Эksпеriмеnт

Но нашему общению не суждено было длиться больше положенного, отмеренного срока. Мирная идиллия была беззаветно прервана откуда не пойми взявшимся звоном будильника. … Ребята-ребята! – вслед за звоном раздался голос Моники. – Время клубной деятельности подходит к концу. Однако, попрошу никого пока не расходиться. У меня есть для вас всех небольшое дельце. Я, Юри и остальные участники, все мы были действительно заинтересованы в высказывании нашего президента. Не спеша, мы окружили Монику, в ожидании дальнейших разъяснений. Итак, ребята, – Моника продолжила говорить как только удостоверилась, что все в сборе. – Как вы все наверняка уже знаете, на следующей неделе, в понедельник, в нашей школе будет проводиться день фестивалей. Наш клуб тоже участвует. Прошу прощения, что оглашаю так поздно, но. Я искренне считаю, что нам всем действительно стоит участвовать! Ну вот! – сварливо выпалила Нацуки. – Я так и знала, что ты в итоге затронешь эту тему! Продолжай, Моника… – мягко сказала я, игнорируя как саму анимешечку, так и ее альтернативную ветвь диалога. Спасибо, Кира, – она мне улыбнулась, готовая продолжать. – В общем, я заранее хочу попросить прощение, что начала так внезапно. Как президенту, мне следовало задуматься об этом давно и подготовить вас всех как следует. Однако… Фестиваль, это большой шанс для всех нас, для клуба. Я считаю, что мы не можем его упустить. Когда Моника закончила говорить, я окинула взглядом других участников, стараясь уловить их реакцию. Юри была тревожна, Нацуки тоже… не удивительное дело по большому счету. А вот Эл. Эта девчонка выглядела задумчивой, и задумчивость ее волей-неволей не давала мне покоя. Я не думаю, что мы сможем организовать что-то толковое за такой короткий срок… – приложив руку к груди, с тревогой произнесла Юри. Моника… – свой голос внезапно подала Эл. – Ты не производишь впечатление неответственного человека. Все как раз наоборот, ты очень рассудительна и собрана… Ты отличный президент. О, спасибо, Эл! – Мон перебила девчонку, принимая ее похвалу. – Это очень мило с твоей стороны! Я хотела сказать… – губы Эл шевельнулись вновь. – Это очень странно, что ты, такая ответственная, так халатно отнеслась к вопросу фестиваля, вспомнив о нем почти в последний момент. Наверное, тебя что-то здорово отвлекло, Моника. Может, даже выбило из колеи, я права? Что ты хочешь этим сказать? – Моника пристально уставилась на Эл. Наблюдая за ситуацией, я понимала, что дело дрянь. Паранойя снова объяла меня. Что она задумала? Интересная реакция… – отвечала наш враг. – Значит это не личное. Моника, если не секрет, что именно тебя так отвлекло? Эл, прекрати, – я решила спасать и не только Монику, но и положение в целом. Осторожность дорого стоит, проколов быть не должно ни по какому поводу. Ни по какому из поводов. Моника очень популярна, – сорвалось с моих губ. – Она действительно крайне занятой человек, так что не давите сильно. Это конечно плохо, что она забыла про фестиваль, но. Все мы люди. Всем нам свойственно совершать ошибки. Девочки, я не забыла про фестиваль… – Моника говорила с обидой. – На самом деле, я часто о нем думала и вскользь мы всегда обговаривали это с Сайори, Нацуки и Юри. А Киру я даже просила мне помогать, так что-о… Тогда… – кажется Эл не впечатлило ни одно из наших слов. – Почему же в конечном итоге ты не набросала конкретный план касательно наших действий на фестивале? Или, если я не права, то почему ты не огласила раньше? Ты не совсем права, Эл, – Моника улыбнулась ей, когда продолжила. – Я давно определилась с нашим участием. Единственное, что у меня вылетело из головы – это сказать вчера. Наверное, я была под впечатлением от вступления в клуб новой участницы, поэтому… Ясно, – Эл была удовлетворена ответом… возможно. Сработала ли это лесть? Или дело в ином. Тем более не понимаю! – высказалась Нацуки, вступая в разговор, неся за собой новые разногласия. – Этим стоило обеспокоиться еще позавчера! Я… – голос подала Юри. – Я согласна. Это так неожиданно. Как мы сможем комфортно работать в такие короткие сроки? Ребята-ребята! – Моника приподняла руку, вскидывая указательный палец. Ее лицо сковала неловкость. – Не переживайте, мы не станем делать ничего затейливого! Ты всегда так говоришь, а на деле… – Нацуки была как и всегда. Да уж. Ну и представление, черт побери, цирк бродячих артистов. Дайте ей закончить, а? – я выплюнула слова, так как устала терпеть недоумение. – Что это вообще за атмосфера такая? Откуда столько воинственности? Действительно… – Юри смутилась, когда подметила сию тонкую нить. – А я и не замечала. Словно вот-вот должно случиться что-то плохое… Только в твоих книгах так и бывает, – сказала я, потому что уже от банального достало. – Слушайте, единственное, что сейчас не так, это то, что с нами нет Сайори. Все замолчали. Кажется, мои слова произвели на девчат неизгладимое впечатление. Я в клубе всего второй день, – отвечала на мои слова Эл. – Мне сложно судить. А чего это она вообще свалила? – Нацуки продолжала ворчать, хоть уже и тише. – Я думала, что она просто по-маленькому. Ну, блин, и сравнения у нее. Н-нацуки! – Юри тоже была смущена. – Будь вежливее. А что я такого сказала-то? – она даже не поняла… позор. Стоит ли говорить, что ее по итогу проигнорировали? Ладно, ребята, давайте поскорее разберемся, – Моника подала голос, по-видимому, устав тратить время. – Поясняю коротко. Мы организуем выступление со стихами! Выступление!? – Нацуки переполошилась как миленькая, стоило ей только услышать. В-в-в! – испуганным возгласом не поскупилась и Юри. Ой… – и Эл туда же. Моника с интересом изучала нашу общую реакцию, подготавливая почву для последующих речей. Послушайте, не надо так переживать… – президент видимо ожидала такого отношения. Она наверняка понимала, как будет непросто всех убедить. – Послушайте. Вы ведь уже делились своими стихами друг с другом, не так ли? Здесь будет почти то же самое, только немного иначе. Прочесть свои стихи перед людьми вовсе не так сложно, как может показаться на первый взгляд. М-моника, я на такое не подписывалась! – завопила в ответ Нацуки. Именно! Именно! – Юри яростно замотала головой. – Я бы никогда… не сделала что-то настолько смущающее! Слыша все это, Мон видно опустила руки. Я хорошо понимала ее чувства. У нас действительно такие участники, что от них бесполезно требовать нечто подобное. Дело казалось заведомо провальным, тем более, без Сайори и ее заразительного энтузиазма. Пары моих личных рычагов вполне могло и хватить, чтобы сдвинуть чашу весов в нужное русло, вот только я не решалась применять их сходу. В таком деле главное – выждать определенный момент. Ну а ты, Кира? – Моника посмотрела на меня украдкой, словно ожидая какой-то подлости. – Ты тоже против, как и все? Нет, Моника… – мягко ответила я. Тот самый момент, которым предстояло воспользоваться. Президент невольно округлила свои изумрудные глаза. Она действительно была очень милой в этих редких моментах. Я полностью поддержу тебя и сделаю все, что в моих силах для блага клуба, – говорили мои губы. Столь самоотверженно. – Если то понадобится. Я даже выступлю от лиц Юри и Нацуки. Я не позволю клубу упасть лицом в грязь. Моника потеряла дар речи. А чего она ожидала? Что я воспользуюсь шансом и причиню ей боль? Очень странно. Эл вдруг как-то подозрительно хмыкнула в нашу сторону. Кира, ты очень ответственно относишься к делам клуба и к Монико в целом, – говорила Эл, ее губы. Д-да, я просто… – меня вдруг посетило осознание сказанного. Просто, Моника недавно говорила, что ты халатно относился к делам клуба… – выдавал ее язык. – Вы так громко говорили об этом сегодня, что не подслушать было невозможно. Поэтому, немного странно сейчас слышать иное. Эл, я просто… – у меня слова в горле застряли. Она опять пытается нас подловить. – Мне стыдно за… После сказанного Моникой, в общем. Понимаю, – Эл сделала свое дело, когда говорила эти слова. – В таком случае, вопрос исчерпан. Что ж, на мое счастье она не нагнетала. Тем не менее, сказанного оказалось достаточно, чтобы по спине прокатилась дрожь. Сама-то ты какого мнения? – я всеми силами скрывала свое состояние. – Ну, насчет выступления. Я определенно с вами, ребята, – отвечала она, словно бы ничего не произошло. Будто была готова безэмоционально поддерживать нас в любом вопросе. Юри и Нацуки наши слова вообще никак не впечатлили. Монике конечно стало немного легче, но особенно ничего не изменилось. Кажется, сейчас идеальный момент. Нацуки, Юри… – я обратилась к девочкам, одаривая их мягким любящим взглядом. – Чего вы так боитесь в этом выступлении? Ну! – Нацуки кажется не могла ответить. – Я просто… У-ум… – Юри так же замкнулась в себе. – К-как ты не понимаешь, Кира… Юри, – я обратилась к леди. Она выглядела так, словно была предана. Прямо как Моника недавно. – А помнишь? Ведь ты обещала мне быть смелее когда-то. Кира… – Юри жалобно уставилась мне прямо в глаза. – Н-ну зачем ты так. Юри… – я искренне улыбнулась бедной красавице. – Даю слово всячески помочь, если согласишься выступить. Я даже выйду вместе с тобой. Поверь, это будет правильный шаг и важный опыт для тебя самой. У-ум… – она не нашла слов, чтобы ответить. Эй! – Нацуки подала голос. – Ей, значит, ты поможешь, а я!? Нацуки, – я поспешила успокоить и ее. – Если нужно и с тобой пойду. Можем вообще все вместе выйти, да хоть за ручки держаться, я думаю это не принципиально. Вообще-то… – Моника попыталась вставить слово, но я перебила ее. Пойдем на такой компромисс, раз сроки поджимают! – кажется, мои слова не оставили шансов никому. – Выступить однозначно надо, а вот каким образом – это уже мы решим сами. Эх! – Нацуки все еще возмущалась. Все еще разливала вздохи. Л-ладно… – угрюмо ответила Юри. – Раз так, то мне спокойнее. Я верю, мы точно что-то придумаем. Уф… Моника выдохнула с облегчением. Ну что ж, – сорвалось с ее губ. – С этим мы решили. Спасибо, Кира. Там где президент не справляется – на помощь приходишь ты! Да без проблем, – мне ничего не оставалось, кроме как согласиться. Ну, в любом случае, теперь дело за малым, – Моника продолжила разговор, внося коррективы. – Нам неплохо бы сегодня отрепетировать читку стихов. Понимаете? Практика в таких вещах крайне важна. Меня чуть было не пробрал смех. Н-нет! – Юри как всегда пошла в отказ. Ожидаемо, да. Это уже было не удивительно. М-моника! – и Нацуки поддержала ее. Смешно-о! Прямо «хе-хе-хе» Моника… – я снова подала голос. – Давай-ка сделаем немного иначе. Слушаю твое предложение, – с улыбкой отвечала моя дражайшая президент. У нее так точно ничего не получится. Ита-ак! Давайте, каждая сегодня отрепетирует сама для себя, – я развела руками, выдавая как на духу. – Скажем, дома, перед зеркалом. Когда мы справимся с этим испытанием, мы все встретимся завтра, в субботу, и уже тогда попробуем прочитать поэмы друг перед другом. Будем делать поэтапно, так будет легче. Неплохая идея! – Нацуки резво поддержала меня. – К тому же, Сайори нет с нами, это будет нечестно! Я тоже согласна! – поддакнула Юри. Кира… – голос вдруг подала и Эл. Долго же она молчала. – Возможно, президентом нужно быть тебе, а не Монике. Ты лучше понимаешь участников, и вообще… Монике эти слова явно не понравились. Вообще-то, из меня лидер не очень, Эл, – я говорила искренне, я действительно так считаю. – Разве что, управлять из-за кулис. Меня трудно назвать публичным человеком. Хорошо, тогда решено! – действующий президент прервала надвигающиеся тучи в свой адрес. – Не надо тут переворот устраивать только! Все хором рассмеялись от сказанных Моникой слов. Время за разговором пролетело очень быстро. Уже действительно пора было закругляться. Тогда, перед уходом, хочу раздать всем задания, – наш милый президент вскинула указательный пальчик, конечно же на приподнятой руке. – Не бойтесь, это не касается поэм и все такое. Это будет относиться к предстоящему фестивалю… Все пристально уставились на Монику, в ожидании разъяснений. Казалось, что каждой уже не терпелось побыстрее свалить домой, однако все новые вводные лишали этой возможности. Нам нужно создать подходящую атмосферу, понимаете? – Моника пролила свет на истинный мотив своей затеи. – Нужно как-то заманить людей. У кого-нибудь есть какие-то предложения? Кто-нибудь из вас мог бы применить свои личные навыки на благо клуба. Участники серьезно задумались. Да чего греха таить, я и сама в натуральный осадок выпала. Что мы можем такого сделать для клуба? Моника имеет в виду какие-то хобби? Что ж, полагаю, будет настоящим чудом, если у кого-то найдется что-нибудь подходящее… Я знаю, чем буду заниматься! – неожиданностью было первой услышать Нацуки. – Я испеку кексов для фестиваля! Отличная идея, Нацуки! – Моника с радостью одобрила предложение нашей самой милоймладшей участницы. – Юри, что ты скажешь? Хорошая идея, – Юри ответила с искренней улыбкой на лице. Нет, я имела в виду… – Моника видно смутилась. – Я имела в виду. Чем бы ты хотела заняться? Я-я!? – бедная Юри осознала суть вопроса и тут же вся испугалась от макушки до пят. – Н-ну. Я. У-ум… Оу… – Мон безвыходно забегала глазами по комнате. – Ребята. Помогите что-нибудь придумать для Юри. Я бесполезна… – с печалью выдавила она. Не говори так, – нежно произнесли мои уста. – Ты вообще из нас всех самая талантливая. Ты можешь принести атмосферность этому мероприятию. В прямом смысле этого слова! У тебя красивый почерк, а еще ты такая утонченная. Ты наверняка много знаешь о том, как можно создать ту или иную атмосферу, как это сделать правильно. Юри задумчиво смотрела мне в глаза какое-то время. Ее серьезное выражение лица, ее серьезный взор – все выдавало в ней явную заинтересованность моей идеей. Хоть и сказала я все это исходя из чисто поверхностных знаний. Точно! – неожиданно твердо воскликнула Юри. – Создание атмосферы… это как раз то, чем я действительно готова заняться! Вижу, тебя уже переполняют идеи! – радости Моники не было предела. Мы так быстро разобрались с такими важными аспектами, что казалось, больше ничего и не надо, однако оставались еще всякие мелочи, которые нужно было кому-то поручить. – Думаю, я могу поручить Сайори дизайн буклетов, в которые мы запишем наши стихи, и дизайн пригласительных. Это не слишком сложно для нее, насколько я знаю. Сама же я займусь написанием поэм в буклетах, а так же написанием приглашений. Нужно очень тонко поработать с почерком текста… Закончив говорить, Моника пристально уставилась на меня с Эл. Так что-о… – ее губы зашевелились в завершении. – Остались только вы, девочки. Я и Эл переглянулись друг с другом и пожали плечами. Те, кто по-настоящему бесполезны… – сказали мы в унисон. Другие девочки засмеялись над нашим высказыванием, впрочем, как и мы сами. Не говорите так! – весело произнесла Моника. – На самом деле, перед всеми нами стоят достаточно сложные задачи. Ваша помощь могла бы пригодиться каждой из нас. В таком случае, думаю, я бы не отказалась от помощи… – прижав руки к груди, мягко произнесла Юри. – Меня ожидает сложный кропотливый труд. Походы по магазинам и скрупулезное продумывание всех нюансов… Ха! – очередь подать голос выпала Нацуки. – Не то, чтобы вы обе умели готовить и все такое! Но, у меня наверняка найдется куча грязной работы, так что… Эй-эй, я бы тоже не отказалась от помощи! – во всеуслышание заголосила и Моника. – Я бы могла заняться выведением почерка для поэм, но это займет очень много времени. Я ведь собираюсь делать все идеально. В общем, мне нужно поручить кому-то расписать пригласительные, аха-ха! У меня может попросту не хватить времени для этого! А что насчет Сайори? – спросила Эл. – Ей наверняка тоже пригодилась бы помощь, да? Да у нее не очень сложная работа вообще-то… – отвечала Нацуки, скрещивая руки на груди. Да, но только не в случае, если ее понурое настроение не изменится… – перебида Эл. – Если Сайори завтра будет в таком же состоянии, мы мало чего от нее добьемся. Полагаю, Монике нужно много листовок. Мало ли, сколько она испишет не так как нужно… я думаю. Я слушала. Эта Эл как-то уж очень подозрительно странно заинтересована в Сайори. Или мне все кажется? В любом случае, думаю, что будет хорошо, если она действительно преуспеет, раз уж выдвинула подобные намерения. Думаю, я правда могу доверить Сайори в ее руки. Ведь Эл, хоть и мой враг в своей сущности – на самом деле искренне добрый человек, верно? Ты абсолютно права, Эл! – Моника согласно кивнула. – Хочешь помочь Сайори? Я была бы не против… – неуверенно, тупя взгляд, ответила Эл. Тогда ладно, – Моника вновь вскинула указательный палец на приподнятой руке. – Значит, Кира помогает мне. Оппачки… Т-тебе!? – Нацуки аж опешила от таких слов. А я-то как опешила. Я… тоже поражена! – поддержала Юри. – М-моника, разве тебе не будет лучше заниматься своей работой вместе с Сайори и Эл? У вас ведь общее дело. Дизайн листовок, как и их количество напрямую связано с каллиграфией. Моника, тебе стоит пойти вместе с Эл и Сайори, а Киру определить на мое задание! И почему это сразу на твое!? – гнев Нацуки резко перешел с Моники на Юри. – Чего стоит поделать пару закорючек!? Ясно как день, что Кире следует… К-как ты можешь так говорить! – Юри перебила девчонку. – Это очень… кропотливая работа! А готовка, по-твоему, это расплюнуть!? – Нацуки не осталась в стороне. – Да что ты о себе! !! Эй, девочки… – Моника вмешалась в их яростную полемику. Действительно, это было что-то очень странное, аж Эл заинтересовалась. – Вижу, так ничего не решится. Пусть тогда Кира сама выберет кому следует помочь, хорошо? Да, пусть сама выберет! – Нацуки попросту повернулась в мою сторону. – Не позволяй Монике злоупотреблять своим положением, Кира! Эй! – Моника обиженно посмотрела на меня, а после и на Нацуки. – Я… не злоупотребляю. Злоупотребляешь, Моника! Злоупотребляешь! – кивая в такт своих же слов, выдала Юри. Боже! – Нацуки уже не выдержала. – Мы можем поскорее решить этот вопрос!? Да… – Моника выправилась и собираясь с силами, посмотрела мне прямо в глаза. – Ладно. В конечном итоге, решать именно тебе, Кира. Да ты что, Моника? Я задумалась. Кому бы я сейчас не помогла, остальных это наверняка сильно заденет. Обижать Юри после того казуса с поэмой было категорически нельзя, ну а Моника? Тут все вообще грустно. Эта чертова яндэрка отомстит мне из-за любой ерунды. Что в таком случае будет, если решить этот вопрос в сторону Нацуки? Эх-х… Нацуки. Нацуки верит в меня, не могу я вот так предать ее доверие сейчас. Итого? Юри… Моника… Нацуки. Делать в такой безвыходной ситуации было нечего, поэтому и у меня не оставалось иного выхода, как… Я решила, – мой голос был тверд как никогда. Сейчас либо пан, либо пропал. – Моника, прости, я не смогу присоединиться. Тебе действительно лучше объединить силы вместе с Сайори и Эл, как сказала Юри. К тому же, вы можете работать в доме Сайори. В доме Сайори? – Монику уже пожирала досада от моих слов. Чертова яндэрка, не наделай глупостей! А ты… – сорвалось с ее же губ. – Что тогда ты? Мне придется помочь и Юри, и Нацуки одновременно… – на выдохе произнесла я, перебивая ее. В мою сторону полетели самые различные взгляды. Будет неплохо встретиться у меня дома, – изрекали мои уста. – Мы с Сайори соседи, так что, если мы втроем будем заниматься оформлением и готовкой, вы втроем, по соседству будете заниматься остальной частью. Мы будем, считай, на виду друг у друга, и никто не окажется без помощи. Разве не здорово? Тебе точно нужно занимать президентский пост, Кира… – хихикая, бубнила себе под нос Эл. Нацуки нахмурилась и сложила руки на груди, а Юри всеми силами пыталась скрыть небольшую обиду, но в целом девушки согласились на мое предложение. И слава богу. Не хотела бы я в итоге с кем-то поссориться. Это было бы просто ужасно. Договорившись обо всем и подведя итоги, мы покинули клубную комнату, расходясь по своим домам. Все мы обменялись номерами телефонов, чтобы в воскресенье собраться без каких-либо проблем, однако. Не только в воскресенье намечалась плодотворная деятельность. В субботу мы так же планировали встретиться, как и предполагалось, но уже с другой целью. *** В этот раз я шла домой одна. Я возвращалась к себе, бродя уже в потемках, а Рюук радостно провожал меня, наконец дождавшись, когда мы будем одни. Войдя в дом, я взяла себе еды, заварила кофе и поднялась в свою комнату, переодеваясь в домашнее, оглядывая все вокруг. Вроде бы… – я еле слышно выдохнула. – Пока все идет спокойно. Наконец-то! Наконец-то! Наконец-то! – монстр летал вокруг и верещал от счастья. Ты чего? – я уставилась на чудовище, которое резко угомонилось и встало напротив меня. – Разве мы не разговаривали всю дорогу до дома? Нет ничего лучше дома, Кира… – спокойно ответил он. – Тебе ли это не знать. Я-то знаю, вообще-то, – выговорили мои губы. Рюук говорит странно. Я пренебрежительно хмыкнула в сторону. – Но вот тебе какая разница? Ты не человек, тебя даже никто не видит. Его зубастая пасть зашевелилась, силясь извергнуть слова. В одном теле, – монстр противно засмеялся. – Испытываешь одни чувства, Кира… Опять ты за свое, да? – я недоверчиво покачала головой. Ну вот не верю я ему. Какого черта я вообще должна верить, будто во мне всегда кто-то жил? Рюук отмолчался, давая мне столь нужную паузу. Как бы то ни было, ужин не ждал, и мне сильно не терпелось заняться своим столом. Вижу, комната выглядит приемлемо! – наблюдая как я сажусь за ужин, заявил Рюук. Я люблю чистоту… – сорвалось с моих губ, в то время как я не отводила взгляд от фикционного дневника. Этот фрагмент надо было заполнить до воскресения. Внезапно, Рюук очень громко и душевно расхохотался. Я отвлеклась и взглянула на него с нескрываемым раздражением. Как же он сейчас мне мешает. И что же тебя рассмешило на этот раз? – мне хотелось поскорее поставить точку и продолжать работать. За окном ночь, и хоть завтра у меня выходной, я все равно хотела выспаться. В жизни ты захламляла свою комнату так, что вспоминать страшно! – он отвечал, все продолжая и продолжая смеяться. А, ясно… – я снова отвернулась, принимаясь за ужин и работу. – Опять этот вздор. Скажи еще, что знаешь все о моей старой жизни. Вообще-то знаю, – сурово говорил он, пролетая прямо насквозь меня. – Но она была крайне скучной и бесполезной. Бэ-э-э… Мысли тоже читаешь? – я подняла взгляд, посмотрела на чудовище. Это был контрольный вопрос. В какой-то мере… – он одарил меня неоднозначным жестом. – Имя-то для себя я из твоей головешки достал. Я промолчала. Мне все еще нужно было работать. Сначала дневник, потом тетрадь… Необходимо было взять побольше листов на всякий пожарный случай. Немного листов в бумажник, чтобы убивать быстро, немного листов дома: кое-что в Портрет Маркова, кое-что в мой дневник для сочинений. Так же мне требовались иные средства защиты и альтернативные деньги, на случай если произойдет что-то уж совсем непредвиденное. Все это очень просто получить, имея при себе тетрадь, и пока за мной не ведется тотальная слежка, я должна поторопиться. Слежка? – чудовище вновь подало голос. – Только не удивляйся тому, как я узнал. Я тебе не раз говорил, а ты уперлась как овечка. Тебя Ренье ко мне подослал или что? – я не скрывала недоверия. Наши взгляды сцепились, словно в борьбе. – Я хорошо себя веду, понятно? Я ничего не сделала. Монстр как обычно душевно расхохотался. Как же хочется ему втащить лопатой несколько раз по башке. Чтобы его тупые мозги нашли себе более лучшее применение на ближайшей стенке. О, моя школа! – он указал на свою голову. – Но знаешь? Гнев лучше направлять в иное русло. На тех, у кого эти мозги есть, например. Как же верно подмечено… – тяжело вздыхая, молвила я. После такого-то, казалось. Что может быть дальше? Послушай… – Рюук подлетел ко мне вплотную и сел напротив. – Я не служу ни Ренье, ни его подхалимам. Я знаю про твой план по устранению Элисы, и знаю столько, что если бы хотел, тебя бы уже не было. Я действительно на твоей стороне, поверь. Чего такого от меня можно скрывать, что я еще не знаю? Хреново ты все знаешь, раз говоришь такой вздор, – мой скептический настрой после его бредней только усилился. – Тем не менее, ладно. Что ты хочешь? Я хочу, чтобы мы общались как родня, – Рюук выдал как на духу. – Надоела эта молчанка. Будем действовать вместе, и у тебя появится новое преимущество, а я смогу повеселиться. Пожалуйста, Кира. Я твой Хайбит, не нужно меня отталкивать. Гладко стелит да жестко спать. Как и всегда, проверить в искренность его слов я конечно не могла. Хорошо… – я сделала вид, что соглашаюсь. На самом деле, я постараюсь проследить за всем, что возможно он попытается у меня выведать. Проклятье! Он же может мысли читать! Ну, уже получше… – Рюук будто проявлял благородство, «не замечая» мои сомнения. – Так мы можем говорить откровенно или как? Его самодовольный оскал вызывал во мне чувство проигрыша в этом состязании слов и смыслов. Надеюсь, мне не придется пожалеть. Да… – с трудом выдавила я. Отли-ично… – он поднялся на ноги и прошел к окну, будто эта победа не произвела на него никакого впечатления. – Тогда послушай вот что. Сегодня, когда мы шли домой, за тобой постоянно следовал какой-то тип. Уже началось? – я даже не удивлялась его словам. Единственное, что действительно удивило, так это то, каким образом я сама не заметила слежки. С моими-то «глазами на затылке». – Стой, Рюук. Ты знал об этом и все равно продолжал со мной разговаривать? Да, я не мог предупредить тебя раньше, – съязвил он. – Молчанки и так было слишком много. Но, я думаю, волноваться не о чем. Он был довольно далеко и ничего не слышал. Он, кстати, сейчас под твоим окном стоит. Сходи, глянь. Я поднялась со стула и выключила свет в своей комнате. Осветив все вокруг с помощью настольной лампы, я направилась к окну и выглянула. И действительно, там, под окном тусовался какой-то мужик в штатском. Все повторяется… Это по любому тот агент ФБР, подосланный Эл следить за мной. Но-о, стоп. Если это и правда он, то я уже знаю его имя. Его имя… Рей Пембер. Убьешь его? – Рюук с маниакальным азартом смотрел в мою сторону. Это его настроение я отлично читала по внезапно загорающимся дьявольски-красным глазам. – Впиши его в свою тетрадку, и дело с концом! Слишком просто… – молвила я, прикладываясь к своему же лицу своей же ладонью. А-а? – монстра мой ответ буквально обескуражил. – Хочешь вспороть ему брюхо ножом? Я бы не советовал. Он наверняка сильнее и опытнее тебя, так что… Рюук, заткнись… – его глупости начинали меня подбешивать. – Я не собираюсь никого вспарывать. Я похожа на идиотку? Чудовище звонко засмеялось. Аж тошно. У него тут может быть другое имя, ясно? – мой голос был нервным. – А даже если это и не так, я не могу убить его одного. Я понятия не имею, сколько у Эл подозреваемых, и если умрет только он, то я автоматически стану главной подозреваемой. Нужно убить их всех одним махом, только так это не вызовет подозрений. Ты подозреваешь, что агентов гораздо больше, Кира? – Рюук то ли задумался, то ли просто делал вид. – Но если так, как же ты сможешь узнать сколько их и как ты всех их убьешь? Скорее всего, главные подозреваемые Эл, это я и Моника… – мой голос твердо пояснял монстру ход моих мыслей. – Но не стоит исключать и окружающих нас с ней людей. Например, семья Моники, например, Юри, Нацуки, Сайори… и их семьи. И хоть мне кажется, что Эл уже давно рассматривает только Монику и меня, за остальными она тоже по любому старается вести наблюдение, на всякий пожарный случай. Следовательно, нужно узнать полное предполагаемое количество подозреваемых и тогда нам станет известно предполагаемое количество агентов ФБР, по одному агенту на подозреваемого. Классно придумано, Кира! – Рюук одобрительно захлопал в ладоши. – Но как ты будешь их вычислять? Разве ты не вызовешь подозрения? Это буду делать не я… – мой голос обрел нахальный самодовольный тон. Обернувшись в сторону окна, я закинула руки за голову и просияла доброй улыбкой. – Они сами себя вычислят и поубивают. Сами!? – монстру до сих пор было невдомек, как я собираюсь убить, не зная имен и лиц. Увидишь, Рюук… – беспечно смеялись мои губы. – Завтра я организую первую часть плана. Готовься к долгожданному веселью! Мне это нравится, Кира! – монстрик завелся как никогда. – Нравится! Нравится! Наконец-то! Я с чувством выполненного долга вернулась к своему дневнику. Осталось совсем немного, и все готово. Потом разберусь с тетрадью, продумаю как следует план. Времени у меня мало, а агента нужно убрать в кратчайшие сроки. Он очень не вовремя появился на моем пути. Он может мне все испортить в деле Элисы, полностью осложнив нашу жизнь. Будем работать поэтапно. Я разберусь со всеми неприятностями и разрушу следственную машину Эл винтик за винтиком…