Личный сексолог

Джош щелкает пультом от кондиционера, как только заходит внутрь, и привычное монотонное жужжание разносится по кабинету. Все еще душно. Молодой человек подходит к большим окнам, выходящим на главную улицу города, и приоткрывает каждое, впуская в комнату желанный прохладный воздух. Замирает у окна и наслаждается видом спящего Огайо, безмятежного и нерасторопного, где редкие пешеходы не спеша идут по улицам, а автомобили все также останавливаются на красный. Прекрасное место, если подумать. Дан проходится по всей комнате, поправляя съехавшие за последние несколько часов картины. Уборщица никогда не дорожила ими, за глаза называя «пошлыми картинками». За эти самые «пошлые картинки» он некогда выложил все свое состояние студента, чтобы теперь они радовали, а точнее смущали, каждого его клиента. Вообще, во все это место он вложил достаточно денег, колоссальную сумму, если посчитать все от начала и до конца. Но, насколько он помнит, вся эта сумма окупилась еще в первые годы его работы как сексолога, и вот уже несколько лет доходы значительно превышают расходы, генерируя прибыль, что он с радостью тратит. Когда воздух перестает быть таким спертым, Джош закрывает окна, огораживая себя от шума просыпающегося города, и ставит в проигрыватель одну из пластинок, сменяя жужжание пылесоса на верхнем этаже излюбленными нотами. Движется дальше по комнате, расставляя в нужном порядке глиняные фигуры, которые лучше не показывать детям и особо смущающимся взрослым. Вообще, он не особо любит заставлять помещения чем-то слишком вызывающим и можно сказать кричащим о роде разговоров, которые ведутся в его стенах, но мимо этого на аукционе пройти никак не мог. Старая привычка покупать вещи по скидке и соревноваться за право обладать в который раз дала о себе знать. Дан выбросит их, как только наскучат, а это произойти может в любой момент и жаль тогда бедного уборщика, которому выпадет честь обнаружить в мусорном баке глиняные изваяния половых органов. Следуя привычному за все время работы порядку дел, молодой человек направляется к зеркалу, висящему правее его письменного стола, полного различных бумаг, выкинуть которые он каждый раз успешно и намеренно забывает. Еще во времена студенчества всем на его факультете привили, что хороший психолог, а сексолог тем более, должен и выглядеть хорошо. Поэтому Джош не помнил, когда в последний раз надевал что-то менее официальное и более удобное. Кажется, в его гардеробе имеется только пара футболок и те для тренировок на свежем воздухе. Он возвращается за письменный стол, который одним своим видом кричит, что перед вами сидит не кто иной, как специалист, лучший в своем роде, ну или просто шарлатан, которому вы любезно относите свои деньги, а он спускает их в первом же пабе. Джош очень верит, что он относится к первому числу. – Мистер Дан, вы готовы к посетителям? – бодро спрашивает секретарша, появившись в дверном проеме. Единственная, кроме него самого, кого не смущает необычное убранство кабинета, ну или, по крайней мере, теперь её ничто здесь не смущает. Не дождавшись ответа, она проходит внутрь, цокая высокими каблуками, не обязательной частью образа, но так полюбившейся ей, что, казалось, Лайза никогда с ними не распрощается, как и с красной матовой помадой. – Как и всегда, - весело улыбается Джош и включает свой ноутбук, игнорируя дымящийся рядом с ним напиток, он залезает в библиотеку и открывает файл, гордо носящий название «книга» – Сегодня много клиентов? Хотелось бы освободиться пораньше, есть кое-какие дела. Девушка оборачивается у самого выхода и прикусывает губу, припоминая всех, кто сегодня по записи. Один за другим загибает пальцы, полушепотом называя фамилии. Не похоже, что планам удастся осуществиться вовремя. – Две семейных парочки, один подросток, - уже что-то интересное; как специалисту, Джошу всегда нравятся случаи, с которыми можно действительно поработать, а не ограничиваться парой шаблонных фраз, – И один паренек, но я не уверена, что он придет. Слишком самоуверенный. Дан протирает рукавом пиджака табличку со своим именем, подмигивая своему желтоволосому отражению, и отпивает кофе, принимаясь печатать очередную главу своего творения о том, как разнообразить семейную жизнь, не важно, год вы в браке или несколько лет. Как показывает практика, подобные книги очень хорошо окупаются, а Джош вовсе не против расширить свой бизнес новым офисом. – Спасибо, что помогли нам, - женщина средних лет, в теле и странной цветастой рубашке, словно на нее вырвало единорога, выталкивает свое чадо из кабинета, – Уж не знаю, как бы я с этим справлялась. Вы лучший сексолог, я обязательно посоветую вас всем своим знакомым! Дан натянуто улыбается, выслушивая благодарности, и ставит черной пастой напротив фамилии подростка галочку, отмечая, что вряд ли с ним придется работать снова. Желанный сложный случай оказался вовсе не сложным. То, что мать так громко описывала болезнью и неконтролируемым рукоблудством, оказалось враньем и бесплатной недельной подпиской на сайт с порно. Единственное, что отметил Джош, так то, что для столь юного возраста у клиента достаточно неплохой вкус. И дверь захлопывается. Наконец. Джош запускает пальцы в волосы, чуть взъерошивая их, и поднимается с кресла, чтобы немного размяться. Он меряет кабинет шагами, разводя руки в разные стороны. Еще немного и он спустит часть выручки на тренажер прямо в офис, а шкаф для одежды вполне себе может перекочевать и в приемную. Дан потягивается и слышит, как каждый позвонок хрустит. А ведь ему даже не тридцать. Если бы кто-то в университете предупредил его, что разговаривать с людьми за сорок об уменьшении сексуального влечения, а еще с подростками о мастурбации во сне, может быть так утомительно, то он бы не поверил. А зря. Сидел бы сейчас себе где-нибудь в магазинчике и продавал диски с музыкой, радовался жизни, а не выслушивал про то, как у мужа подруги троюродной тетки стоит по сорок минут, а вот у её мужа и десять минут уже праздник. Или про очередной случай, когда семейные пары не знают ничего кроме миссионерской позы, зато знают огромное количество слов, которыми можно выказать все недовольство от занятия любовью. – Тогда парень, ты бы не помог всем тем людям, которые ежедневно к тебе заходят, не дописал бы книгу, - а он и так её не дописал, – И тебе бы точно не перепадало отменное вино, - бормочет себе под нос Джош, пряча подаренную бутылку в ящике своего огромного стола, где она будет успешно пылиться среди таких же ровно до тех пор, пока не наметится праздник, на котором её можно будет спихнуть как шикарный подарок от всего сердца. – И не говорил бы сам с собой, - колко замечает Лайза, в который раз за день решившая наведать своего босса, – Финальный клиент и по домам? Джош косится на наручные часы, до важных дел остается еще пара часов и, если он не хочет потратить их за растратой денег в местном моле, где с высокой вероятностью его могут встретить бывшие пациенты, то лучше не торопиться и повозиться в офисе с час. – Пусть подождет еще пять минут, мне надо собраться с мыслями, - Дан зажмуривается, пальцами потирая виски. Если это не мигрень, тогда он королева Великобритании. Среди бесчисленных ящиков находит нужный, с пластиковым контейнером и кучей разнообразных таблеток. Запивает гладкую пилюлю водой прямо из кувшина, на что Лайза недовольно выпячивает губы. – Он и так ждет, - врет секретарша, делая глаза как у кота из Шрека. И мужчина ведется на это, машет рукой в ее сторону, от чего она задорно хлопает в ладоши и скрывается за деревянной дверью. Он найдет, куда потратить этот час и желательно так, чтобы это не ударило по его кошельку. В кабинет, ничуть не мешкая, заходит пациент. Парень, одного возраста с Джошем, высокий, с непослушной копной темно-каштановых волос, что в свете полуденного солнца отдают золотым. И быть такого не может, с татуированными линиями на руках. Дан не верит этому и сминает одну из бесчисленных бумажек у себя на столе. Неровно дыша, откидывает её в мусорное ведро, стоящее близ его стола, и закрывает глаза, в сотый раз, за минуту напоминая себе, что он высококвалифицированный специалист, а парень перед ним, из-за которого сердце бьётся часто, всего лишь пациент. Который решил украсить свое тело чертовыми черными линиями, которые так заводят Джоша. Парень, либо не заметив странного поведения сексолога, либо намеренно его проигнорировав, садится в отведенное ему кресло, скрестив руки на груди. И молчит. – Я Джошуа Дан, и я ваш личный сексолог на сегодняшний сеанс, ну или на последующие тоже, - парень напротив злобно щурит глаза, внимательно изучая интерьер помещения, в котором ему довелось оказаться, и не реагирует на протянутую руку. Джош решает играть в молчанку в ответ, тем более, тогда никто не услышит волнения в его голосе, смешивающегося с ежесекундно возрастающим желанием. Кем бы он ни был, он слишком странно влиял на молодого человека, заставляя раз за разом писать одну и ту же строчку в блокноте, куда обычно сексолог заносит записи о клиентах, в частности об особо интересных случаях. А он выглядит именно как такой случай, по крайней мере, пока не назовет, зачем пришел. «А вот и самоуверенность дала трещину» - думает Джош, когда щеки парня краснеют, стоит ему посмотреть чуть левее «пошлых картинок» на его коллекцию различных изданий порнографического характера, открытых на самых выигрышных картинках. Беспроигрышный вариант, если необходимо выяснить фетиши пациента. Он собирал их еще со времен старшей школы, когда решил для себя, кем станет в будущем. Ни один журнал здесь не был случайностью. Выбранные годами и проверенные множеством посетителей они срабатывали каждый раз. И вот, пациент, источавший мгновенье назад уверенность в себе и своих действиях, смотрит на раскрытую страницу журнала, которому лет десять, не меньше, где изображены два обнаженных мужчины с поясами из черной кожи. И Дан готов поклясться четвертью своего текущего состояния, что этот парень смотрит вовсе не с отвращением. – Не будет следующих сеансов, - отрезает темноволосый, старательно придавая лицу безучастное выражение. Зря старается, стоит отметить, эти стены видали и не такие случаи. И каждый сложный и упрямый клиент через десять минут после такого заявления уже ныл прямо в этом кресле о своих проблемах, а потом еще и приходил раза два, чтобы наверняка убедиться, что все помогло. Джошу очень сильно хочется такого исхода, но с более близким знакомством и в другом месте. – Могу я узнать ваше имя? – Дан пропускает мимо ушей его слова, положив обе руки на стол. К своему удивлению, ни одна эмоция, а у него их буря и маленький ураган, не затрагивает его голоса, и он в состоянии вести беседу как положено. – Тайлер Джозеф, - пациент пытается скопировать манеру говорить у сексолога, но получается довольно слабо. И так сексуально неумело, что Дан пытаясь хоть куда-то перенаправить энергию, концентрируется на своем блокноте. Черные линии, одни черные линии. – Итак, - пульт от кондиционера щелкает еще раз, лишь потому, что его владельцу было необходимо отвлечься хоть на секунду, выключая устройство и, впервые за несколько часов, ничто не дует в затылок Джошу, – Тайлер, в чем цель вашего визита? Джозеф морщится и поправляет ворот рубашки, втягивая воздух. Еще немного и точно сорвется с места, убежит куда подальше, лишь бы не краснеть здесь снова, впервые за долгие годы, чувствуя себя уязвимым. И это так заводит Дана, что можно по одной его фантазии составлять новую камасутру. – Моего сексуального партнера стал не устраивать секс, - о, да он определенно старается строить из себя крутого парня, говоря так, словно не видит никакой проблемы. Но глазами уже изучил каждую картинку в помещении. – Ваш партнер это мужчина или женщина? – очередной вопрос, способный выбить из колеи любого, кто заранее продумал весь разговор в своей голове. Шах и мат, мистер Джозеф. Джош надеется, что он будет выкручиваться из ситуации медленно. – Это так важно? – Тайлер старается не потерять образ крутого парня и от того закидывает ногу на ногу, словно его никак не беспокоят подобные вопросы. И все же Джош в который раз убеждается, что каким бы ни был пациент, здесь, в этом здании, на этом этаже и конкретно в этой комнате есть только один лидер. И именно он сидит сейчас, положив локти на стол и опустив на них подбородок. Ведет игру, исход которой уже известен. Он делает ставки сам с собой. Ужин в ресторане, если окажется, что мистер Джозеф не кто иной, как гей, скрывает это и пришел на прием лишь из-за того, что его доминирующего партнера не устраивает, как он себя ведет в постели. С этой ситуацией действительно можно разобраться в одно касание, правильную ссылку в поисковой строке и разовый поход в секс-шоп. Ну, и контрольный визит, где выяснится, что лечение, очень сложно назвать это так, ведь отчасти никто никого и не лечил, пошло на пользу и сексуальная жизнь двоих наладилась. Тридцать минут и он уже покидает здание, придерживая дверь для Лайзы, что скроется в подземном переходе, и остаётся один, потому что у мистера Джозефа, благодаря ему, будут дела поинтереснее. – Хорошо, - Тайлер чешет затылок, все еще намеренный выиграть, напрасно, – Это девушка. И мысленно Джош Дан, со всей силы, бьёт себя по лицу за невнимательность, потому как только сейчас замечает след о губной помады на вороте чужой рубашки и легкий шлейф цветочных духов. Самый лучший в своем роде сексолог, по личному мнению, только что проиграл себе в мысленном споре с собой же. Мистер Джозеф гетеросексуален, а это значит, что ни одному извращенному плану в голове Джоша не осуществиться. «Чёрт, Джош, ты теряешь хватку». – И в чем, - Дан прокашливается в кулак, ослабляя свободной рукой галстук, потому что из-за парня напротив дышать в комнате все сложнее, – Ваша проблема? Он с интересом вглядывается в лицо посетителя, а потом опускает взгляд ниже, на татуировки, покрывающие его руки. И черт бы побрал Тайлера Джозефа со всеми его проблемами, ведь он понятия не имеет, как сильно его сексолога заводят черные линии. Простые черные линии, без надписей, без узоров, без чего либо. В последний раз он видел такие у девочки в университете и, насколько ему помнится, несколько ночей успешно запоминал их в тусклом свете. – А в чем может быть проблема? – с вызовом бросает клиент, и Дан готов поклясться, что в помещении стало слишком душно, – Не угадывайте, я сам отвечу. Оргазмы, их нет. «Ну всё, ты проиграл, Дан». Не угадал ни по одному из пунктов, пролетел как пробка от шампанского. И Джозеф это чувствует, наслаждается замешательством своего врача, что не в силах оторвать взгляда от чужого кадыка, поднимающегося из-за глухого смеха. Господи, кто-нибудь, выведите его отсюда, пока Дан не доказал этому самодовольному красавцу, что быть бисексуальным это тоже круто. – У нее? – Джош, наконец, смотрит в его глаза, которые подозрительно быстро перестали быть холодными. Парень напротив облизывает губы, и желтоволосый напоминает себе, что в кабинете действительно душно, но менять ситуацию не спешит, наслаждаясь видом. Он бы отдал все, что имеет за один только снимок Тайлера прямо сейчас, когда он проходится языком по пересохшим губам. Дан больше не останавливает себя, не твердит, что нужно держать себя в руках, и пускает ситуацию на самотек. – У нее, - медленный кивок головой и вот, он расстегивает две верхних пуговицы рубашки, даже не подозревая, что творит, – И что делать? «Раздеваться или выметаться из кабинета к чертовой матери» - Дан замечает татуировку на его груди. Четыре прямоугольника, смысл которых Джош узнает позже. Обязательно узнает, спросит как-нибудь утром, пока они будут завтракать у него дома. – Почему она не пришла сама? – на этот вопрос у парня определенно есть ответ, судя по очередной самодовольной улыбке. Но Дан не расслабляется, все еще понимая, что ведет эту игру. Уверенно тянет за нужные ниточки, подбираясь к решению проблемы и расставанию с объектом своих сексуальных желаний. – Потому что без меня у нее все получается, - парень дует губы, совсем как ребенок, и эта мысль отрезвляет Джоша. В конце концов, перед ним пациент и его долг помочь ему разрешить все вопросы, а вовсе не затащить к себе в постель. Он внимательно проходится взглядом по записям и обнаруживает, что не написал на чистом листе ничего вразумительного, касаемо пациента. Зато его тату описал во всей красе. Придется импровизировать и предлагать решения из старого опыта. – Может, вам с ней стоит попробовать что-то новое? – Дан фальшиво медленно покусывает ручку, стоимостью как чья-то зарплата, и стучит пальцем по блокноту, перелистывая временами его страницы, – У меня были подобные случаи на практике, так что стоит разнообразить вашу сексуальную жизнь новыми позами, может быть, играми. Попробуйте. – Пробовали, ничего не выходит. Она говорит, что секс у нас без цвета, - вот то, что задело Тайлера за живое, истинная причина, по которой он пришел на прием. Какая-то девушка обидела его самолюбие, показав, что не все так гладко, как бы хотелось. И сексологу очень нравится такая причина, потому что он понимает, что полностью не проиграл в прошлый раз. У этого парня, сидящего напротив, определенно есть парочка скелетов в шкафу. – А вы-то сами чего от секса хотите? – Джош вскидывает бровь, когда ловит на себе удивленный взгляд, но сохраняет спокойствие, все так же перелистывая страницы блокнота, – В конце концов, оргазм зависит от всех участников процесса, может дело вовсе не в вашей партнерше, а в вас? «Признавайся же, не то придется добиваться от тебя признания». – Что за глупость? – темноволосый отводит взгляд в сторону и нервно теребит пальцами, не решаясь сказать о своих истинных желаниях, – Меня все устраивает. «Врет» - мысленно констатирует Джош, более не способный сдерживать себя. Почувствовав контроль над ситуацией, сексолог поднимается со своего места и медленно, как лев, выслеживающий свою жертву, подходит к Тайлеру. Встает позади и кладет ладони на его плечи. Джозеф не вздрагивает, потому что ему это нравится. Не признается ни за что, но и не оттолкнет. – Тогда почему вы здесь? – Дан шепчет ему на ухо и радуется, что никто из его бывших преподавателей этого не видит, потому что не такому учат в институте, – Все контролировать так скучно, да? Он спускает руки ниже, касаясь большим пальцем черной полосы, и Джош уверен, что все в мире не важно, потому что нет ничего идеальнее этого момента. – Кажется, - Джозеф сглатывает и пытается абстрагироваться от чужих и таких теплых рук, – Вы переходите рамки. Дан не отвечает, молча опускает голову и вдыхает аромат его шампуня. Что-то из мужской линейки средств по уходу из ближайшего супермаркета. Но никогда еще этот запах не заводил его так сильно. Никогда еще пациент не заводил его так сильно, как сейчас. – А вы их ставите, не так ли? – теперь уже пациент сжимает подлокотники, от чего костяшки его пальцев белеют, – И боитесь за них выйти. Признайтесь же себе, вам нужен контроль со стороны, кто-то сильнее, чем ваша партнерша. – Заткнитесь! – Тайлер, красный как помидор, так резко встает с места, что Джош еле успевает отойти и не получить от него по подбородку. Джозеф гневно смотрит на сексолога, но, не выдержав, подходит к нему и впивается в чужие губы. И все-таки Дан проиграл, потому что к такому он не был готов. Только он размыкает губы, чтобы углубить и без того страстный поцелуй, как Тайлер прерывает его, отходит на несколько шагов, а потом и вовсе подрывается с места и скрывается за дверью в приемной. – Это что сейчас было? – минуту спустя Лайза без стука врывается в кабинет и сверлит глазами своего начальника, – Он не заплатил! – она топает так сильно, что прошедшая головная боль вновь дает о себе знать. – Он вернется, - заверяет Джош, устраиваясь в кресле и выводя свой ноутбук из режима сна. Открывает вкладку с книгой и более не обращает ни на кого внимания. Какие бы планы у него ни были, они подождут. Как и утром Джош щелкает пультом от кондиционера.