Hearteater

      Hearteater, why'd you eat my heart alive?       Still breathing, why you looking so surprised?       Сердцеедка, почему ты съела мое сердце живьем?       Все еще дышишь, чему ты удивляешься?

***

      Гермиона Грейнджер появилась из ниоткуда. Тошнотворно было наблюдать за восторгом Гриффиндорцев, когда Распределяющая шляпа выкрикнула название этого поганого и глупого красного факультета.       Она часто кидала взгляды на меня. И вроде бы это довольно привычно. Женщины на меня смотрят всегда.       Женщины смотрят на меня всегда, но не таким взглядом, как она.       Между мной и ею появилось негласное соперничество. Я всегда отдавал должное Минерве, считая именно её самой умной девушкой в этой школе. Но всё изменилось, когда Гермиона Грейнджер появилась из ниоткуда.

***

      Hearteater, try but you will not suffice;       Hearteater, why'd you eat my heart alive?       Сердцеедка, попробуй, но тебе не хватит этого       Сердцеедка, почему ты съела моё сердце живьем?       Её нездоровый, но взаимный интерес развивался с каждым днём всё больше.       Вчера я позвал её прогуляться по замку, чтобы она узнала его получше. Хотя это был лишь предлог. Я и так уже понял, что она замок знала очень хорошо.       Девочка была сложной задачей, для решения которой надо было найти ответы, которые сама Грейнджер так мне не давала по сей день.       И даже мои Вальпургиевы Рыцари были бесполезны. Кто? Откуда? Кто родители? Зачем? Почему? Ответов не было.       Абраксас Малфой знал от и до каждую чистокровную семью, но семей с такой фамилией как у неё не было.       Девчонка нагло и уверенно врала, что она приехала из-за границы, и поэтому о её семье никто не знает.       Но я то знаю, Грейнджер, что ты коренная англичанка.       Я отчаялся и решил, что она, видимо, поганая грязнокровка с блестящим умом. Это было редко. Такой случай был в первый раз, чтобы такая как она была умнее тех же благородных Блэков.       Салазар с ней. Я решил уничтожить всю нечисть. Всю, кроме неё.       Для маленькой Гермионы я решил сделать исключение. Она сама стала редким исключением. Я подготовил для неё индивидуальное особое место в новом мире, который я создам.       Я стал искать её родителей-магглов. Я хотел посмотреть им в глаза. Хотел узнать у них, какого чёрта?! За что мне они создали такой прекрасный яд…

***

      Ooh, you're poison       Poison, filled with poison       Fill my veins with poison       Poison, filled with poison       Ох, ты яд,       Яд, наполненный ядом,       Наполни мои вены ядом,       Ядом, наполненным ядом.       Но проблема проявилась в том, что её родителей просто не было. Нет, я нашёл одних Грейнджеров. Жили в дряхлой деревушке под Лондоном, занимались фермерством. Но они были далеко не её родителями. Возраст и внешность этих людей никак не соответствовали тем, кого я видел в воспоминаниях Гермионы, пока я умело копался в её черепушке. Более того, они даже не бабушки с дедушкой ей. Они ей совершенно никто. Эти люди не знают, кто такая Гермиона, у них нет такой родственницы с таким именем.       Мне всё это нравилось всё меньше и меньше. Слишком много вопросов и мало ответов. Моя Гермиона наотрез отказывается говорить что-то, а я наотрез отказался пытать её. А в последнее время она всё чаще старается избежать моего общества, словно ей это было совсем не нужно. Бьёт по моему самолюбию и злит меня. Что ж, я узнаю, кто ты такая, Грейнджер.

***

      Hearteater, why'd you eat my heart alive?       Still breathing, why you looking so surprised?       Сердцеедка, почему ты съела мое сердце живьем?       Все еще дышишь, чему ты удивляешься?       Я всё узнал. Я видел тот её первый поцелуй с тем рыжим. Я поклялся себе, что когда найду его, я его убью. И нет, не сразу. Быструю и безболезненную смерть надо ещё заслужить от меня. Да, он заслужил смерть. Смерть, которую он получит благодаря пыткам. Наша с ним встреча обязательно состоится. Потому что всё ещё впереди. Гермиона, как оказалось, не отсюда. Не из этого времени.       И всё-таки я не смог даже для неё сделать то редкое исключение. Она не хотела дать воспоминания добровольно. Мне пришлось её пытать, но не Круцио. Легилименс тоже обходится очень болезненно для человека, который не готов к вторжению в его воспоминания.       Меня чуть не стошнило.       Там были её друзья, там были её родители, её жалкая любовь, которую я требовал от неё предоставить всецело мне, но так и не получил. Я узнал о ней всё. Я узнал и о себе всё. Я узнал, кем я для неё являлся на самом деле всё это время.       Монстр.       Я был для неё тем, кто вызывал ничего, кроме отвращения и страха.       Это ты должна вызывать у меня отвращение, грязнокровка!       Она была без сознания. Мои подчинённые держали её с обеих сторон за руки. Я же стоял к ней лицом и смотрел на неё. И когда я закончил просмотр этих воспоминаний, я потерял контроль над собой и дал ей очень сильную пощёчину.       Я приказал им отпустить её тело на пол и дал ей ещё раз пощёчину. И ещё, и ещё и ещё раз!       Обычно состояние человека только ухудшается от таких ударов, но видимо боль лишь пробудила её. Я ударил её не за то, что она грязнокровка из будущего. Я её бил за то, что она искала способ исчезнуть отсюда. — Ты, — я дышал очень громко и нервно, — не посмеешь, Грейнджер, поступить так со мной. Ты останешься здесь, даже если для этого мне придётся тебя убить. Ты меня поняла?!       Мои рыцари нервно переглядывались, явно не понимая происходящего. Пусть не понимают. Я не должен отчитываться перед ними. Если мне будет нужно, я сам им всё расскажу.       У Гермионы пошла кровь из носа, но я и пальцем не дрогнул. Она заслужила это. Когда я убедился, что она меня поняла, я отдал приказ своим псам проваливать из Выручай-комнаты. Они все ушли. Ещё несколько минут я смотрел на неё и ушёл следом, в холл Слизерина.       Она ничего никому не скажет, я знаю об этом. И даже когда я её оставил там, в той комнате, про которую она и сама прекрасно знала без меня, я знаю, что с ней всё будет нормально. Сейчас она себя излечит и завтра придёт на занятия.

***

      Hearteater, why'd you eat my heart alive?       Still breathing, why you looking so surprised?       Сердцеедка, почему ты съела мое сердце живьем?       Все еще дышишь, чему ты удивляешься?       Моя грязнокровка пришла на пары. Как я и подразумевал, она исцелила себя. Выглядела безупречно. Я был немного рад, что она общалась с Алисией Браун. Она была мерзкой, но умела следить за собой и научила этому Грейнджер. Теперь её волосы были не такими лохматыми, как пару месяцев назад, а были аккуратными локонами, которые лежали чуть ниже плеч. Никто не знает, что у неё грязная кровь и не узнает никогда. Об этом забуду даже я сам. И иногда забываю, когда вижу, какие она чёткие правильные ответы даёт учителям на их вопросы. Грязнокровка не может так отвечать. Никто никогда не догадается.       Грейнджер стала лучше справляться с ролью моей девушки. Профессора, даже тот же Дамблдор, просто умилялись такой блестящей паре. Слизнорт как-то обмолвился, что мы просто созданы друг для друга. И в чём-то я был согласен с зельеваром. Такая женщина, как Гермиона Грейнджер должна принадлежать такому сильному волшебнику, как я. В библиотеку делать уроки я её не пускал одну, она везде была только со мной.       Уже ближе к ночи я взял её с собой на собрание с Рыцарями. Я приказал им всем следить за ней, охранять ценою своих жалких жизней.       Я видел, что ей не понравился весь этот фарс. Ей не понравилось, как я заставил преклоняться им перед своей будущей королевой. Я видел, как она отважно держится, чтобы не наброситься на меня, когда я вместе с подчинёнными прямо при ней планировал очередное нападение на очередную грязнокровку.       Подавись своим бессилием, любимая

***

      Прошло ещё несколько недель. В один из вечеров я сорвался и заставил свою грязнокровку отдаться мне, не только душой, но и, наконец, телом.       В тот вечер я впервые за свою жизнь получил от женщины пощёчину. Несколько пощёчин. Потом Гермиона пыталась ударить меня кулаком. Но я оказался сильнее. Она кричала, но Выручай-комната была на моей стороне. Она обладала такими свойствами, которые не позволяли каким-либо звукам вырваться за её пределы.       Порванная одежда буквально висела на ней. Гермиона сдалась. Все эти часы она была как безвольная кукла. Мне не пришлось прикладывать усилия, чтобы своим телом проникнуть в её тело. Я заставил её стать со мной одним целым. Ей было больно, Гермиона продолжила плакать и кричать. Всё бесполезно, грязнокровка. Ты в моей власти. Завтра она вновь будет как новенькая.

***

— Мне пора уходить. — Гермиона сказала это так тихо, что я еле услышал.       Она смотрела на меня своими карими глазами, которые вот-вот должны начать слезиться. В её взгляде было ещё что-то, что похоже было на прощание… Именно на то прощение, когда люди именно прощаются насовсем. Я и не придал этому значения. Слишком блаженным было ощущение, которое опьянило меня после долгожданной разрядки. — До завтра, Грейнджер.       И она ушла, больше ничего не сказав. Что-то было не то, но я не заметил этого.

***

      Hearteater, try but you will not suffice       Серцеедка, попробуй, но тебе не хватит этого.       Тварь.       Дрянь грязнокровная.       Неблагодарная падла.       Мерзкая шлюха.       Она действительно сделала это. Я оказался полным идиотом, которого опьянила власть над этой грязнокровкой. Я считал, что она больше не занимается своими исследованиями и поисками вернуться назад, в будущее. Но я не учёл одного: если бы она ничего не нашла, она бы продолжила искать эти подходящие способы, чтобы вернуться. Гермиона просто ждала подходящего момента, ждала, когда я об этом забуду и расслаблюсь. Ей определённо место на Слизерине.       И всё-таки, я должен ещё раз заняться её родословной. Простая грязнокровка не могла меня так обдурить. В грязной крови не может быть такого потенциала, как у Гермионы.       Я ещё долго злился и злюсь на неё из-за этого поступка даже сейчас. Но я знаю, что я её найду. Она бросила мне вызов и её больше ничто не спасёт.       Я найду Гермиону Грейнджер, даже если она провалилась в никуда.