Животный инстинкт

      Этим же днём Джейн собралась к Намджуну. Запрыгнув в первые попавшиеся под руку джинсы и накинув на плечи легкую куртку, она взяла ключи, лежащие на комоде, и вышла во двор. Сил на самом деле не было. Девушка чувствовала себя слегка потерянной, когда садилась в припаркованную иномарку. С последнего её визита в клуб Намджуна прошло больше месяца, а ссора с отцом только подлила масла в огонь, заставив её отсидеться в четырех стенах наедине со своими мыслями, прежде чем в её доме появился кто-то ещё. Чонгук. Именно он был причиной, по которой Ли так резко решила заявиться к другу в гости. Немного поразмыслив и сложив все «за» и «против», она поняла, что время пришло. Она нуждается в помощи Намджуна как никогда прежде. Ей хотелось взбодриться, спросить совета, ведь, бесспорно, парень имел достаточный багаж знаний, чтобы помочь Ли со всем справиться и начать расставлять внутренний мир своего бойца по полочкам. Ну и, по крайней мере, даже просто поговорить по душам с давним приятелем было бы хорошей разгрузкой для мозгов.       Через пару минут Джейн уже была в центре города. Столица казалась как никогда прежде оживленной, будто того, что скрывают эти бродящие по улицам людишки, и вовсе не было. Ли невольно скривилась. Казалось, что город вмиг поделился на две части, в одной из которых проводились ночные распродажи людей, а в другой всё это было лишь одним страшным сном. Люди гуляли с улыбкой на лицах, а у Джейн уголки губ словно нитками были зашиты. Ей не хотелось на них смотреть. Крепко сжав руль, она свернула с главной улицы, заезжая в один из районов. Именно здесь обычно проходили главные тусовки, а вывеска с названием знакомого клуба горела неоновым красным цветом в любое время дня.       Джейн припарковалась неподалеку от заведения и направилась к чёрному входу. Как ни странно, первое, что встретило её внутри, это едкий запах табака. У дверей стояла парочка, держа в руках остатки сигар и то и дело бросая пепел на пол. Они не обратили на Ли внимания, продолжая болтать о своём и только когда Джейн проскочила мимо них, покосились ей вслед.       За барной стойкой миловидный паренёк-бармен натирал тряпкой стаканы, а из колонок приглушенно звучала латинская музыка. Джейн осмотрелась и решила подойти к брюнету. В помещении кроме него никого толком и не было. — Извини, — стараясь сильно не отвлекать, она пристроилась к барной стойке. — Намджун есть, не знаешь?       Юноша оторвался от стаканов и поднял взгляд на гостью. — Директор Ким? Он вроде как всегда у себя, — хмыкнул парень. — Хах, да, наверное не стоило и спрашивать. — Сходи наверх, проверь, — парень кивнул в сторону лестницы. Джейн его послушала. Отойдя от бара, она направилась в сторону второго этажа и спустя пару мгновений очутилась у знакомой двери из тёмного дуба. Нерешительно постучав несколько раз, она взялась за ручку и медленно заглянула.       Внутри было темно, словно в какой-то пещере, где единственная скучающая настольная лампа едва мерцала в темноте, обволакивая комнату тёплым светом. Джейн прошла внутрь и чуть ли не навернулась, случайно споткнувшись о раскиданные по полу журналы. Их была целая куча. Только сейчас она заметила, что на них были картинки девушек в купальниках, а иногда даже и без. Ли присела на корточки и с неким отвращением приподняла один из журналов, удерживая лишь кончиками пальцев пару страниц. — Боже, извращенец, — зашуршала она и прыснула в ладонь, а потом повернула голову в сторону дивана. На нём сладко спал Намджун и, видимо, даже не подозревал о внезапном везите подруги, громко похрапывая и наблюдая десятый подряд сон. Ли резко встала и подошла к нему. Ну что за личико! Морда самого настоящего развратника! Нет, так дело не пойдет. Недолго думая, Джейн кинула тот самый журнал парню в лицо. — Подъё-ё-ём! Пора вставать!       Намджун проснулся на крик, будто ошалевший. На секунду ему даже показалось, что на него упал потолок. Он распахнул глаза и скинул с себя журнал, а потом, заметив подругу, с облегчением выдохнул. — Твою мать, Ли! Ты что здесь делаешь? — он схватился за сердце. — Айщ, кто ж так будит! Клянусь, я обделался!       Джейн рассмеялась, отошла от парня и уселась на кресло у рабочего стола, складывая руки на груди. — Сам говорил заехать, что уже не так? — Говорил-говорил, а врываться так нельзя… — он тяжко запрокинул голову. — Ну тебя нафиг. — И почему же нельзя? Ты чем-то особенным был занят? — Ли ехидно прищурилась. — Что это ещё за журнальчики у тебя тут такие, а? — Это мужские потребности, — Намджун пожал плечами. — А вообще, у меня сердце слабое, больше так не пугай. — Ага, столько пить, конечно, так и до смерти недалеко. — Ой, Ли, — Намджун шикнул и поднялся с дивана. — Я просто старею, ты же знаешь, мне уже скоро тридцатник, — он подошел к столу, выдвигая ящик и доставая оттуда бутылку с бакарди. — А это… а это не алкоголь, это святая вода, — поправил он девушку. — Соизволишь разделить её с другом? — и обаятельно улыбнулся. — Я за рулём, — отказалась Ли. — А жаль, — вздохнул парень. — Думаю тебе не помешало бы расслабиться, — он налил себе в стакан немного спиртного и прошёл обратно к дивану. Заметив, что подруга как-то странно затихла и даже слегка погрустнела, он насупился. — Ну раз уж пришла… Что расскажешь? Как дела у твоего бойца? Всё так же? — спросил он, делая глоток. Ли кивнула. — Придумала уже, что будешь делать? — Я поэтому к тебе и приехала. Хотела спросить совета. Мне сложно, Намджун, правда, — заявила Джейн. — А ты думала это будет обычной игрой? Не хочу вновь тебе это говорить, но я предупреждал. А ты не послушалась. Это жизнь, Ли, нужно ко всему относиться серьёзнее. — Кто бы говорил, — девушка хмыкнула. — У нас разные ситуации, не сравнивай, — Намджун повертел головой. — Как его зовут хоть, этого твоего мучителя? — Чонгук, — ответила Джейн. — Номер 215. — 215? — парень удивился. — Я кажется слышал о нем… — он прищурился, проводя рукой по подбородку. — И это ты его купила? Вау. Ну ты даешь, Ли. — М? Что в этом такого? Почему ты так удивлён? — А ты не слышала? Его вроде как три раза выставляли на аукцион, представляешь? Зверей обычно выставляют один раз в жизни. Ну теперь я не удивлён, что у тебя с ним не ладится. Он явно проблемный малый, раз уж никто не хотел за него браться. — Знаешь, — Джейн внезапно опустила взгляд. — На самом деле, в тот день я могла не купить его… — к концу предложения она стихла. Намджун нахмурился, не до конца понимая, о чем говорит девушка. — Честно сказать, я была на грани того, чтобы сбежать, — призналась она. — О чём ты? — Я струсила… — она сжала края кофты. — Но в один момент, услышав голос из микрофона, я не смогла уйти. Мужчина объявил, что Чонгука никто не выбрал, и мои руки сами потянулись к планшету. Перед этим я встретилась с его глазами, они показались такими чистыми и… и одновременно налитыми болью, понимаешь? Я бы не простила себе, если бы оставила его. — Так может всё не так плохо, Ли? — неожиданно спросил Намджун, заставив девушку приподнять голову. — Посмотри на это с другой стороны. Всевышний подкинул тебе Чонгука тогда, когда ты была ему нужна. А всё ведь могло быть совсем по-другому… Может это судьба? — Намджун допил оставшуюся на дне горькую жидкость и поставил уже пустой стакан на кофейный столик. Джейн вдруг задумалась. Парень застал её врасплох своим вопросом. В её голове появилось слишком много мыслей. — Даже если и так, не думаю, что Чонгук когда-то примет меня. Тем более после сегодняшнего…       Парень навострил уши. — Утром к нам в дом заявились люди из департамента. Я не была к этому готова и впустила их, а они… Они резко вломились к Чонгуку в комнату, чтобы провести какой-то анализ, а когда тот начал брыкаться, вкололи ему что-то. Моё сердце сжалось… Он не знал куда себя деть! Наверняка он теперь винит во всём меня. Вряд-ли он теперь когда-то доверится мне. — Айщ, эти ублюдки… О них мне тоже известно, — он отвёл взгляд куда-то на стену и буквально впился им в неё. — Эти чокнутые ребята любят нежданно-негаданно появляться, словно паразиты, а потом заявлять, что отберут твои права на тренировку бойцов, так как, видите ли, «Вы слишком много занимаетесь не тем, Сэр», — сквозь зубы процедил он. — Да кто вы такие, чтобы отбирать мой хлеб! Твари. — Серьезно? — удивилась Ли. — Ты мне никогда не рассказывал об этом. — Да, было дело… Мой тебе совет, будь начеку, не своди с них глаз. Они не те, за кого себя выдают, — Намджун был серьёзен как никогда, Джейн даже немного испугалась. — Думаешь, отец не знает о них? — Знает. И я уверен, что очень не любит.       В прежде шумной комнате на какое-то время повисла тишина. Джейн и Намджун оба замолчали. На эту тему они могли разговаривать, так ничего и не сказав, — всё равно бы поняли друг друга. В итоге Джун первый подал голос. — Но не переживай, Ли, всё совсем скоро станет на свои места, вот поверь мне. Рано или поздно Чонгук привыкнет к тебе. — Да… Наверное, ты прав. — А я лучше заеду на днях, посмотрю своими собственными глазами на эту буку, — парень вредно прищурился и Джейн наконец-то улыбнулась. — Он не бука, он просто потерянный парень. Чонгук не выбирал каким быть, они сами его таким сделали. — Да, и именно поэтому ты должна поставить его на верный путь. А я тебе уж в этом помогу, чем смогу, — Джун подмигнул. Джейн театрально скривилась, хотя оба знали, что Ли была безмерно благодарна парню за всё. Если бы не он, на её лице вряд ли бы скоро появилась улыбка.

***

      Чонгук проснулся с чувством тревоги, словно после преследующего всю ночь кошмара. В то же время его веки будто весили целую тонну: тяжелели, и вскоре пришло несколько пугающее беспокойство, мешающие вырисовывать в голове ясную картину. Он не сразу понял где находится. Что с ним сделали? Этот вопрос крутился в голове, как баскетбольный мяч на указательном пальце. Он помнил только как чьи-то грубые руки держали его силой, а тело предательски ослабевало, понемногу превращаясь в вату. Кто были все эти люди и где они сейчас? Загадка казалась слишком таинственной, Чонгук простонал и взялся за голову.       Лёжа на спине, парень пробежался взглядом по потолку, затем глянул вправо, влево… Похоже в комнате больше никого не было. Он выдохнул, как бы отпуская страшные мысли, наполнившие его. Затем приподнялся на локтях, только через какое-то время замечая, что боли больше не чувствовал, а движения не вызывали прежнего дискомфорта. От зверского чувства остался только горький привкус лекарства на языке, которое ему вкололи те люди в белых одеяниях. Чонгук скривился и уселся на кровать, затем свесил ноги, аккуратно, даже с некой опаской ставя стопы на пол. Почему теперь он их чувствовал? Почему пальцы шевелились, а пятки так радостно ощущали каждую досточку паркета? Он не знал. Опять не мог найти ответ и бесился.       Через пару попыток подняться, Чонгук уже полностью стоял на своих двоих. Сделать шаг больше не было проблемой, за ним последовал второй, а потом ещё один, и ещё… И вот он уже у комода. У того самого, на который до этого мог смотреть только со стороны. А вот и та самая белая рамка с серебряной огранкой, что изначально не пришлась Чонгуку по душе. Но сейчас он впервые увидел её вблизи и невольно потянулся взять в руки. Теперь ему почему-то хотелось рассмотреть фото девушки, что находилось внутри, чуть подольше. Шелковые каштановые волосы волнами спускались на плечи, она широко улыбалась, а на её щеках были видны глубокие ямочки. Так вот как выглядит счастье? Что это? Чонгук не знал. Она держала в руках букет из тех самых лилий, что парень ранее заметил в комнате. В этот момент он непроизвольно глянул в их сторону. Кажется, она действительно любила эти цветы. Но, кажется… ему и они были не по душе. Чонгук вдруг почувствовал, как его руки стали неприятно набухать и неожиданно положил рамку вверх тормашками. Неизвестное чувство, из-за которого ему больше не хотелось смотреть на фото, буквально заставило его это сделать.       Робко отойдя от комода, парень подошел к двери и слегка надавил на ручку. Прежде чем выйти, Чонгук первым делом осмотрелся. Не хотелось в период своей вылазки с кем-то столкнуться. К счастью, на этаже никого не было. В последний раз, когда Гук был за пределами комнаты, он устроил конкретный переполох. Вазы, статуи и даже шкаф — всё было уничтожено. И как же он удивился, увидев, что на этаже не осталось ни единого осколка. Абсолютно всё было прибрано, а в самом коридоре стало совсем пусто.       Чонгук маленькими шажками поплёлся в сторону лестницы. Он не знал есть ли кто дома, да и вообще кому этот дом принадлежит? Джейн? Она сама здесь живёт или с кем-то? Вот в чём был вопрос. Оказавшись на первом этаже, Чонгук едва вздрогнул. Неизведанное помещение со множеством комнат пугало его. Куда идти? И вообще, куда ему надо? Зачем он вдруг решил выйти? Он уже и не пытался найти ответ. Ноги тащили его в том направлении, которое он предугадать не мог, а ему оставалось лишь инстинктивно следовать.       В конечном итоге Гук забрёл в столовую, а потом, пройдя через арку, с опасением заглянул на кухню. Такая светлая и уютная, совсем не то, что он привык видеть. Честно говоря, ему было с самого начала непривычно находиться в этом доме. Такой просторный, со вкусом, Гук впервые оказался в подобном месте. Он уже свыкся с каменными стенами, холодом, болью, тоской. Но сейчас, ступая по полу босыми ногами, ему тепло. Эти странные тряпки на теле хоть и неудобные, но согревают.       Чонгук осматривается, его взгляд падает на плиту. На ней стоит кастрюля, внезапно привлёкшая внимание. Оттуда исходит запах, будто дорожкой простираясь к носу. Пахнет так вкусно, что Гук подходит ближе и слегка вытягивается в шее, чтобы заглянуть внутрь. Как на зло он не может противиться желанию узнать, что же там такое. А там так много супа… Чонгук делает шаг назад.       Нет, он не хочет его. Он не будет есть то, что было сделано руками человека. Никогда.       Парень закусывает губу и отворачивает голову. Ту порцию, которую ему приносила Джейн он так и не съел. И сейчас не съест. Еще чего! Не будет!       Но в животе так предательски раздается бурчание, словно волчий вой… Чонгук кладёт руку на живот и злиться. Он воюет сам с собой и тяжко вздыхает. Сам того не понимая, он одним глазом подсматривает за кастрюлей, а она будто зовёт его. Ну что это такое? Пусть перестанет быть такой манящей! Нельзя!       Чонгук разворачивается и топает ногой. Нет и точка. Ему это не надо. «Жизнь на одном супе не заканчивается…» — думает он, но почему-то хнычет. Как можно перечить кастрюле, когда в ней такой вкусный суп? Через миг Чонгук крадётся на цыпочках и ещё раз заглядывает внутрь. Он надеется, что вот сейчас только посмотрит одним глазком и не более. Однако во рту уже целый океан… Что же делать? Гук натыкается взглядом на близлежащий половник и берет его, аккуратно набирая немного юшки. Он подносит его ко рту и через терзания отсёрбывает совсем чуть-чуть…       В этот момент, вкусив чего-то запретного, он уже не может остановиться. Чонгук резко кладет половник и хватает кастрюлю обеими руками, приставляя себе ко рту и начиная пить весь бульон. Он пьёт с таким удовольствием, что по его подбородку стекают целые ручейки, оставляя пятна на белой футболке. Всё капает и капает. Но ему всё равно, вкусно ведь до жути. Парень и сам не замечает с каким аппетитом выпивает и съедает всё до последней капли.       Когда он ставит уже пустую кастрюлю на место, то блаженно прикрывает глаза. Но счастье длится недолго. Услышав щелчок замка, он дёргается. Кто-то разувается в прихожей, бросает там же ключи и громкими шагами надвигается в его сторону. Чонгук задерживает дыхание, попутно смотря на то, что натворил. «Только не это. Только не сейчас.» Через пару секунд в арке появляется женский силуэт, и Гук открывает рот. — Чонгук? — прямо там сейчас стоит Джейн, вернувшаяся от Намджуна, и немного не понимающая что происходит. — О, Божечки, ты в порядке? Как ты спустился? Тебе не больно? — она не ожидала, что парень так скоро проснётся и поэтому испуганно подбегает, чтобы удостовериться, что с ним всё в порядке. Ли растеряна, ведь это впервые, когда парень ходит на её глазах.       Но Чонгук язык съел... И ещё суп. У него глаза по пять копеек, а коленки дрожат. Он специально не поворачивает голову в сторону кастрюли, надеясь, что девушка её не заметит, и стоит так смирно, лишь бы и она не двигалась! Однако Джейн и вовсе не догадывается об этом, отчего неосознанно пробегается взглядом по кухне и в конце концов замечает кастрюлю. — А? Что? А где суп? — она удивлённо заглядывает внутрь и только потом, кажется, до неё начинает доходить. — Чонгук, неужто твоих рук дело?       Гук смотрит ей в глаза, словно напуганный щенок, а по его грязному лицу и запачканной футболке всё и так понятно. — Так ты всё-таки был голоден! Ну конечно! Я знала! — Джейн победно вскрикивает и ухмыляется, на что парень хмурится. Он совсем не хочет с ней соглашаться, потому просто срывается с места и убегает прочь из кухни. Он молнией поднимается наверх, забегает в комнату и хлопает дверью, зарываясь как можно скорее под одеяло. Чонгуку не нравится думать о том, что его застали таким слабым, подвластным одному лишь глупому супу. И кто застал! Джейн! Эта глупая девчушка, которую он и так всем сердцем ненавидит! Как он мог дать слабину? Ему обидно. Обидно за себя, что наплевал на свои нравы. До этого он не хотел и находиться рядом с людьми, а теперь что? Ест их еду? Он поверить не может и мысленно презирает себя.       Но вот Ли молча ликует. Как сказал Намджун, сколько бы Чонгук не противился, но рано или поздно он привыкнет. Суп это только маленькое начало, крохотный шажок к чёрствому сердцу парня и огромный старт к его доверию. Джейн знает это и отныне собирается готовить в два раза чаще…