Ломая канву судьбы

Полдня после потопления корабля Альвиды. Две лодки, связанные между собой длинными канатами плыли почти параллельно друг другу на небольшом расстоянии. Троица девушек сидящая в одной из них радостно галдела, создавая непередаваемые ощущение птичьего базара. Чтобы сохранить способность адекватно мыслить и спокойно поговорить мужской половине компании пришлось усилием воли заставить воспринимать бурные девичьи дебаты фоновым шумом. Иногда им это даже с успехом удавалось. Но чаще Кид и Ло с завистью смотрели на Коби, которого во избежание эксцессов банально вырубили и сейчас парнишка счастливой, ничего не ведающей тушкой валялся на корме лодки. — А теперь поясни мне, как наша мартышка в юбке превратилась в «я-же-девушка-у-меня-маникюр»? — Трафальгар очень достоверно изобразил манерно-ленивый тон Луффи, которым она отдала приказ запустить Альвиду в полет. Юстасс только вздохнул тяжко, глядя на собрата по несчастью. — Расслабься, нормальная она. Это просто у мелкой начался период розыгрышей. Она месяц назад достала леди Ольвию до бешеного ора, и та её тупо взяла на слабо. Мол, Луффи не сможет вести себя как нормальная хрупкая и нежная девушка даже и полдня. Ну и малявка взвилась на дыбы. Как это так, она — и не сможет. В порыве заявила, что неделю будет себя вести как анемичная дурында из любимых романчиков Макино. И пока мы зависли, переваривая заявленице, наше золотко грабанула книжные полки своей опекунши и заперлась в своей комнате, — Кид взглянул на Ло взглядом побитой собаки. — Я не знаю что она вычитала в тех книженциях, но на следующее утро она сломала мозг всем. Ло, глядя как его друга передергивает от воспоминаний, уже начал очень сильно сомневаться, что хочет услышать историю дальше, но любопытство, будь оно неладно. Когда-то оно погубит их всех. Пока мужчина метался между любопытством и инстинктом самосохранения, рыжий убито продолжил рассказывать, почти скуля от нахлынувших воспоминаний. — Прикинь, наша мартышка, которая своим поведением очень резко заставляет забить на её внешность в попытке придушить за её же дикие выходки, выплыла в кружевном платьице, которое Макино её полгода не могла заставить натянуть, в босоножках на тонюсеньких шпильках, хотя раньше её категорически не устраивали эти милипиз… микроскопически тонкие каблучища. Даже волосы не в косу забрала, а заморочилась всю эту долбаную копну в подобие хитровыдуманной прически завертеть. И ладно бы только внешность, но она вела себя образцово-примерно. А когда Киллер высунулся из душа в штанах и просто расстегнутой рубашке, Луффи тоненьким голоском пропищала, что «какой ужас, как не стыдно ходить голым перед приличными девушками, её ж теперь порченную никто замуж не возьмет» и заливаясь слезами выбежала из дому. — Ээээ, — мозг Ло категорически отказывался воспроизводить картинку описанную только что. — Ага. Вот и мы «сломались». А потом аж до Фууши долетел возмущенный рев Дадан. Эта зловредная мартышка побежала жаловаться Кёрли на то, что её совращают и пристают. А ты ж знаешь рыжую. Киллер еле спасся от участи кастрата. Повезло, что Дадан так раздобрела, что не может больше долго и быстро бегать. — Короче, весело было всем. Луффи закусила удила и целую неделю выносила нам мозги. На второй день Макино торжественно сожгла свои романчики, ибо они ВЕЛИКОЕ ЗЛО. Если что — это её цитата. Ещё через два дня леди Ольвия забралась в подвал с запасами бухла и нажралась в зюзю. Пока мы с парнями тащили её отсыпаться домой, она звала Робин и умоляла её никогда не вести себя как Ледя. Это тоже почти дословная фраза. В конце недели мы спокойно могли сдавать экзамен по маскировке, скоростному забегу на длинные дистанции и умение стойчески переносить исторгаемый Луффи бред. Ты не поверишь, но когда малявка на восьмой день вылетела из окна в своем джинсовом комбезе, в балетках и с расхристанной косой Вайя и Хит рыдали как малые дети на пару с Педро, чуть ли на шмаркаясь ему в хвост. Этих троих в последние два дня она учила правилам этикета и рыцарскому кодексу, неизвестно где вычитанному. Так что мы даже не прикалывались над ними потом за слезоразлив. — Кстати, а где они все? — Ло действительно не понимал куда подевалась вся эта орава. Ладно ещё Морковка и Педро, они скорее всего как и Бепо решили не шокировать лишний раз народ в Ист Блю наличием племени минков, но вот где все остальные… Та же Робин, которая почти как курица-наседка опекает их капитана? — Где-где, в Логтауне. Берегут свои нервы. Тебя разве не смутило появление всей из себя такой расфуфыренной Луффи? Это малявка прохавала фишку тогда, после недельного выноса мозга, и решила в честь воссоединения команды каждого, так сказать, порадовать своим новообретенным амплуа. Надолго её не хватает, но и тех нескольких часов достаточно, чтобы сломать любому мировоззрение. — Бедный Зоро, — до Ло начал доходить масштаб проблемы. Их старпом и так адекватным поведением не отличался, а если Луффи его окончательно сломает… — Не-не, бедные мы. У Зоро есть неплохой островок здравомыслия в виде жены, а вот Санджи… — Кабздец, — а вот теперь Трафальгар буквально перед своими глазами увидел толстого пушистого белоснежного зверька, который ну очень недобро скалился в их сторону. То ли ещё будет. С другой лодки долетел взрыв девичьего хохота, и мужчина поежился. Ноджико ведь останется к концу плаванья адекватной? Останется ведь? Под боком смачно всхрапнул Коби и Хирург Смерти неожиданно успокоился — если он воспринимает Луффи как неадекватную, то надо просто чуть больше с ней общаться и рано или поздно (хотя скорее очень рано) проблема рассосется сама собой, ибо мозги Ло станут работать в том же направлении, что и у его капитана. Идиллия. Ророноа, кстати, похоже самым первым просек эту фишку и потому именно он лучше всех понимает Монки Д. На горизонте показались очертания острова и мужчины налегли на весла. Ветер, конечно, был попутный, но чем раньше они ступят на сушу и скинут проблему на голову одного мечника, тем скорее они вздохнут с облегчением.

***

Город встретил их тишиной. Нет, он и в первое их посещение в том мире не порадовал их фестивалем и плотной толпой, но чтобы буквально пустые улицы и ни одной живой души куда оком не кинь… Что-то тут не чисто. Где все? Луффи прикрыла на мгновение глаза и слегка хищно улыбнулась. Зоро здесь. И судя по тому, куда ведет её связь он снова вляпался в историю с Хельмеппо. Её старпом обретался на территории Морского Дозора. Значит они идут туда. Не обращая ни на кого внимания девушка едва ли не вприпрыжку понеслась к своему старпому навстречу. Из губ вырвался пакостный смешок. Зоро ожидает особое представление. Все же реакция её команды на поведение типичной изнеженной барышни, для которой сломанный ноготь трагедия почище смертельной раны ломает все их мировоззрение и каноны. Впрочем, Ророноа таким не пронять, так что пришлось подумать как его шокировать. А то как-то нечестно — всем нервы потрепать, а верного старпома обойти вниманием. Это не по-луффински как-то. Нами и Ноджико, которые успели в лодке ещё переодеться из вечерних платьев в удобные шорты и майки смотрели на свою предводительницу со смесью смеха и опасения. Им было почти что жалко мечника. Оставалось надеяться, что Комурасаки-чан сумеет хоть немного нивелировать последствия шутки капитана. Мужской коллектив обреченно, как на казнь плелся в арьергарде их отряда, таща тушку все-так же бессознательного уворованного юнги. Мужчины про себя бормотали мантру: «Я тут мимо проходил, меня не тронут». Самовнушение хорошая штука, пока пираты дочапали к центру города, где на поглазеть на зрелище собрались почти все горожане, оба «мимокрокодила» почти постигли дзен. А посмотреть было на что. Хельмеппо стоял на солнцепеке привязанный к столбу и выглядел так, что краше в гроб кладут. А в тенечке неподалеку сидел на удобном стульчике Зоро и возле него, как примерная жена из Вано, стояла Комурасаки, скромненько потупив глазки и закрывая низ лица рукавом. Луффи зависла — это что такое, а? -Хельмеппо-сан, не стоит так себя изводить. Так решила судьба, и никто не в силах её изменить. Я навеки жена Зоро-сама и подчиняюсь его воле, — девушка подняв кроткий взгляд посмотрела на расплывающегося аморфной массой блондинчика, говоря тихим дрожащим голосом. Монки Д. аж задействовала Волю Наблюдения, чтобы понять, что жена её старпома закрывает лицо. Чтобы никто не видел. Как она тупо ржет втихую. А Ророноа хоть бы хны — сидит в тенечке да хлещет саке. Луффи аж осела на землю где стояла. Она значит вся такая гениальная, придумала как разыграть буку-Зоро, а он на пару со своей женушкой развлекается тут. Девушка была готова дать хвосты на отсечение, если сейчас мечник не мстил парнишке за действие его двойника в ином мире. И походу Комурасаки-чан, как преданная жена поддержала идейку мужа. Интересно, как они это провернули? Хотя... Судя по услышанной фразе, которой бывшая гейша подливала масла в огонь, Луффи могла понять приблизительную схему розыгрыша. Если Зоро докумекал до этого сам, то она готова аплодировать стоя и даже свернет свою розыгрышную деятельность, потому как на фоне мсти старпома её прикольчики смотрятся бледновато. — Саке, — ооо, этот тон ленивого котяры, и небрежно брошенная назад пустая пиала. — Да, мой господин, — тоненький-тоненький голосок, дрожал как-будто от горьких слез. Но Луффи прекрасно видит, где зарыта собака — похоже девушка очень старается не смеяться в голос. Вон даже слезы от сдерживаемого хохота на глазах выступили. — Не переживай, Богиня-сама, я непременно спасу тебя из лап этого чудовища. Подожди ещё немного, и я — Хельмеппо, дарую тебе свободу. — Ах, как вы благородны, — девушка всхлыпнула. Сильна, Луффи от такого уже от смеха каталась бы по земле воя от хохота, а Ророноа вон — даже умудряется саке подлить мужу в пиалку, которую успела подать и сейчас как примерная жена стояла за ухмыляющимся Зоро. — Господин, как Вы и приказали, мы примчались к Вам по первому зову, — нет, Луффи не будет шутить над Зоро. Она лучше поддержит шутку лучшего друга. Это обещает куда больше веселья. Зоро даже виду не подал, что удивился. Хотя, он наверняка засек их ещё на подплытии к острову. Нами с Ноджико моментально подхватили игру подруги и сделав самые умыльные лица с напускным обожанием понеслись к мечнику. Со стороны толпы кто-то возмущенно крякнул. Пошел шепоток, что это просто нечестно, что такому уроду досталась красотка вроде Богини-сама, а теперь оказалось, что и не только она. Теперь ещё три девицы, ничуть не хуже первой. — Держись, Хельмеппо-кун, ты сможешь, — из толпы полетели одобрительные возгласы. Блондинчик приосанился и попытался улыбнуться, но потрескавшиеся сухие губы просто лопнули и улыбка превратилась в окровавленный оскал. Зоро, глядя на это только хмыкнул и поднялся со стульчика. Толпа притихла. — Мне надоел этот цирк. Я сегодня уплываю, так что пока, клоун. Ророноа пошел по направлению к друзьям, Комурасаки засеменила вслед за мужем, просто лучась счастьем и радостью в эмоциональном плане. Впрочем, на публике оставаясь покорной, молчаливой тенью мужа. — Ты обещал, что если я выдержу месяц, то ты отпустишь её, — Хельмеппо возмущенно заорал. Ведь прошло уже три адские недели, всего-ничего оставалось, и прекрасная Богиня-сама, которая так опасалась своего мужа-тирана, что даже имя свое не назвала была бы свободна. А сейчас он собрался уплыть с его, Хельмеппо, возлюбленной, подло разрывая уговор, и не давая им воссоединиться?! — Это ты заявил, что месяц будешь стоять привязанным до столба, и пить только раз в день полчашки воды, а потом с чего-то решил, после этого моя жена будет свободна от брачных уз. Если ты напряжешь свою несчастную короткую и прямую как палка извилинку, это при условии, что она у тебя ещё не усохла, то вспомнишь, что я ничего не предлагал и ни на что не соглашался. — Но ты каждый день приходил и смотрел как я выполняю договор, — мышиный писк растерянного парнишки, которому внезапно раскрыли ситуацию как она есть. — Ну, мне же нужно было как-то скоротать время, пока я ждал. А тут такое представление на добровольных началах. Толпа возмущенно заколыхалась. Дозорные сообразили первыми и поспешили отвязать мальчишку от столба, все равно смысла в этом оказалось никакого. Луффи уже хотела вырубить возмущенную толпу Королевской Волей, как вдруг засекла приближение некоего дылды. А вот и Топорукий Морган. Странно, что он только сейчас приперся сюда. — Что здесь происходит? — мда, весь из себя такой на пафосе, а по сути мелкая сошка, которую садовник Усоппа разыграл как пешку в шахматной партии. Только чего ж он раньше не показывался? Не было его на острове, что ли? Горожане с дозорными наперебой начали пытаться донести до горе-папаши какой у него героический сынок, как самоотверженно спасал девушку, и как его подло обманул охотник за головами. Морган уже хотел было кого-то избить, чтобы выпустить пар, как заметил собственно «спасаемую». Масляный взгляд прошелся по фигуре Ророноа, а затем и остальных пираток, моментально выбешивая девушек. Не успел мужик и рта раскрыть, как Луффи, доведенная до ручки похабными взглядами моментально выпустила когти и хвосты с ушками, бросаясь на растерявшегося блондина. Яростное мяуканье, мелькающее почти со скоростью света ладошки, коготки на которых царапали наглую харю капитана Морского Дозора, словно хозяйка забыла об «маникюр-главное-ноготь-не сломать». Морган только и успевал, что выть на одной ноте. Грустно так, безнадежно. Боги, какой позор. Его, самого Топорукого Моргана, отделала малявка ему по пояс росточком. И это меньше, чем за полминуты. Он даже двигаться не может. Ощущения, будто его перемололи в фарш, и сейчас будут отбивать этот фарш на котлетки. Ан не — его не отбивали. В этот момент горожане Шеллз-Тауна словили ошибки программы мозга, потому что сюрреалистическое зрелище, как маленькая тоненькая девчушка, подняв грозу всея города за шкиряк, как нашкодившего кота, и раскрутив над головой многофунтовую тушу, как воздушный шарик запустила мужика в его же железобетонную статую, которую по его приказу установили меньше двух месяцев назад перед заданием Дозора не желало вписываться в их картину мира. — Луффи, так не честно. Я даже катаны вытащить не успел, — Зоро откровенно возмутился. Этот козел пялился на его, Зоро, жену. А сейчас мечник даже не может отрезать за такое ему все выступающие конечности. У него, конечно, не самая светлая мораль, но некий кодекс чести все же имеется. И одно из его правил — нельзя бить противника, который уже повержен. Вот убить, устраняя проблемы в будущем — можно, а просто калечить и избивать — ни-ни. Убивать Моргана он не будет, ибо капитан сказала, что придурок ей зачем-то нужен живым. А калечить — этот аморфный кусок отбитого мяса сейчас даже дышал с трудом и болью, куда уж его дальше бить. Кстати, о капитане. А чего это Луффи так на него недобро косится? — Кэп, ты чего? — осторожненько так, мало-ли что ей в голову взбредет. — Ты противный свинтус. Ты мне такие розыгрыши испортил. Теперь на фоне твоей шутки мои будут не такими смешными, ууу — Монки Д. от расстроенных чувств аж ногой притопнула. Кажись, Зоро ненароком ей любимую мозоль оттоптал. — Да, ладно тебе. Хочешь мы просто не будем другим рассказывать об этом? — то, что женщины — ужасно мстительные существа, с порой больной фантазией Зоро знал не понаслышке, так что попытался задобрить капитана, чтобы потом ему эта ситуация не вышла боком. Луффи только сильней накуксилась. — Нет, шутка гениальна. Кстати, расскажешь потом, как это провернул, хотя основные моменты я и так уловила. Но это не значит, что ты можешь упрекать меня за уведенную добычу. Эта свинья меня выбесила. Пусть скажет спасибо, что жив остался. А ты не лезь. Хочешь, можешь попинать его, — Луффи успокоилась так же неожиданно, как и разозлилась. — Ты ж знаешь, что лежачих не бью, только добиваю… — Зоро ещё только договаривал, а девушка уже метнулась в Моргану и притарабанила его тушу, всучив Киду на подержать, чтобы бедняга «стоял». Ророноа моргнул в удивлении и заржал. Ладно, от подарков капитана отказываться не стоит. Сандай Китэтцу блеснул в яркой вспышке и мужик лишился и левой руки в придачу к уже оттяпанной правой кисти. — Нечего тянуть загребущие лапы к тому, что не твое. Даже в мыслях, — Кид тоном воспитательницы в детском саду заботливо протянул, выпуская из хватки Моргана, на что тот безвольным кулем повалился на землю. — А теперь, господа хорошие, валим! И подхватив хохочущую до слез младшую сестру на руки рванул в сторону причала, пока дозорные находились в ступоре. На деле вся эта ситуация от начала атаки Луффи и до их побега заняла не более минуты-полторы. И все это время толпа находилась в повальном ступоре не поспевая за событиями. А потому надо было драпать сейчас. Моргана могли не любить, даже ненавидеть, но сейчас подсознание выдаст ассоциацию горожанам: «Пришлое зло обижает привычное зло». Естественно, что они станут на сторону Моргана. Это в том мире Зоро был героем, защищающим мирное население от тирании Топорукого и его инфантильного сынка. А здесь Хельмеппо — герой, защитник девушек, а Зоро пришлый, который тиранит красавицу и нападает на их капитана Дозора. Короче — внешняя зараза, которую надо изничтожить. А так же всю их компашку, ведь они заодно с чудовищем. Так что мужчина драпал, чтобы не пришлось драться. Эти дозорные Ист Блю слишком слабые, изнеженные. Никакого удовольствия от драки он не получит. Одна только бойня будет. Да и дохрена гражданских в толпе было, которые вряд ли бы молча сидели в сторонке. А Луффи, при всей своей обезбашенности на дух не переносит, когда калечат мирных жителей. Так что лучшая тактика — хватай и убегай. Краем глаза выловил Ло, который видимо ещё на площади сбросил Коби как ненужный груз, словно мешки с мукой перекинул Нами с Ноджико на плечи, и бежал слева от него. Справа Зоро тарабанил на руках свою жену. Из проулка неожиданно вырулил тигр Киду по грудь в холке, который тащил в пасти мешок набитый непонятно чем и побежал под боком у Зоро. Вот на горизонте показался причал с их лодками и мужчины, не сбавляя ходу тремя мощными прыжками запрыгнули в лодки и налегли на весла. Толпа бегущая за ними осталась на берегу. Вслед пиратам неслись крики, маты и пули. Впрочем, ни одно из этих вещей их не задело. Спустя полчаса усиленной гребли мужчины сбавили ход и поровняли лодки. Девушки уже по сложившейся раньше почти что традиции перебрались в одну из них все вместе, а Кид перелез к мужской компании. Нами выставила курс на Оранжтаун и лодочки поплыли на парусах к не так уж и далеко находящемуся городку. — И все же, как ты заставил этого придурошного самого себя к столбу привязать, Зоро? — Луффи было очень любопытно. Она прекрасно помнила, что до того момента, как дедуля взялся за воспитание двух сопляков они были нытиками и хлюпиками. Хельмеппо к тому же ещё и страдал манией величия. — Да все просто, кэп. Мы как раз три недели уже на том острове тебе ждали. И в первый же день, это недоразумение вывело волка на поводке в город, пока папаша уплыл по делам на соседний архипелаг. Блохастого я прибил, и это начало опять что-то орать про пари. Мол, если выдержу месяц привязанным к столбу без еды и воды, то он, так уж и быть, меня «простит». Я уже хотел было его прирезать, но Коми попыталась меня успокоить, а то убийство на глазах ребенка не самое лучшее решение, по её мнению… — Я и сейчас так считаю, муж мой, — мягкий голос Ророноа звучал твердо, словно латную перчатку оббили бархатом. Вроде и мягко, а как ударит — мало не покажется. — Чего тебе стоило отвести мальчишку за пределы города или хотя бы в темный проулок, где на расправу не смотрели бы детские глаза? — То-есть то, что Зоро хотел блондинчика убить тебя не смущает? — Нами по лисьи ухмыльнулась. — Нет, с чего бы? Парнишка уже достаточно взрослый чтобы в полной мере нести ответственность за свои действия и слова. Если посмел скалить зубы на того, на кого это делать не стоит, то не надо потом плакаться по снятой голове, — девушка спокойно высказала свою точку зрения, наглаживая маленького тигренка в своих руках. Хранитель, чтобы занимать меньше места, принял детскую форму и залез на руки хозяйки. — Верно, Коми-чан. Но все же, как эта заносчивая задница оказалась там, где оказалась? — Луффи чуть ли не прыгала от нетерпения, угрожая нечаянно перевернуть лодку. — Ну, — Ророноа шкодливо улыбнулась. — Наверное, это различие культур виновато, что в невинной фразе: «Господин мой, эта недостойная молит о снисхождении» — которая распространена в Вано как уважительная форма обращения к мужу с просьбой, была воспринята мальчиком как-то не так. — И разумеется, вы не стали его просвещать, — Ноджико хихикнула в восторге от шалости подруги. — Нет, конечно. Мы с муженьком вообще старались с ним как можно меньше контактировать. Мало ли, вдруг слабоумие — это заразная форма болезни. — Но это не мешало вам ходить полюбоваться на представление. — Согласись, Лу-чан, что в этом крохотном городке было весьма скучно и однообразно просто так сидеть три недели. Зоро, когда мы плыли туда прикидывал под каким предлогом он сможет регулярно бить Моргана и его зловредного сынулю в воспитательных целях, а тут такой подарок судьбы. — А главное, это пошло на пользу парнишке. Дедуля, конечно, смог выбить из него почти все повадки засранца в том мире, но сейчас у него будет куда более лучший и крепкий материал для лепки нормального, адекватного дозорного, которых удручающе мало, — Луффи покивав головой, подвела итоги и разлеглась на носу лодки, задумчиво тиская в руках своего плюшевого крольчонка. Она таки потащила его с собой в плаванье. В основном он кантовался в её рюкзачке, но глядя как Комурасаки тискает своего разомлевшего тигренка-хранителя, Луффи тоже потянулась за своей милотой. Поведение мартышки, у неё не изменилось, но любовь в милым вещицам и женственной одежде Ольвия все же смогла на пару с Макино ей привить. Пираты, глядя на своего меланхоличного капитана похмыкали и налегли на весла. Если Зоро и Нами не изменяет память, то в Оранжтауне с большой долей вероятности можно будет встретить Багги, так что меланхолия Луффи пройдет сама собой. А пока лучше не трогать её, и может Луффи реально забьет на розыгрыши остальной команды после сегодняшнего. Крепкие нервы их накама — залог успешных приключений и их целых шкурок. Эх, где наша не пропадала.