Ломая канву судьбы

Ясное небо. Облачка плещутся за бортом. Тишина и спокойствие. — Водыыы, — и восставшие трупы валяющиеся на борту корабля. — На, — Вайя милосердно стрельнул последним зарядом из валяющегося рядом водного пистолета в помирающего от бодуна Крокодайла. — В рот надо было пулять, а не в пузо. — Надо было шире рот открывать. — Надо заткнуться вам обоим, а то башка трещит, — Френки в форме кентавра неведомо каким образом был зацеплен на поперечную балку грот-мачты и висел вниз головой. На груди светились соски. — Бля, что вчера было-то? — отозвались Шаччи и Пенгвин, которых кто-то зачем-то привязал к бизань-мачте веревками осоловело хлопали глазами. Картинка открившаяся их глазам называлась не иначе, как филиал «Триллер Барка», версия после Апокалипсиса. — Не знаю, но все, что помню, как думала, что надо позвать Зоро, а в голове крутится стремная песня почему-то, — Комурасаки, валяющаяся возле женского тела, завернутого в одеяло с головой подала голос. Неожиданно к ней пришло воспоминание. Когда в Моктауне вечеринка перешла в стадию бухаем все что горит и не очень, а второй по счету бар в городке был в щепки разнесен их ревнивой мужской частью коллектива она и Нами, прихватив с собой Виви пошли за ещё одной порцией бухла. Вполне закономерно, хоть и непонятно как, ещё нашлись придурки не осознавшие, что при их виде надо валить подальше и пристали с самыми грязными намерениями. Коми-чан даже не пыталась их прибить. Зачем, когда есть благоверный? Вон, уже уловил ВН этих хмырей возле их девичей стайки и на всех парах к ним мчится. — А что у нас тут за цыпочки? — Коми-чан скривилась. Из пасти полной прогнивших зубов смердело как из выгребной ямы. — Может споете нам, крошки, а? — Да легко, — Ророноа ухмыльнулась и как взвоет котом с прищемленными дверью шарами. — Он идет! Муж-алкаш — только свисни и он появится! Муж-алкаш! Ну-ка, наливай. Муж-алкаш! Скидывался и бухал. Муж-алкааааш!!! Вот на последнем завывании Зоро и появился с ходу впечатав ногой в гнусную рожу ошарашенного мужика. Нэ, ну а что? Комурасаки, конечно, птичка, но птичка-то — павлин. Муж знает, поэтом лупашил всех ногами и дорезал катаной в зубах, так как руками зажимал уши. Прям как подруги. — Ничего такого особого не помню, — главное держать уверенное лицо. — После твоего вчерашнего «ничего особенного» у меня ухо болит, — страждущий голос Нами донеся из-под одеяла возле мечницы. — Вранье и клевета. — Ладно-ладно, только больше не давай повода для этой клеветы. А лучше дай водички, — голос рыжей и правда скрипел как ржавый механизм. — Мне б кто дал. — Я дам. — Зоро, я не об этом. — Идиотка, я про воду. А для другого дам у меня болит голова. — С чего это вдруг? — Уши вчера неплотно прикрыл. — И мне дай, — из камбуза выполз Санджи. — Воды? — Нет, бля, чего-то другого. Конечно, воды! — пока Санджи нашел в себе силы заорать на его жену Зоро разрывался между желанием заржать и желанием вмазать по роже коку и заткнуть кляпом болтливый рот жене. — Эй, дерьмо-кок, на, — протянул в сторону страждущего бочонок. — Маримо, я тебя почти простил за вчерашнее, — Санджи жадно присосался к бочонку. — Пфффф… Это саке!!! — Там всего 10 градусов. Считай водичка. А что вчера было? — Алкаш, — Винсмоук с подозрением посмотрел на бочонок, но в обозримом пространстве воды не обнаружилось, так что он опять присосался к бочонку вспоминая вчерашние события… После разгрома очередного бара им стало влом искать ещё один и они переместились всей странным образом проредевшей компанией в лес, где устроили барбекю. Санджи в одно лицо готовил мясо, потому что Рэйджу непонятно где шлялась, но слава богам их команда уже больше бухала, чем жрала. Разве что закусывала. Изредка. Из леса на огромном кабане выехала красотка с розовыми волосами. Вид она имела ошарашенно-голодный. Пирсинг под правым глазом что-то напоминал самому трезвому — Санджи, но увы Винсмоук был трезвым только по сравнению со своими накама. — Мне сказали, что тут меня накормят, — голосок оказался красивым, под стать внешности. — Конечно, прекрасная мэллорин! — Санджи готов накормить любого голодного, а если этот голодающий — молоденькая краля, то вообще без вопросов. Почти. — А кто сказал? — Ваш капитан, кажется, — она задумчиво наклонила голову к левому плечу. — Да, кажись так она представилась. Я за своим гонораром. — Гонораром? — Нами оторвалась от кружки с элем и посмотрела на смутно знакомую девицу, но спохватилась, что Кид её сейчас обставит в Литрболл и опять к ней присосалась — Ну да, я оказала ей услугу, а она пообещала, что накормит меня лучшей в мире едой. Столько, сколько в меня влезет. Девушка смутилась. Непонятно правда о чего. Хотя, зная их Луффи скорее всего их сделка выглядела так — Лу попросила об услуге, а девушка глядя на ей внешность согласилась на все условия и теперь смущается из-за оплаты. — Ты существуешь! — Нами снова оторвалась от кружки и восторженно возопила — Человек работающий за еду! — За хорошую еду. — Наш Санджи очень хорошо готовит еду, — Нами истово закивала. — Ага, Завитушка несколько лет жил на Камабаке. Там и научился готовить. Слабый пока интерес в фиолетовых глазах погас, сменившись пониманием. Винсмоука перекосило. Этот чертов Маримо… — Я нормальный. — Да-да, конечно, — девушка согласно закивала. — Каждый в праве сам решать кем ему быть. Санджи буквально взвыл. — Я нормальный парень. Мне девушки нравятся! — Эй, нормальный парень, у тебя мой гонорар подгорать начинает, — Санджи кинулся спасать оказавшиеся в опасности мясо. Пока спасал понял где видел эту мэллорин. Интересно, где Луффи откопала тут Джеверли Бонни? — Санджи, оставь и нам немного, — с вороньего гнезда вниз свесились Педро и Бепо. — Вам вчера уже хватило, — Морковка рыкнула и отвесив два исцеляющих подзатыльника оттащила их от выхода, с содроганием вспоминая вчерашнее. Начиналось все прилично. Они всей честной компанией высадились в порту Моктауна и пошли искать вместительный бар, чтобы отметить. Поводов была куча. Ещё раз обмыть присоединение Кроки и Виви, обмыть новости, а в частности награду Френки. Наконец весь мир узнал, что он их плотник. Морганс с подачи Луффи (через руки Бартоломео) напечатал все, что им было нужно ничего не упуская. Правда на фоне новостей о свадьбе Эйса с Ямато и ухода с поста Шичибукая Крокодайла новости о том, что глава отдела демонтажа крупнейшей судостроительной компании в мире «Галилей Ла» подался в пираты смотрелась бледноватенько. Ещё бледней смотрелась новость, что Смокера повысили до контр-адмирала за «разоблачение злодея и защиту Арабасты» от злого-презлого и коварного Кроки. Естественно, что газете подавалось все это пафосно и без лапок. А особенно радовала фотография в газете, где явно побывавший в тяжком бою (замахались его гримировать; даже сам Смокер к концу утверждал, что проще было его реально избить, чем подделывать боевые травмы) дозорный тащит за шкиряк Хину, находящуюся в отключке, а на заднем фоне валяются опять-таки в отключке двое «одинаковых с лица». Этих Коми-чан лично по песку лицами возила, заявив, что нечего на грим тратится. Впрочем, боевые травмы Хины Рэйджу тоже с удовольствием привела в правдоподобный вид сама. А Луффи, благодаря своему фрукту покопалась в их воспоминаниях, подменив другими. По сути им нужно было заменить только эпизоды связанные с Алубарной и добавить побольше эпика в «сражение бравых дозорных против лютых пиратов». Так что да, обмывали все. И даже новое повышение Смоки-чана. Праздновали, праздновали, а после второго бара Педро с Бепо пошли за добавкой и взяв несколько бочонков решили по пути продегустировать. Ой, так надегустировались, что Морковка, которая их аж через полтора часа нашла на вороньем гнезде чужого корабля застала самодеятельный концерт — Справа ухо, слева ухо А в дали Крюбзас Там все минки зажигали Свой народный джаз Ай-нэ-нэ, ай-нэ-нэ-нэ Свой народный джаз. Эти два полудурка размахивали руками с зажатыми в каждой по одной бутылками и орали. Пока Морковка в ступоре тупо на них пялилась к ней подползла девица, явно из команды, на чьем корабле они сейчас устроили песнопение, и со слезами на глазах взмолилась, чтобы она их забрала, или прирезала их команду. Потому, что заткнуть агрессоров нереально, как и самоубиться — гады их связали как куколок веревками, которые нашинковали из парусов и накрошили с тросов. Даже она подползла к ней, а не подошла, потому что тоже изображала гусеницу. Морковка оглядела остальных жертв. Заметила пустые взгляды и смирение на лицах и озверев окончательно пошла вырубать певунов. Что было после того, как взгляд окрасился красным от ярости кроля не помнила. А вот поющий дует — да. Так что стоило только ей подать голос, как хвосты рефлекторно поджались, а сами хозяева хвостов заткнулись и попытались скрутится в максимально компактные клубки в надежде, что станут хоть чуточку незаметней. — Усопп, а кто тебя так отделал? — Джимбей, наконец, очнулся и первое, что он увидел — сидящего в обнимку с рулем канонира. Бедолага светил яркими фонарями под обоими глазами, а на длинный нос кто-то криворукий или пьяный, что почти эквивалентно наложил гипс. — Я не помню. Кажется это было чудовище. Злобное чудище с красными глазами у которого я забрал бутылку. — Кайдо? — Я похож на труп? — Ну откровенно говоря ты не далеко от него ушел. Так зачем ты отнимал у него бутылку? — У неё. Она меня избивала и приговаривала: «Никогда. Никогда. Не забирай. У женщины. Алкашку». И била, била меня. — Ладно, не трясись. Так зачем все же? — Я не помню. Просто, кажется, это было важно, а потом все, хнык, ай, — бедолага попытался утереть невольно пущенную слезу перебинтованными пальцами, но случайно задел нос. — Ай, Бонни, не кусайся. Это моя грудь, а не пудинг, — в наступившем моменте тишины раздался из камбуза возмущенный голос Каи. Усопп на это ещё сильнее затрясся и рефлекторно прикрыл голову руками. — Да ну на… — рыбочеловек удивленно выдохнул. Да не, не могла ж их ангелочек это сотворить с женихом, тьфу ты, уже мужем. Блин, Луффи, конечно, додумалась одним махом доженить тех, кто ещё не женат в Арабасте. Даже Смокера и Рэйджу узаконила, так сказать, заявив что ей влом все по тысячу раз повторять. Теперь в их команде есть исключительно холостяки и женатики. А не, судя по воплю Каи, Бонни они все же утащили с собой. Осталось разобраться куда утащили и кто именно утащил. А может и она сама увязалась, подсев на готовку Санджи. С этой обжоры станется. Они хоть её команду не потащили за собой? — Пулюм-пулюм, — неожиданно подала признаки активности улитка, расположенная за каким-то чертом на качелях. Хит, как ближайший к ней подполз и снял трубку. — Алло. Это Шарлотта Дайфуку. По поводу аренды джина. Мы согласны в обмен на информацию о месте нахождения Гол Д. Эйса. — Нам бы кто эту информацию сообщил. Но спасибо, мы вам перезвоним, — Крокодайл использовал свою логию, чтобы добраться до трубки и отобрав её вместе с Ден Ден Муши у Хита быстро протараторил в трубку ответ и положил её, окончив разговор. — Это. Что. Такое. Было? — Зоро уставился на эксШичибукая. — Это я вчера хотела сказку, — возле Крокодайла зашевелилась его скомканная шуба и оказалось, что под ней прячется Виви. — Не понял, — впрочем не понял не один мечник. Виви осмотрев все опухшие, но любопытные лица накама принялась пояснять. — Ну, есть у нас в Арабасте народная сказка. Там принцесса, прекрасный парень и куча проблем, которые тот решил с помощью волшебного джина. — Иии? — Что «и»? Виви дошла до кондиции «хочу прям как в сказке», а пьяную женщину, особенно если она твоя жена не переспоришь. Тем более, что принцесса в наличии есть, прекрасный герой — есть. Так что я в час ночи должен был звонить этому самому Шарлотте и договариваться об аренде джина, — со вздохом продолжил Крокодайл за Виви. — И что он? — радостно заржал Санджи, которого явно радовало, что не у одного него явно была проблемная ночка. — Послал меня на три известные буквы. Так что пришлось делать другую сказку. — Ну да, это было гениальной идеей потащить меня в лес, найти там гориллу и заставить меня поднять на вытянутых руках с криком: «Это все твое, Симба!», — буркнула Виви — Симба? — А, ещё одна сказка. Мой младший брат её обожает. Благодаря этому весь дворец тоже её знает наизусть. — Но ведь я научил горилу говорить. — Знаешь, любимый, теперь на трезвую голову мне кажется, что это была не горилла, а скорее похожий на обезьяну большущий мужик. И ты напугал его до усрачки. — Это что такое?! — Крокодайл не успел ответить жене, потому что со стороны оранжереи донесся сдвоенный вопль Кида и Ло, который болезненно ударил по ушам всех остальных Быстрый топот и вот уже по лестнице скатываются буквально два взъерошенных и злых мужика с голыми торсами. — Я вас спрашиваю — это что такое?! — Кид ревя как голодный медведь тыкал пальцами на свой пах, приковывая к себе любопытные взгляды. — Этоооо трусы, любииимый, — Нами спокойно потягиваясь прозевала ответ. — И это все, что ты можешь сказать?! — Нет, ну ещё могу посоветовать в следующий раз одеть их под, а не на штаны. — Они из металла!!! — А, ну тогда можешь и на штаны одевать. Чтоб не терли. Но тогда на людях я тебя не знаю, учти. — Это кайросеки! — Ло решил внести свою лепту в разговор. — И чё? — Зачем вы с Ноджико на нас их напялили?! — То есть за что они на вас оказались ты не помнишь?! И это не мы их напялили на вас. — Ну, ээээ, — конечно он помнил за что. Точне только что вспомнил… После посиделок в лесу, когда Бонни подчистила практически всю еду они дружно компанией переместились на пляж, потеряв по дороге Джимбея, Усоппа с Каей и Кару, которые до этого были с ними. Нами припомнила песенку Комурасаки-чан и начала приставать к мужу на предмет спеть песню о ней. На отмазки Юстасса, что у него нет слуха Зоро буркнул, что у его жены не только слуха, но ещё и голоса нет, но это не мешает ей петь. За это Ророноа словил леща от жены, но зато Ноджико тоже воодушевилась и пристала уже к Ло. Две пьяные вдрыз девушки достанут и мертвеца в могиле если им приспичит, так что хорошенько поддатые мужчины чутка пошушукавышись между собой, все же спели, не попадая в такт, но душевно: — Зачем надела это платье? Зачем твой платье весь в томате? Смотрель и спереди и сзади И позабыль всех слов Вашпе всех слов Зачем ресницами махала? Зачем мне сердце колыхала Любовь мне в душу запихала Конкретную любовь. Шикарная жэнщина Садись ко мне в кабина Ти будэш моя львица Хочу тебя любиться Хочу тебя любиться Хочу тебя любиться Хочу тебя любиться Серьезно не шучу Хочу тебя любиться Хочу тебя любиться Хочу тебя любиться Жениться не хочуууу. На этом собственно песню и заело, в смысле, что дуэт начал просто напевать припев лихо себе подтанцовывая, явно войдя во вкус, но девушкам хватило. Так что пока их мужья пели о нежелании женитьбы они отправили Чоппера на поиски Луффи, чтобы та придумала чтобы такого им в ответочку сделать, а то у них по пьяни (а Ло таки совместно с Чоппером придумали таблетки-подавители, чтобы Ноджико её Отблеск не мешал напиваться при желании) ничего не выходило придумать путного. Олененок Волю Наблюдения не сильно прокачал, но на небольшом острове, как этот вполне мог найти их капитана. И он ответственно пошел искать в лес. — Это не повод их на нас одевать. Где вы вообще откопали кайросеки?! — Все вопросы к Луффи, — рыжая навигатор плавно съехала. Они с сестрой действительно оставили месть на усмотрение капитана и та походу оторвалась от души. — Луффи!!!!! — Чего вы орете? — из камбуза высунулась Ноджико, которая недавно проснулась от возни Бонни и Каи у себя под боком. На кой ляд они уснули в камбузе на полу девушка в упор не помнила, а вопли любимого мужа и терпимого зятя ударили не хуже кувалды по и так раскалывающейся голове, заставляя выйти из помещения. — Где Луффи? — Без понятия, — пожала плечами. Боковое зрение уловило что-то возле лестницы в оранжерею. — Это кто? — Это Белочка. — Белочка? — Ага, Белочка. Так Броппер вчера сказал, когда этого притащил, — Морковка спустилась с вороньего гнезда и посмотрела на блондинистого парня, как гусеничка перевитого канатами и с кляпом во рту. Тот, находясь под прицельными взглядами команды Мугивар попытался скрутиться в ещё более компактный клубок, чем до этого. Морковка подошла и вынула кляп. — Ты Белочка? — Белочка… *вхлып*… Белочка. Только не бейте, — и Беллами бросил зашуганый взгляд на валяющегося под качелями Чоппера. Ноджико подошла к пушистику и наклонившись закашлялась от перегара. — Таааак, какая сволочь налила алкоголь ребенку?! — грозный рык заставил всех невольно попытаться припомнить были ли это они и с облегчением вздохнуть осознав, что нет. — Это… это был яяяаааа *всхлып*, — Белочка/Беллами подал опять голос. — С хера ли? — Кид в дурном настроение за речью не особо следил, но в этот раз даже Нами его за нецензурщину не ругала. — Я думал он просто карлик-фруктовииик. Он пришел в три часа ночи на нашу бааазууу и сказал, что вызывает на Литрболл, а проигравший должен услугу. Об-обычно мы бы просто прикончили смутьяна и все, но Кайре он понравился и она уговорила меня принять вызов, что бы поржать. — И как, поржали? — Сначала да. Первые две кружки. На третьей мы думали он уже в дрова и вырубиться, но это чу-чудовище неожиданно превратился в берсеркера и начал все вокруг крушить. Мы попытались его остановить, но это было как слону дробина *всхлып*. Он нам всю базу разнес, а потом меня скрутил, и сказав: «О, Белочка, наконец ты и ко мне пришла!» потащил меня сю-сюдаааа. Отпустите меня, пожалуйста, я больше так не будуууу. — Чопперу больше не наливать, — Зоро установил новое правило для их команды. Все не раздумывая согласились. — Эй, может вы меня все же отсюда снимете? — внезапно вновь подал голос Френки. — Не вздумайте — он наказан, — на это из окна библиотеки высунулась возмутительно бодро и свежо выглядевшая Робин. — Ласточка, я больше так не буду. — Конечно не будешь. Повисишь ещё денечек так и точно никогда уже не будешь, — Нико строго оглядев накама закрыла окно изнутри. Френки, конечно, жалко, но нарываться на отместку от его жены тоже не сильно тянет. Тем более, если киборг накосячил. Кстати, а как он накосячил? — Френки, а, Френки. За что хоть тебя так? — Санджи задал интересующие всех вопрос. Киборг неожиданно смутился. Окно опять открылось и Робин ехидно ухмыляясь подначила: — Ну давай, красавчик. Расскажи всем, за что злая тетя тебя наказала. — Любимая… — Давай, давай, — Френки вздохнул и принялся заикаясь пояснять. Вначале вечеринки вся их команда дружно пошла в первый бар. Пили они там опять же дружной компанией. Потом потихоньку они начали терять общее количество. То девушки уйдут в поисках добавки и пропадут, а затем и мужчины, что пошли их искать. То по пути к следующему целому ещё заведению минки где-то потеряются, то капитанша, свет их золотце, где-то потерялась. Короче, в виду того, что все рассеялись по острову Френки и Робин решили устроить себе романтический ужин на двоих. Даром, что киборг уже хорошенько принял на грудь. Шел по прямой линии — значит достаточно трезв был. Все было хорошо, пока у Френки не закончилась кола. И вот нужна она была просто позарез. Так что он подозвал официанта в единственном более-менее приличном кабаке, который они на этом острове-рассаднике преступности смогли найти и сидели сейчас ужинали, и заказал себе колы. Проблема была в том, что он не сообразил, что в питейном заведении, а тем более построенном в Моктауне не привыкли подавать безалкогольные напитки. Френки заказал колу, а принесли виски с колой. Три бутылки уже набодяженного напитка, как клиент и просил. Френки быстренько заправился, удивляясь странноватому вкусу любимого напитка, но его поведение не поменялось. Ровно до того момента, пока через десять минут он не встал резко из-за стола. На вопрос удивленной Робин чего это он, киборг громким шепотом, на весь кабак заявил: — Пойду пописяю своей красивой писею. А если не пописяю, то полюбуюсь писею! — и гордо ушел в уборную. Собственно после этого Робин, дождавшись, пока муж вернется из уборной под градом насмешливых взглядов и предложений красотке сменить компанию, и увела свое вконец опьяневшее несчастье на корабль и в качестве наказания подвесила на мачте, предварительно заставив высунуть ноги в «кентавра». — А соски зачем заставила засветить? — Кая, которая вылезла из камбуза аккурат в начале рассказа недоуменно поинтересовалась. — А это не я. Это Луффи скомандовала, что раз уж он там висит, то хоть обеспечит светомузыку. — Кстати, а где Луффи?! — Кид и Ло вновь вспомнили о своей металлической проблеме ниже пояса. Будь это просто металл они бы быстро сняли этот позор не показываясь остальным, но это были кайросеки, что автоматически лишало их не только сил фруктов, но и изрядного количества силы вообще. Могли ходить — и то хлеб, учитывая предыдущий вечер и ночь. — Тут я. Чего разорались? — по лестнице явно из кают поднималась Луффи. Луффи, на голове которой среди багровых волос явно красовались весьма узнаваемые очки. Да ладно очки. На ней была шуба. Шуба. Розовая. Перьевая. Мать его, ПЕРЬЕВАЯ РОЗОВАЯ ШУБА!!! — Луффи?! — ор у команды получился на удивление слаженный. — Чего орете? Я не глухая, — беззаботно ковыряя мизинцем в ухе в лучших традициях Гарпа их капитанша невозмутимо присела на скамеечку вокруг грот-мачты и прислонилась к её стволу, под удивленно-возмущенными взглядами накама и ошарашенным взглядом Белочки/Беллами. — Где ты её взяла? — Ло возмущенно тыкал пальце в перьевое изделие. — Где взяла там уже нет. — Не съезжай с темы! — Кид возмущенно возопил. — С хрена ли на тебе шуба Дофламинго?! — Потому что он мне её подарил? — Ты у меня спрашиваешь? — Нет. Просто думаю как лучше это обозначит. Наверное, все же подарил. Или отдал за долги? — Какие нахрен долги? — Ну как же. Минго примчался из Нового мира аж в Моктаун, чтобы разобраться чего это мы такие плохие заставили его друга пойти к себе в подчиненные. Это я о тебе, Кроки, не моргай так удивленно. А потом перешел на требования отдать такого нехорошего тебя, Ло. Потому что ты, гад такой, предал их Семью, что тебя приняла, обогрела, всему научила, а ты вот так поступил. Ай-яй-яй-яйя, — Луффи насмешливо пересказывал суть их двухчасового спора, который проходил в глубине острова, куда она спешно убралась подальше от команды, уводя явно нацеленного на неё Шичибукая. Эти несколько строк они с разных сторон прокручивали и спорили, отстаивая свою правоту и права, прям как бабки на базаре за единственного за день покупателя. — Луффи… — Не перебивай, ещё не все ведь. Так вот, я убедила Минго, что я его спасаю каждый день. Его и всю его Семью. А то ты такой нехороший можешь придти и все, что они успели построить разрушить, многих покалечить, а то и убить, да и вообще раздолбать в хлам всю Дресс Роуз. — Чего? — правый глаз Ло задержался в нервном тике. — Короче, он в итоге остался мне должен. Но так как денег у него с собой не было, то я взяла натурой. — А, так вот откуда шуба, а я-то думал, — Кид облегченно вздохнул, чтобы через секунду побледнеть, ведь сестренка обламала надежды. — Кид, я сказала натурой, а не вещами. Шуба — это так, приятный бонус. — Как ты могла?! — Нами. — Что «Нами»? — Я говорю, что имея, во всех смыслах Нами ты вот вообще не в том положении чтобы что-то мне предъявлять, а тем более претензии. — Это совершенно не то. — Как раз таки то. Прям один в один. — Но он ведь старый! — Уже нет. — Как нет? Сорокет стукнул мудаку. — Уже нет. — Бонни. Гонорар, — Санджи помертвевшим голосом прошептал. — Я всегда знала, что ты очень быстро соображаешь, — Монки Д. мило улыбнулась. — Так, ладно. Допустим. Я сказал только допустим! Но он все же… Что там «все же» Дофламинго Юстасс досказать не успел, потому что, наконец, вернувший себе дар речи Трафальгар возмущенно заговорил. — Он убил Росинанта. — Поправочка, мог убить! — Вот именно! — Но не убил. — Но мог. — Но не убил. — Но мог! — Но не убил! Разговор пошел по кругу, поэтому Зоро решил его прервать, а то эти упертые Д. могут и целый день та препираться. — Луффи, а где ты достала трусы из кайросеки?! — гаркнул Ророноа. — И почему именно трусы? — А? Аааа. Так это не я. Это Минго. Он достал несколько наручников, а я их у местного кузнеца переплавила в нужную форму. Как однако могут быстро и качественно работать, если нужные люди правильно просят. А Минго просить умеет. — С чего бы это он тебе помог? — Ло вот ни на грам не поверил в безвозмездную помощь Донкихота. — Потому что он Шичибукай с доступом к кайросеки, и я его об этом попросила, — улыбнулась Луффи. — Вот так просто попросила и он выполнил? — недоверием в голосе врача можно было бы море заполнить. — Ну почему просто? За оплату. — Какую оплату? — Натурой, — ещё одна ослепительная улыбка и слегка мечтательный вздох. — Я его потом кастрирую, — Кид тихонько прорычал, но попытался сделать это максимально тихо, а то в противном случае сестренка может отказаться отдавать ключ от позорных труселей. — Я все слышу, братик. Хочешь плюс один день в оковах? — даже в человеческом облике слух остался острым. — Никак нет, — гаркнули сразу двое. — Вот и славно. Вам осталось ещё десять часов отходить в них и на свободу с чистой совестью. — Десять часов?! — Ну да. Сколько вы вчера на бис пели, столько часов ходить. — Мы не могли столько петь! — Могли-могли. Мы с Нами вчера считали, — злорадно улыбнулась Ноджико. — Лулу… — Нет. Приговор окончателен и обжалованию не подлежит! — А я? — донесся голос сверху. — А тебе, Френки, ещё три часика повисеть всего. И свет можешь отключать. Все равно день уже. — Луффи, а чего ты только Дофламинго омолодила? — Виви задала интересующий больше всего вопрос. — Бонни на камбузе подъедает сейчас запасы холодильника, если что, — кто как не лучшая подруга слету поймет мысли. — А я? — тихий робкий писк. — А тебя, — Луффи повернулась к Белочке/Беллами. — А тебя… А тебя я вообще не помню. Ты кто? — Белочка, — ещё тише и робче писк. — Ну лежи, отдыхай, Белочка. Все равно пока мы не спустимся обратно на Гранд Лайн тебе с нами тусоваться, если, конечно, не захочешь тут обосноваться. Кстати, а как мы вообще умудрились уже на Небесный остров забраться? — Джимбей был у руля, а мы на подхвате, — привязанные к бизань-мачте Шаччи и Пенгвин подали голос. — Вы? — от голоса Зоро так и веяло удивлением. — Ну, просто все остальные были в дрова, а момент нужно было лапать. Хорошо, что Джимбей был не так уж и пьян, да и у руля даже в усмерть упившись будет Богом штурманов. — Ну, а вы чего привязанные к мачте раз на подхвате были? — Нами с удивлением уставилась на шапочников. — Ну так мы сами себя привязали. — Зачем?! — опять слаженный вопрос от команды. — Ну так это, вы пьяные словно к палубе приклеились. Прям, блин, мистика какая-то, — Шачи пояснил под согласные кивки Пенгвина. — А вот нас начало в итоге сносить за борт. Короче, мы себя привязали, чтобы нас не выкинуло за борт. — А правда, чего нас не унесло за борт? — Санни, — простонал решившийся наконец отлепится от руля Усопп. — Санни взял у нас в мастерских мощный клей и приклеил всех, кто находился на палубе, а не внутри. — А чё мы отклеились? — А вы посмотрите как вы отклеились, гении. У вас одежда, там где клей ложился с кусками травы сейчас. Санни тупо потом вас отрезал от себя. — Какой у нас классный Клабаутерман, — восхитилась Луффи. — Агааа, — накама с ней согласились. — Так, я пошла есть, пока Бонни на нервах все не схарчила, а вы давайте шустренько приводите себя в божеский вид и тоже присоединяйтесь. Лу, нацепив трофейные очечи на глаза пошла на камбуз в ошарашенной тишине. Секунда молчания ииии: — Мы в ванную! — девушки ломанулись в разные стороны, явно намереваясь занять все три санузла. — Эмммм, — Зоро конечно привычный больше всех, но даже он слегка растерялся. Взгляд упал на неучтенного пасажира. — Пойдем-ка, Белочка. Покажу тебе гостевую каюту. Парни, а вы тут пока разбредайтесь по каютам — раньше, чем через полчаса, а то и час на помывку ждать не стоит. Тяжелый вздох стал тому ответом. Со словами старпома к своему сожалению вынуждены были согласится все. А что касается вчерашней попойки — лучше вспоминать в несколько этапов, а то так и с ума сойти можно.

***

Вайпер, который спешил разобраться с чужаками издалека заметил что-то странное на этом корабле. Висящее на мачте нечто со светящимися сосками заставило его притормозить и присмотреться. Куча незнакомцев, которые выглядят страннее некуда, но вроде не сильные. Шандариец практически решился атаковать корабль синеморцев, то откуда-то выбежали двое в странных металлических трусах поверх штанов и порыв был задавлен на корню. Интуиции воин привык доверять, что не раз спасало его жизнь. И сейчас эта интуиция буквально орала благим матом, чтобы он уносил ноги и даже на глаза этим не попадался, пока они не вернутся обратно в свое синие море. Уверив себя, что он не убегает, а тактически отступает для запроса подкрепления Вайпер усвистал на остров. На камбузе Луффи хитро ухмыльнулась, умиляясь наивности шандарийца. От них и сбежать? Наиииивный.