Не стоит жалости

У каждого есть вещь, которая со временем превращается в идол. Когда ты берёшь её в руки, или смотришь на неё в душе становиться теплее. И ты словно растворяешься в дорогих сердцу воспоминаниях, закрываясь от жестокой реальности. У Диппера тоже была такая вещь, вернувшись в бункер он первым делом пошёл в комнату, которую выбрал пару дней назад. Он скорее бежал, а не шёл. Зайдя, Диппер судорожно начал копаться в своей сумке. К конце концов его пальцы коснулись чего-то мягкого. На лице расплывалась улыбка. Диппер держал в руках потрёпанную меховую шапку с оттопыренными ушами. И многие могут удивится, откуда такая сентиментальность к этому невзрачному предмету гардероба? Ведь такую шапку запросто можно откопать где-нибудь в бабушкином сундуке. Просто они не знают, откуда эта шапка у Пайнса, ну и пусть, крепче спать будут. Диппер надел шапку и подошёл к зеркалу, он чувствовал, будто вновь стал целым. И это каким-то образом всё больше уверяло его, что пожертвовать собой должен именно он. Однако, такие мысли бороздили не только его разум. Дин то же считал, что не позволит никому кроме себя умереть. Будучи охотником, он уже давно сжёг свой список желаний перед смертью, просто однажды пришло осознание, что им не суждено сбыться. Он шёл к Сэму, намереваясь отстоять своё право на смерть, но неожиданный стук во входную дверь заставил его остановиться. Его не часто услышишь на пороге бункера хранителей. Обычно, желающие сюда попасть просто вламываются без каких-либо церемоний. Как правило в эту дверь стучится только дождь, или приведения, но это уже как повезёт. Как бы то ни было, Дин всегда побаивался открывать названным гостям. В последнее время вообще появилась довольно странная паранойя, Винчестер временами побаивался, что однажды на пороге появится всё ангельское воинство, вместе с демоническим. Однако, на пороге стояла девушка. Лучезарно улыбнувшись она сказала: — Здравствуй! Абсолютно не знакомый мне человек! Срочно нужен мой брат, — заметив то как изогнулась бровь собеседника, она добавила, — Такой зануда, метр с кепкой. — Мейбл? — послышался голос из-за спина Дина. Диппер подошёл к ним и тут Винчестера будто осенило. Невероятное сходство между этими двумя было заметно лишь сейчас, возможно в детстве их было вообще не отличить. С возрастом лицо Мейбл приобрело большую женственность, а Диппера наоборот погрубело, но всё же, когда они стояли рядом, эти изменения были почти не заметны. — Что ты здесь делаешь? — с лица Диппера всё ещё не сходило изумление — У девушек свои секреты, — ответила Мейбл. — Дин, это моя сестра, — Диппер вспомнил, что тот до сих пор стоит здесь. — Я уже понял, — удивление на его лице сменилось на хмурость, в голове проскользнула едкая мысль: «Ещё один на мою голову», но вместо этого он сказал, — приятно, очень. Неприязнь Дина к новоприбывшей была понятна. Диппер и Мейбл, были как они с Сэмом. Сестра не раздумывая пожертвует собой ради брата, и наоборот. Дальше день пошёл своим чередом, где-то к вечеру по стечениям обстоятельств все обитатели бункера оказались в библиотеке. И почему-то именно сейчас Кроули решил испортить всем настроение, просто ему порядком наскучило просиживать штаны в обнимку с бутылкой виски, пока Лосяра с унылым дрыщём что-то там бормотали себе под нос. — Жертвенный козёл уже выбран? — лениво произнёс он. — Кроули, это тебя не касается! — сказал Дин. — Пожалуйста! — демон наигранно вздохнул, — рано или поздно вам придётся определиться, я просто решил немного поторопить события. — Справимся и без тебя, всё равно ведь ты своей жалкой жизнью не пожертвуешь, — продолжал спор Дин. — За то у меня есть отменный кандидат, — Кроули упивался злостью оппонента. — Эй, мистер, — отозвалась Мейбл, — вы же король Ада? Пожалуйста, катитесь в свои владения. — Непременно, лапочка, — Кроули продолжал язвить, — но я уверен, что Лосяра вовсе не против. — Не тебе решать за него! — не унимался Дин. — Как и не тебе, Бельчонок, — Кроули осознавал, что его победа в споре близка. — Сэм, ты не должен, — вступил в перепалку Диппер, он увидел как Винчестер согласился с Кроули, — Билл уже был в моём теле, я знаю как поступать. — Неужели? — наигранно изумился Кроули, — а тебе приходилось делить тушку с Сатаной? — Кроули прав, — подал голос Сэм, потом он заметил взгляд брата и добавил, — я смог удержать Люцифера, может сработать. — Никто ведь и не собирается умирать! — воскликнула Мэйбл, — просто потерять память, и тем более она может вернуться. Сэм и Диппер переглянулись и с болью посмотрели на неё. Они ещё не успели огласить неутешительную новость. — Нет, носитель умрёт, — тихо проговорил Диппер. — Мы изучили договор и из-за несостыковки в исполнении Билла не убить просто стерев он оживёт как и в этот раз, — продолжил Сэм, — и расторжение контракта это единственный способ, но он будет плотно привязан к сосуду и поэтому погибнет вместе с ним. Повисла тишина, нужно было время обдумать новый факт. Надежды на счастливый исход рушились одна за другой. — А если разорвать контракт в голове? — вдруг спросила Мейбл. — Что? — переспросил Сэм. — Ну, если разорвать контракт внутри разума, ведь по идее там, Билл не является одним целым с носителем. — Неужели у тебя, Лосяра, появился конкурент в области гениальных идей? — высказался Кроули. — Это может сработать, — сказал Диппер. Во истину блаженны чудаки, как Мейбл. Наконец-то у них был план. После долгих пререканий и споров, чисто из-за братской любви и желания общего блага, Сэм отстоял своё право на то, чтобы быть сосудом. Когда все наконец согласились, Сэму самому стало не по себе, словно что-то внутри оборвалось. И это был не столько страх смерти, сколько страх больше никогда не увидеть дорогих ему людей. Однако, его ободряло то, что он идёт на это ради общего блага. Общее благо, такое туманное определение, но из-за него одна из фигур на шахматной доске, теперь покачивается на самом краю и кажется вот-вот упадёт.