Ломая канву судьбы

Шестой этаж Импел Даун был наполнен шорохом карт, смачным чавканьем, звуком льющейся жидкости и изредка звоном стекла. — Ну, за прекрасных дам! — И чтоб этих дам не пучило! Под задорный звон бокалов Домино отложила свои карты и отвлеклась от очередной партии покер чтобы поставить очередную галочку в блокноте. Именно такая комбинация тостов звучала уже в двадцать шестой раз. Таким темпом блокнот скоро закончится. Ширью решил воспользоватся возможностью, чтобы тайком поменять себе расклад, который сейчас его не вдохновлял, но в итоге получил костью, с которой только что обглодали мясо, по лбу от Лаки Ру и притих под ехидное хихиканье Ганнибала. У того рисовался вполне уверенный флэш-рояль и в своей победе он был уверен. Багги мрачно откусила большущий шмат от плитки горького шоколада и тяжко вздохнув задумалась — когда же её размеренная и спокойная жизнь полетела к чертям собачьим?! По всему выходило, что ещё тогда, когда она встретила самого неадекватного человека в своей жизни…

***

Багги была всегда себе на уме. По другому выжить во времена её детства в подворотнях Логтауна было очень затруднительно. Багги, чтобы кто не думал о ней и её уме или храбрости имела ряд собственных принципов, которые, впрочем, могла корректировать, если это казалось ей оправданным. И самым первым правилом и непреложной истинной с самого раннего детства для неё было — не следуй за другими. Багги, в ту пору ещё щупленький мальчишка (однажды она всыпит племяше по первое число, за её выкрутас с психикой дорогой теперь уж точно тетушки!) пяти лет упрямо отказывался переходить под чужую опеку за отданную долю добычи. Это был своеобразный строй их криминального общества. Слабые за свою защиту платили сильным частью добытого за некоторый период времени. Зачастую это было 65-80% от заработанного в месяц. Эдакая дань. Попрошайки, воры, проститутки — все те, кого в приличном обществе зовут отбросами сплачивались под предводительством кого-то сильного, за что и плати ему деньги. Сильные «отвоевывали» друг у друга улицы, порой целые кварталы Логтауна, где потом и «паслись» их подопечные. Впрочем, очень часто расклад сил в городе менялся и слабым приходилось подстраиваться под обстоятельства — либо искать нового покровителя, либо перебираться на другие участки города — в зависимости от ситуации. Багги, чья мать была профессиональной воровкой, за что и поплатилась головой когда её сыну было всего четыре, отчаянно боялась попасть под чужое влияние. Вариантов заработка «на дядю» было на самом деле не так уж и много. Проституция была ну ооочень крайним вариантом, для воровства нужно иметь неприметную внешность, коей могла похвастаться покойная матушка — в толпе увидишь, а через секунду и не упомнишь лица, но вот для попрошайничества Багги мог бы подойти. И она(он) тогда это осознавал, но вся загвоздка в том, что у попрошаек нереальная конкуренция. Люди, которые хоть белли да кинут найдутся всегда, но на всех никто не будет распылятся — попытаются помочь тому, кому нужнее. И вот тут в дело шли любые ухищрения — травмы, немощь, старость, жалобный вид совсем маленьких деток… Да много чего на самом деле. Мама Багги ещё с самого раннего детства сына разъясняла ему, что попрошайничать для него крайний вариант — рожей не вышел давить на жалость. Этот красный круглый нос не только рушил перспективу карьеры вора, но и четко указывал, что для попрошайки ему придется как минимум нанести себе увечья, чтобы деньги хоть кто-то подавал. Матери не стало, но наука её крепко засела в голове Багги. Поэтому мальчишка отчаянно не желал склонять голову и искать «защиты». Воровать приходилось тайком не только от блюстителей порядка и собственно добропорядочных граждан, коих и обворовывали, но и от «хозяина» территорий. Никто не заставлял идти под крыло насильно, но и не разрешали в этом случае залетным охотится в своих угодьях, а учитывая, что Логтаун и так фактически поделили весь, то по сути выбора не было никакого. Багги прекрасно понимала, что таким темпом её либо вздернут на веревке как её мать, либо, поймав за «браконьерством» уберут уже теневые главы сообщества. Она помнила, что отчаянно пыталась придумать выход, даже присматривалась на каких кораблях можно спрятаться в трюме, чтобы хотя бы за пределы осточертевшего острова убраться. Помнила отчаяние и решение своровать у высокого усатого пирата, что так кстати для неё зазевался выходя из бара. Она даже успела вытащить кошель из его бардового плаща, как с воплем: «Ах ты мелкий гаденыш!» — схлопотала кулаком по башке. Хотя, надо признать, что мужчина явно сдерживал силы — было больно, но и только. Её как котенка за шкирку подняли, подозрительно повертели и уже решили забрать кошель, как запулюмкала улитка. С тяжким вздохом: «Ша, подожди чутка» — её как куль запхнули под подмышку, чтоб удобней было достать Ден Ден Муши и снять трубку, а затем она оглохла от возмущенного ора, вся суть которого сводилась к тому, что они должны сейчас же линять с острова, потому что их засекли дозорные, но капитана-то нет. Стремный усач вздрогнул и не выпуская Багги рванул в сторону причала на ходу вереща некому Рейли, что сейчас будет. Багги висела мешком картошки и старалась не отсвечивать — если повезет, то она уберется уже сейчас с чёртового Логтауна. И таки да — они уплыли. Вернее Роджер, влетев по трапу под свист пуль и собственный хохот скинул её(его) на палубу и принялся командовать к отплытию. В суете Багги заметили только когда они уже прилично отплыли от берега. Этот самый Рейли влупил усатому так, что у того глаза в кучку съехались возмущаясь, что они и так уже одного мелкого пригрели и их корабль не детский сад. Багги сидела под грот-мачтой сжавшись в комок и боялась только, что её решат выкинуть в море как ненужный элемент. Но в итоге все свелось к тому, что её приняли юнгой на испытательный срок и приставив к рыжему несчастью всей её жизни уточнили, что гамак у них один на двоих, но зато швабра у каждого своя, на что Шанкс загоготал как гиена и схватив перепуганную Багги потащил в трюм. Багги соврет, если скажет, что с самого первого мгновения решила пройти испытательный срок на отлично и закрепится в команде. Нет, это был маленький недоверчивый крысенок из подворотен Логтауна, которому везде виделись углы, куда его загоняют и он автоматически скалил зубы, потому что потом может быть и поздно. Вот только эта недоверчивость нисколько не волновала ни Шанкса, который так много болтал, что Багги иногда казалось, что рыжий просто любит слушать свой голос, а ни тем более капитана. Единственным, с кем комфортно было Багги был как ни странно Рейли — его открытое несколько пренебрежительно-презрительно отношение к мелкому оборванцу, которого за каким-то чертом притащил капитан было привычным и от того понятным. Приятного мало, но зато сразу стает понятно, что спину ему не доверят, а значит не потребуют того же от него взамен в отличие от парочки детишек, возраст одного из которых явно перевалил за сорокет. Багги убеждала себя, что сойдет с корабля на первом же жилом острове, но то ей был слишком жаркий климат чтобы остаться на постоянной основе, то слишком холодный, непривычный строй общества или просто так не нравился. Где-то на пятом острове Багги осознала, что просто ищет оправдание своему желанию остаться в команде. После десятого острова она смирилась. Смирилась с командой, которую начала принимать в свой близкий круг, смирилась с их беззлобным подначками и своими обязанностями юнги, смирилась со шваброй, которой махала по палубе «отсюда и до обеда» и с предвзятым отношением Рейли, который благоволил Шанксу, а Багги так и остался для старпома мелким крысенышем, что неловко повисало в воздухе между ними. Окончательно Багги понял, что никуда от этой команды не денется, когда осознал, что смирился с сопящим ему в макушку Шанксом, что не смотря на уже имеющийся в наличии второй гамак продолжал упорно залазить в его, Багги, койкоместо и опутав друга как осьминог всеми конечностями дрыхнул без задних ног. И вот стоило это осознать, как сразу стало легче дышать. И плаванье превратилось в прогулку в поисках приключений. И действительно есть много чего хорошого вспомнить. Скайпия, Вотер 7, где создали их Оро Джексона, Сабаоди и нелепые приключения на нем. Новый мир играл больше мрачными краскам. Больше битв, ранений, утрат. Бои против распавшейся команды Рокса, чьи офицеры начали переделку Нового мира под свои территории. Одни бои с командой Белоуса чего только стоили, а потом примирительные пирушки с ними же. Хотя Багги абсолютно искренне хотела, да и сейчас тоже хочет, прикончить того жирдяя, что разукрасил шрамами лицо Рыжего. Битва против армады Шики была одной из самых трудных и в то же время переломных. Именно после неё Рейли и начал менять свое отношение к Багги в теплоту. Хоть и перестал относится к нему как к крысенышу ещё где-то в районе Скайпии, но окончательно потепление наступило именно после того боя. Багги наверное никогда не решится его об этом спросить. А все те приключения с Оденом, которого капитан притащил от Белоуса, или вернее сказать, что Козуки сам увязался за их командой. Опять заплыв на Гранд Лайн, но уже целенаправленно в поисках Понеглифов, ведь Оден-сан умел их читать. Единственное что в нем бесило Багги — его манера называть их с Рыжим. Рыжетаро ещё ладно, но, блин, Баггиджиро?! А впрочем, иногда это было даже мило, особенно, если перед этим гахнуть несколько кружечек рома. На Рафтель они с Шанксом так и не попали. Багги слишком некстати заболел и ничем не сбиваемый жар лишил их всякой надежды попасть на последний остров вместе с капитаном. Вернее Шанкс вполне мог, но не стал, заверив, что у них вся жизнь впереди чтобы увидеть это своими глазами. Багги лишь устало прикрыл(а) глаза на это утверждение. К тому моменту они давно разделили чаши саке и считали себя братьями. Шанкс знал всё прошлое Багги, а он(а) его. В том числе о кровном родстве с Белоусом и о младшей сестре-двойняшке. Роспуск их команды не был неожиданностью, но больнее от этого не стало. Глядя на улыбающееся лицо капитана, который за эти годы словно и не повзрослел Багги пыталась справится с болью, но в итоге все что могла — вцепиться в мозолистую, но такую надежную руку Шанкса. Несколько месяцев они провели в компании Лирики и её мелкого сынишки. Драгон частенько отлучался из дому так что они редко видели шурина. Новорожденный Кид был той ещё занозой в заднице, но дядюшки умилительно сюсюкались над засранцем под смешки сестры. Идиллия разбилась о реальность, когда все газеты затрубили о скорой казни Короля пиратов. И Шанкс, и Багги прекрасно понимали, что если бы капитан сам не захотел, что Дозор до самой его смерти не поймал, но раз уж он это сделал, значит так надо. И они вернулись в Логтаун. Этот город вызывал смешанные чувства у Багги. Тут он родился, тут выживал, тут повстречал своего капитана и тут Роджер вскоре умрет. Многое изменилось, система поруки теневого мира под давлением больно активизировавшегося Дозора изрядно изменилась и прохудилась. Впрочем, это не вызвало и малейшего отклика в душе пирата. Казнь Багги помнила смутно. Роковые слова капитана, начавшие Новую Эру Пиратов, его радостная как у ребенка улыбка, дождь, что нещадно бил тело, плачь Шанкса и собственные слезы, дрянное пойло в том самом баре, у порога которого Леди Судьба свела их вместе с капитаном, опустошение… Иногда, после самых трудных дней Багги все ещё снится эшафот и смех её каптана, пронзенного пиками дозорных палачей. Вроде бы странно, но так понятно, что и после казни Гол Д. Роджера мир продолжил жить. Люди дышали, ходили и общались, радовались и любили, мечтали и стремились, как впрочем и они с Шанксом. Четыре года спокойствия, когда они учились жить в мире без своего капитана. Как ни странно, но помимо Рейли, который краем глаза присматривал за ними, как за самыми младшими членами экипажа Оро Джексона очень уж помог отец Драгона. Хотя, надо признать, что они хорошенько так струхнули, когда впервые увидели ввалившегося в дом Лирики Гарпа, что радостно ревел: «Ну где там мой будущий дозорный?!». Их тогда хорошенько отлупили, но не арестовали. Как подозревала Багги — не последнюю роль в этом сыграл ультиматум сестренки — если свекор арестует её братьев, то она принципиально никогда его не подпустит к Киду и отдаст на воспитание Белоусу. Удивительно, но это сработало и на целых полгода Гарп стал как шелковый. Потом его, конечно, попустило, но за это время они умудрились стать для старикашки «своими преступниками», по типу его сынули-революционера. Затем родилась Луффи и они с Шаксом просто умирали от милоты. Такая ласковая и красивая малышка. Три года практически абсолютного счастья. За это время Шанкс успел присмотреть несколько перспективных людей, готовых признать его капитаном. Рыжий уже и намылился в Новый мир, собираясь отжать там часть территорий у успевших его поделить трех бывших членов команды Рокса. А потом случилась трагедия. Ублюдки, которые похитили Кида и убили Лирику. Они так и не смогли найти эту шваль, как и не смогли отыскать Кида, пока мелкий дивным образом сам не появился. Зато они успели за время, что искали возможные следы на Гранд Лайн познакомится с Мисей. Михоук оказался весьма хорошим собутыльником, чудесным другом, а уж киса из него получилась — заглядение просто. После той попойки в Путти, а потом заплыва к Логтауну втроем на одноместной лодке Дракуля они уже фактически принимали его за накама, но благоразумно ему не говорили, мало ли — вдруг он цундэрэ? Даже смешно сейчас вспоминать как они ловили мальчишку — сына Лилу Режущий Лист — по всему городу. Как потом добиралась к Гоа, где противный Гарп спрятал Луффи, как они с ужасом и болью слушали историю их маленькой племяшки и понимали, что все стало слишком больно и запутанно. Но вот эпичное возвращение блудного Кида запомнилось обоим, наверное, до конца жизни. Да, знатное было веселье. А потом наконец Багги получила долгожданный покой. Ист Блю было слишком тихим и спокойным морем, для того, чтобы та, которая прошла все ужасы и препятствия Гранд Лайн и Нового мира могла чувствовать себя как детском басейне. Шанкс успел таки стать Ёнко, Михоук так и удерживал позицию Шичибукая, а Багги просто курсировала от острова к острову, иногда заплывая к Луффи. Три с половиной года назад Багги проследила чтобы сын капитана — Эйс — успешно смог преодолеть рубеж Логтауна и выйти на Гранд Лайн. Казалось бы вот оно — счастье. Только племяшу оправить в её путешествие и можно дальше жить на расслабоне, но нет. Три с небольшим года спокойствия и размеренности окончились в Оранжтауне, где какая-то падла посмела покусится на его нос. Нос у Багги с рождения был красный, круглый и большой, ну прям как пипка у клоунов, за что собственно тот и получил свое прозвище, но никто никогда не смел на него(нос) покушаться. А тут какая-то цаца решила поиздеваться и привернуть к себе внимание так небанально. Гонимый яростью Багги даже решил забить на встречу с племяшкой и погнался за будущей покойницей. Итог этой истории был плачевен. Ни носа, ни члена, ни даже боевых шрамов, зато есть сиськи четвертого размера, гладкая кожа, ежемесячные мучения и бегемот в команде, да простит её Аль-чан. Багги в первые дни успокаивала себя напоминанием, что всё не так страшно и у шурина в его Революционной армии есть Ива, из-за гормонов которого и случилась эта нелепость, а значит все поправимо. Была только одна проблема — Багги не знала номер Муши Драгона. Пришлось активировать Волю Наблюдения и искать Луффи; уж кто-кто, а родные дочка и сын должны знать такую важную информацию. Казалось бы, что Леди Удача наконец улыбнулась Багги, ведь Луффи в компании Кида и остальной своей команды обнаружилась в двух днях пути от неё на плавучем ресторане «Жемчужина Гранд Лайн». Учитывая, что помимо нужных людей там ещё и вкусно готовят, а так же то, что курс ресторана был настроен аккурат навстречу Биг Топу можно было считать, что Леди Удача была весьма благосклонна к несчастному(ной). Только потом Багги осознала, что это была не улыбка, а ехидный оскал богини. Вот после того, как она очнулась от удара любящего племянника и осознала себя женщиной не только физически, но и вполне себе психически так сразу всё и поняла. Увы, но зная характер Луффи рассчитывать на то, что она вернет всё на место было не просто глупо, но и абсолютно безнадежно. Так что пришлось искать плюсы в сложившейся ситуации. Плюсы искались плохо, особенно на фоне очередного ежемесячного мучения, но поскольку практически в тот же момент когда Багги очнулась она почувствовала Голос кисы, то хандра ненадолго отодвинулась в сторону, а сама Клоунесса погнала встречать дорогого друга. Друг оказался женат и его любящая половинка явно была не в восторге от знакомств благоверного, что и высказала весьма четко и доступно кулаками и громким матом. В итоге, пока Лилу вместе с командой Луффи веселились они с Мисей сидели в разных углах ресторана как провинившиеся дети и даже не делали попыток самостоятельно оттуда выбраться — своя шкура дороже была. Багги усиленно размышляла, а чё собственно делать? Умная мысля все не приходила и не приходила. Женщина почувствовала себе настолько тупой, насколько изображала перед дозорными или даже ещё тупее. По итогам размышления решила, что нечего ей одной голову ломать и учитывая, что Мися с женой уже смылись было решено плыть к Шанксу. Это было нелегкое время для команды Багги, потому что если она благодаря коварной лапке своей племянницы быстро обустроилась в женской шкурке, а Альвида, которая увязалась за их командой ещё на злополучном острове, где случился гендерный террор одного отдельно взятого пирата и так изначально женского пола была, то весь остальной экипаж корабля был исключительно мужского роду и до этих адских месяцев даже не осознавал всего ужаса собственно месячных. Когда у твоего капитана каждый месяц на неделю крыша уезжает в отпуск, а женская логика и истерия берут по-товарищески на себя обязанности отдыхающей, то мужикам приходится ой как туго. Хотя первых два месяца было ещё нормально, как осознала на третий месяц команда, потому что до этого дамы зверели по отдельности, а потому могли хоть как-то друг дружку приструнить, но вот когда они как-то синхронизировались… Достаточно сказать, что Ричи ходит лысым, с одной только нетронутой гривой и кисточкой на хвосте, потому что дамы набодяжили себе воск для цитата: «Депри… дюпрепри… дюплю… ай, короче, депрюприляции, воо!» — но на себе было жалко тестировать, а лев так кстати попался им на глаза. Моджи друга жалел, но глядя и гладя свою собственную растительность был тихо рад, что под раздачу попал не он. Короче, долго ещё можно вспоминать события из разряда «есть, что вспомнить нет чего рассказать друганам», но в итоге Багги таки добралась в Новый мир, и даже надыбала зимний остров на котором именно в тот момент находился Шанкс и (о чудо!) тут же обнаружился и Дракуль с женой, которые тоже искали Рыжего. Как они умудрились вдвоем нажраться до полной амнезии прошедшего вечера Багги вообще невдупляла. Последнее, что она помнила, как она лезла смотреть в дупло в поисках белочки, а Мися угрожал, что она её в это дупло затащит. Наииивный. Именно на это она и надеялась! И это последнее, что она помнит и за что может ручаться. Наутро у неё болела голова, да что там голова — все болело. Даже то, что в принципе болеть не может. Но это ладно бы ещё, если бы она не очнулась в одной кровати с голым Шанксом. Похмельная голова соображала туго, но под одеяло заглянуть все же додумалась. Реакцией на собственную обнаженку стал громкий мат, который слава богам был громким только в её голове. Она попыталась выбраться из кровати в надежде, что Шанкс как и она ни черта не помнит и можно будет сделать вид, что ничего не было. Только этот долбанный придурок впервые в жизни подвел её надежды и проснувшись до того как Багги свинтила с постели прижал её к себе что-то мяукая о красотках, которые теперь должны взять на себя ответственность и выйти за него замуж. Как Багги не поседела в этот момент даже она сама не знала. Как на зло, ещё и сразу после этого Рыжий окончательно проснулся и не смотря на несомненно не менее сильное, чем у неё похмелье все же узнал её Голос и таки допер, что эта красотка и есть Багги. Она была готова ко всему: к неверию, насмешкам, упрекам, подколкам, предложениям всё исправить, да даже к отвращению и ненависти после произошедшего, но не к тому, что замолчавший и посмурневший Шанкс молча свалит на полдня в неизвестность, а когда она уже расстроенная и опустошенная решит отчаливать с зимнего острова в компании Михоука и Лилу появится с явно наскоро сорванными непонятно где найденными в таком-то климате цветами и предложением женится. Это было ужасно, просто хуже некуда. Потому что в глазах Багги она для Шанкса уже не друг, не брат, а точнее сестра, не накама — просто баба, но баба достаточно красивая и близкая, чтобы женится на ней. Это стало последней каплей. Вмазав Рыжему от души с кулака Багги вместо Биг Топа уселась в лодку к Дракулю и под сочувствующий взгляд кисы и недоумевающий амазонки свинтила, пока Бен приводил в чувство нокаутированного капитана. Дальнейшая неделя прошла в попытках отвязаться от Ред Форса, потому как Шанкс не поняв реакцию на свое предложение закусил удила и преследовал Багги с целью помирится. Клоунесса на полном серьезе стала рассматривать вариант с добровольной сдачей дозорным при условии, что её переведут в Импел Даун под крылышко Магелана. Друг по созвонам через улитку уже несколько лет как в курсе кто ему так наяривает время от времени. Не смотря на нахождение несколько по разные стороны барикад они вполне довольны своей странной дружбой на расстоянии. Предложение о трехсторонней встрече в Маринфорде застало их практически возле Ред Лайна, так что скорректировав курс Мися повез дам в оплот Дозора на бесплатную экскурсию, как обозвала это дело Лилу, а Шанкс потащился следом, за ними усиленно делая вид, что согласился на это безумие не из-за синеволосой обиженки.

***

Багги дожевала последний кусочек шоколада и прикинула сколько уже литров горючего выдудлили на пару Ёнко и начальник Импел Дауна. По всему выходило, что от такой дозы коней и Зунеша двинет, а эти продолжали бухать как ни в чем не бывало. Когда в Маринфорде, куда они прибыли аккурат к моменту начала встречи, а оттого у Шанкса не было времени преследовать Багги, все пошло по известном эротическом маршруте из-за желания малышки Лулу выйти за Дофламинго (нет, ну если чисто на внешность смотреть, то 10 из 10, хотя помня какая Луффи хрупкая и маленькая, а потом поглядев на блондинистую каланчу женщина искренне понадеялась, что он не везде пропорционально сложен), Багги даже не упомнила своих обид — тут бы этого развратителя поймать и кастрировать. Почти два дня погони окончились для Клоунессы фразой о беременных бабах и ту холодный пот прошиб — почти три дня как ничего не было, хотя по всем вычислениям должно бы. Именно поэтому, страшась будущего где она пузатая, а потом и рожающая Багги опять влупила Шанксу и бросилась к Магелану — единственной оставшейся константе в своей жизни. Константа дала сбой, когда злобный как собака Шанкс нагнал Багги уже в самой тюрьме и с ходу начал избивать ничего не понимающего Ганнибала, приняв его за Магелана. Сам насяльника всея тюрьма сидел в десяти метрах от места избиения в переносном туалете и боялся даже звук или запах издать. Багги на Ганнибала было плевать — она тупо радовалась, что пришли эти дни и взглядом выискивала у кого можно стрельнуть необходимые вещички. Решила пойти искать, но Рыжий, с налитыми кровью глазами замогильным тоном сказал, что ещё шаг в сторону и он так её затрахает, что не то, что ходить не сможет — даже ползать сил не останется, потому что она уже конкретно его заебала своими побегами. На писк, что ей ну очень надо Ёнко не меняя тона и продолжая пинать уже даже не скулящего Ганнибала спросил что именно ей надо. Однако Багги не смогла пояснить что же ей все-таки надо, потому что смущающие слова застряли в горле. Пиратка несколько секунд похрипев в попытках заставить себя признаться молча развернулась и рванула вглубь тюрьмы не смотря на ранее озвученную угрозу. Шанкс кинулася за ней, но Магелан нашел в себе силы высунуться из туалета и дать вторженцу бой. Бой в итоге прошелся по всем этажам и в конечном итоге окончился на раскуроченном походя Шестом этаже. Багги при всем желании не могла бы сказать когда же драка переросла в попойку, а пираты Рыжеволосого, заключенные, чьи камеры не пережили недавней драки, а также надзиратели устроили дружеский турнир в покер. Багги тупо сидела в сторонке и мрачно жевала очередную шоколаду из экстренного набора Сади-чан, у которой она его и отжала одолжила. На пальце сверкало ехидным блеском кольцо, которое на неё все же напялили под улюлюканье и слезоразлив Магелана (его деточка замуж выходит; деточка его едва не убила — жаль что взглядом испепелить нельзя, падлу такую). Теперь она почти замужняя дама. Багги сидела, жевала и мысленно составляла список претензий к капитану, который собиралась тому предъявить после смерти. Вся её жизнь пошла под откос после встречи с этим неадекватным и это колько — апогей всей этой херни. Месть её будет ужасной — она по волоску пинцетом выдернет ему усы, да! Решительно кивнув самой себе Клоунесса снова откусила шоколадку под горестный вой Сади-чан. Осталось придумать как покарать предателя-друга и наглого рыжемордого и жизнь можно считать удавшейся.