ᗷᑌᖇᑎIᑎG ᗯITᕼ TᕼEIᖇ ᗪESIᖇES

«Если весь мир считают вас демонами, то почему вы парите словно ангелы?»

Такой вопрос возник в голове иноземки, наблюдающей за кадетами. Капитан Аккерман точно понимал, что Шалон трепетно хочет узнать про его прошлое. Наблюдая за новобранцами, девушка нервно сжала рубашку мужчины. Переспрашивая вопрос, солдат отрицательно ответил.

«Подавно не знаю.»

Подавно не знать, почему ваш народ виновен? Или же всё это прошлое, да, надоедливое прошлое, которые преследуют до сих пор. Рассказывая сон, приснившийся прошлой ночью, девушке хотелось услышать хоть что-то в ответ, как мужчина словно пропустил это мимо ушей. Леви не знает, что говорить на это, и лучше вообще не говорить, такое у него мнение на счет сожительницы. Чувствуя скребущее когти в сердце, она старалась сменить тему, извиняясь за надоедливость. Очередной раз ложась рядом с ним, Анна всматривалась в плечо, утыкаясь носом в него. Ей не хотелось засыпать, боялась уснуть. После встречи с этой девочкой, Шалон часто жаловалась на кошмары. Все же сны сходились на изображениях на листах, но один сон выбил её из колеи. Рыдая от увиденного, сначала чуть тише, потом крича во всё горло, задыхаясь от увиденного. Толкая проснувшегося солдата, истерично выкрикивая, Шалон просила уйти из разведки. Перевестись куда угодно, но ни на секунду не оставаться там. Царапая плечо брюнета, кареглазая продолжала просить. — Нет. Слушая ответ, вцепляясь уже разодранное плечо, она, теряя силу, упала к нему. Стараясь найти способ, девушка параноидально умоляла уйти. Понимая, что это ничего не решит, шатенка наблюдала за офицером, порой часто навещая его на поле для стрельб. Удивляясь, как разведчики часто тренируются, Анна пересеклась с Еленой. Протягивая руку, разжимая её, дама заметила лист. Тревожно принимая от неё, раскрывая, та увидела одно лишь слово.

«Вера»

Вера была у этого шифтера. Вслушиваясь в его речь, закрывая уши от пущенных пуль, Эрен нейтрально поглядел на иную. Принимая взгляд на себе, гражданская старалась запомнить, как перезарядить дульнозарядное ружьё. Преследуя пальцы служащего, дама услышала странный вопрос.

«Запомнила?»

Запомнить слишком легко сказать, особенно когда тебе никогда не удавалось даже подержать пули в руках. Перебирая средние патроны, кареглазая получила приглашения. Не понимая, зачем соглашаясь, Шалон допустили к оружию. Конечно, это было тогда, когда капитана вызывали на долгое время от полигона. Получая наставления, Анна спросила одно: — Шифтера невозможно убить. Информируя неумелую, та согласилась выслушать его просьбу.

«Все будет зависеть от операции.»

Эрен Йегер покинул Парадиз на закате дня. Спрашивая лишь об одном. Помогая выбрать шмотье, парень попросил об одолжении. — Не смогу. Проговорила Шалон, теребя в руке патрон, разглядывая юношу, иноземка предупредила про шаги. Прислушиваясь, шифтер кивнул, подтверждая её виденья. Солдат с полной уверенностью попрощался с ней. Махая рукой, дама стала соучастницей побега. Отмалчиваясь в течения дня, встречаясь с Флоком, Анна сделала выбор. Вербуя незнакомцев с помощью полученной психологический преимуществ, солдат словно радовался, что в их отряд пришел опытный кукловод. Но до кукловода ей расти и расти. Настоящий кукловод был тот самый идеализированный воин, чей дух пудрил мозги отчаянных вояк. Шалон старательно скрывала встречи от Аккермана, рисуя портреты, девушка врала вновь и вновь. Путаясь в своем вранье, шатенка слишком сблизилась с Йегеристами. Обсуждая с корреспондентом газеты, заставляя думать, что скоро начнется другая жизнь, девушка связала свою дружбу с Еленой. Не то чтобы они стали лучшими подругами, но обе дамы знали, к чему идет всё это. Революция в стенах нужна как никогда. Только бы знала она, что революция — не просто слова, но и действия. В голове девушки была сплошная каша, необдуманные действия, убеждающие слова, Шалон сама не знала, что правильно, а что нет. Очередной раз встречая Леви со службы, дама убедилась, как он обесценивает её проблемы, не стараясь даже выслушать, но как речь заходит о том, что делала она весь день, капитан старается узнать всё. С кем была, куда ходила и что ела за весь день. Внушая ему, что подружилась с местными жителями, кареглазая очередной раз ушла от подозрения. Набирая воду в кастрюлю, девушка нервно задышала от вопроса: — Странный ты, Леви, — полушепотом проговорив, посматривая из-за плеча усталого военного, — твои ребята больше заплатят, чем обычные гражданские. — Обдумывая каждое слово, выделяя проблему, Шалон услышала слабое слово. — Сегодня картошка и курица. — Объявляя, что на ужин, хватаясь за размороженный продукт, дама начала рассказывать, как сходила на рынок, — один купец прям хотел всучить мне загустевшее молоко, я, конечно же, могла бы сделать творог или блины, но это слишком заумно. Поворачиваясь на собеседника, улыбаясь, девушка убрала с лица улыбку. Возвращаясь обратно, та спросила: — Что не так опять, не слишком идеально протерла стол? — с некой обидой процедила шатенка, — или плохо развесила белье, а может то, что вообще тут нахожусь?! — Заткнись. Грубо затыкая истеричку, Аккерман переспросил. — Откуда у тебя на юбке остатки пороха? — Стреляла. — честно признаваясь, Шалон притихла, отрезая ногу курицы, — ярмарка была. — С каким пор на ярмарках стреляют из такого оружия? — С тех самых пор как каждый владелец имеет своё. — вспоминая рассказ Аккермана, девушка замолчала. — хватит, хватит обесценивать меня. Нервно повторяя это, слушая, как отодвигается стул. Прислушиваясь к шагам, направляющим на второй этаж, Шалон поняла. Отношения у них не будет никогда. Им удобно быть вдвоем. Но не вместе. Стремление к нему разбилось об реальность, что не говорить об стремления к ней. Нет. Он искал лишь для утешения, а она для защиты. Эмоциональной защиты, самой сложной. Чтобы быть в спокойствие и знать, что тебя всегда могут выслушать. Анна не решалась уходить, а уж тем более убегать. Она терпит, терпит его холодность. Немного остывая перед ним. Но каждый проклятый раз, когда он касается обычного плеча, девушка загорается надеждой.