карамелька

      Чимин, завидев знакомого альфу, решил было подойти и поздороваться, но, переведя свой взгляд в то же место снова, не обнаружил загадочного брюнета по имени Мин Юнги.       —Кстати, Чимин,—Тэхён отвлёк блондина, заставляя обратить внимание на него,—ты хотел рассказать мне кое-что!       — Ах да, это...ну вообщем, я был в аптеке тогда, а звук выключил. Тэ, клянись, что никому не скажешь!— Пак пытливо посмотрел на синеволосого.       — Да клянусь я, клянусь, честно-честно, никому, — Ким "закрыл на ключик" свой рот, а затем выкинул воображаемый предмет куда подальше, чтобы никогда больше не смочь его подобрать.       –Я покупал блокаторы ночью, потому что не мог терпеть течку больше, а когда я шёл в аптеку, то на меня напали какие-то тупые и якобы крутые перцы. Но другой альфа спас меня, и сейчас, только что, я видел его во-о-он там, – омежка показывает пальчиком правой руки куда-то вдаль, но когда Тэхён перевёл взгляд туда, то никого не увидел на том месте.       – С чего бы начать свои возмущения?! Во-первых. Ты что, купил блокаторы? Ты хоть знаешь, дурачина, к чему это может привести? Во-вторых. На тебя напали альфы? А ты молчал? Они же могли сделать с тобой ужасные вещи! – Ким зажмурился, прокручивая эту картину у себя в голове, – В-третьих. Кто этот " прекрасный рыцарь "?       – Да, я знал к чему может привести употребление блокаторов. Альфы... Забудь. Рыцарь? Он очень красивый, такой...загадочный, что ли. А имя – Мин Юнги , – но Тэ уже не слушал друга, а скорее побежал занимать очередь, чтобы купить себе и другу по огромной розовой сладкой вате.       Чимин снова оглядывался по сторонам, выискивая альфу-спасителя, но после тщетной попытки наконец-то сдаётся, решая забыть об этом. Может, ему просто показалось ? Синеволосый уже бежал к Паку с двумя сладкими ватами, которые так не терпелось попробовать Киму. Вручая одну из них блондину, Тэ взял его за руки и потащил на ближайшую лавочку.       – Я всё-таки считаю, что блокаторы о-о-очень вредны и опасны. Твои родители же знают об этом этом? Ну, о том, что ты их пьёшь?       – Нет, Тэ, они не в курсе. Они запрещают мне пить таблетки, но я просто не могу это терпеть, правда. У меня уже нет выбора. Тем более, после вчерашнего нападения мне страшно выходить на улицу "незащищённым". Если папа узнает, то мне конец! Тэхён, прошу, не говори никому, ты же обещаешь? Ты же выкинул ключик? – Чимин нервно взглянул на друга, а тот кивнул ему в ответ.       – Да, выкинул. Просто... я переживаю за тебя. Это же может привести к бесплодию, а ты, ты же такой молодой... – лишь от представления этой картины синеволосая омежка начала плакать.       – Ну-у, Тэ-тэ, не плачь, всё будет хорошо, честно! Не переживай, я знаю, что делаю.       День прошёл достаточно хорошо и интересно. Парни сходили в контактный зоопарк, где им удалось погладить енотиков – любимых животных Тэхёна. Время было уже около семи часов вечера, пора возвращаться домой, а то отец потом будет сердиться, что никак не радовало Пака.

***

      Пак Сокджин – папа Чимина. Рост: 1.84. Вес: 81. Возраст: 37 лет. Омега. Запах: ВАНИЛЬ. Шатен, карие глаза, пухлые губы ( этим Чимин пошёл в папу), морщин на лице почти нет, как никак уходовая косметика делает своё дело, причём неплохо. Образованный и достаточно терпеливый, переживает за сына и хранит его, как зеницу ока. Прекрасно готовит, поэтому кухня – его любимая комната в квартире Работает в офисе своего мужа.       Пак Намджун – отец Чимина. Возраст: 40 лет. Альфа. Запах: МИНДАЛЬ. Рост: 1.90. Вес: 93 Русые ( крашеные ) волосы, тёмно-шоколадные глаза, ямочки на щеках, совершенно не выглядит на свой возраст ( выглядит лет на 33-35 ). Строгий, но внимательный и справедливый, упорный, идёт к чётко поставленной цели, обязательно её добиваясь. Не даёт обещаний, если не уверен в том, что сможет их сдержать. К сыну особо не показывает свою любовь, хотя Джин, да и сам Чимин знают, что он действительно любит сына. Работает в офисе своего приятеля вместе с Сокджином.

***

      Блондин тихо вошёл в квартиру, до приезда отца еще есть примерно полчаса, а папа, наверное, уже вернулся. Мигрень прошла, так что пока новая таблетка обезболивающего не понадобилась. Во время того, как омега снимал свои кроссовки, он задел рукой вешалку, где весела его джинсовка, и она с грохотом свалилась на пол, гремя металлическими пуговицами. На шум из кухни вышел шатен, явно испугавшийся каких-то посторонних звуков, помимо телевизора, на котором показывали новости о пожаре на одном из заводов.       – Ого, Чимин, ты меня напугал! Я уж подумал, что ты упал. Ещё даже восьми нет, а ты уже дома. Умничка! – старший чмокнул блондина в макушку, – Пошли на кухню, поможешь мне с готовкой, а то отец скоро придёт голодный и будет сердиться, что к его приезду домой ещё ничего не готово.       – Хорошо, пап, я сейчас, руки помою и приду, – улыбнулся Пак младший и прямо босиком зашагал в ванную комнату. Помыв руки мылом с ароматом "Манго", он вытер их своим светлым полотенчиком и отправился на кухню, помогать уставшему папе готовить ужин для ещё более уставшего отца.       – Я дома-а, – послышалось из прихожей, а спустя несколько минут на кухню вошёл русоволосый альфа, вдыхающий запах тушёных баклажанов с говядиной, которые приготовили столь заботливые омеги.       – А мы тут как раз всё успели, прямо к твоему приезду, садитесь с Чимином за стол, я пока вам еду положу.       – Как на работе дела? – поинтересовался блондин, отодвигающий стул и сажая на него свою пятую точку.       – На работе, как бы это мягче, дох... – запнулся старший, но увидев суровый взгляд Сокджина, сразу решил подключить всё своё знание языка, – Очень много дел нужно сделать. Завтра или послезавтра поеду с бумагами к Инсону в офис, там у них программист появился, Хвиён, кажется. Он должен помочь фирме, а то у нас какие-то неполадки в последнее время.       – А мы с Тэхёном сегодня по парку гуляли и сходили в контактный зоопарк, там такие милые животные! – в этот момент перед лицом Чимин опустилась тарелка с баклажанами и мясом, которые шатен немного приправил различными ароматными травами, непременно бьющими в нос.       — Вы хорошо провели время? — альфа кинул взгляд на сына, а тот, в свою очередь быстро закивал головой, подтверждая слова отца.       — Чимин, после ужина поговорим с тобой, ладно? — начал шатен, но, увидев удивлённый взгляд Намджуна, Джин продолжил,— Это касается омежьих штучек, дорогой. Сомневаюсь, что тебе будет это очень интересно, поэтому мы, пожалуй, оставим тебя в неведении.       — Тогда ладно, так уж и быть, — рассмеялся Пак старший, заставив и омег натянуть улыбки на лица.       — И кстати, котёнок, когда мы поедем тебя в школу собирать? Как смотришь на счёт следующей недели? — Сокджин посмотрел на сына в ожидании ответа, пока тот, нахмурив бровки, заставлял крутиться свои шестерёнки.       — Во-первых, не называй мня так, пап, — цокнув язычком, блондин начал излагать свои мысли, — а во-вторых, я не против. Пройдёмся по магазинам, наконец-то!       После ужина омеги отправились в комнату младшего. В комнате стояла гробовая тишина, и темнота царила, лишь свет от фонаря, иногда гаснущий, а иногда вновь загоравшийся, разбивал её своим излучением. Пахло приятно, не особо заметно, но тем не менее. Запах сладковатой карамели разлетается по всей комнате, перемешиваясь с ванилью.       — Чимин, я хотел бы поговорить с тобой. Как твоя течка? Ничего не болит? Всё в порядке, не нужно ко врачу? — осторожно спросил Сокджин, присаживаясь возле сына на кровать, проводя взглядом по всей комнате, дожидаясь ответа от парня.       — Всё хорошо, пап, правда. Не волнуйся, тем более она должна скоро кончится и это довольно таки неплохо, — Чимин немного напрягся, но хорошо, что старший этого не заметил.       — Просто, твой запах немного ослаб, — на самом деле он ослаб не "немного", а достаточно прилично так, что не могла оставить шатена в покое.       — Правда? А я даже не заметил, ну ладно, конец же уже скоро, вот запах и ослаб, наверное. Пап, а когда по магазинам поедем? — младшая омежка не могла не воспользоваться своим шансом и не перескочить с тему на другую, не имевшую ничего общего с предыдущей.       — Сейчас уже конец августа, думаю, хм, послезавтра? А потом у тебя неделя до школы останется, сможешь спокойно, с чистой совестью, гулять с Тэхёном, — предложил Джин, надеясь на то, что ребёнок всё-таки согласится.       — Да, хорошо, пап, я согласен. Блин,поверить не могу, каникулы так быстро пролетели, вроде, только же начались, а уже в школу пора! — немного грустно ответил Чимин, ведь понимал, что друзей у него в школе кроме синеволосого Тэ-тэ нет, а по приходу в этот ад над ним снова начнут издеваться и альфы, и беты, и даже некоторые зазнавшиеся омеги. А Пак не сможет дать отпор, как и в прошлом году. И позапрошлом. И позапозапрошлом. И...Как всегда, в общем. Снова придётся привыкнуть к этому, ну что ж, этот год выпускной, а значит, всё скоро кончится, Пак перейдёт в университет, а там вряд ли будут его обижать.       — Ладно, ложись уже спать, время позднее, тебе нужно высыпаться. а то будешь чувствовать себя помятой помидоркой весь день, — ответил старшая омега, медленно поднимаясь с кровати блондина и выходя из комнаты, оставляя младшего совем одного в свое комнате. Пак младший лишь хмыкнул на слова отца о том, чтобы лечь спать пораньше, а не сидеть в социальных сетях до самого рассвета. Никто ведь не может понять, что социальные сети для Чимина — целая жизнь, где он может быть совсем другим, притворяться другим человеком и не думать о последствиях. Это и есть интернет.Омега залипал часов до двух-трёх ночи, а потом просто не выдержал — отрубился прямо с телефоном в руках, что утром не смогло не удивить блондина. Весь следующий день Чимин не выходил из дома. Как и упоминалось ранее, друзей у него кроме Ким Тэхёна не было, а тот сегодня должен был весь день сидеть со своим младшим братиком, которого не могли с собой взять родители Кима. Поэтому, блондин провёл этот свободный день лёжа на своей кроватке и залипая в "Instagram". Конечно, домашние дела никто не отменял, но большую часть времени Пак всё равно валял дурака. Помыл посуду, вымыл полы, протёл пыль на полках и шкафах в гостиной, у себя в комнате, а также в спальне родителей. Всё это не заняло у него больше двух с половиной часов. В конце концов омега не выдержал и отправился подышать свежем воздухом на лавочке у подъезда. Всё-таки омега не мог находится в квартире очень долго. Ему начинало казаться, что стены давят на него с огромной силой, что не могло не пугать парня. Поэтому было принято решение выбежать на улицу. Схватив свою джинсовку ( именно ту, которую он уронил на пол вчера), он спустился на лифте и сел, любуясь природой. Прямо через дорогу был маленький сквер, в котором были посажены деревья и много цветочков, что были так по душе омеге. Всего семь часов вечера, а уже начало темнеть — конец лета, как никак. Прекрасный закат, что озарял лицо Пака и всё вокруг. А парень лишь сидел и смотрел на то, как проходит жизнь. Как всё в этом мире улетучивается с каждой минутой, прямо как солнце, заходящее за горизонт. Солнце, восходящее на востоке утром, дарящие надежду людям своими яркими лучами, и отнимающее эту надежду вечером, заходя на западе, превращая её в отчаяние.       Может, кто-то и не теряет эту надежду. Кто-то верит до последнего. Но кого-то поглощает отчаяние. Чимин был таковым. Он давно это понял. Понял, что в мире полно лживых людей. Людей дарящих и забирающих надежду, вселяя в тебя больше и больше этого грёбанного отчаяния. Отчаяния, от которого хочется бежать. Хочется, но некуда.       Отчаяние — это состояние крайней безнадежности, упадка духа вследствие горя, неприятности. Отчаяние — это полное непонимание как действовать дальше, горечь, бессилие. Отчаяние — это апатия.        Чимин давно понял — он отчаялся. Совсем. Что он хочет с этим дальше делать? Ничего. Потому что он не знает, что с этим делать. Он просто...       Ветер обдувал лицо омеги, оставляя влажные поцелуи маленьких капель на щеках блондина. Он не сразу заметил, что пошёл дождь, которого не было уже около недели. Но Чимин так и сидел, не двигаясь, продолжая наблюдать за тем, как солнышко совсем пропадает. Птицы постепенно скрывались из поля зрения, не подавая никаких признаков своего существования. Люди бежали под крыши подъездов, спешили домой или в магазины, чтобы не промокнуть. Омеги визжали что-то типа : "Мокро-о". А альфы лишь смеялись и пытались укрыть куртками своих ненаглядных. А Пак так и сидел, совершенно один, к нему никто не подходил. Смотря на происходящее, в голове лишь крутилось одно слово: " Почему?". Он осматривал всё вокруг, видел, как всем плохо от дождя. Всем, кроме цветов, ведь всю неделю они "умирали" от жары и духоты, а тут небо дало им надежду, после того, как они давно погрузились в отчаяние. Цветам стало хорошо, им было просто замечательно, когда в это время вокруг все страдали. Цветам подарили маленькую надежду, забрав её у остальных. Цветы верят, что дождь будет всегда, что им будет прекрасно, всегда будет. Но дождь скоро кончится, он не будет вечным. И небо растопчет эту надежду для цветов, снова заставляя их отчаяться. А может, Чимин сам цветок? Когда у него появляется надежда, он хватается за неё двумя руками, отпускать не желая. Но вскоре надежда обращается в отчаяние, поглотившее его полностью. И он снова ждёт эту иллюзию.       Родители уже подъехали и, увидев сына, сидящего под дождём, быстро направились к нему. Отчитывая Чимина, те взяли его за руки и отправились домой.

***

      — Па-а-ап, как тебе эта рубашка? Модель, вроде, подходящая, — разнёсся тонкий голосок по магазину, подзывая старшего омегу, чтобы тот по-скорее пришёл и помог выбрать рубашку в школу.       — Ну да, неплохо, но думаю, что можно поискать ещё , — казалось, что , шатену не нравилось особо ничего, и он пытался найти что-то новое.       — Л-ладно, но если что, вернёмся к этому варианту. Идёт?       — Уговорил, Чимин, — старший потрепал маленькую омежку по волосам, заглядывая в карие глаза.       Что же, лучше они найти так ничего и не нашли, поэтому вернулись в это магазин купили хлопчатую чисто-белую рубашку с карманом на груди, с прозрачными пуговицами. Также купили чёрные обтягивающие джинсы с дырками на коленях, с которыми эта рубашка смотрелась просто великолепно; шёлковую рубашку с огромным вырезом, а ещё тёмно-синий костюм: пиджак и брюки, который немного увеличивал размер плеч Пака, что не могло его не радовать, потому что телосложение у него было чистой омеги.

***

      Прошла последняя неделя лета, пора было возвращаться в " любимую " и родную для Чимина школу. Всё те же лица, всё те же одноклассники. Будто ничего нового не произошло. Но почему же сердце так трепетало, будто там присутствовал кто-то, кто был очень важен для омеги. Пак стоял впереди, потому что рост у него был не самый большой, поэтому он не видел того, что происходило сзади. Всю линейку и весь поход до своего места в классе он шёл с опущенными вниз глазами, дабы никто не посмеялся ему прямо в лицо и не отпустил какую-нибудь неприятную шутейку. Но когда класс должен был поздороваться с учителем, то блондин, как и все в кабинете, поднялся со своего стула и, наконец, взглянул вперед. То, что он увидел, повергло его в лёгкое "охуеть"       — В этом году к вам перешёл новенький, — учитель указал на брюнета, стоявшего около двери...