Животный инстинкт

— Небольшое сотрясение и множественные ушибы, — подытожил мужчина в белом халате, что стоял над кроватью парня. — Вы меня слушаете? — он обратился к девушке, заметив, что та витала где-то в облаках. — А? Да, извините, — Джейн встрепенулась, переставая разглядывать спящее лицо парня. Она на самом деле очень волновалась, ведь Чонгук до сих пор не очнулся, хотя прошло уже много часов. — Выглядите не особо, — доктор нахмурился, разглядывая вялый вид девушки и синяки под её глазами. Джейн подняла на него свой взгляд, и все сразу же стало на свои места. — Кажется, вы не спали всю ночь. — Это так заметно? — Джейн сонно потерла веки и протяжно зевнула. — Я просто сильно переживаю.       Доктор вздохнул, доставая из кармана фонарик и проверяя зрачки парня. — Не стоит. Боец провел взаперти большую часть жизни, и даже те вылазки к ему подобным не означали свободу. Этот этап самый сложный у всех зверей и их хозяев, но он скоро пройдет. Не переживайте. — Думаете? — Джейн заглянула за его спину. — Мне кажется, что Чонгук не поддастся приручению.       Мужчина встал ровно и повернулся к ней, засовывая фонарь обратно. — А приручать и не надо, Вам просто стоит дать ему понять, что он любим и вовсе не питомец.       Девушка на немного задумалась и вскоре кивнула. — Но как это сделать? — Эх, милочка, зачем же Вы возложили на себя такую ответственность? Извините, но я самый обычный врач, не психолог, мне-то уж точно этого не знать.       Девушка погрустнела, неловко отводя взгляд. У неё никогда не было братьев, что уже говорить о детях, которым бы она могла дать свою любовь. А сейчас она будто бы должна воспитать нового человека. И сделать это нужно как можно быстрее, ведь в запасе у неё есть совсем мало времени, а там уже будет турнир.       Девушка вышла с врачом из комнаты и спустилась на первый этаж, чтобы проводить его. — Я буду присылать человека, который поможет ему встать на ноги, — доктор взял свою сумку, намереваясь уходить. — Постойте, а таблетки какие-нибудь? Разве ему не надо их принимать? — Те медикаменты, которые имеем мы, на них не действуют, так что просто следите за питанием и давайте отдохнуть. Со временем всё само зарастет. — Вот как… — Но вот о себе побеспокойтесь. И не забывайте наносить мазь, которую я Вам выписал. У Вас раны тоже значительные, — он кивнул на перебинтованные женские руки. Девушка посмотрела на них и завела себе за спину. Сейчас они выглядели не особо презентабельно, отчего хотелось их спрятать. — Ладно, всего доброго, — напоследок сказал мужчина и вышел из дома.       Джейн закрыла дверь, но не спешила отпускать ручку. Она поджала губы, оглядываясь на лестницу, ведущую на второй этаж, где сейчас в одной из комнат лежал Чонгук. И всё же как ужасно осознавать то, что ты не можешь жить обычной жизнью. Джейн до боли в груди понимала почему он себя так вёл. Чувствовать себя частью всего лишь какого-то жалкого развлечения людей отвратительно.       Девушка решила вновь подняться наверх. Она просто глупо надеялась, что Чонгук проснётся, если сама будет вечно крутиться рядом с ним. Да и маленькая вера в то, что под пронзительным взглядом ей удастся потревожить его длительный сон, не покидала.       Остановившись у дверей комнаты и затем тихо пройдя внутрь, Джейн прошагала к кровати и села на край. Чонгук все так же продолжал неподвижно лежать. Его голова была теперь забинтована двойным слоем, а синяки обрели более темный оттенок. Девушка аккуратно потянулась к краю одеяла и приподняла его, приоткрыв вид на ноги. Синие линии образовали кольца вокруг лодыжек от былых металлических сапогов. Ему было больно это чувствовать, а ей больно на это смотреть.       Ли неосознанно кинула взгляд на настенные часы, сопровождающие тиканьем её долгое пребывание в комнате. Прошел ровно день и тринадцать часов с того момента. Девушка начинала подумывать о том, чтобы перенести Чонгука вниз, не то вновь попытается сбежать, свалившись с лестницы, а это знатно потрепало ей нервы. Джейн ведь в ответе за того, кого приручила, хотя, если быть точнее, за того, кого пытается приручить.       Внезапно у своего таза Ли почувствовала шуршание. Чонгук попытался задвигать ногами сквозь сон, будто даже там пытался сбежать. И попытки казались вовсе не бессмысленными, девушка невольно начинала даже гордиться им, ведь это первые успехи её собственного бойца. Более того, врач сказал, что тот быстро встанет на ноги.       Джейн положила руку поверх одеяла, медленно начиная поглаживать. Малость хотелось помочь ему справиться с болью, но неожиданно всё стало только хуже. Парень начал странно реагировать и извиваться. Он сводил брови к центру и жмурился, выдавая странные звуки. Ли испугалась и сразу же отпрянула. Потихоньку Чонгук начал успокаиваться и вскоре вовсе остыл. Еще через минуту он стал медленно открывать веки.       Джейн в это время сидела неподвижно, лишь со стороны наблюдая за его мучениями. Он потянул руки к голове, дотягиваясь до сжимающих бинтов, и кончиками пальцев провел по месту с ушибом, выводя узоры. Заприметил раны на своих руках, а потом резко перевел взгляд на девушку, что сидела в его ногах где-то на конце кровати. — Чонгук? — Джейн растерялась. Безусловно, она была рада тому, что он очнулся, но какая-то её часть все же напряглась. В тот раз он показался ей диким и пугающим. Вдруг он и сейчас что-то кинет в неё? — Нельзя, — он неотрывно смотрел в глаза девушки, — сидеть… Нельзя!       Она посмотрела на место, где сидела, и потом вновь на него. Его взгляд был очень серьёзен, что, казалось, он вот-вот просверлит в ней дыру.       Как только Джейн поднялась и выровнялась, Чонгук сразу же отвернул голову. — Как ты?       Парень в ответ промолчал. — Ты голоден?       Он сжал края одеяла, за которые незадолго до этого ухватился, но не смел повернуться лицом. Ли заметила его жесты и решила не давить. — Я пойду, приготовлю что-нибудь поесть, — девушка поспешно вылетела из комнаты, прикрывая дверь и выдыхая снаружи.       Чонгук расслабился. Будто камень с души упал, а его голос снова прорезался. Он посмотрел на дверь, несколько секунд пронзая её своим взглядом. За нею послышались шаги, когда девушка всё же ушла, и парень приподнялся на локтях.       Больно. Всё болело настолько сильно, что иногда парня едва ли не бросало в холодный пот. Через силу брюнет уселся полностью и облокотился о подголовник, выдыхая.       Спросонья в голову лезли самые жуткие мысли. Воспоминания об аукционе, о том самом дне, буквально стояли прямо перед ним. Как тяжело дышал его товарищ, прощаясь с ним незадолго до продажи… Больно было это все вспоминать. И самое страшное, что он видел такое в третий раз. Три грёбанных раза он наблюдал за тем, как его собратьев покупали. Три грёбанных раза он видел морды этих черствых людей. Три грёбанных раза он с облегчением возвращался в клетку… А что в этот раз? Купили? Чонгука действительно купили? Вот так просто? Какая-то девчушка? Не верит. Наотрез не верит и смеётся. Взрывается в тандеме с заливным и протяжным смехом, окутывая комнату своим сумасшествием.

***

      Парень так и просидел около часа, когда за дверью вдруг послышался шум. Он отвлекся от ранее заинтересовавшего его рабочего стола, на котором стояла пара одиноких лилий, и повернулся на звук. Джейн держала в руках поднос с куриным супом, который наспех приготовила, а затем прошла внутрь комнаты, ставя его на прикроватную тумбочку. — Как ты себя чувствуешь?       Вновь этот голос. Он так раздражал его. Будто где-то за ухом летало назойливое насекомое. — Я приготовила поесть, тебе нужны силы, чтобы восстановиться.       Чонгук глянул на тарелку и отвернулся. Он не хотел даже притрагиваться к еде. Да и не стал бы. — Тебе сложно самому есть, ведь так? Давай я тебя покормлю, — Джейн присела рядом, на что Чонгук возмущенно повернулся. Он ведь говорил ей не сидеть здесь!       Девушка взяла в руки тарелку, немного обжигаясь, но не подавая виду. Чонгук хмыкнул. Ему становилось смешно от того, что действительно оказался здесь вот так. Что тоже был продан, как и все остальные его собратья, и теперь превратился в игрушку для какой-то девчонки, за которой нужно ухаживать.       Ли набрала немного юшки и потянулась к лицу брюнета. Господи, как же он ненавидел находиться с людьми в близости. Его зубы резко сжались, а вены по всему телу набухли. — Тебе нужно поесть, Чонгук, — руки девушки немного дрожали от горячей посуды, но она даже постаралась улыбнуться.       Чонгук напряженно, будто заполняясь все большей яростью, посмотрел в глаза напротив; он сверлил и пугал своей настырностью. Джейн неосознанно напряглась, вспоминая тот же взгляд, что и тогда. Мутные, темные, дикие зрачки смотрели на неё, будто бы совсем озверев. Неожиданно ей стало страшно.       И не зря.       Парень рывком оттолкнул тарелку, скинув её на пол и вдребезги разбив. Всё содержимое вылилось на Джейн и разлетелось по полу. Она зажмурилась и закусила губу, а на её одежде появилось горячее пятно. Как же глупо было решить, что Чонгук разрешит себя накормить. Безнадега была сравнима с протягиванием руки в пасть тигра. — Не трогать меня! — Чонгук пылал, как бык перед красным. Все, что он мог говорить, это обрывки фраз. Девушка, не поднимая взгляда, и без того покалеченными руками, полезла собирать остатки супа и тарелки, скидывая всё на поднос.       Чон увидел это и его будто холодной водой окатило. У обеих висков образовалась испарина, а тяжелое дыхание заполонило грудную клетку. «Что же она творит, черт побери? Пусть убирается отсюда!»       А она молчала. Будто боль прошла, как страшный сон посреди холодной ночи. И даже если это не так, она понимала его обиду на людей, что лишили обыденной жизни совсем невинного когда-то мальчишку, поэтому просто в тихую собрала всё и поднялась. — Я принесу новую порцию, — забыв о произошедшем секундами ранее, Джейн вышла из комнаты под наблюдающий взгляд брюнета.       «Будет нелегко» — так ведь говорил врач, а значит так и будет. Джейн нужно просто перестать думать о подобных инцидентах как о чем-то немыслимом. Её главная задача — позаботиться о Чонгуке. Поэтому, как бы больно не было, она приложит все усилия, чтобы её боец чувствовал себя хорошо. И, каким бы вредным парень не казался, она уверена, что рано или поздно он свыкнется, а это — всего лишь маска, за которой он такой же в меру слабый, как и все. По крайней мере, голоден то он был уж точно.       Через пару минут Джейн принесла новую порцию. Она без слов прошла внутрь и оставила тарелку на тумбе. Парень был накрыт одеялом с ног до головы и вылезать не собирался. — Суп скоро остынет, поторопись. Если захочешь ещё — вот, оставлю здесь телефон, — Джейн положила устройство рядом с тарелкой. — Нажмешь на третью кнопку, и я принесу.       Парень продолжил лежать под одеялом и, не успев ничего ответить, услышал хлопок двери.

***

      Девушка вымотано прошла в гостиную, наматывая на руки бинты поверх мази. Пара мягких соф, кофейный столик с всё теми же лилиями и плазма не придавали особого уюта. Здесь было так же пусто, как и во всём остальном доме, что иногда и вовсе казался слишком большим и пустым для одной маленькой девушки. Но Джейн жила здесь уже давно, считай сроду отдельно от отца, который всё продолжал развлекаться своими бойцовскими утехами и ходил вечно по турнирам, забывая напрочь растить дочь. В последнем их разговоре он и вовсе выпалил, что только благодаря ему Ли выросла такой, какая есть сейчас, и без него она не способна ни на что. Но вот только, видимо, одна Джейн помнит, как ей вечно приходилось заботиться самой о себе. Будь то учеба или какие-то подростковые проблемы. А отцу было плевать: работа и бойцы стояли у него на первом месте.       Девушка схватила лежащий на столике смартфон и осела на диван, прикрываясь подушкой. В поисковике был вбит знакомый номер, а кнопка вызова вскоре нажалась, следуя долгими гудками. — Алло, Намджун? — О, йоу, дорогая! Ну что, жива? Слышал, тебя запомнили в том подполье, — на другом конце послышался знакомый прокуренный голос и Ли хмыкнула. — Уф, знаешь, боец оказался страшнее тех Амбалов. — Воу, кто ж тебе такой попался?       Джейн посмотрела в сторону второго этажа и выдохнула. — Слышу, тяжко вздыхаешь. А я предупреждал, что это нелёгкое занятие. — Пожалуйста, хватит это повторять, сама знаю. — Хах, нагребла ты на себя неприятности, глупая. Звонишь, небось, поэтому? — Намджун… — Только не говори мне, что я не прав. — Да, ты прав… На самом деле мне нужна твоя помощь, — на том конце стало тихо. Кажется, парень внимательно слушал. — Я боюсь, что не справлюсь одна. По крайней мере, я не знаю, что будет, когда он встанет на ноги. Нам нужны тренировки, но мне кажется это сравнимо с безумием в ситуации, которую мы имеем. — Ну, еще рано говорить, пусть хоть привыкнет. А я уж там, чем смогу помогу. — Спасибо, Намджун. Я в тебе не сомневалась. — И не отчаивайся, Ли, а лучше загляни ко мне как-нибудь в клуб, давно не виделись. — Да уж, действительно давно. — Вот и договорились. Ладно, вешаю трубку, крошки уже заждались своего папочку.       Джейн противно скрючилась и улыбнулась. Она ненавидела, когда Намджун выпаливал что-то подобное, но без этого он не был бы самим собой. Деньги, секс, тренировки — три важные составляющие парня, на них построен его внутренний мир, без которого тот жизни не видит. Будто три наркотика, от которых он не в силах воздержаться. Намджун — один из самых известнейших в «особых» кругах тренеров. И не простых тренеров, а тех, кто тренируют настоящих бойцов. На его счету множество возмужавших душ, приносивших многочисленные победы. Но даже так, Ким Намджун был ещё тем разгильдяем. Развлечения порой его привлекали даже больше, чем своеобразная «работа», отчего тот мог показаться до жути безответственным.       Джейн отбросила телефон на кресло и запрокинула голову, поджав под себя ноги. Будет хорошо, если её товарищ согласится помочь ей с тренировками, но за Чонгука тоже стоит переживать. Даже когда он встанет на ноги, будет неуместно сразу заставлять его тренироваться. Первым делом стоит расположить его дух к себе, что явно сложнее некуда. — Возьми себя в руки, — девушка резко дала себе легкую пощечину, чтобы отогнать все те мысли, которые доставляли ей сильный дискомфорт. Ей стоит забыть о слове «сложно» и просто начать выполнять свою работу. Она потянулась к лежащему на стеклянном столике пульту и включила телевизор. Может хоть это ей поможет на немного прийти в себя.       Пропуская кулинарные и детские каналы, Джейн попадает на любимые новости, которые частенько просматривает в свободное время. Обычно ей интересно слушать что-то про политику или какие-то убийства, но в этот раз в эфире вещают о мужчине, выигравшем недавний турнир со своим бойцом. В видео попадают кадры, снятые на арене, где зверь лежит на полу и пытается отдышаться, оставляя под собой лужи крови, а зрители в это время кричат, аплодируют и радуются победе.       Девушка в тот же миг выключает телевизор и засовывает пульт под подушку. Она даже слышать не хочет про что-либо, связанное с бойцами, не то, что видеть.

Теперь её ещё долго будут преследовать те события в пабе…