Neighbour sex.

Чонгук смеется с необычно спокойной улыбкой, скрывая за ней свое смущение от слов старшего. Он знает, что Тэхен говорит правду, но в этот раз почему-то чувствует совсем другое, нежели когда ему говорит о таком кто-то другой. Розоволосый наблюдает за Кимом увлеченно и совершенно расслабленно, тайно оплачивая некоторые из заказов самостоятельно, пока тот не видит. Ему все же неловко иметь достаточно денег, но пользоваться чужими. Никто не заметит. Младший позволяет сфотографировать себя, успевает накорчить дурацких рожиц и сделать пару красивых фотографий, смеется, мажа краской по чужой щеке в ответ, и пожимает плечами. Юнги не додумается. Завтра день рождения у одного из его друзей, и вряд ли они решат отпраздновать его в квартире Гука, когда у человека есть целый особняк. Касание за касанием, поцелуй за поцелуем - и Чонгук растворяется в чужих руках, топится, подобно карамели, и течет как мороженое. Тэхен сводит его с ума одними пальцами по коже, когда расстегивает рубашку, ощущая то же жгучее желание под кожей, и на какое-то время его мозги отключаются, прежде чем включиться обратно. - Разве нас... не выгонят отсюда? - негромко спрашивает младший и отрывается всего на секунду, прежде чем получает еще один поцелуй и почти падает на подкосившихся ногах. Он серьезно готов признаться в любви прямо сейчас, пока мягкие пальцы на его коже рисуют какие-то узоры, и для этого не нужен будет еще один день. Но вместо этого только сдержанно стонет и на этот раз и вправду не может на ногах устоять, утягивая за собой блондина. - Покажи мне искусство. Тэхен покажет, Чонгук знает. Поэтому снимает с того футболку и мажет пальцами в синей краске по ключицам медового цвета, выдыхает рвано и прикрывает глаза. Ким Тэхен - сам искусство. Его касания - картины, его голос - музыка. Каждое слово - текст песни, которую юноше очень хочется написать прямо сейчас. Он позволяет собой владеть, сдавленно стонет от краски по телу и улыбается, послушно стягивая джинсы с бедер. В этот момент, который вытекает из-под пальцев, как песок, младшему кажется, что он окунается в море из акварельных красок и акриловых пионов. И остановить его не в силах. - Что ты делаешь, - шепчет, скорее, утвердительно, будто тычет старшего в его же поступки, зарываясь в серых волосах и покрывая поцелуями все лицо. Чонгуку нравится эта девственная нежность и глупые перешептывания, и пальцы чужие в краске тоже нравятся. Он сплетает их со своими и улыбается в еще один поцелуй, прижимаясь ближе с каждым толчком. Переворачивает хена на спину и нависает сверху, цепляясь пальцами в чужое тело. Он не знает, как долго будет смывать эту краску по всему телу в душе, и понятия не имеет, что будет делать с ней, если не отмоет, но, в общем, это его даже не волнует сейчас. Чонгук делает мазок белого по чужому кадыку и засыпает кожу вокруг поцелуями и бешеными засосами, а вокруг них рисует очертания цветов одним пальцем, так увлеченно, что дергается от толчка по простате и мажет собственными губами по собственным, еще не засохшим рисункам, в негромком стоне удовольствия. - Сделай так еще р-раз, - запинается и тушуется, а после стонет чуть громче, довольно прикрывая глаза. И если искусство он ощущает буквально, то звездное небо видит чуть позже, растворяющееся в звездной ночи Ван Гога и всех красках излюбленной желтой палитры. Чонгука впервые разрывает так сильно от того, насколько красиво все происходит: он ловит оргазм, пока Ким мажет по нему краской, царапает его руки, пусть не до крови, и довольно хнычет, приоткрывая измазанные краской губы. Разве это не то, чего хотелось бы каждой любительнице эстетичных фильмов о любви или извращенным душам, обсуждающим пятьдесят оттенков серого? Младшего, если честно, не волнует ничего в мире, кроме того, что сердце под его ладонью замирает, когда у самого бьется бешеным темпом. - Спасибо. "За то, что перевернул мою жизнь". И да, Чонгук хотел бы, чтобы завтра на пороге перед ним стоял Ким Тэхен и сказал три слова, ради которых они все это затеяли. И он хотел бы бегать на этаж вверх за солью, а получать целый килограмм сладких поцелуев в губы и щеки. И хотел бы вешаться на шею, завести кота, двух котов, целовать чужие ребра долго и мягко, щекотать за просмотром какого-нибудь Железного Человека и плакать над второсортными фильмами, смысл которых не может выйти на массовое понимание. Чонгук хотел бы любви. Он бы хотел, чтобы его любили в ответ. - Я... в меня нетрудно не влюбиться. Не труднее, чем в тебя, - выдыхает наконец розоволосый и улыбается с легкой победой, щедро отдавая еще один поцелуй в уголок губ. Им надо одеться и свалить. И он даже знает, куда. - Я помогу тебе. Вставай. И правда помогает: они собирают баночки с краской, допивают еще один кофе, и после этого, накидывая полюбившуюся кожанку, Гук тянет своего (недо)соседа на выход за руку, не забывая захватить свой цветочек. В том, чтобы стирать краску, нет нужды. Он даже кисточки сложил в чужой портфель, потому что у него есть идея. Он водит Тэхена по городу и тащит везде, где только можно, оттягивая возвращение домой. И даже когда съедает мороженое из ближайшего супермаркета, переваливает за одиннадцать тридцать вечера. Младший прерывается на множество поцелуев и скачет с одной темы на другую, толкается, но тут же прижимает к себе, боится, что хен вдруг упадет. Он был первым, кто предложил стать друзьями. Глупо и безрассудно. И был первым, кто нарушил свое предложение, стягивая огромный свитер с плеча. И... разве не он должен стать первым, кто сделает то, что должен сделать? Чонгук тянет Тэхена на крышу их дома. - Ты показал мне искусство. Я покажу тебе звезды, - открывая глаза старшего, которые он пальцами держал все это время, он открывает ему вид на бесконечное небо, город под ногами и тысячи, миллионы ярких огней. Розоволосый молчит какое-то время, а потом осторожно берет чужую руку, на которой все еще остались следы краски, и облизывает губы. - Ты говорил, что тебе нравятся созвездия. И... ты говорил, что хочешь наше. И мне никогда, никогда в жизни не было так сложно говорить то, что я говорю сейчас, потому что все то, что было за мои двадцать два года — было фальшивым и ненастоящим. Т ы — самая настоящая вещь в моей жизни. Самая искренняя, чистая и живая, которую я когда-либо встречал. Я не знал, что можно встретить кого-то на вписке, кто ошибся этажом, а потом так сильно... твои руки сбивают меня. Чонгук отпускает руку и разворачивается лицом к Тэхену, смотрит ему в глаза, делает глубокий вдох и выдох. А потом достает телефон и нажимает на кнопку включения, демонстрируя тому загоревшийся экран. На экране горит время — 00:02, — и младший заставляет посмотреть на себя. - Я люблю тебя. **** Тэхен не может точно сказать,когда его жизнь перевернулась с ног на голову- таких моментов стало невыносимо много в последнюю неделю его жизни. Перевернулся ли его мир из-за спутанной двери собственной квартиры и громкой музыки за ней, а может от приятных прикосновений незнакомого парня, с глазами которого Ким встретился впервые лишь в лифте? Может ли он назвать этим моментом то,как в порыве страсти они разрывали друг на друге одежду со взглядами полного желания,а после не успевали даже слово сказать друг другу,разбегаясь по делам? Может ли Тэхен назвать переломным моментом свои рисунки под чужой дверью или чужое предложение быть друзьями,хотя оба знали,что они ими н и к о г д а быть не могут. Тэхен не может выбрать что-то одну между парком аттракционов, где царили счастливые улыбки, красивым парком, в котором они катались на тележке как маленькие дети ,будучи в полной эйфории,или утром в своей т е п л о й постели от лежащего рядом тела. Перед глазами Тэ пробегают тысячи воспоминаний,которые он накопил всего лишь за неделю, и хочет сказать Чонгуку за то,что каждое его присутствие рядом стало переломным. Тэхен не знает,когда именно влюбился в розовые волосы, приятный запах и сахарного,действительно сахарного парнишку,любящего одевать розовый и не думающего о чужом мнении. Первая встреча в лифте - первый шаг к тому, что сейчас творится в головесердце обычного паренька с этажа выше. Может ли Чонгук представить,что сделал с Кимом? Может ли он почувствовать огни в его груди, а бабочек в сердце,может ли нащупать небьющийся пульс при каждом его взгляде в карие глаза или услышать ненормальный крик любви,что остается немым? Чонгук говорит,что в него нетрудно не влюбиться, а Тэхен с легкостью погряз в медной коже, мелодичном голове и каждом чертовом поцелуе ,приносящем ток по позвоночнику.Погряз настолько.что не готов отпускать,не готов принять их возможный разрыв и никакой либо связи - лучше закрыться в собственной квартире,бегать по утрам по лестнице или вовсе переехать,чем больше никогда не прикоснуться к одной желанной звезде. И другие совершенно уже не нужны. - Предлагаешь бродить по дороге домой в краске?- смеясь совсем тихо -тихо после громких стонов и испачканных в краске телах, Тэхен улыбается слишком счастливо. И плевать,что он чувствует на себе масло, плевать,что его волосы из серых превратились в разноцветно-синие ,а руки не оттираются влажными салфетками ,как и чертовски горячее тело Чонгука - он все равно улыбается счастливо,прибирая с пола разлившуюся краску. Чонгук выводит его из кафе под удивленные взгляды,но ни чуть не смущается. Сжимает окрашенную в желто- розовые цвета руку ,перебирает в смугло- зеленой руке такие же пальцы и постоянно трогает цветочек за ушком на предмет сохранности. Тэхен умирает снова - от ласковых взглядов на себя, от каждого слова, что чонгук шепчет за кассой магазинчиков, от каждого прикосновения и шага,что они проходят вместе. Видит ли Тэхен около себя еще кого-то? Определенно не. Сможет ли он влюбиться еще в кого-то, если у них ничего не получится? Определенно да, но точно никогда не полюбит так,как сильно сейчас отдает сжатое сердце в масляные руки. Ким Тхэхен любит только раз и навсегда - его мечта стала реальностью. Делая последний глоток какао вместо мороженного, Тэхен не замечает,как время переливает за одиннадцать вечера,а их прогулка до дома слишком затягивается,как и чертов пульс. Остается ч а с- их час на раздумье после прекрасной,но немного тяжелой и сгущающей краски недели их размышлений. Тэхен думал недолго,нет, он в первый же день их свидания знал ответ,но совпадает ли он с мыслями Чонгука - Тэхен не знал. Боялся. Чертовски сильно боялся держать соседа за руку в последний раз, прикасаться к нему без возможности прикоснуться снова и просто задыхался. Задыхался,оттягивал ворот рубашки и старался не разорвать свои легкие на несколько частей от страха,паники и безысходности,что резко напала на лестнице почти в двенадцать ночи. Чонгук выводит его на крышу - Тэхен дрожит. Чонгук тихим шепотом отзывается на чуждо ушко - Тэхен нервно сглатывает подкатывающийся комок в горле. Чонгук наконец-то открывает его глаз,позволяя взглянуть на чистое, прекрасное и ненормально звездное этой ночью небо - Тэхен почти плачет,кусая собственные губы. Хочет сказать прямо сейчас все то,что у него на душе ,но не смеет перебивать ,когда слушает и с л ы ш и т соседа,с каждой секундой теряю надежду на одинаковый ответ. Чонгук говорит тихо,не спеша ,будто боится побеспокоить и без того неспокойный шум где-то спящего города, или потревожить спокойный сон звезд на небе. Чонгук говорит много и непонятно, подбирает нужные слова и чувствуется таким отчужденным сейчас из-за собственных мыслей,но более убийственно выглядит его молчание. Чонгук указывает на часы - двенадцать ночи. Тэхен не слышит свое сердцебиение. - Ты не представляешь как сложно было мне держаться всю эту неделю. Ты не представляешь,как сильно я боялся прийти к тебе со своим ответом в чертовы двенадцать ночи и не услышать такой же ответ в свою сторону. Чонгук,т-ты..Ты ,черт возьми,не знаешь, насколько сильно хотел падать в твои ноги и просить быть со мной,любить меня и не смотреть ни на кого другого,- задыхаясь, Тэхен облизывает соленоватые губы. Подходит ближе с каждым шагом, вытирая мокрые щеки и покрасневшие глаза, аккуратно хватая Чонгука за руки- такого неуверенного,такого д р о ж а щ е г о сейчас,- Ты знаешь,что эта неделя была лучшей в моей жизни? Ты подарил мне то,что я всегда так хотел, то,что я всегда желал и..- вытирая последний слезы с подбородка, наконец-то поднимая слезливый,будто стеклянный взгляд на карие звездные, Тэхен сжимает чужие ладони крепче, сокращая расстояние до чертовых миллиметров,- Может быть,ты согласишься стать Бальдером? Тэхен улыбается с ч а с т л и в о . Смеется тихо на чужие кивки и не верящие взгляды, а после тысячного маха головой - впивается губами в губы, а сердцем в сердце, скрещивая их души. У Кима в легких - разрывающиеся бутоны, на душе - искры салюта, а в руках - наконец-то найденное счастье с кроличьей улыбкой и запахом ягод. Тэхен никогда не отпустит его. **** Чонгук хочет стереть чужие слезы, оставить на щеках тысячи своих поцелуев и сказать, что все хорошо. Он хочет шагнуть вперед и встать совсем вплотную, зарыться в чужих волосах и так долго смотреть в глаза напротив, потому что они волшебные, блестят даже в темноте и передают столько, сколько ни одна вещь в мире не передаст. Чонгук очень, очень хочет коснуться Тэхена. Но не имеет право, пока на его признание не ответят. Ведь лишние касания никому не нужны. Он и сам дрожит. На крыше и вправду холодно, намного холоднее, нежели у подъезда, но дело вовсе не в этом. Розовые волосы лезут в глаза и мешают, мешают смотреть в ответ, ведь укладку сегодня парень не делал, и этот вихрь на макушке весь разлетелся по сторонам. Младший открывает и закрывает рот, вечно облизывается и просто мечтает о том, чтобы провалиться сейчас сквозь землю и слушать это все там. Его щеки сливаются с цветом большей части гардероба, и Чонгук глотает воздух бешено, слыша сердцебиение даже в ушах. - Я... - ожидаемо, у юноши не находится слов для того, чтобы хотя бы что-то сказать. Тэхен добил его, сказал столько, что сосед готов отдать свое сердце прямо сейчас в его руки и даже не тормозить. Он почему-то уверен, что его не разобьют. И почему-то очень, очень хочет верить своей интуиции, наконец давая волю эмоциям: всхлипывает, вешаясь на шею, и разрешает себя целовать столько, сколько это вообще возможно. Они целовались сотни раз, но почему-то именно в этом Чонгук ощущает вкус зеленого чая и молочного шоколада, дрожащими пальцами проходясь по чужому затылку. У него по спине проходит ток, по всему телу течет тепло и резкий жар. И, кажется, даже температура поднимается. Младший сжимает куртку хена плотно и тянет только ближе к себе, будто это последнее, что может помочь ему стоять на ногах. Измазанные в краске пальцы пытаются потрогать в этот момент Кима везде, где можно, пройтись по медовой коже дорожками и еще очень, очень много раз касаться горячего тела. Ведь теперь это тело - его, сердце - его, на неопределенный срок все это - егоегоего. - Я люблю тебя, - повторяет еще раз, но совсем шепотом, чтобы еще раз поцеловать и еще раз поклясться. Это так по-детски — клясться в вечной любви и запечатывать клятвы поцелуями, но одновременно так необходимо прямо сейчас. Чонгук утыкается в теплую шею и обнимает Тэ очень крепко, прикрывая глаза. Ему холодно и одновременно невероятно тепло от мыслей внутри, приятно в контрасте. Двенадцать ноль шесть, а розоволосый не торопясь поглаживает чужие серые волосы и улыбается довольно, широко. Получил. - Нарисуешь наше созвездие на моей спине? Ему хочется к Тэхену тянуться и тянуться, даже когда тот так близко. Стать частью искусства, если он так любит его. Слиться со звездами, если старшему нравится небо. Быть везде и во всем, и это эгоистичное желание разъедает Чонгука даже сейчас, когда он знает, что значит для парня намного больше, чем сосед-недопарень. И он не против, если Тэхен захочет нарисовать на нем звезды и провести между ними линии. И он не против, если это сделают черной ручкой между родинок. В этом есть что-то... с в о е. То, чего никто не увидит, но этого и не надо. - У меня закончился чай, - негромко хрипит розоволосый, обнимает свою собственность крепче и недовольно хмыкает. - Я хочу к тебе. "В каждом смысле, который существует". **** Они дрожат оба,но Тэхен - сильнее. Он не думал,что Чонгук скажет заветные три слова ровно в двенадцать ночи. Он не знал, не верил, не пытался принять отказ заранее, но все даже надеялся где-то в глубине души, что жизнь даст ему шанс быть счастливым с человеком,которого он действительно любит. Любит чертовски,до головокружения,до звезд перед глазами и чертового нулевого пульса. Тэхен влюбился в Чонгука как девчонка в начальной школе, думающая о вечности любви и ее навсегдашней взаимности. Тэхен влюбился в Чонгука,как никто еще не влюбился за всю историю человечества - до разрыва легких и смерти головного мозга. -Я люблю тебя,Чонгук. Я так сильно люблю тебя,- продолжая шептать в сахарные губы с отголосками хныча, Тэхен обнимает крепче. Прижимает плотнее,насколько это возможно,клянется в своих чувствах еще несколько миллионов раз,прежде чем сотым поцелуем впиться в ненормально мягкие и желанные губы. Прежде чем полностью забрать Чонгука себе. -Обязательно нарисую - на спине,на руках, на грудина каждом углу буду рисовать н а с,- поглаживая чужую спину,что дрожит от холода и чувств, Тэхен прижимает младшего еще ближе к себе. Греет своим присутствием и телом,что уже само покрылось чуть ли не инеем, и отдает горячее сердце в чужие руки,надеясь согреть тело своим пламенем. Тэхен действительно отдает себя себя в эту минуту - отдает свою душу в руки беспощадно милого демона,отдает свое тело в приятное рабство и не говорит уже о разуме,полностью туманном от одной только мысли о прекрасном парне с невероятно карими и волшебными глазами. Тэхен готов поклясться,что это самый прекрасный день в его жизни. Он готов кричать на весь мир,как много счастья сейчас внутри него, не считая того,что он в руах держит и не отпускает даже под маленькие капли дождя. Возможно,будь здесь Чимин и Хосок - били бы за фразу о лучшей неделе в жизни, ведь у них такие были н один раз. Тэхен может назвать каждую неделю лучшей, но то - определенно занимает первое место в списке незабываемости,- Пойдем домой. Нельзя,чтобы ты простудился. Любовь не должна быть больной. Но Тэхен чувствует себя б о л ь н ы м - не физически,но точно ментально на голову. Трясущимися пальцами сжимает на удивление теплую ладонь, перебирает пальцы и поправляет все еще красивый бутон за чужим ушком. Они до сих грязные - бутон немного запачкался синей краской, волосы Чонгука превращаются в фиолетовые,а сам Тэ и вовсе похож на радугу со всеми существующими цветами на голове. Они бродили так по городу, вызывали непонимающие взгляды и осуждение в глазах,но кого это волнует,когда около своей двери Ким зажимает единственного парня,с которым не боится показаться странным? - После чая я очень хочу спать - если мы выпьем его сейчас,то ты до утра меня не услышишь. Не против сходить со мной в душ?- прикусывая губу уже в коридоре,аккуратно снимая черную кожанку с дрожащих все еще плеч,Тэхен уносит младшего в комнату.Быстро достает из комода чистую и пахнущую пижамку с единорогами и дает еще неиспользованную новую расческу - он так и не узнал уровень брезгливости Чонгука. А после,когда сосед стоит полностью раздетый около душевой кабины - целует маленький покрасневший носик, утаскивая вместе с собой в темно стеклянного душа,- Краска должна смыться быстро. Дашь мне помочь тебе? Лучше оттираться вдвоем,правда? Спустя полчаса душа и литра мыла с гелями для тела - они выходят почти чистыми. Волосы Тэхена превращаются в коричневатый цвет земли вместе с желтым солнцем,а Чонгук почти отмылся от краски,не считая испорченный цвет персиковых волос и синего пятна прямо на спине. -Зато твоя спина точно будет похожа на звездное небо, - тихо усмехнувшись в мягкий висок, накидывая на Чона халат сверху пижамы, Ким уходит на кухню. Они хотели чай - они его попьют за тихими разговорами или полной тишиной,пока черно-белые чернила расползутся по медово-голубой коже,- Черный или зеленый? Или мою любовь? Унося приготовленный чай в комнату, что прогрелась под слабым напором кондиционера, Тэхен берет с собой пенал и устраивает на кровати целый канцелярский магазин. Притягивает только что пришедшего с балкона Чонугка и раздевает снова,обещая закончить рисунок как можно быстрее. - На твоей спине очень много родинок..- тихо выдыхая уже в сотый раз за все то время, когда они находились вместе, Ким восторженно бегает глазами по красивой спине. Он видел россыпь коричневых маленьких пятнышек тысячи раз,но сейчас - целует каждую и не пропускает ни одного сантиметра кожи. Вдыхает чужой аромат в свои легкие, наполняет свое тело Чонгуком полностью и не находит слов для того,чтобы описать свое счастье. Оно безгранично,как и любовь - наверное,это самый простой ответ,- Смогу ли я однажды рисовать на твоем теле? "Мое любимое искусство" остается где-то в голове.