. Ты сказал это давно, я великолепна на адреналине. - Да, ты великолепна против людей, что хотят тебя убить, - ответил он. Он посмотрел на неё. – Это не то, что я люблю против себя. - Хм. – Она слезла с кресла и подошла к нему. – Я так не думаю. Доктор сделал шаг назад, ведь она подошла ближе. - И что заставило тебя так решить? С улыбкой Клара дотянулась и тыкнула его в щёку. - Ты краснеешь. Он насупился и закрыл место прикосновения своей рукой, как будто обиделся на собственное лицо. - Нонсенс. Я не краснею. И даже, если моя кожа розовая, это только потому, что ты подняла мое кровяное давление. Клара подняла бровь. - М? - Да – Нет. Я не… - Он ударился спиной о консоль. – Здесь нечего любить. Ты мне не нравишься. Если бы она не была так в себе уверена, она бы остановилась. Так что девушка подошла вплотную к нему и спросила: - Ты помнишь тот случай на улице? - Много чего было на улицах. Ты всегда на улицах. - Тот раз, когда я кричала на тебя, после Киберлюдей, - уточнила она. – Я начала кричать на тебя. Ты… - Она ткнула его в грудь и ухмыльнулась. -… начал улыбаться. - Вовсе нет, – ответил он. Это был слабый ответ, только наполовину протестующий, и его лицо снова сделалось то же самое, с тяжелыми веками, расслабленное, где он действительно умудрялся выглядеть довольным, даже когда она попадала ему в лицо. – Я ненавижу, когда ты кричишь. Она кивнула и шагнула назад. - Ладно. Возможно, ты прав. Я постараюсь не злиться на тебя больше. То как выглядело его лицо перед тем, как вернуться в эту вечную угрюмость, сказало ей всё, что надо было знать. * В конце концов, его прикончили камеры видеонаблюдения. Клара жила на планете с вездесущими камерами. Этого нельзя было избежать, когда они проникли в систему, чтобы попытаться найти невидимое существо, сеющее хаос по всему Лондону, и они увидели, что ссорятся, как обычно. Исключая, что Клара искала в бункере, а Доктор стоял позади неё, она не видела его выражение, пока смотрела серое, слегка отдалённое видео. Она знала, что они ссорились, но не помнила из-за чего, и она не была уверена, что это важно, ведь всё на чём она могла сфокусироваться это маленькая улыбка на его лице и почти застенчивость, с которой он держался, даже когда она видела, что он отвечает ей словами, которые, должно быть, были едкими и жёсткими. В консольной комнате сейчас Клара обернулась через плечо и посмотрела на Доктора, упорно избегающего взгляда в её сторону. Розоватость поднималась по его шее и очерчивала его уши, и она знала, он увидит что-то подобное на экранах с ней. Она толкнула его в рёбра и сказала: - Фокус. Он кашлянул и сделал глоток воздуха, прочистил горло и пробормотал что-то в согласии… Но это был пятый раз, и когда это всё закончилось и день был спасён, Клара позволила маленькой искорке пронестись от её рук, обёрнутых вокруг его запястий, и больших пальцев, кружащих в районе пульса, и пробормотала ему в шею: - Я главная. Он сглотнул, кивнул и попробовал ответить: - Как пожелаешь. Но в основном получилось что-то невнятное.