Палома Инге Розальба Марианна Сонел
Ох, и погано же я себя всю дорогу чувствовала! А всё потому, что кое-что Тиму не рассказала. Но тут по порядку объяснять надо. Он как умчался по этим своим делам, так я сидела, думала, куда пойти. Я ведь так до храма Любви и не добралась. Всё собиралась, но что-то меня сомнения грызть начали. Насчёт того, а надо ли мне туда вообще и что я там забыла. После всего того, что я про них слышала. Да и стрёмно было одной здесь ходить. Я столько народу разом, как в этом торговом квартале, в жизни не видела. Толкотня, все куда-то бегут, шум, музыка играет непривычная, всё пёстрое, запахи разные со всех сторон в нос шибают – у меня аж голова болеть начала. А в подвальчике в этом, куда меня Тим привёл, спокойно было. И пахло понятно и вкусно – едой, и музыки не было, и сам зальчик небольшой, уютно. Нет, у меня этой, как она... агорафобии нету, сейчас-то всё уже нормально, просто непривычно было поначалу. Людей вокруг много, пространства огромные, и всё... большое такое. Вот. В общем, развернула я деку, смотрю на карту, прикидываю, как добираться до храма, если всё-таки соберусь туда ехать, и тут как резануло меня что-то. Поднимаю глаза – а к моему столику Грегори идёт. Тот самый, из клуба. Идёт и улыбается, типа, страшно рад меня видеть, и всё такое. – Разрешите? – Да... – на самом-то деле мне разговаривать с ним совсем не хотелось, да и пугал он меня, чего скрывать! Вот только ясно было, что он всё равно ко мне подсядет, что бы я ни сказала, а спросил так, для вежливости. – Вот, увидел знакомое лицо, решил поздороваться... Впрочем, вру. Инге, хотите немного подзаработать? Вот тут он меня ошарашил. Я, грешным делом, думала, он меня запугивать начнёт, чтобы никому про зомби не рассказывала, а он – про «подзаработать»! Впрочем, может, это у него подходцы такие, кто его знает... Больше всего мне хотелось сказать «Нет», но, во-первых, я его боялась. А во-вторых... Любопытно мне стало. Вечно меня это любопытство подводит. – Смотря как. Я этому Грегори мило улыбаюсь, а сама думаю: а не подстроили ли Тиму эти его «дела», чтобы из кафе убрать и дать Грегори со мной встретиться? А тот как начал объяснять, так у меня все сомнения пропали: точняк. Так оно и есть. Потому что он говорит: – Да сущий пустяк. Вы же у Тима квартиру снимаете, да? – И?.. – В доме напротив вас живёт наш человек. За ним следят. Точки для наблюдения лучше, чем ваши окна, нет. Я там кое-какую аппаратуру поставлю. Она сама определит, кто следит. Не точно, конечно, но с большой вероятностью. А вам потом надо будет просто посмотреть на них. Меня интересует ваше мнение о тех, кто будет следить за нашим человеком. Только мнение. Ну, и Тиму не говорите. Конечно, если в лоб спросит, расскажите. Врать не надо. Но если не спросит... Просто Тим будет вынужден все передать мистеру Флину, а мы не хотим доводить до столь высокого уровня. Мой босс, Дин, говорит, что надо все проблемы решать самим. Кажется, я всё-таки на него вылупилась самым неприличным образом. Потому что чего-чего, а такого не ожидала. Первая мысль была: он что, меня за полную дуру держит? Чтобы я поверила, что он вдруг воспылал ко мне таким доверием? Ну чушь же! А потом я про окна вспомнила. В смысле, в моей квартире. Там же плёнку защитную, из-за которой они непрозрачными были, только в одном месте, в уголке внизу, оторвали. Если надо на улицу посматривать, чтобы тебя самого не заметили, самое то. Так, может, оттуда действительно удобно наблюдение вести? Квартира-то угловая, окна сразу на две улицы выходят... К тому же Грегори честно бабки предлагал, а не по ушам ездил про доверие и симпатии всякие. Но всё равно кое-что мне непонятно было. А я считаю, что всегда лучше прямо спросить, чем намекать с умным видом или в угадайки играть, так что я прямо и спросила: – И чем вам так важно моё мнение? – На... Мне кажется, что вы видите лучше остальных. Или больше. Иногда это очень полезно. Мне прям вот продолжить захотелось: «а иногда очень вредно для здоровья», но я смолчала, даже особо язык придерживать не пришлось. Я вообще как-то странно себя чувствовала, как будто там, в кафе этом, две меня было. Одна сидит, с Грегори разговаривает и боится его, а вторая – слушает и пальцы загибает. Раз палец – Грег сказал «наш человек». Наш, а не мой. Два палец – сейчас чуть не брякнул «нам» вместо «мне». Третий палец – а он это случайно или умышленно оговорился? Четыре – почему он упрямо мне в глаза не смотрит?.. И вот дёрнуло же меня: – И чья это была идея? – спрашиваю, улыбаюсь и пытаюсь взгляд его поймать. Ох, и плохой же это план оказался! Потому что стоило мне про это подумать, как он сам на меня глянул... Типа – ладно, детка, если тебе так хочется. В общем, посмотрели мы друг другу в глаза. Уж не знаю, что он в моих увидел, а меня опять страх до костей пробрал. Словно у Грегори ствол в руках и он прикидывает, куда поинтереснее пулю всадить, в колено или в живот. Или собирается меня в скафандре без связи в космос выкинуть. Нет, лучше домой отвезти и посмотреть, как меня на ремни резать будут... Мне даже показалось, что я в обморок бухнусь, но потом я взгляд отвести смогла. И сразу как-то проще всё стало. Потому что я поняла, что это он мои же страхи во мне расшевелил. А это уже знакомо и понятно. Улыбнулись мы друг другу, вроде как все всё поняли, и я его уже открыто так разглядывать начала: вдруг гри-гри увижу. Я ж говорила уже, вроде. Амулет это. Магический. Обычно мешочек с травами... и ещё кое-чем, или... У меня вот – подвески и браслеты. Но на Грегори я ничего такого не заметила, хотя на нём рубашка с короткими рукавами была, и ворот расстёгнут. Два пистолета, пояс с ножами – он даже и не прятал оружие особо. Тоже, конечно, ничего так амулеты, действенные, но всё-таки не те. – Так чья это была идея? – повторяю, а сама чувствую, как по спине между лопаток пот холодный стекает, капелькой. Всё-таки жуткий он, этот Грегори, сил нет! – Безопасностью наших людей занимаюсь я, Инге. Впрочем, идея, чтобы посмотрели именно вы, принадлежит леди Хелен, – и улыбается, зараза. Мол, хочешь – верь, хочешь – не верь, всё равно теперь ты никуда не денешься. – Леди Хелен – или?.. Впрочем... – и понимаю, что не надо этого говорить, а не удержаться. – Мне бы только не хотелось, чтобы это хоть как-то повредило Тиму. Почему не надо было говорить? Так я ж этого Грегори боялась. Потому что он опасный и сам по себе, и... и вообще. И показывать такому человеку, что ты к кому-то привязан, что тебе кто-то дорог... Да, правильно, это давать ему в руки оружие против себя. Но уже ничего не попишешь, сказала – значит, сказала. А он головой покачал: – Не переживайте. Тиму это не повредит. – Тогда... Почему бы и нет? – Отлично. Что же, тогда я подъеду позже, установлю аппаратуру и покажу вам, как ей пользоваться. – Хорошо. Но если кто-то из местных расскажет Тиму, что мы с вами тут разговаривали, я врать ему не буду. – Нет, конечно. Я же сказал, спросит в лоб – говорите, как есть. – Тогда вопросов нет... Кроме одного, наверное. Расскажите про храм богини Любви. – Что вас интересует? И вот странно, он вроде как уже уходить нацелился, а тут снова сел и смотрит на меня, вроде как показывает, что готов на мои вопросы отвечать. Меня это удивило порядком. Словно... словно он всерьёз, как это называется... готов к двустороннему сотрудничеству. Вот уж не ожидала. – Если я скажу «всё», вы мне поверите? Просто меня с момента появления на планете словно преследует информация о храме и этой богине. И мне кажется, что это всё... не просто так. – Поверю, но не скажу. Всего я не знаю. – Всего могут не знать даже жрицы. – Ну, не скажите, они же тут в каждой ж... бочке затычка, – Грегори снова улыбнулся, но странно как-то. Снисходительно и даже с этакой брезгливостью, что ли. Словно всерьёз их – жриц, в смысле – не воспринимает. – Они тут, на планете, везде смогли проникнуть. От борделей до клиник пластики. Тут ведь как, познакомилась девка с дельцом удачным и сразу в храм, за помощью, чтобы удержать. А то и до этого. Они через жриц и таких вот прихожанок информацию со всей Тираны собирают, вот только... – он не договорил, и я сама за него фразу закончила: – Только не умеют ей правильно распоряжаться, да? Грегори кивнул, вроде как с одобрением, и я спросила: – И вчера на вас они наехали? – Да. Их понять можно, мы – это удар по их репутации. Теперь двойной. – А что на артистку, а не на владельца? – Убери они Дина – и завтра их не станет. Нет, не культа, а тех, кто сейчас в нём заправляет. Мистер Харт не простит. А танцовщицу – шлёпнули и шлёпнули. Откупятся, если что. Тем более что Дин сам должен клуб защищать. – Ясно. Просто думаю заглянуть к ним, что ли, поближе посмотреть... Но леди Хелен – действительно... крутая. Постановка... впечатлила. – Приятно слышать, – и снова улыбается, этак официально. У него вообще улыбка разная, то нормальная, а то – мороз по коже. Вот Тим, он всегда улыбается тепло-тепло и заразительно, а Грегори... А он дальше говорит: – Насчёт заглянуть в храм – загляните, если хотите и устойчивы к навязчивой рекламе. – Да вроде меня такое не берет... – Что же, Инге, я рад, что мы договорились. Я зайду, когда Тима не будет. Если у вас больше нет вопросов, я, пожалуй, пойду. – Честно скажу, я не в восторге, но – да. Мы договорились. Он ушёл, в дверях что-то охраннику сказал, тот аж побелел. Ясно, – думаю, – ничего этот парень Тиму не расскажет. И я не расскажу, потому что поняла, кому Грегори служит. Уже к середине разговора поняла. Просто пока мы беседовали, я к нему... Наверное, можно сказать, приглядывалась. В смысле, силой лоа... Объясни-ить? Сложно, но попробую. Это как... Во, поняла. В игры с дополненной реальностью играли? Или тренажёры, может, такие попадались? Представьте, что вы «картинку плюс» без очков видеть начинаете... Ага, именно так: что-то новое появляется, чего обычный чел, не жрец и не колдун, не видит. Мне для этого надо сосредоточиться, и... Нет, в том-то и дело, что это не обычно. Обычно мамбо и унганы для этого в транс входят. Через танец. Ну да, танцую я хорошо, но мне это не нужно. В смысле, чтобы начать видеть. У меня оно просто... получается. И это не транс, хотя в транс я тоже по собственному желанию могу, без долгой подготовки. Ну да, мама Бонита говорила, что у меня талант, что я буду очень сильной мамбо... Нет, там не столько картинка получается, сколько куча разных ощущений, для которых у меня и слов-то нет. Так что, наверное, правильно говорить – не «вижу», а как-то по-другому. Но я не знаю, как. Чую? А за последнее время я так наловчилась, что для каких-то простых вещей мне даже особо сосредотачиваться не надо. Вот, например, я знаю, что на вас какая-то защита есть, хотя ничего не делала для того, чтобы её увидеть. У вас – своя собственная, а вот вам кто-то другой её ставил. Да, Грегори... В общем, чем дольше я на него смотрела, тем больше убеждалась, что служит он кому-то, Сила за ним стоит. Страшная, но и притягательная почему-то. И я под конец точно поняла, кто это. Геде, я про него уже говорила, вроде. Нет, Геде, Чёрный Человек – это не Барон. Господин Са́ммеди – Хозяин кладбищ, а Геде, он... Смерть – как стихия. Как Сила. То, что приходит на смену Жизни... Да, жутко. А для меня это вообще – сила абсолютно чужая. Моя госпожа, Эрзули-Ошун – лоа Любви и Жизни. Так что с Геде мне вот совсем пересекаться не хочется. У меня тогда от одной мысли об этом татухи зудеть начали. Не так, как в клубе, но похоже. С этим лоа что связываться, что ссориться – себе дороже, а деваться уже некуда. И за себя страшно, и за Тима. Вот влипли, так влипли...«Краткий перечень разумных ксено-групп. Издатель: Кафедра ксеноантропологии ТНИИК Получатель: ЛАкТ (Лётная академия Теллуса при Адмиралтействе) Теллус.
…Ниже будут приведены краткие характеристики некоторых устойчивых групп ксеноформ, как имеющие общие сходства или общие корни с HoST (Homo Sapiens Terra), так и полностью отличные от него. Далее под словами Человек, Люди и т.д. подразумевается HoST. 1. Амазонки. Происхождение данной группы (расы) однозначно не установлено. Место нахождения – Дикие Миры, граница зоны положительного покоя и зоны Шнайдера, считается, что ранее находились в зоне Шнайдера. ДНК на 60% соответствует человеческой. Средний вес взрослой особи обычно не превышает 40 кг, что обусловлено сверхлёгкими костями (см. Приложение 1). А. выглядит как красивая, с развитой фигурой, девушка 20-25 лет. Согласно классификации Комиссии Ксеноконтроля ТС, А. относятся к категории особо опасных ксеногрупп. Причины присвоения данной категории: 1.1. А. являются энергетическими вампирами. Известно, что при наличии у А. постоянного сексуального партнёра (донора) употребление обычной, свойственной человеку, пищи, для А. не обязательно или частоту употребления можно свести к минимуму (не чаще 1 раза в месяц), Последствия такого режима питания для пищеварительной системы А. неизвестны. При этом средний расчётный срок жизни постоянного донора А. составляет: для HoST в возрасте от 15 до 25 лет – 10 лет, для HoST в возрасте 25-55 лет – от 5 до 7 лет, для HoST старше 55 лет 1-3года. Отсутствие постоянной энергетической подпитки приводит к быстрому старению организма А. и смерти. Возобновление притока энергии вызывает омоложение, хотя и не такими темпами, как старение при энергоблокаде; 1.2. у донора А. вырабатывается стойкая физиологическая и психологическая зависимость от партнёрши. Перерыв в донорстве влечёт за собой нервные расстройства, депрессии и т.д. Наблюдается схожесть симптоматики с абстинентным синдромом при тяжёлой наркотической зависимости. Так же, как и при наркозависимости, частично или полностью меняются критерии оценки и восприятия реальности. Приведённые выше сроки жизни доноров являются расчётными, фактически они в 1,5-2 раза меньше, так как доноры заинтересованы в наиболее частом контакте с А.; 1.3. А. являются сильными, узконаправленными психокинетиками. Обладают способностью подстраиваться под потребности жертвы. В Темных мирах очень высоко ценится ткань/одежда, производимая А. при помощи пси-симбионтов – кархов. Одежда, сплетённая кархами, обладает целым рядом свойств. В частности, она увеличивает сексуальную активность носителя и его притягательность для окружающих, даёт лёгкий эффект омоложения кожных покровов и оказывает общее оздоравливающе действие. Однако существуют и побочные эффекты – в частности, кожные аллергические реакции на любую синтетическую ткань после длительной носки продукции кархов. Официально торговлю с ТС А. не осуществляют, но изделия кархов попадают на рынки ряда планет ТС и союзников через Тёмные миры. ВАЖНО: После выступлений ряда ксенобиологов (см. Приложение 2) на территории ТС и большинства союзников А. признаны паразитическим видом и объявлены вне закона. 2. Больво. Месторасположение материнской планеты неизвестно. Предположительно – зона Шнайдера. Негуманоидная неуглеродная раса. Самостоятельный вид разумных существ на основе кремнеорганики. Полиморфы. В базовом состоянии – прямоходящие ящероподобные существа, как дополнительную точку опоры используют хвост, однако совершенно спокойно могут передвигаться на двух или четырёх конечностях. Б. разделяют на три вида – Свирепый, Жестокий и Разумный. Отличие последнего от двух предыдущих подвидов состоит в том, что Б. Разумный (Больвог) способен сдерживать собственную ярость и жестокость до тех пор, пока не выберет удачного момента для удара. Важно знать: Больво всегда мстят. Отнесены к особо опасному виду разумных существ. На территории ТС разрешено присутствие только представителей вида Б. Разумный по индивидуальному соглашению. Известны некоторые экипажи Братства, в составе которых присутствуют Б. Разумные. Наиболее важные моменты для понимания опасности Б.: 1.1. не имеют половых различий. Единичная особь совершенно спокойно может размножаться; 1.2. обладают 95% приспосабливаемостью к окружающей среде; 1.3. не имеют как таковых жизненно важных органов. Не имеют чётко локализованного мозга; 1.4. кровь и слюна Б. является крайне сильнодействующими кислотами, известно три материала, не разъедаемые ими: чистая платина, натуральный пчелиный воск, янтарин. 2. Вампиры (В). Выраженная ксеногруппа. Отнесены Комиссией Охраны Здоровья к категории незаразных инфекционных больных, не подлежащих изоляции в зонах спецкарантина. КОЗ относит Вампиров к HoST, что кардинально не соответствует позиции МУКБОП. Вампиризм (Вм) – болезнь Внеземелья. Случаи массового инфицирования Вм. неизвестны. После ряда исследований установлено, что заражению подлежат только космонавты HoST; непременным условием заражения является длительное одиночное пребывание в открытом космосе в минимальной защите. Как правило, Вм. заражаются космонавты, использовавшие «Последнюю надежду». Наиболее часто отмечены случаи заражения в зонах межзвездного, т.н. «чистого» пространства. Вероятность заражения 0,01%. ОБЯЗАТЕЛЬНА ПОСТАНОВКА НА УЧЁТ В МУКБОП. Особенности В.: 1.1. необходимо регулярное употребление крови живых существ. Однако, вопреки различным сектантским верованиям и легендам, В. совершенно необязательно убивать донора. Вероятность заразиться от В. определена специалистами КОЗ и МУКБОП как бесконечно малая, случаев заражения доноров не зафиксировано; 1.2. отсутствие регулярного употребления крови приводит к вспышкам агрессии и временным психическим расстройствам психопатического типа; 1.3. в среднем после полутора лет после инфицирования у 90% В. появляется возможность становиться невидимым в оптическом и тепловом диапазонах. Опытный псионик может обнаружить В.; также примерно в половине случаев срабатывают датчики масс и детекторы движения. Механизм невидимости до конца не изучен; 1.4. В. иммунны к пси-воздействию амазонок, однако не имеют защиты против их аудиовизуального воздействия и адаптации А. под потребности и идеал жертвы; 1.5. способны воспринимать целый ряд спектров излучения, недоступных HoST; 1.6. обладают повышенной силой, скоростью и выносливостью в сравнении с человеком. ………… 9. Мантисы – негуманоидная углеродная раса. Внешне – существо, похожее на террянского богомола, высотой до трёх метров. Именно М. были причиной Сумерек. Агрессивны, неконтактны. ВАЖНО! Устав ТС, присяга всех силовых ведомств ТС, уставы всех флотов ТС в случае обнаружения М.. предписывают: 1. немедленно сообщить в штаб ВКС ТС и/или в МУКБОП, Адмиралтейство Теллуса, Стражу периметра Сангуса; 2. подготовить к уничтожению навигационные данные и координатную сетку; 3. предпринять все необходимые меры к уничтожению М., в случае невозможности – совершить выход в гиперпространство по случайным координатам…Палома Инге Розальба Марианна Сонел
Уехал Тим на встречу со своими боссами, а минут через двадцать Грегори позвонил. Я как раз порядок более-менее навела и стояла, в окошко смотрела. А ведь Грег верно сказал: из моих окон и площадь видна, и гостиница, и на дома напротив обзор нормальный такой получается. Сиди, любуйся – не хочу. А если автоматику поставить, а не самой в окно пялиться, так хрен кто наблюдение просечёт. Грегори приехал – деловой такой, с рюкзачком, никаких посторонних разговоров, и сразу за дело, камеры ставить. Ну, я ему под руку лезть не стала, хотя уже минут через пять поняла, что он в этом деле – не профи. Как бы объяснить-то... Уж больно правильно он всё делал. Просто если ты реально спец, то знаешь, где можно правила нарушать, а где – лучше не надо. А он всё делал по инструкции. Но я язык прикусила, решила – уедет, подправлю, что надо, а пока не стоит умничать. То, что я на него вроде как работаю, вовсе не значит, что я ему доверяю. Или... что я его не боюсь. А Грег спрашивает: – С коммами дружишь? Я только улыбнулась в ответ: мол, не без этого. – Вот и отлично. Тогда посмотри, может, какие параметры надо будет добавить программе, для конкретизации объектов. Когда комм определит предполагаемую слежку, он брякнет тебе и скинет записи по ним, – а потом посмотрел на меня своим «фирменным» взглядом, от которого мороз по коже, и добавил: – Ещё раз. За нашим человеком просто следят, ему пока ничего не угрожает. Так что сидеть за монитором не надо. Твоё дело – высказать мнение по тем, кто может следить за нашим человеком. Ну и программке фильтры подкорректировать, если что. И больше ничего. Но если вдруг что-то не так или ещё что – звони. За своевременное оповещение бонус. – Принято, – говорю, ну, он и свалил. А я систему проверила, что он установил, подправила кое-что. Комм там, кстати, теллусянский был. Крутой, я про такие читала только, и, честно скажу, даже прикинула, как бы его прикарманить потом. Нет, ясно, что вряд ли получится, но помечтать-то можно! В общем, параметры я подрихтовала и сигнал перенастроила, чтобы он не вопил на всю квартиру, а тихонько вибросигнал на мой комм посылал. Я очень рассчитывала, что Тим будет у меня часто появляться, и новые стрессы ему не нужны. Как он на меня в какой-то момент поглядел, в храме у этих готов! Словно только от мысли о том, что я – подстава, ему так больно стало... До сих пор вспоминать тошно. Да и симпатичный он, и без него страшновато, а с ним... С ним хорошо. А храм у готов, кстати – настоящий, Сила там есть какая-то. Причём я только сейчас поняла, что там что-то похожее было на то, что я в «Чёрной кошке» почувствовала. Ну да, логично, в общем-то. Там, в клубе, кто-то с зомби работал, а здесь, у готов, Смерти поклоняются. Общее должно быть. Тут мне от Тима на комм сообщение упало. Коротенькое: «У Дина примерно в одно время появились Грегори, Хелен, новый продюсер и бабки». Вот в том, что эти двое там вместе оказались, я ни минуты не сомневалась, а про то, что одновременно ещё и деньги на Дина свалились, как-то не подумала. А ведь что-то там очень нечисто в этом клубе, который – чем дальше, тем больше я в этом убеждалась – и не клуб вовсе, а храм. Если вспомнить всё, что Тим рассказывал, то получается, что были у этого когда-то элитного клуба все шансы в дешёвый бордель превратиться, вот только кто-то Дину помог. Кто? Не Грегори точно – по рассказам Тима, Грега самого надо было из задницы вытаскивать. Хелен? Ага, сто раз: если она зомби, то её вообще можно не считать. Тогда кто же? Этот неизвестный новый продюсер? Но – минуточку! – Тим говорил, что Дин сам был продюсером, причём успешным, зачем ему ещё кто-то, кому платить придётся или баблом делиться? Если только заявился к Дину кто-то, кому он отказать не мог. По каким-то причинам. Вот и получалось, что наш бокор – это тот самый новый продюсер-постановщик и есть. Который, вполне возможно, клуб к рукам прибрал. И мне от одной мысли об этом жутко стало, потому что за один вечер вроде вчерашнего сил из публики можно столько вытянуть, что – мамочки! И если за всем эти стоит бокор, то он, гри-гри накормив, такого наворотить сможет, что впору валить с планетки, пока не началось... Ну да, их кормить надо. Силой, кровью, сексом. По-разному. Всё от конкретного амулета зависит. Что значит – почему не улетела? А как? Во-первых, Тим. Его же с собой не возьмёшь, не объяснишь: знаешь, мол, тут какой-то злодей что-то замышляет, давай сбежим. Он же, наоборот, разбираться полезет. А, значит, и я с ним. Уж не знаю, почему, но я даже не думала о том, чтобы одной улететь. Как-то так получилось, что куда Тим – туда и я. Без вариантов. Да, странно, но... А вам какое дело до того, как я на мужчин смотрю? «Ва-ажно»... Нормально я на них смотрю. Другое дело, что смотреть-то по большей части не на кого, на мой вкус. А уж таких, как Тим, я раньше вообще не встречала, и... Что? В смысле?.. Ну да, а я мужикам нравлюсь, один за меня папашке любые бабки предлагал, после того, как... Что? Вы о чём вообще?.. Что-о?! Да какого... Me parece que la vena de la lengua pasa por tu culo porque hablas mucha mierda! Мне, может быть, всех перечислить, с именами, адресами и указанием, где, когда и сколько раз?! Начиная с того козла, который... Cojeda tú, tú asno perra!.. Что? В смысле – «стартовые характеристики моего корабля»? При чём здесь... А, поняла. Спасибо. Сейчас... Да, мы можем продолжать. Нет, бить стакан об её голову я не собираюсь. Тем более что его хрен разобьёшь. И всё, и закрыли тему. Сейчас дальше буду рассказывать. В смысле – «во-вторых»? А, да. Во-первых, Тим, а во-вторых... Чем дальше я об этом думаю, тем больше понимаю: это лоа меня сюда, на Тирану, привели. Специально, чтобы я помогла местным с этой заварухой разобраться. А как иначе это всё объяснить? И, значит, убегать мне нельзя. А ведь есть ещё стрелки́ эти малолетние. Вполне благополучные, которые внезапно слетают с катушек и устраивают пальбу где попало. В смысле – там, где людно. В храмах, в основном. А, может, и не только в храмах? Ведь если я правильно понимаю, здесь, в столице, перестрелки в секторах – обычное дело. И, вполне возможно, всё это началось раньше, просто никто внимания не обращал. А как это проверить? Не ковыряясь в полицейских архивах – никак, а кто же нас туда пустит? Правильно, никто. А тут мне ещё в голову пришло, что эти две истории как-то связаны могут быть – ну, бокор, в смысле, и стрелки́. И тогда вообще что-то непонятное получалось. И жуткое. В общем, когда я поняла, что сама себя запугала, решила отвлечься. Полезла в Сеть, посмотреть про театр – и оказалось, хорошо, что мы туда не пошли. Ну, просто... У меня всего одна юбка была, короткая, и ту после клуба я так и не почистила, а там – я фотки посмотрела – тётки в та-аких прикидах... И вообще, наверное, надо было закупиться шмотками, потому что я уже поняла, что по тутошним меркам я не очень... правильно одета. Начала каталоги смотреть, и тут мне сигнал на комм пришёл: система кого-то срисовала. Ага. Ну, вы... Ладно, постараюсь, как будто... Я попробую. Тогда, если совсем честно, сначала комм зафиксировал девушку. Причём, если я правильно понимаю, её вычислили по слишком профессиональной пластике. Не, выглядела-то она именно как профессионалка, причём такая... дорогая и стильная, но вот то, как она двигалась... Сквозь толпу протекала буквально, лишний раз в лужу не наступит... В общем, понятно, что она такая же «эскорт-услуги», как я – галозвезда. А вот в... второго уже я запасла. Причём случайно: решила с фильтрами поиграть, и как-то глаз за него зацепился. Вернее... Сложно сказать. Скорее, я на неприметность внимание обратила. Какой-то он... никакой. Такое ощущение, что в толпе плечом заденет – и всё равно внимания не привлечёт. Пофиг всем будет. Рост средний, внешность средняя... А уже потом я поняла, что они вместе. Ну, девица и этот тип. И это так странно было, что я уже просто внаглую в окошко сунулась – в натуре посмотреть. И вот тут ещё странность увидела. Я вообще людей... чувствую. Эмоции, в смысле. Вернее... Не знаю, как сказать. Просто часто бывает так, что посмотришь повнимательнее – и понимаешь, кто злой, кто добрый, кто размазня, а кто – кремень... Вот Тим, он страшным хочет выглядеть, а на деле – добрый. А Грегори – наоборот... Не в том смысле, что он злой, а в том, что в нём ничего непонятно, как будто он в броне, но броню-то эту видно! Но это именно вживую смотреть надо, а не на видео. А тут – совпала картинка. Что на экране, что в натуре – никакой «объект». И всё тут. Но если про это не думать, то всё вполне себе получается: коммивояжёр и не то секретарша, не то – девица из эскорта. Ага, вот только когда я записи за последний час просмотрела, чу́дная картинка получалась. Потому что этот комми с секретут…аршей, простите, не делами занимаются, а бродят туда-сюда. То в гостиницу войдут, то в кафе посидят, но далеко с площади не уходят... Не, может, у них выходной и всё такое, но что-то как-то не верилось мне в это. Ну и ломанула я гостиничную сеть. Просто интересно стало. Не, вообще без проблем, там защиты-то было... Вот только погулять там не получилось. Потому что только я попыталась в системе внутреннего наблюдения пошариться, как почуяла: я там не одна такая умная, камеры под чьим-то контролем. И меня уже ищут. Причём ищет не бот, а человек, уж больно ходы нетривиальные были. Так что я быстренько связь обрубила, и вроде как успела. По крайней мере, никто меня вязать не примчался. Уже плюс. А я Грегори запрос кинула: «В гостинице ваш хакер?» Он ответил сразу «Нет». «Ну, значит», – пишу ему в ответ, – «там минимум трое. Один за декой сидит, двое по площади гуляют». «Понял» – отвечает Грег, а я уже и думать забыла, что его боюсь. Потому что... Ну, интересно мне стало! Словно дело какое-то важное с мёртвой точки сдвинулось. Ага, знала бы я, что это за дело такое в итоге получится!.. Н-да, а что бы я сделала? Да всё то же самое, наверное. В общем, пока Тима не было, сидела я за монитором – и тут вижу, как мои «объекты» поднапряглись слегка, словно увидели кого-то. Я глянула в ту же сторону, и... И как-то мне совсем неприкольно стало. Потому что там из дома как раз вышла девица... Нет, я уже поняла, что Тирана – планета странная, но чтобы зомби в крутом стильном прикиде по улицам самостоятельно шастали – это по всем каналам перегруз получается. Я вообще сначала решила, что это Хелен, и подумала, что у меня глюки. Но на экране не почуять, я к окошку, чтобы глазками посмотреть, и точно. Зомби. Причём не Хелен, а просто похожая на неё. Что же получается, их тут две? Мамочки... Села эта мадам в спортивный флаер – дорогущий, чуть ли не последней модели, красно-золотой такой «корвет» – и полетела оттуда. А за ней – это уже комм отфильтровал – «хвост» увязался. На «лире» с эмблемой «Ависа» – ну, прокатной конторы местной. Значит, моих «объектов» уже даже не трое, а четверо. Нет, я бы не удивилась, если бы оказалось, что это ещё кто-то, в смысле – какая-то третья... сила за ней следит, но это было бы уже слишком. А «коммивояжёр» с «секретаршей» в кофейню пошли. Кофе пить. На ночь глядя. Третий раз за последние полтора часа. Даже смешно, блин, хотя и страшно. Потому что получается, что раз они за зомби следят, я на этого самого бокора теперь работаю? Вот уж всю жизнь мечтала, на форсаже летела! Но тогда мне надо с этими двумя связаться как-то, а как? И ведь то, что они за зомби следят, вовсе не значит, что они – против него. В общем, запуталась я страшно, и решила, что вот Тим вернётся, и я ему всё-всё расскажу, может, он подскажет, что делать. Но когда он пришёл, как-то не до этого стало. Потому что Тим как приехал, так сходу и спрашивает: – Ты же вроде работу искать собиралась? – Ага. – Ну вот, считай, что нашла. – У? – как-то это странно прозвучало. Словно он и рад тому, что сейчас скажет, а вроде как и недоволен чем-то. – Мистер Флин сказал, чтобы ты попробовала разобраться в этом деле, а я тебе помог, на подхвате. Хочет посмотреть, что ты можешь. Ему тоже очень интересно, кто стоит за расстрелами. – В смысле?! – я сначала вообще не въехала, а потом чуть не заорала: «Да вы рехнулись там совсем?!» – Тим, я пилот, я хакер – но не этот, как оно там называется... дознаватель! У меня ничего не получится! – Я помогу, – он меня обнял за плечи, и мне сразу как-то спокойнее стало. – И пока только ты, пилот-не-дознаватель, сходу обратила внимание на взаимосвязь и решила, что это не просто психоз малолеток. – А если я ошибаюсь? – ага, кто-то там что-то говорил, что её лоа сюда привели, чтобы помочь? Вот и получай. А Тим словно почувствовал, что мне страшно, и говорит: – Ладно, не спеши. Утро вечера мудренее. Утром на свежую голову решишь. Ага. Утром. На свежую. Как будто мы выспимся, если Тим у меня останется!.. Но утром нам действительно пришлось вскакивать, потому что совсем рано на комм Тиму сообщение упало. Я сквозь сон услышала, как он отвечает, что-то вроде: «Да, Флин... Да... Понятно...» Потом ко мне повернулся – и я проснулась сразу. Потому что поняла, что случилось что-то. Нехорошее. А Тим меня по щеке погладил и говорит: – Ну, что, решай, берёшься за это дело? В Сети пока нет, информацию придержали, но ночью в одном из ресторанов малолетний придурок семнадцать человек положил. Меня как подбросило: – Сколько?! Семнадцать... Тогда да, тогда – надо... Без вариантов. Нет, я нисколечко не перестала бояться. Просто, как бы объяснить... Это «семнадцать человек» как будто границу какую-то перешло. То ещё можно было сделать вид, что не моё это дело, а теперь – всё. Прилетели. – А полиция что-нибудь делает? Или неизвестно? И... хотя бы одного из этих малолеток допросить смогли? – Полиция? Делает? – Тим хмыкнул. – Пока в центре ничего не произойдёт, они пальцем о палец не ударят. Хотя, кто его знает. Может комиссар и копает по-тихому. А парня из ресторана свинтили, но он овощ. – Как обычно... – Хочешь пообщаться с ним? Он в больнице. К регенератору подключили, но ноги не стали ремонтировать. Да и руки тоже. Его охрана не хило покромсала. – Ну, пообщаться с овощем... Скажем так, я бы на него посмотрела, – говорю, а сама думаю: лоа и духи, во что я ввязалась! Это же страшно-то как... И всё теперь вдруг стало всерьёз, и уже не убежишь, не отвертишься. Хотя очень хочется. – Хорошо. Когда поедем? Позавтракаем или прямо сейчас? Просто прошлый овощ долго не прожил. – Да чем быстрее, тем лучше! – ага, пока я не передумала и от смелости ещё хоть что-то осталось. И мы поехали.