Ломая канву судьбы

— Увааа, драные портки Сенгокуууу! — с таким воплем маленький рыжий комок нечто, что отзывается на «Нами», улетел в сторону бухты с головы морской коровы по имени Мому, провожаемый грустным взглядом своей старшей сестренки, которая не менее мокрым кулем валялась под ногами воодушевленной Бельмере-сан. — Ноджико, что ты там разлеглась? Вставай давай. Теперь твоя очередь, — девочка подняла на мать взгляд больного щеночка, но толстокожести данной дамочки, наверное, могут позавидовать и гиппопотамы. — Давай-давай, быстренько. Пока не продержитесь на корове хотя бы полминуты мы отсюда не уйдем. Цени какое я вам послабление устроила — вторую неделю топчемся на одном и том же времени. Хаччи, давай — подгони эту ленивую животину. Ноджико обреченно плелась в сторону Морского короля для очередного сеанса родео под названием: «Удержись на башке Мому определенное время и получи заслуженный ужин», и все пыталась понять: Как до такого могло дойти?! А ведь ничего не предвещало беды…

Fleshback

Когда только она и Нами попали в этот мир, то первое время Ноджико все не могла привыкнуть к тому, что здесь у них снова есть мама. И что нужно обязательно капризничать, вредничать и вообще никуда её не отпускать и ни минуты свободной не давать. Ведь все для блага Бельмере-сан делалось, чтобы она жива осталась, а все равно было жутко не приятное ощущение, что они с Нами бесполезные иждивенки, которые сосут все силы и деньги из Бельмере, как те голодные комарихи кровь. И судя по хмурой мордашке младшенькой она это мнение разделяла. Ещё одной шокирующей новостью было предположенное Нами родство. Феникс Марко, командир первого дивизиона Белоуса — и этот человек скорее всего её, Ноджико, кровный отец?! В такое верилось с трудом, но ещё было подспудное желание увидеть этого человека своими глазами, пообщаться с ним, если получиться, и сложить свое мнение о нем. А для этого нужно как минимум выйти в море, о чем она ранее не помышляла. Но будучи откровенной с самой собой, девушка признавалась, что каждый раз читая в новостях о приключениях сестренки и её команды, видя постеры с наградой за голову она невольно задумывалась: «А что было, если бы я поплыла вместе с Нами; как бы я действовала в той или иной ситуации; что могло измениться?». Ответа она не находила. Ни тогда, ни сейчас. Однако, девушка четко для себя поняла, что изначально она занималась мандариновыми фермами чтобы выжить, ведь сто тысяч белли каждый месяц выплачивать за неё никто не будет, а когда началась вся эта история с Арлонгом Ноджико было всего лишь одиннадцать лет и, наверное, она цеплялась за мандариновую рощу как за последние, что осталось от любимой мамы, хотя Гензо-сан и предлагал её пойти в какую-то семью на удочерение. Затем всех спасли Нами и её новая команда. Ещё тогда Ноджико заметила какую-то прям-таки собачью преданность и обожание. Оно пряталось где-то глубоко на дне глаз всей четверки когда они смотрели на своего капитана в соломенной шляпе. Настолько глубоко запрятанное, что девушка даже на была уверенна, что кто-нибудь кроме, пожалуй, зеленоволосого мечника осознает всю глубину своей верности и некоторого фанатизма. По другому это Ноджико назвать не могла. И понять истоки такого отношения тоже осмыслить была не в силах. Но отчетливо поняла незадолго до того, как на другом конце света Санни Го поднялась на огромных окунях вверх по водопаду в страну Вано, что будь у неё еще один шанс, то скорее всего она попросилась бы плыть с Нами. Все в ней взывало к авантюрным приключениям и опасностям. Так что да, когда случился перенос, то Ноджико сначала паниковала, потом ощущала небывалую вину перед мамой, которую уже почти неделю обманывала. А ещё жуткую неуверенность и противоречивое желание попроситься в этот раз с Нами, и нежелание навязываться сестре и её сокомандникам. К концу первой недели девочка вся извелась. Хуже себя, наверное, чувствовала только Бельмере. Ведь они с Нами не давали ей и минуты покоя. Стоило только той начать глядеть в сторону выхода, как Нами начинала канючить, что голодна и мама отправлялась готовить на кухню; только заканчивала с едой, как уже Ноджико стонала, что ей не выносимо жарко и просила её искупать, а то вдруг ей плохо станет в ванной; стоило только выйти им из ванны, как оказывалось, что Нами в попытке напиться разнесла половину стаканов в доме и мама со вздохом принималась за уборку… Вот уж действительно они на пару с рыжей придумали тысячу и один способ чтобы мама не покинула оккупированную и подвластную им территорию домом именуемую. А затем все же приплыли они. Пираты Солнца, на которых так надеялась Нами. За время ожидания, а это составляло порядка полторы недели, рыжая успела и рассказать подробней о почти всех своих приключениях, о союзных и вражеских командах пиратов, ну и конечно, как же обошлось без истории о пиратах рыболюдей. Нами пересказала всю историю которую ей поведал Джимбей на Острове Рыболюдей. Так что девочка была почти спокойна за судьбу своих близких. Тем более младшенькая спустя неделю радостно сообщила, что буквально ещё два-три дня и акулка получит по башке. Да и потом, когда рыболюди приплыли она почти летала от радости. Арлонга скрутили в позу пьющей лани и отволокли на корабль. Остальных постигла та же участь и только осьминожку Хаччи им оставили на «исправительные работы», как выразилась мама. Она тогда так злорадно ухмылялась, что Ноджико стало не по себе. Особенно после того, как мама вместе с Нами и Джимбеем отсутствовали почти полдня разговаривая о чем-то своем (на вечеринке в честь освобождения). Как оказалось позже — мама все же раскусила их игру, но сначала просто не могла понять, зачем они так уперто не пускают её даже выйти наружу, а проигнорировать их жалобные моськи у неё твердости характера не стало, точнее сказать материнский инстинкт многократно перевешивал идеологию дозорной. А затем приплыли пираты Солнца и разрулили ситуацию. Тут то мамулечка и сцапала мелкую одной рукой за ухо, этого Джимбея второй за нос и потащила в сторону временной стоянки пиратов Арлонга. Постройку своего Парка рыбки ещё не успели начать. О чем они говорили Ноджико достоверно неизвестно, ведь пока троица говорила за жизнь она сама общалась с Коалой. Милая девчушка. Она оказалась революционеркой, которая попала в этот мир, как и сама Ноджико вслед за кем-то из команды Мугивар. Точнее будет сказать, эта девушка — невеста старшего брата Луффи, и притащилась она вслед за этим Сабо, которого, очевидно, притащил Луффи. Довольно запутанная схема, и Ноджико достаточно долго пыталась понять как так и по какой причине, но потом плюнула на все и решила плыть по течению. Пираты пробыли в деревне ещё два дня, большую часть из которых они бухали вместе с жителями Кокояши и окрестных деревушек. И все равно даже спустя двое суток некоторые ещё были слегка поддатые, когда корабль-рыбка отдавал швартовы от берега Кономи. Нами стояла рядом с переминающимся с ноги на ногу Хачи и слегка настороженно поглядывала на счастливую просто до неприличия Бельмере-сан, но Ноджико тогда этого не замечала, ведь она яростно махала на прощание рукой Коале, с которой взяла обещание передать Луффи, что в итоге в его команде будет прибавка в лице Ноджико, как минимум (Нами, когда старшая сестренка все же вчера решилась подойти с этой просьбой, только радостно взвизгнула и повисла на шее радостно тараторя, что, конечно, иного не может и быть, и, вообще, некоторые тоже приведут пополнение. В этом она не сомневается — как минимум Усопп свою драгоценную Каю потащит, так что все пучком). Вот радостная, что все пучком Ноджико и махала вслед своей новой подруге, и не замечала ауры предвкушения, которую просто почти на физическом уровне излучала их дорогая мама. А очень зря…

End Fleshback

Сейчас, полезая на голову Мому, которая выглядела так, словно умоляла хоть в бифштекс её пережарить, но только оставить в покое, девочка задавалась вопросом: Как дозорная, которую по словам Джимбея всего пять лет назад весь Гранд Лайн знал как «Рыжий демон под протекцией Гарпа Стального Кулака», может так активно готовить из своих драгоценных дочерей сильных пираток?! Как Нами уговорила маму на такое?! В голове не укладывается, но наверное сейчас уложиться, ведь корова начала мотать своей башкой, и девочка со всей дури уцепившись за рога пыталась вспомнить хоть какую-то молитву. Правду говорила Коала — под градом пуль и заядлый атеист уверует в Бога. А тут не какие-то там пульки, тут — МАМА. И все же, как Нами это провернула?

***

Нами летела. Это было бы восхитительное чувство, если бы в полет не отправил её огромный Морской Король вида корова, на башке которого она только что пыталась удержаться хотя бы полминуты, чтобы заработать себе ужин. Полет был недолгим и, пролетев по низкой дуге (к дождю, наверное), Нами приземлилась задницей прямо на гладь воды в заливе. Выныривая на поверхность она поняла что: А) У неё все же будет синяк, и, наверное, прямо на обе булки (главное, чтобы Ноджико не запалила, а то чует её седалищный нерв, от погоняла черничная булочка отвертеться не удастся. Сестренка вообще уже почти месяц в плохом настроении, и большую часть причин для этого спровоцировала Нами, так что старшая имеет полное право злиться на Рыжую, но все же…); Б) Надо благодарить Море и Богов, что на архипелаге Кономи нет ни джунглей, ни пропастей, и даже гелиевые шарики тут роскошь, особенно после двухнедельной тирании Арлонга, за которую он успел разнести почти три десятка домов в пяти прибережных деревушках. Так что все возвращенные деньги как потерпевших, так и их односельчан пошли на восстановление жилищ и построек хозяйственного назначения — общая беда сближает. Но Нами отвлеклась. Плывя в сторону компании из двух людей, рыбочеловека и морской коровы, девочка пыталась вспомнить, что же все-таки послужило толчком для этих пыток…

Flashback

Когда она вместе со своей командой и Ноджико попала в этот мир, то сразу же столкнулась с необходимостью защитить жизнь Бельмере-сан. За полторы недели до приплытия Джимбея у неё не было и малейшей возможности просто сесть и немного подумать, набросать хотя бы примерный целевой план, или даже выйти из дому. Благо, сестренка была рядом и её поддержка многого стоила. Вообще, по-хорошему Ноджико надо тоже с собой забирать. Здесь, в этой глуши такой девушке как она делать откровенно говоря — нечего. В той жизни, и Нами уверенна в своих выводах, её старшая сестренка решила остаться в деревне за тем, чтобы приглядывать за рощей мандаринов — все, что осталось от Бельмере-сан, не считая дома; к тому же, тогда только острова освободились от гнета Арлонга, который длился почти десять лет, и девушка хотела немного спокойствия и безопасности, а это быстрее всего начинаешь чувствовать в родных стенах, когда прекрасно понимаешь, что тебе ничего не угрожает. Вот Нами даже и не предлагала ей плыть с ними — знала, что услышит отказ и расстраивать сестренку не хотела. Сама она даже и не помышляла чтобы остаться. Тот, кто однажды вкусил истинную свободу Моря, свободу пиратской романтики — уже не сможет жить обыденной жизнью на суше. И Нами, при всем негативном отношении к пиратам, в итоге тоже стала таковой. Но истинной пираткой — той, в душе которой шумят волны шторма, а под ногами привычна качка корабля. Сейчас Нами не сомневалась, что Ноджико просто не успеет настолько возжелать спокойной жизни, чтобы остаться на суше как тогда; тем более, что до выхода в море ещё как минимум лет десять-пятнадцать и она успеет возжелать приключений. Уже жаждет, если рыжая правильно определила тот блеск в её глазах при рассказах о собственной истории путешествия по Гранд Лайн и Ист Блю. И это она ещё не добралась до Нового мира. Ведь рассказывать приходилось украдкой, ночью, когда измученная их капризами мама спала без задних ног на соседней кровати, так что конспирация, конспирация, и ещё раз конспирация. Спустя неделю Нами проверяла вечером перед сном нити-связи с командой и едва успела удержать удивленные вскрики, когда поняла, что что-то не сходиться. Джимбей уже был в Ист Блю — значит смог понять, что у Нами беда, плюс был наверняка где-то неподалеку. И, если учитывать, что Нами к тушке комплектом шел полный набор воспоминаний, то логично предположить, что та же картина нарисовалась и у Джимбея. А откуда приплыл акулка в Кономи? Правильно — с Гранд Лайн, и рыжая почти теперь уверенна, что прямиком с корабля пиратов Солнца. Значит ли это, что Фишер Тайгер мертв? Жаль если так, но конкретно в этой ситуации рыжая ничем не может помочь, разве что поддержать друга, когда тот приплывет, да сейчас постараться передать дружеские чувства и тепло по связи. И чего она раньше до такого не додумалась? Настораживать начал Зоро, который уже неделю как уверенно движется в сторону Ист Блю никуда не сворачивая. Это и настораживает. Чтобы Зоро и направлялся в правильном направлении?! Что дальше — Луффи станет дозорным на радость Гарпу?! Кошка-воровка аж передернулась от предположенной мысли. Это же будет сущий кошмар. И не понятно кого тогда следует пожалеть, случись такое — пиратов или Дозор? Наверное, все же Дозор. Кстати, о птичках — почему так спокойно? Луффи какой-то злой был почти неделю, но вчера ночью пришло по связи глубокое чувство удовлетворения. Нами проснулась в холодном поту, как никогда жалея, что Арлонг устроил информационную блокаду вокруг архипелага. Даже если где-то и рванет какой остров, то узнает она это отнюдь не из газет. Скорей бы уж Джимбей приплыл. А вот ещё странность — Робин покинула Вест Блю. Она сейчас на Гранд Лайн, и если рыжая не ошиблась, то археолог гостит у Крокуса — смотрителя Мысов-Близнецов. Наверное, опять начнет вступать в преступные группировки и разваливать их. Ну в самом-то деле — не в Ист Блю же она собралась? Хотя, зная Робин… Нами сглотнула и сказав себе, что подумает об этом завтра, принялась за остальные связи. Остальные были в пределах ожидаемого. Ещё три дня прошли под эгидой ожидания… Когда на горизонте появился корабль-рыбка, рыжая уже летела как ошпаренная к пристани. Связь четко указывала, что долгожданное спасение уже буквально на пороге. И точно — спустя каких-то несчастных десять минут, за которые Нами успела получить по заднице от наконец догнавшей её Бельмере, а также прослушать лекцию о вреде обмана собственной матери, и о чудесном лекарстве от воспаления хитрости — ремне по попе, Джимбей со своей командой ступил на берег. Так что рыжая вместо того, чтобы бежать обнимать штурмана заливаясь слезами счастья, висела в материнской руке, как котенок поднятый за шкирку и заливалась не слезами, а обливалась холодным потом от перспектив нарисованных родительницей. Господина китовую акулу встретили как самого дорогого гостя — одни дооолго его ждали и радовались прибытию, а другие уже прикидывали во сколько обойдется его визит и как его выпереть из хаты. Но Нами все же извернулась и с воплем: «Уваа, спасай Джимбей, честную пиратку свободы лишают» — кинулась к нему. Ну а что? Пока мамулечка трепала дочу за шкирку, то успела уведомить её, что конспираторы из неё и Ноджико ну просто никакие, и дорогая доченька просто обязана рассказать о своих приключениях в Новом мире когда закончится эта катавасия с Арлонгом. А потом их ждет незабываемый курс обучения: «Дозорная или умри». Не удивительно, что мелкая бросилась к рыбочеловеку не боясь палева. Бояться надо было неделю назад, а сейчас поздно уже вроде как. Джимбей подхватил её на руки и ошарашенно посмотрел на Бельмере. Лично её он не знал, но плавая несколько лет по Гранд Лайн не раз слышал в тавернах пьяные разговорчики, что Рыжего демона уже который год не видать и слава Морскому Дьяволу. Вот из любопытства и навел справки, а после тоже вздохнул с облегчением — второго Гарпа этот мир просто не пережил бы. И вот сейчас он стоит напротив дозорной, которая за менее, чем за пять лет успела сделать себе громкое имя и была в шаге от звания контр-адмирала до своего исчезновения. И сейчас эта почти легенда обиженными глазами провожала рыжую малявку, которая сидела на его руках и прятала лицо в изгибе шеи заливаясь неподдельными слезами испуга. Странно это все. Может Арлонг уже заприметил её талант и начал угрожать, сманивая на свою сторону? Но тогда почему ещё жива Бельмере? Уж она-то не даст своим детям пиратами стать. Кстати, здесь всплывает небольшая такая дилемка — женщина жива, а значит грудью станет на пути Нами в становлении пираткой. И что теперь делать? Хотя… пусть вон у Луффи голова болит, все же это он капитан. Как хорошо, что Нами не умеет читать мысли (в том числе и Джимбея), а то вместо рыжего навигатора у Мугивар был бы седой. С живой фантазией девушки такой исход вполне вероятен. Впрочем, сейчас не об этом. — Нами, слезай немедленно с господина Шичибукая и топай сюда, — строгий голос с жесткими нотками заставил содрогнуться не только девочку, но и мужчину. — Да что Вы, я ещё не Шичибукай, — Ноджико, которая прибежала буквально минуту назад, имела удовольствие наблюдать как здоровенный тридцатилетний рыбочеловек смущенно мямлит и чуть ли не отгораживается от Бельмере-сан Нами как щитом, только что ножкой не шаркает. А мелкая тоже хороша — вцепилась клещом и похоже решила прописаться у того на руках на ПМЖ. — О, так приглашение ещё не прислали? Это ничего — ещё успеется. Если я что-то и понимаю в логике нашего уважаемого Мирового правительства, так это то, что они по-любому опять захотят показать, что они за мир между расами и вообще белые и пушистые. Тьфу, — женщина ехидно высказала свое отношение к данной ситуации. И вроде в контексте придраться не к чему, за исключением последнего пренебрежительного фырканья, но интонации творят настоящие чудеса со словами. Ни у кого на берегу не осталось сомнения по поводу отношения женщины к Мировому правительству. — Короче, нечего стоять так на пляже. Вы если голодные, то приглашаю в свой дом. Изысков не держим, но досыта накормить, наверное, смогу. А если сразу дело, то, пожалуйста — для меня не составит труда показать где расположились эти ублюдки. Не в обиду вам было сказано. — Мы все понимаем, Бельмере-сан. Лучше всего будет сначала разобраться с Арлонгом, пока тот не прознал, что мы на острове, а то ещё сбежит — ищи свищи потом его. Но за приглашение к обеду спасибо. Не ожидал такого приема пиратам, тем более нашей расы, — Джимбей был безукоризненно вежлив, но удержаться от попытки узнать, как ярая дозорная может проявлять такую любезность по отношению к пиратам, а тем более рыболюдям, после всего пережитого не мог. Действительно желал просто невероятно, вот и не сдержал порыв. — Не переживайте — никакого подвоха или подлости я не замышляю, дозорным я тоже не сообщала и не сообщу. Вы прибыли нам на помощь и в этом я уверенна, а сдавать спасителей их врагам — такой подлости ни я, ни кто-либо другой на этом острове не приемлет. Да и я сама сейчас буду расцениваться как преступница — уже почти три года прошло как я самовольно покинула службу. Я дезертир — и меня в случае поимки ожидает как бы не худшее наказание чем вас, — спокойно рыжеволосая выкладывала карты, словно только что они играли покер, а у неё на руках флэш-рояль. Такого не мог предположить никто из присутствующих. Нами готова была сожрать шляпу Луффи и закусить катанами Зоро от досады. Это ж надо было быть такой дуууурой. Как, во имя рогов Чоппера, она так и не пришла за все эти годы к мысли, что мама тоже, как бы, не совсем была чиста перед законом? Бельмере-сан в первом мире незадолго до прибытия Арлонга с его головорезами рассказала девочкам о том, как она их нашла и как решила их воспитывать. И упомянула, что корабль должен был доставить их в Логтаун, где находился довольно крупный сиротский приют, но девушка не пожелала расставаться с крохами и угнала лодку с линкора, стоило только им пересечь Калм Белт и выйти в воды Ист Блю. Преследования она не боялась — в досье указан абсолютно другой архипелаг, практически на другом конце моря. Тогда она записала его в анкету по наитию. Кто ж знал, что эта выходка послужит в таком деле. Но так её ещё до сих пор не нашли. Да, наверное, уже и не ищут намеренно, но заявится в отделение дозора для неё равносильно явке с повинной. Вот почему Бельмере в этом мире зная, как оказалось примерно с третей ночи, о их перерождении — молчала и просто ждала, когда приплывет Джимбей. И мозги им с Ноджико вправлять не начинала — у самой прегрешений перед законом — на рулон туалетной бумаги наберется и ещё останется что записать. Но посыпать голову пеплом можно и потом, а сейчас первый и похоже к сожалению единственный выпуск реалити-шоу «Натяни глаз Арлонга на задницу Чу». Чего именно так? Так Аладин сказал, что так куда как обидней, да и губастику последняя радость перед тюрьмой. Нами покосилась на разминающего пудовые кулачища русала и неожиданно для себя пожалела несчастную рыбешку, которая от скудного ума решила, что она главная в этом бассейне. Только вот глядя на тандем из Шичибукая, беглого зека из Импел Даун, второго капитана пиратов Солнца под началом Белоуса, а затем Большой Мамочки и самое важное штурмана Саузенд Санни Го под руководством капитана Луффи Соломенной Шляпы и просто красавца-мужчины Джимбея, а также его верного старпома, ставшего в итоге третьим капитаном пиратов Солнца и самое главное — два года бывшим зятем Большой Мамочки, который в итоге не побоялся выступить против неё — Аладина, Нами все больше уверялась что кому-то сейчас будет больно, и стыдно, и вообще, возможно, она немножко ошиблась и Луффи не был самым жутким вариантом, по крайней мере для Арлонга. Но потом рыжая вспомнила, что противный любитель таскать меховую ушанку в тридцатиградусную жару заставлял её рисовать карты до стертых в кровь пальцев и кормил байкой о свободе для Кокояши за 100 000 000 белли, как вся жалость испарялась, а прагматизм говорил, что эти по крайней мере разнесут только лагерь противных пиявок и, возможно, еще немного прилегающей территории. Только вот Хаччи жалко — он ведь не виноват, что немного скорбный умом и живет по чужой указке. Надо сказать Джимбею. — Джимбей, а вы Хаччи тоже бить будете? И в тюрьму его? — мелкая подергала рукав кимоно идущего впереди мужчины и посмотрела с жалостью в глазах. — А давай ты его тут оставишь на перевоспитание, и для защиты от нападения, если какие-то другие пираты тоже нападут. Он ведь довольно сильный, хоть и ума у него меньше чем у пятилетки. — Да нет. Не собирался я его сильно лупить — так, добавить немного мозгов через задние ворота. Так-то он не дурак, но верит в любую чушь, если убедительно врать, а своим и того больше доверяет — прям до слепого следования. Я вообще собирался его на Сабаоди к Рейли-сану спровадить. Они вроде как хорошие знакомые, может и приглядел бы за ним слегка, но твой вариант ещё лучше. Никого не надо напрягать. Только как твои земляки отнесутся к нему? Как бы не начали его сильно обижать. Он ведь не со зла дел наворотил, — Джимбей грустно вздохнул и посмотрел куда-то вперед, где по прикидкам Нами уже через полмили должен был быть расположен залив в котором тогда был построен Арлонг-Парк. Вряд ли они в этом мире сильно меняли место дислокации. Бельмере шла немного впереди и прислушивалась к разговору. Стоило только речи зайти о Хаччи, как она обернулась и вмешалась в диалог: — О, оставляй не бойся, я присмотрю. Судя по рассказам Нами, да и по вашему разговору, этот Хаччи совсем не плохой, а ума я и сама смогу ему прибавить, — от усмешки бывшей дозорной мурашки побежали вдоль хребта не только у рыжей, но и у мужчин. Остальные плелись немного дальше чем их авангард из них четверых и, наверняка, ничего не слышали. Они ведь не орали на всю округу. — Только вот оставьте ещё ту корову. Морского короля в смысле. У меня на него некоторые планы имеются. — О, мама, у нас будут стейки из него? — Нами воодушевленно начала говорить, от всей души надеясь на данный исход, а то были у неё смутные сомнения, что её дорогая матушка успела огарпиться пока служила под началом этого старикашки на Гранд Лайн. И тогда им просто хана — веселенькие денечки обеспечены. — Что ты, милая, зачем убивать такую милую зверушку? Я буду приучать тебя с Ноджико к ответственности. Доктор Нако советовал завести зверушку, заботясь о которой вы начнете понимать, что такое ответственность и обязанности, — милая улыбка на лице мамы пугала бывалую пиратку больше, чем оскал бухого Кайдо, а ведь она точно видела это, так что сравнивала из личного опыта. Рыболюди мудро промолчали. Таким темпом они незаметно для себя добрались к стоянки Арлонга и Ко. Выглядела она довольно жалко — учитывая, что Нами и Ноджико, которая все это время шла вместе с Коалой в арьергарде, видели Арлонг-Парк из того мира, то вообще непотребно: несколько палаток, потрепанные шезлонги, которые так и просились на помойку, и никаких дежурных вокруг лагеря. Вот с последним они зря — видать совсем расслабились и уже ни во что не ставят людей. А так-то похоже, что Недзуми они ещё прикормить не успели, вот и ведут себя пока довольно тихо. Ну, теперь уже и не успеют. Нами не успела даже заметить как начался бой. Бельмере-сан схватила её в охапку и отбежала в сторону девочек. Поставив их защиту своим приоритетом, она просто смотрела как дают прикурить уродам, которые почти две недели назад наделали столько мерзостей и пакостей островитянам — она решительно позволила себе насладиться хорошим зрелищем. Немного все же тянуло взять девочек и увести подальше от вида того жесткого избиения, которое учинили новоприбывшие, но каждый раз останавливала себя напоминая, что в телах трех очаровательных малышек находятся уже взрослые девушки, которые прошли огонь, воду и войну. Ноджико, конечно, почти несмышленыш на фоне остальных двух, но и она успела хлебнуть жизненного дерьма с лихвой. Это было очень странно — знать, что в телах её дочерей находятся души других её дочек, только из другого мира и куда как взрослей. Когда она очнулась неделю назад посреди ночи, от желания пить, то застала интересный разговор. Решив, что жажда не так уж сильно её мучает, она продолжила лежать не подвижно и прислушалась к разговору девочек. Говорила в основном Нами. Рассказывала старшей сказку (как сперва решила женщина) о приключениях пиратской команды, где она была штурманом. Нахмуриться заставил тот факт, что младшенькая позиционирует себя как пиратку, и это после того, как те же пираты напали на Кономи. Или она просто решила, что тут виновата их раса с характерной им злобностью, а вовсе не их промысел? И в какой-то степени будет права. Рыболюди были довольно вспыльчивой расой, по крайней мере в отношении людей. И тут даже нет какого-то секрета. Любой, кто хоть немного побыл на Гранд Лайн знает где живут они, и что причин для неприязни к людям у них очень много. Одних только ловцов живого товара стоит вывести в отдельную статью претензий, но не стоит углубляться, а то на эту тему можно говорить почти вечность. Так вот — сначала она воспринимала все как сказки. Наверное, Нами рассказывала для того, чтобы успокоить Ноджико. Бельмере тоже завела привычку ложиться немного раньше и просто немного ждать пока девочки, поверив что она действительно спит, начнут снова диалог. Хотя тут скорей подойдет слово монолог. Нами все говорила и говорила. Бельмере не препятствовала этим историям, ведь будучи далекой от фанатизма, которым так «славился» Акаину понимала, что мир не делиться лишь на черное и белое. Множество оттенков среди которых находилось место и благородным приключенцам под черным флагом, и мразям, которые беленькой формой с чайкой прикрывали свои гнусные натуры и, что гораздо хуже — делишки. Но чем дальше заходило повествование, тем больше она с ужасом понимала, что это не сказка и даже не просто выдумка. Это реально пережитые события. Её маленькая рыжая дочка с дикой горечью в голосе рассказывала о Войне при Маринфорде и смерти Белоуса, с счастливыми смешками поведала о коллективе веселых старикашек на небесном острове Погодия, которые научили её столь многому. Такие эмоции не подделать — все, что таким голосом рассказывают, легко дает понять — это прожили. Выстрадали, заплатили кровью и слезами за возможность в итоге вспомнить об этом когда-то, а не просто сложить голову, так никому и не поведав этих историй. Она так и не решилась рассказать дочкам, что их секрет уже и не секрет вовсе, но обязательно выскажет им все когда с Арлонгом будет покончено, что обещает произойти в ближайшем будущем. Каждый каприз тщательно записывался в маленький блокнотик, и долги девочек росли. Нет, женщина понимала, что для неё же и стараются, но совесть тоже иметь надо. А происшествие со стаканами вообще за гранью добра и зла. Где она найдет столько денег на новую посуду, если Нами продолжит бить её с таким усердием? Но несмотря на все она с нетерпением ожидала ночи и очередного рассказа младшей. Бельмере теперь даже не ставила под сомнение, что это её дочери. Прекрасно понимая, что души девочек из этого отражения мира уже ушли на перерождение, она благодарила Богов за возможность, которую они предоставили. А то, что это вне всякого сомнения божественное вмешательство, было очевидно — ни одному Дьявольскому фрукту такое просто не посильно. Но, как она поняла у девочек отняли их приемную мать, а она сама осталась без обеих дочерей. Она просто цеплялась сначала за них, чтобы не сойти с ума от горя, и сама не заметила, как уже перестала делать различия между ними и своими малышками. Они все её дочери, и так будет всегда, чтобы не произошло. Вчера Нами закончила на отплытии от Сабаоди и сейчас на очереди были приключения в Рьюге, а то, что приключения имели место быть она даже не сомневалась, но не судьба — прибыли спасатели. Это оказало легко вычислить, ведь Нами просто светилась довольством, и Бельмере, не выдержав, сцапала мелкую за ухо и начала прохаживаться по всем её прегрешениям. Сначала та не врубилась, но минута на осмысление и уже ошалевшая от ужаса малявка вырывается и на первой сверхзвуковой буквально сносит входные двери в попытке убежать (и где только силы нашлись? Конечно, дверь довольно хлипкая, но и Нами в четыре годика отнюдь не Шарлотта Линлин). Впрочем, плевать на дверь — от неё, Рыжего демона Гранд Лайн ещё ни один пират не убежал, даже такой мелкий и шустрый как её малявка. Но догнать её оказалось труднее, чем можно было подумать. На самом деле она только и успела, что догнать Нами и схватить за шкиряк. Но видать боязнь у неё оказалась сильнее и не успела Бельмера начать отчитывать мелочь от души, как та снова вырвалась, чтобы моментально попасть на руки к высокому рыбочеловеку-китовой акуле. Мда, однако они внушают. В этих пиратах чувствуется что-то такое, что не дает смотреть на них как на тех уродов, что следуют за Арлонгом. Из тех только Хаччи можно ещё понять и простить. И даже исправить при правильном подходе. Так что сейчас, наблюдая как одна пиратская команда всухую уделывает другую женщина только смотрела как бы дите не сильно поранили. Если оформить Хаччи как третьего приемыша, то Бельмере может с гордостью говорить, что она мать-героиня троих детей, а если считать по парам рук, то пятерых, так-то. Нами, которая тихонько сидела под боком и наблюдала вдруг сорвалась с места к Джимбею, который сейчас скрутил Арлонга и спокойненько его вязал как гусеницу в кокон. Нами бегом спустилась с небольшого пригорка и кинулась к своему накама с воплем: — Джимбей, стой. Достань его челюсть. Челюсти отвисли у всех и только у Арлонга нет — его уже по глаза замотали — только нос и торчал как новогодняя ёлка, наряжай — не хочу. Первым опомнился Джимбей, что было вполне ожидаемо — Луффи и не такие коленца выкидывал; иммунитет у него выработаться успел. Как говорил Чоппер — антилуффитела успешно циркулируют в кровеносной системе мозга и задницы. Так что чуйка на неприятности, а также почти полный дзен во время оных были почти у каждого члена команды. — Нами зачем тебе его челюсть? — спокойствию в голосе второго капитана пиратов Солнца мог позавидовать и Сенгоку со своим прозвищем Будда. Хотя, тот Гарпа столько лет терпел, так что далеко не факт кто кому гуру. — Кастаньеты, — как само собой разумеющееся ответила навигатор. — Что, прости? Кастаньеты? — штурману сначала показалось, что он ослышался. — Именно — кастаньеты. Ну что ты так на меня смотришь? Это для Луффи. Он не простит, если мы снова не выдерем из Арлонга два набора челюстей. Он в той реальности, когда против Луффи дрался, то дважды такую фишку провернул — выдрал свои зубы и заново моментально отрастил. И уже с тремя челюстями начал нападать. В итоге его побили все же, но кусачки Луффи забрал себе как трофей. Тянет его на всякую фигню. Один колпачок от крюка Крокодайла чего стоит. Хотя, на мой взгляд лучше бы его шубу забрал, она хотя б не золотая и мне бы глаза не так мозолила, — Нами встряхнула головой, посмотрела в ошарашенные глаза Арлонга, над которым вдруг нависла угроза стоматпроцедур и продолжила смотря на флегматичные физиономии Джимбея и Аладина, которые в четыре руки уже разматывали голову акулки и фиксировали сильней кокон, чтоб не сбежал мерзавец. Хотя в глазах несчастного читалось истовое желание приобщиться к жизни братьев своих меньших и начать это со способа передвижения. Да только кто ж ему даст уползти? Ведь капитан хочет кастаньеты, а значит он их получит, чего бы это Арлонгу не стоило. — Так о чем это я? Ага. Так вот, когда мы были на Дресс Роуз, то Санджи насмотрелся на танцы Виолы и, что более удивительно, запомнил. Конечно, она танцевала с розой, но когда они гуляли, то показала несколько элементов, использование которых полностью переделывает танец под использование кастаньет, и даже объяснила все в двух словах. И когда мы плыли в Вано после эпопеи с Тотлендом, то Санджи вдруг вспомнил и рассказал Луффи. Ну ты ж знаешь нашего капитана, Джимбей. У него своя логика. Сказано, что две парные штучки, которые держишь в руках и клацаешь в ритм танца, вот он и вспомнил о трофейных челюстях. Ты бы видел как он с ними пытался повторить за Санджи все движения. Брук тогда заявил, что ему они подходят больше так как это кости, а он — скелет. Луффи тогда на него так зыркнул, что бедняга ещё полдня молча сидел в уголочке на камбузе и выращивал там грибочки, за что был бит Санджи, который наорал что нехер разводить плесень у него на кухне и выпнул его на палубу. — Ясно. О, слушай, а может тогда две пары этих кастаньет сделаем? — все, поняла Нами, антилуффитела перестали справляться с нагрузкой и мозги начали основательно съезжать в сторону Монки Д. Но, может это у него такая акклиматизация, и все ещё наладиться? Впрочем, неважно. Можно и две пары, даже если не Бруку, то запасная по-любому не помешает. Рассудив таким образом девочка решительно закивала. Кучка веревок с гордо торчащим носом, который кажись сейчас немного поник, тревожно заскулила. — Не переживай, Арлонг-чан. Мы нежненько, — улыбаясь доброй улыбкой вивисектора Аладин приподнял «гусенечку» за нос. Кажись, что-то хрустнуло. Да не, он помниться этим самым носом бетонные стены пробивал, наверно Нами просто не выспалась вот и чудиться всякое. — Ну вы тут пока заканчивайте, а мы пойдем соберем на стол. Кока только выделите нам с собой, а то вас довольно много и мы можем немного не успеть сами. — Да вон Хаччи и бери. Приобщай к общественным работам. Ребята уже поговорили с ним за жизнь, так что вести себя будет прилично, но если что, то получит он не слабо. Девочка только серьезно кивнула и подхватив за одни из рук рыбочеловека потопала к маме. Та смотрела круглыми глазами как русал держал за веревки связанную акулу, а Джимбей сноровисто щекотал травинкой его, акулы, шнобель. Тот пыжился, дул щеки, но все же не выдержал и заржал. Не теряя и секунды почти-Шичибукай схватил за зубы и дернул, вырывая челюсть. Пока бедняга выл благим матом посылая всех к «Сьертой матеви и восе вы твави уйобисьные» заметила, что новые зубы начали проклевываться. Занятно. Надо будет потом тоже подергать. Это, кажется, весело.

Три часа спустя

Вечеринка только начала набирать обороты. Деньги, которые были изъяты из лагеря паразитов были отданы Гензо-сану и тот уже распределил по деревням их добро. Только вот люди, когда узнали кто их освободил примчались поглазеть. Сперва от испуга, что теперь и эти начнут вымогать, потом начали присматриваться что это за чудо такое — совестные пираты, да ещё и рыболюди, от которых они пока только горе хлебали. Но уже сейчас, три часа от начала того, что сперва проходило как обычный обед с бочонком рома на аперитив, уже можно было видеть распивающих в обнимку рыболюдей и жителей деревень. Пираты гордо выпячивая грудь рассказывали об опасностях и чудесах Гранд Лайн, которые они великолепно переживали — первые, и защищали — вторые. Слушатели (в основном молодежь) внимательно слушали и ловили каждый звук, благодарней публики и желать было трудней. Недалеко от мандариновой рощи Нами заметила Ноджико в компании той девчушки, которая прибыла вместе в пиратами Солнца. Коала, кажется. На Дресс Роуз они так и не пересеклись, ведь Нами вместе с ещё половиной команды пришлось срочно уплывать, спасаясь от Дофламинго. Но сейчас, почему бы и не пообщаться. Тем более, что Робин рассказывала довольно многое о ней и Сабо, и других революционерах. И в очень хороших тонах. Будет интересно с ней поговорить. Но сперва её перехватила Бельмере-сан и вместе с Джимбеем уволокла к стоянке Арлонга поговорить за жизнь. К девочкам Нами заявилась выжатая как лимон, и уже ничего не хотящая, но раз решила поговорить, то надо делать, а то потом она может и не успеть. В итоге разговор вылился в просьбу-утверждение Ноджико, что она плывет с Нами. На что старшая получила счастливый визг в уши и почти задохнулась от объятий младшей. Даже уточнила, а не пыталась ли рыжая её прибить во избежание подобного исхода. Но нет — оказывается просто Нами привыкла, что её команда те ещё монстры и такие объятья для них что легкое касание. Особенно Луффи — он, кажется, как-то даже умудрился на самого себя свалить кусок киля от вражеского корабля, да так под ним и заснуть. Вроде как это в деревне Усоппа и произошло. Но хорошее быстро кончается и вот уже два дня спустя пираты Солнца отчаливали от Кокояши в сторону Рассветного острова. В подарок везли письмо от Нами и две пары кастаньет. Шайку Арлонга без затей было решено оставить связанными и вырубленными возле берега базы морского дозора этого округа. Мому их притащит к берегу, а потом вернется к Хаччи. Точнее к Бельмере, которая ласково улыбаясь Морскому королю на прощание сказала: «Попробуешь удрать и на ужин я приготовлю девочкам стейк из морской телятины». Мому, имеющая вполне жизнеспособный инстинкт выживания даже и не помышляла куда-то смыться. Тем более малявки услышав про стейки посмотрели на неё таким голодным взглядом, и так отчетливо сглотнули, что корова готова была никуда уже и не плыть. Но все урегулировалось и вот спустя ещё три дня, которые девочки провели стоя и спя на животах (профилактический ремень для придания бодрости ума через задние ворота всегда был бессмертной классикой), мама потащила их к бывшей стоянке пиратов Арлонга. Сейчас на том месте стояла небольшая хижинка на одну комнату прихожая-гостиная-кухня-спальня и крохотную уборную, которую сколотили для Хаччи на второй день вечеринки, дабы он не смущал дам своим проживанием в их доме. Учитывая, что строили в переходе от состояния «Ты меня уважаешь?» до состояния «Меня никто не люююбит», то можно было поздравить строителей. У них непросто успех — у них получился ШЕДЕВР архитектурной мысли. И вот привела Бельмере-сан их к этому шедевру, а там на пороге мнется смущенный Хаччи, а из воды на них выглядывают рога да перепуганные круглые глазки Мому. Их седалищный нерв вопил о беде. Нерв не обманул. — И так, дорогие мои. Пока у нас были гости я решила не проводить разбирательство, — голос мамы прям лучился заботой и добротой. Девочек кинуло в холодный пот. — Ещё три дня в ожидании нашего бычка… — Это корова, — пискнул Хаччи. — Ты что, под хвостом ей смотрел? Впрочем, неважно — если я сказала бык, значит бык. А скажу собака — она у меня залает, — голос парадоксальным образом стал ещё ласковей, а Мому неожиданно открыла для себя талант к языкам животного мира, и молилась дабы не пришлось учить человеческий — жить хотелось неимоверно, но даже у такого гения как она есть свои пределы. — Так вот, о чем я? О, вспомнила. Наш бык вернулся, а потому объявляю вам о начале тренировок «Сильная женщина в море или фермерша на полставки». — Чего? — мелки зависли. Глядя в их глубоко интеллектуальные лица, Бельмере поняла, что надо разъяснить ситуацию. — Ну чего непонятно? Вы уже давно решили, что уплывете с этим вашим Луффи. Нами — так точно. Но судя по твоим же рассказам ты не так уж и сильна. Больше, чем из половины передряг ты выбралась благодаря чуду и сильным накама. С одной стороны это хорошо — друзья у тебе проверенные бедой. Настоящие. Но плохо, что ты довольно слаба на фоне монстров плавающих по Раю. О Новом мире вообще даже молчу. Ноджико даже ничего говорить не буду — опыта сражений и выживания у неё нет, а это жизненно необходимо. Так что или вы станете сильнее или я просто сделаю все от меня зависящее чтобы вы остались здесь и занялись мандаринами. — А тебя не смущает тот факт, что ты дозорная тренируешь и делаешь сильнее пиратов? — Это было бы довольно лицемерно с моей стороны, не находишь? Я, которая сама являюсь дезертиром, то-есть преступником де-факто, буду осуждать вас? Это даже не смешно. Да и служила я на Гранд Лайн. Там очень быстро и больно разбиваются розовые очки об суровую реальность, и, если стает смелости снять всю тут пропагандирующую лапшу с ушей, то легко можно увидеть и пиратов, который иной раз спасают и защищают простой люд, и мерзавцев, которые под прикрытием формы дозорных и высоких чинов творят такую дичь, что иной раз в голове не укладывается. Так что да — указывать как вам жить я не буду, а вот позаботиться чтобы эту самую жизнь вы прожили как можно дольше и полнее я могу. И буду. Глядя на расцветшие мордашки дочерей, Бельмере мысленно договорила то, о чем решила не говорить вслух: «Если уж Гарп-сан вполне спокойно воспринимает сына и внуков на стороне преступного мира, то и мне париться по этому поводу нечего. Но вот блокнотик с долгами мне просто карман жжет. Это будет весело».

End Flashback

Сейчас, направляясь к маме на очередной сеанс экзекуций тренировок, Нами пыталась понять, как же так все получилось. Но почему-то ничего в голову не приходило. Впрочем, это сейчас не важно. Что важно так то, почему это от Джимбей и Робин, которую он кажись недели две назад подобрал недалеко от Ред Лайн, сейчас просто «орут» на весь ментальный план? Такое впечатление, что наступил конец света, или они увидели Кайдо в стрингах, что равнозначно оному. Пытаясь вынырнуть из воды, Нами прокляла свое богатое воображение и решила, что пока это не коснулось её лично можно немного побыть страусом. Тем более у неё тут персональный филиал Импел Даун сейчас работает, и до конца света ей как-то дела нет. Все острова пока на месте, значит пока все поправимо, а Джимбей и Робин всегда были довольно впечатлительными натурами (впечатлительные натуры сейчас за пол-моря от неё пытались пережить подлую атаку обнимашками, их мозги выдавали критическую ошибку, а Сабо только скрипел в уголочке зубами, вцепившись в Коалу, как в спасательный круг — убивать святотатцев было нельзя. Команда Луффи все-таки). С воплем: «Ну, держись, рогатая скотина, Луффи на Кайдо скакал, и я на тебе поскачу!» — полезла на освободившееся место между рогов. Нождико, которая готова была проклясть бивштекс с хвостом — ведь всего три секунды до планки установленной личным тираном, ласково зовущим себя «тренер» оставалось — и взмолилась: «О, Высшие Силы, ниспошлите хоть кого-то, кто может укротить этого демона с ирокезом. Заранее спасибо. Аминь».

Норт Блю. Спайдер Майлс

— Ааа… ааа… Ачхууу — за обеденным столом воцарилась тишина. Требол, обтекая соплями и слюнями Коразона впервые задался вопросом, а не потому ли от него стараюсь все сбежать побыстрее, что он также всех обшмакивает?! Надо взять, наверное, на вооружение, как метод особо жестокой пытки, и постараться больше так не делать в сторону команды, а то неровен час и прибьют его когда-нибудь. Человек-сопля задумчиво кивал свои мыслям, а сидевшие за столом начали чувствовать, что от ужаса все волосы на теле стали дыбом — вдруг он решит теперь всегда и на всех сопли испускать?! И только Ламми и Детка 5 ничего вокруг себя не замечали. Злобно сверля друг дружку взглядом, они молчаливо обещали сопернице: «Подойдешь к Ло ближе чем на два метра и я тебя искупаю в соплях Требола». Трафальгар Д. Ватер Ло проклял тот день, когда решил задобрить Луффи и попытаться стырить Детку 5 при побеге. Для этого он начал подготавливать почву уже сейчас, пока Кора-сан усиленно ищет информацию об Опе Опе но Ми, стараясь не попасться кому бы то ни было. Кто ж знал, что Детка примет дружелюбие за ухаживание, а Ламми поддастся этому безумию, да ещё откроет в себе сестринский комплекс. Впрочем, живя уже неделю как на пороховой бочке Ло неожиданно поймал себя на ностальгии. Прав был Чоппер-я: Луффи — это зараза инфекционного типа, которая не лечиться, но купируется длительным пребываением на расстоянии от Луффи. Однако при следующей встрече нужно будет сказать, что обнаружился побочный эффект длительной ремиссии — ломка. Кивнув самому себе мальчик продолжил есть — просекать напряжные ситуации, которые исходили не от Луффи он разучился давным давно. За ненадобностью.