Эksпеriмеnт

Здравствуйте! – я попыталась выровнять голос и сказать это максимально звучным, приятным образом. Я просто встала и затаила дыхание. Глаза отказывались различать точные фигуры мальчиков, в мозгу крутились лишь их нечеткие силуэты. Откуда взялось это проклятое волнение? Откуда вся эта странная неловкость? Глаза отказываются воспринимать реальность. Это действительно происходит со мной? Я попыталась сосредоточиться и пробиться через эти барьеры. Что толку? Если я все еще стояла тут как полная идиотка. Понимание, что я здесь чужая – давало свои негативные плоды. И почему Сатори замер со мной? Мы что, испытываем одно и то же? Стоило мне только допустить мысль о возможном сбое или подгрузке тяжелых гибких объектов, как все наваждение резко улетучилось. И Наруки стоял передо мной. Явились не запылились! – моего взорванного сознания коснулся знакомый вредненький тон. – А я уже думал, что вы решили забить на клуб, сладкая парочка! Я молчала. Не знаю, что ответить. Блин! Это тупо, мне нужно как-то ответить, чего я вообще так волнуюсь? Слушайте, ну серьезно… – судя по всему, его реплика все еще не была завершена. – Ведь это не дает вам право так поступать, даже если фестиваль был отменен. Сатори, ты президент! Ну а ты, Кира… ты. В-в общем! Да ну вас. Наруки, будь вежливее… – слово молвил мой дражайший спаситель и по совместительству второй человек в этом клубе. – Н-не волнуйтесь. Он просто расстроен, что все отменили. В конце концов, Наруки и я были единственным, кто пришел в понедельник. Полагаю, мы сами виноваты, что не заметили уведомление от методистки. Че-чего!? – няш-цун не собирался угоманиваться. – Юки! Ты… все испортил сейчас! Наруки видно насупился, полностью осознавая провальность своей попытки переложить всю вину на нас. А я и не знала, что так повернется. Значит, в понедельник приходить было и не нужно, вот как? И эти двое растяп просто приперлись, не заметив сообщение методистки? Весело, ничего не скажешь. Наруки, пожалуйста… – я видела как лицо Юки обрело нотки неловкого смущения. Тьх! – Наруки видно рассердился, скрестил руки и пошел восвояси. – Да делайте вы, что хотите, больно надо… Странно. Я по-настоящему терялась, глядя на этих двоих теперь. Меня не было всего один день, а все так изменилось и перетасовалось, что события полностью выбились из колеи. Или мне все просто кажется? В любом случае, поразмышлять об этом я толком не смогла, так как мое молчание с тех пор как прозвучало единственное мое «здравствуйте» – наверняка заставляло если не переживать, то точно нервничать. А про безмолвного залипшего «президента-растяпу» и вовсе не приходилось говорить. Итак… – Юки подошел к нам размеренной и не слишком уверенной поступью, прижимая руки к груди. – Какие планы у нас теперь, Сатори? Знаю, это… довольно неловко, но. Раз я вице-президент этого клуба, я должен спросить тебя. Верно? Д-да пока никаких, Юки… – лукаво молвил мой яндэрчик, отворачиваясь и почесывая затылок. – Наверное, нам будет лучше пока просто заниматься обычными вещами. Да и поэм никто не написал, верно? Юки счастливо улыбнулся, полностью понимая, что мы все сейчас находимся в одинаковом положении. Так забавно. Мы просто кивнули друг другу и поняв все без слов – двинулись вглубь класса, вместе. Когда я шла вперед, с Сатори за руку – не могла не заметить как Юки косился на нас. А потом он засек мой взгляд и резко опустил голову, пряча свое раскрасневшееся лицо изо всех сил. Н-ну так… – Юки отчего-то потерял устойчивость голоса, будто и не собирался говорить. – К-кира… Сатори. Вы… встречаетесь, да? А-ам… – я просто замялась. Буквально впала в ступор. – Ну да. Н-наверное. П-понятно… – дрожащим голосом процедил тот. Черт, только сейчас поняла, что отдуваюсь за все одна, а Саторенька просто молчит, как воды в рот набрал! Что у вас там!? – мои раздумья прервал звонкий выкрик. Пронзительный голос Наруки, а после и явление его обладателя заставил вернуться в норму всех присутствующих. – Чего вы встали как вкопанные-то? Президент и вице-президент, вам разве не стоит заняться какими-нибудь делами!? Вы хоть в курсе, что Эл так и не пришла сегодня? Не хотите с этим ничего сделать!? На-а-аруки! – Сатори отчаянно протянул имя паренька, будто бы страдая с похмелья. – Ну не кричи ты так. Мы уже решили, что сегодня будем страдать фигней. Эхе-хе! Пф! – розовый няш хмыкнул в сторону. – Бездельники. Ну раз вы сами это решили. Не будь так строг, Наруки, – с серьезностью молвил Юки, прижимая руку к груди. – А Эл придет еще, я уверен. Надо только ее немного подождать. Да какая разница, – парень с досадой махнул рукой. – Делать-то мы все равно ничего не планируем. Я это вообще так, к слову, чтоб вы тут не расслаблялись! Эй, мальчики… – я подала голос, как только убедилась, что начинаю привыкать. Да. В конце концов, это мои старые добрые Юки и Наруки. Пусть ситуация немного странная сейчас, но это ведь они и мне не нужно ощущать неловкость. Не берите вы в голову насчет этого дурацкого фестиваля, – говорили мои губы. – Ну правда, никто же не мог знать, что его перенесут или отменят. Поэтому. Давайте просто переживем это, хорошо? Вот увидите, уже завтра жизнь вернется в привычное русло. К-как скажешь, Кира… – Юки ответил как-то совсем обиженно и скрыл свое лицо, отвернув голову. Знаете? – Наруки с подозрением покосился вбок. – Внося каплю позитива, я даже рад. Не хочу, чтобы здесь ошивались всякие безмозглые надоеды и вредные воображалы. Ты неисправим, Ни! – смехом ответила я, взяв первое, что пришло на ум,       …как вдруг Всем привет, – за моей спиной раздался хриплый голос Эл. Просто пришла и будто бы собиралась что-то сказать, но смущенно отвела взгляд, удаляясь к первым партам, подальше от нас. Как-то она холодно… – шепотом произнесла я, ликуя в душе. Эл ведь видела, как мы с Сатори переспали, не так ли? А насколько я помню, он ей тоже нравился. Поделом этой стерве. Юки… – Сатори неловко подал голос. – Ты не мог бы узнать, как дела у Эл? Почему она такая грустная? Я-я!? – бедный Юки аж переполошился. – Н-но! П-подождите… Давай же, вице-президент! – издевательски пролепетал Наруки. – Не будь таким слабаком! Нда уж, бедному Юки даже выбора не оставили, а надавили так, что отказаться было просто невозможно. Интересно, почему Сатори сам не пошел? Это из-за его осознания? Или меня одну оставлять не хочет? Ну вот! – Сатори тем не менее просиял лучезарной улыбкой. – Все и в сборе! Наруки безнадежно покачал головой, в тот же миг просто отвернулся в сторону, слегка краснея. Понимаю его. В конце концов, более бесполезного клубного мероприятия я и сама еще не видела. Кажется, без обмена поэм наши посиделки и правда какие-то неполноценные, – я достаточно строго констатировала. Да уж, – выпалил Наруки. – Надо было что ли кексов мне напечь. Капец. Ничего страшного, ребята! – Сатори изо всех сил пытался привнести каплю позитива. – Мы ведь можем почитать что-нибудь, верно? Тебе надо поболтать с Юки, – сказала я своему яндэрику, понимая, что осознание выбило его из ритмов системы. – Ты ведь, растяпа, забыл небось все планы по клубу, пока мы ничем не занимались. Эхе-хе… – кажется, мой парень понял все без слов и так как надо. Но все равно его лицо излучало лисье коварное недовольство. Ревнивец. Делать было нечего. Сатори отправился за Юки, чему последний был наверняка крайне рад, видя в этом собственное спасение от Эл и неловкого общения с ней. Это конечно просто мое мнение. А еще я примерно представляла, что все это не должно занять сильно много времени. Эй, Кира… – меня окликнул розовый няш, как только мы остались наедине. Его переполняло странное смущение, глаза сверлили пол. Излагай давай, что хотел, – с улыбкой молвила я. Н-ну… в общем, – он в который раз замялся, но все же поднял на меня взгляд и преисполнился серьезностью. – Я придумал, как ты вернешь свой должок за пропущенную вечеринку! Ты это о чем?? – честно, до меня не сразу дошло, но кажется я вспомнила. А там точно было так, как он говорит? Боже! – Наруки не выдержал и закатил глаза, наливаясь краской. – Да я просто предлагаю тебе сходить со мной за пирожными и не более того. Неужели это такая проблема? Мы хотя бы нормально посидим, «эти» все равно ни на что неспособны! Боюсь, ты прав, – улыбчиво отозвалась я. – Просто напугал тут со своими долгами. Ты небось хочешь повесить саму покупку на меня, хитрец? Да нет же! Я! – Нару скосился смущением и отвернулся вбок, скрестив руки на груди. – Я просто. Просто! Да поняла я, поняла! – моя рука потрепала няша по волосам, из-за чего в мой бок тут же прилетело щекоткой. В общем… – кажется он готовился выплюнуть какие-то спешные оправдания, переживая, будто заняты другие ребята будут недолго. – Я же профи. Помогу выбрать и все такое прочее. А, то есть, покупать все же придется мне? – я не смогла сдержать смех и снова получила «по заслугам». Вот как-то так. Я и розоволосый цундэрэ общим намереньем покинули старые стены, оставив литературный клуб. Наш путь пролегал в сторону буфета. Как быстро и субмурно. Всю дорогу меня не покидало опасливое ощущение, как будто Сатори ревнует меня, а Эл затевает очередную гадость. Впрочем, мы с Наруки быстро добрались до буфета и дождавшись своей очереди у кассы, принялись за задуманное. Теперь только вброшу янчику нежную мыслишку про пирожные, чтобы не волновался и дело в шляпе. Вот эти! – звонко восклицал мальчуган, глядя на сладости щенячьими глазами. – Или можно эти. Или вот… вот эти! Дайте пожалуйста эти, вон те и вот эти по три штучки, – я огласила свое решение доставая кошелек, чтобы расплатиться. Продавщица кивнула и принялась выполнять мой заказ. Стой! – он немного обалдел, когда понял, что я даже не задумываясь все оплачиваю. А-а? – почему-то меня сильно забавляла сложившаяся ситуация. Т-ты… – он застеснялся. – Т-ты… э-э. ХА-ХА-ХА!! Что, никогда не видел девушку, покупающую сладости мальчикам? – мое лицо скривило в улыбке. – Аха-ха! Да расслабься ты. Я нормальная, честно… аха! Т-так много… – Наруки словно не мог поверить услышанному. – Я же не всерьез сказал про долг! Это же целая куча йен. Зачем ты? Ты не рад? – я мягко улыбнулась своему ему, от чего он отвел взгляд и нахмурился. Ну… – строя из себя недотрогу, он все же не смог сдержать улыбки. – Я просто. Я не буду выглядеть как какой-то? Ах-х, ну… в общем, ты понимаешь. Наруки, все в порядке, – мой настрой продолжал излучать прежнюю доброту. – Я возьму столько, сколько захочешь. Вижу, тебе они очень нравятся, я права? Н-ну… – Наруки замялся, краснея в очередной раз. – Не то что бы… я просто. Да, в общем. Вот и хорошо, – спокойно ответила я, забирая в конце наш заказ. – В итоге, это же ради клуба. Аха-ха! Расплатившись за угощения, мы вернулись обратно. В клубе царили тишина и покой. Юки с подавленным видом сидел за столом учителя, не обращая ни на что внимания, Сатори же умудрился самостоятельно сдвинуть парты в импровизированный стол и расставить чашки с чаем. Мы с Наруки успели как раз вовремя и разложили все купленные пирожные по блюдцам. Да уж… Кажется я действительно переборщила с количеством. Столько нам точно не съесть, даже вместе с Эл. Всем приятного аппетита! – Наруки отозвался довольным тоном, хватая собственное лакомство. Кушай-угощайся, Эл! – ласково пел мой яндэренок, одаривая «особу» добротой. – А не то Наруки все слопает! Эхе-хе… Да хватит уже! – булка буквально проглотил откушенную половину, мацая пирожное прямо в руках. – Это давно не смешно! Возможно мне то лишь показалось, но я отчетливо видела, как Юки в точности поражался бестактным грубым поведением Нару. Было то правдой или нет, но кажется юноша предпочитал трапезничать в более цивилизованной обстановке. В противоположность ему, Наруки ел так, будто целый день не держал и крошки во рту. Сатори, – Юки тихо заговорил, наблюдая как мой обычно голодный яндэренок чего-то и не спешит кушать. – Скорее присоединяйся к нам! Вот тебе и новый президент литературного клуба, мда. Новый… «президент» как-то странно улыбнулся, тяжело воздыхая. Не отказывая нам или, быть может, себе самому, он набрал полную грудь воздуха и принялся кушать вместе с нами, со счастливым лицом. Великолепно, блин. За нашим столом царила полная идиллия. Все с удовольствием ели, запивая сладости вкусным ароматным чаем. Не зная о чем говорить, я просто изучала обстановку и втайне надеялась, что кто-то начнет разговор. Кто-то кроме Эл, которая меня сегодня напрягала вовсе по-особенному. Итак, не происходило ничего необычного. Наруки взял уже свое третье пирожное. Я последовала его примеру. Мое внимание упало на количество чая в чашках. Да, придется поберечь, ведь сладостей оказалось на удивление больше чем средств к их запитию. И о чем я думала? Внезапно, я поняла как невольно уставилась на Наруки и как тот это заметил. Черт, чего это я? Это оттого, что я думала о пирожных? Оттого что купила столько, потому что «кое-кто» очень захотел и поэтому я сейчас так на него пялюсь? Я отвела взгляд. Стало немного не по себе. Чего так в рот заглядываешь? – он просто изумлялся мне. Просто изумлялся. Ничего такого, – наотмашь отрезала я. – Мне очень вкусно, Ни. Хотела поблагодарить за выбор. Э? – Наруки вдруг замялся, прекращая есть. – Спасибо, конечно. Не то, чтобы я подороже выбрать старался, просто… Да я понимаю, – мой голос черт возьми, надломился. – Мне просто очень нравится твой вкус. Н-не говори такие вещи всерьез! – он аж глаза округлил от моих комплементов, а после и вовсе отвел взгляд, и отвернулся. – Д-дурочка! Эй, приятель… – голос вдруг подал Сатори. – Ты мне смотри. Не подкатывай к ней! Она же моя девушка теперь как-никак! Эхе-х… Твоя де-девушка!!? – у Ни аж дыхание перехватило, а потом вовсе скривило от самых разных эмоций, доподлинно не на шутку. – Э-это шу-шутка!? Эм! – я вмешалась. Чтобы… Что, черт возьми!?                               Перебить это надвигающееся                               «невесть вообще чего»?                               Не знаю.                               Мне просто нужно было остановить это. Мальчики-мальчики… – мои слова излились по комнате. – Кушайте давайте и не отвлекайтесь. Когда я ем, я глух и нем.       Черт.       Ума не приложу почему, но это сработало. Вот только теперь никто из нас не вымолвил и слова, пока все не закончили с пирожными. Ну а Юки помрачнел еще больше прежнего. Хм. Если вести подсчет, все лакомства съел только Наруки. Обжора-Сатори в этот раз будто сломался и съел только половинку одного, а мы с Юки и Эл по два пирожных. Как только с этим было покончено, и мы перешли на чай, разговор продолжился. И на удивление, на довольно хорошей ноте. Итак, Кира… – Юки с осторожностью принялся спрашивать. – Ты дочитала ту книгу над которой мы сидели? Не-ет… – уныло протянула я. Серьезно, какие блин книги? Хех-хе Мне очень жаль, – выговорили мои губы, когда… – Но времени совсем не было. Реально куча дел, а еще мы с Сатори теперь вместе. Поэтому… Ясно, – Юки опустил голову и тяжело вздохнул. – Ну что ж. Я понимаю. Прости, что заставлял тебя. Ты не заставлял, Юки, – мои губы были ласковы, но не более. – Мне правда нравилось читать ее вместе с тобой. Возможно отчасти я не читала именно из-за этого. Я ведь никогда и не читала ее одна, если ты помнишь. В-верно… у-ум, – бедный парень, кажется я правда разбила ему сердце. Ну же, не грусти… – я должна была что-то сделать, ведь мне взаправду понравилась та книга. – Юки. Мы ведь можем продолжать читать в клубе, как раньше. Это действительно то, чем я хочу заниматься. Т-ты это… Серьезно? – бедный Юки говорил крайне неуверенно и чуть ли не прятал от меня лицо, отвернувшись вбок. Серьезнее некуда, – я просто согласно кивнула, ведь больше я ничего и не могла. Мда уж… Ха! – Наруки подал голос, перебивая наш с Юки диалог. – Может и мангу мою попробуешь почитать? Уверен, тебе еще больше вкатит! Да и вообще! Н-наруки… – Юки тут же обратил свое внимание на младшего. Эй, а что!? – няша будто взбесило. – Неделя книг уже была! Почему бы ей не попробовать заняться чем-то еще!? М-может все-таки она сама решит? – Юки волновался, говоря свои слова, как и всегда. – Что она хочет читать, а что нет! И чего это они вообще?? Э-эй! – Сатори влез в разговор. – А может это я буду решать? С чего это вы вообще мою девушку делите между собой? Все резко замолчали, а Юки с Наруки так и вовсе потупили взгляд. Но продлилось это недолго. Н-ну… – в разговор вдруг вступила до сего молчавшая Эл. – Они ведь не уводят ее у тебя. Это же обычные клубные мероприятия, к чему столько ревности? Эхе-хе… – мой яник похоже не понял ничего. – Д-да вовсе я не. Уж судя по его бесстыжей мине. Сатори, не переживай, – ласково молвили мои губы, когда моя рука легла на его плечо. – Я буду у тебя на виду все заседание клуба. Ты же знаешь, что я люблю тебя. Я не смогу причинить тебе боль. Да не ревную я, честно! – мой яник был абсолютно непреклонен. – Честно при честно! Правда-правда не ревную! Т-тогда… – Юки с осторожностью поднял голову. Тогда, когда, никогда! – Наруки влезл по своему обыкновению. – Не стоит и вовсе значит обсуждать! Да уж. А какая ведь была нота для завершения этой щепетильной темы. Т-ты можешь посидеть со мной, Сатори, – робко молвила Эл. – Пусть Кира тоже поревнует, как и ты, хи-хи! Что это еще за «хи-хи»? Чего? – меня аж одернуло. Да что эта стерва себе позволяет. Что она о себе возомнила, черт возьми. Эхе-хе… – мой парень расплылся в смущении. Кира, тебя это так взволновало? – эта проклятая опять посмела подать свой голос. – Это правда так? Да что ты, Эл! – мои губы изрекали «счастливую» наигранность. – Я полностью тебе доверяю. Ты же моя подруга, ты бы не стала уводить у меня парня. Верно? Верно, – коротко отсекла она. – Поэтому тебе не о чем беспокоиться, Кира. Я рада, что мы это уладили. Я фальшиво рассмеялась, полностью осознавая, что мое нутро вскипает до предельной точки. Что это еще за «я рада, что мы это уладили»? Что это, черт побери? Я трахнулась с Сатори прямо на твоих глазах, дура. Тебе должно было быть очень больно. Неужели ты просто хочешь отомстить мне, тупая стервозина? Ну попробуй. Д-девочки… – мой Сатори неуверенно подал голос. – Все в-в порядке? Кира, отойдем? – Эл вдруг обратилась ко мне, резко поднимаясь с места. – Хочу поговорить с тобой наедине. О наших девичьих делах, конечно же. …что? В лоб, значит. Но если честно, так даже лучше. Поэтому я встала со своего стула с нахальной улыбкой и всем своим видом дала понять, что готова идти. Мой взгляд метнулся в сторону парней напоследок. Их растерянные лица говорили обо всем без слов. Даже Саторенька выпал в осадок. Мы с Эл вышли в коридор и прикрыли клубную дверь. Я сгорала от нетерпения, так уж хотелось узнать, что эта дуреха намерена сделать. Ударит меня? Попытается избить? Что, неужели было так больно видеть «это»? Господи, как же весело. Я просто хотела, чтобы она дала мне гребаный повод. И тогда я не оставлю от ее лица и мокрого места. Кира… – Эл заговорила со мной сразу же, как только мы отошли от двери в клуб на метра два. М-м? – меня распирал смех, но я изо всех сил старалась сдержаться. – Что такое, дорогая? Ты что-то хотела узнать? Возможно, – покрывая лицо взглядом с прищуром, молвила она. – Но на самом деле я хотела тебе кое-что сказать. Ты только не пугайся, ладно? Ты должна знать, ведь мы подруги и у нас не должно быть друг от друга секретов. Это ты верно подметила, Эл, – игриво сошло с моих губ, когда мой глаз подмигнул ей. Что же эта чертовка задумала? Это будет недолго, Кира, не волнуйся… – она так говорила, хотя явно тянула гребаную резину. – Так вот. То, что я хотела тебе сказать, Кира. Моя тайна. Ты готова? Давай уже, – махнула рукой я. – Выкладывай. Ну хорошо, – в тот момент она… подалась ко мне всем своим телом и заглянула мне в глаза.                                                                                                                                     –«Эл» это я! . . . Я замерла в недоумении. Мое лицо… кажется оно исказилось еле заметным отвращением. Мх-х. Слишком личная зона. Но чего эта поехавшая хотела добиться? Э-эм… – я изобразила удивление. – Т-ты опять ерунду какую-то говоришь. Не веришь? – чертова девчонка так и не убрала лица из моего личного пространства. Я вообще-то знаю, что ты Эл, – строго молвили мои губы, когда моя голова силилась отвернуться. – Это что, такая шутка? Чего это ты вообще меня пугаешь почем зря вот так? Не думаю, что ты испугалась, но… – она выждала паузу. – Реакция и правда интересная. Какая реакция? – я лгала, как будто бы не понимаю. – О чем ты? Может уже обратно пойдем? Мне смешно, окей. Просто шутка затянулась. Я – «Эл», – ее губы не уставали пояснять, из-за чего ситуация постепенно превращалась в абсурд. – Настоящая «Эл», та, что следователь. Так понятнее, Кира? Ну а я тогда «Кира», аха-ха! – само из уст выскочило, ей богу. Да я и не сомневалась в этом даже… – ее слова были жестокими. Придираться, когда кто-то шутит самая подлая низость. С-слушай, – я терялась в гребаных словах. – Пойдем уже отсюда. Хватит этот бред нести, окей? Как бы тебе объяснить… – Эл действительно перешла все границы, но останавливаться даже и не подумывала. – Понимаешь ли? У твоего дома найден труп агента ФБР. Не говори, что не знала, вообще ничего не говори. Я просто хочу обезопасить себя, ведь я уже давно вижу, как ты пытаешься меня всячески вычислить. Можешь и дальше прикидываться, мне это не принципиально, однако. Теперь, если я внезапно умру, ты просто должна знать, Кира, что все подозрения упадут именно на тебя. Ведь именно тебе я призналась, кем на самом деле являюсь. Собственно, это все, что я хотела сказать. Мы можем возвращаться. Л-ладно, погоди… – моя рука просто схватила ее руку. – Постой, хорошо? Погоди. М-м? – Эл уставилась прямо мне в глаза, но ничего не сказала. Я… – слова еле подбирались. – В общем, чуть тебя дурой чокнутой не назвала. Тоже мне друг, да? Но ведь друзья должны доверять друг другу, поэтому. Т-ты… что, правда «Эл»? Только без шуток. Мы ведь подруги. Ты не должна так стебать меня, я ведь человек с чувствами. Надеюсь, ты не хочешь просто надо мной посмеяться, потому что я не знаю как на такое реагировать. И я не хочу выглядеть дурой, понимаешь? Да, – она бы и не смогла сказать ничего другого. – Понимаю твои чувства, Кира. Но тебе нечего бояться, ведь я сказала чистую правду. Да, «Эл» это я. И как ты успела догадаться, ты моя подозреваемая, причем довольно давно. Серьезно? – слукавила я. – Это из-за моего имени? Это реально не розыгрыш? Много причин, – говорила она, облекая слова в серьезный тон. – Долго все объяснять. Но если ты хочешь как-нибудь поговорить на эту тему, я всегда готова. Мы можем даже выпить вместе, как и собирались. Мы же подруги. Стоп-стоп-стоп! – я аж потерялась. – Но ты же только что сказала, что меня подозреваешь. Как же мы тогда можем быть подругами? Ну а почему не можем? – ее губы одарили меня улыбкой. – Расслабься, Кира. Подозрения это только подозрения. Я буду надеяться на то, что ты все же не «Кира», ха-ха! Т-ты так спокойно об этом всем говоришь… – я картинно отвернулась с комом в горле. Ну ты тоже довольно ко многому уж чересчур спокойна, – парировала она. – Мы квиты. Да уж. А-ах… – я окончательно потерялась в словах. Идем обратно в клуб? – Эл звучала абсолютным образом добродушно. – Ты ведь так этого хотела. Пошли? А-а? – мои губы… ни просто содрогнулись. – Да, верно. П-пошли. Хотя, куда уж там было «идти», верно? …поворот за углом обозначил нашим глазам дверь клуба Тук-тук! . . . Вот и оно. Даже сварливое приветствие Наруки в виде «явились не запылились» не заставило себя долго ждать, когда наши ноги привели нас обратно. Мне хотелось просто игнорировать это. Вы посекретничали, девочки? – Сатори спрашивал с добротой. Да, – ответила я, натягивая улыбку. До чего же было приятно сейчас лицезреть молчание как Юки, так и Эл. Тогда… – Сатори вдруг как-то странно подал голос, словно собирался к чему-то подвести. – Я думаю, что это заседание клуба можно с гордостью считать закрытым! Домашнее задание для всех как обычно – написать стихи к нашей следующей встрече! Эхе-хе… Мы вчетвером стояли и терялись над ответом. Резко мой яник подвел, тут ничего не скажешь. Это даже и к лучшему, учитывая наш разговор с Эл. Будь она неладна… И еще! – мой милый президент продолжил. – Я думаю, что нам стоит проводить наши собрания пореже. Вот к примеру, сегодня же вторник, верно? Значит, следующее собрание мы проведем… скажем, в субботу! Н-но… – у Юки аж слова вырвались. – Сатори, в субботу школа не работает. Ах, точно! – мой милый бедный растяпа неловко сложил два пальчика вместе. Ревнивое янище, не иначе. – Тогда давайте в пятницу! М-мх, Сатори!! – Наруки вдруг серьезно встревожился. – К-как это в пятницу! Но мы же… разве мы не должны встречаться каждый день!? Я… – Юки подал свой голос буквально следом за няшем. – Я согласен… у-ум. Что это еще за странное нововведение? Мой взгляд не отрывался от Эл. Мы с ней просто шокировано переглянулись и молча пропустили свои реплики. Мое янище невероятная умничка, хотя и понятно, что это делается из ревности. Интересно. Сатори серьезно так боится, что я соблазнюсь одним из наших друзей? Дурачок же какой. Эхе-хе… – Сатори продолжал смеяться, натягивая фальшивую маску радости. – Просто я правда не могу прийти! Знаете? Столько дел в последнее время, отвлекает всякое! Ну а так как Кира моя девушка, я ее тоже одну не отпущу, эхе-х. Поэтому, думаю и вам нет смысла приходить. Все равно тут нечего делать втроем. Я так думаю. С-сатори… – Наруки очень расстроился от слов моего парня. – Ах-х, черт! Ладно, я это скажу. Сатори! Да, без вас двоих тут делать особо нечего, но… Позволь мне приходить, ладно? Просто… пожалуйста! Позволь мне приходить в клуб! Я ничего портить не буду. К-конечно, Наруки, – Сатори был очень удивлен, но очевидно он бы никогда не стал запрещать. – Не знал, что для тебя это так важно. Ты можешь приходить в клуб! Да вы все ребята можете приходить! Тогда и я буду… – томно высказал Юки. – Мне нравится читать здесь. К тому же, я вице-президент и смогу подменить тебя. Хоть мне и очень не нравится твое решение. Я тоже занята в последнее время, – очередь дошла и до Эл. – Поэтому не смогу приходить, как и писать стихи. Прости, дел правда просто по горло. Хотя я сильно постараюсь. На том мы и решили. Эл       Эл             Эл… Денюф Эл Дел значит у тебя по горло? Поверить не могу, что ты вот так призналась мне, но. Сделанного ведь не вернешь, да? А слово – не воробей, ха-ха… В любом случае, теперь мой ход. Уж не знаю, что ты хотела там сделать, но …потуги твои – да и канут в небытие *** Так странно, но новая неделя началась буквально с полного провала. Отмененный фестиваль, наше неловкое и глупое появление в клубе, а теперь еще и это выдуманное Сатори расписание. И вишенка на торте в виде отказа Эл писать стихи – куда ж без этого. В общем, я была в полном шоке. Хотя, это все если честно и не казалось особенно важным. … Я вернулась домой в компании Сатори, обсуждая с ним все произошедшее и успокаивая его по поводу принятого решения касательно клуба. Ведь правда. Сатори для меня самый важный человек, и если он будет расстраиваться – станет только хуже. Так что плевать на клуб. Вот честно. Если это действительно принесет Сатори чувство спокойствия, я готова пойти на такую жертву. Оставив свое чудо в спальне, я отошла по делам и направилась вниз, к родительской комнате. Чертова Эл выбила меня из равновесия своим вонючим признанием. И какая только муха ее укусила сделать нечто подобное? Что, разгадала с какого именно агента пошла подозрительная деятельность? Но ведь это Монико совершал самые странные действия, и именно поэтому его агент приперся к моему дому. Разве Эл не должна была подум… И тут я вспомнила. Черт! Монико же более не существует! Да? Симуляция пусть и адекватно, но перезагрузилась без него, а это значит, что система вычеркнула его из памяти всех, кроме осознающих. Я же рассуждала об этом не так давно, как я могла забыть? Аж зло берет. Осознав, что пора успокоиться, я приняла решение поспешить и наконец-таки обследовать тот свой секретный подвал, поход в который я так долго откладывала. Поторопиться действительно стоило, а не то мое яндэрище разволнуется и пойдет меня искать. Вот уж нехорошо будет. Итак, по словам врачей, путь надо брать из спальни родителей, под тяжелой дубовой кроватью, сдвинуть которую вряд ли было под силу обычному среднестатистическому человеку. Впрочем, я была определенно слабее даже такого человека, в силу своей женской физиологии, однако, как мне и думалось, сдвигать ничего не пришлось. В полу под кроватью был встроен специальный механизм с выдвижными половицами, очень хорошо замаскированный. Говоря о кровати, хочется отметить, что вообще забраться под нее не так-то уж просто. Места там действительно было крайне мало, поэтому у меня бы такое и близко не вышло, однако, механизм с половицами образовывал узкий и компактный лаз, через который можно было пробраться на метра три вниз и наткнуться на прочнейшую механическую дверь, которая открывалась только при помощи анализа отпечатка пальца и сетчатки глаз. Потрясающие меры предосторожности. Внутри было небольшое, но все же просторное помещение. Там действительно находилось все необходимое, словно бы это был дом внутри дома. Описывать обстановку мне не слишком хочется, куда более важно другое: то, что там мне виделось просто идеальное убежище для хранения своей тетради смерти, которую я успела материализовать, прямо как в первой версии своего сна. Так же, я нашла арсенал оружия и различных технических приспособлений. Мне показалось, что некоторые из этих вещей определенно стоит носить с собой, ведь мало ли как могут развернуться события. В первую очередь я взяла пистолет. Одна обойма боевых патронов и две обоймы с патронами, начиненными резиновой пулей. Моему глазу приглянулся компактный боевой шокер, небольшой нож, острота которого просто поражала, а так же несколько светошумовых и осколочная гранаты. Безумие какое-то! Я набрала полный комплект оружия, даже перцовый баллончик захватила. И как это понимать? Куда все это складывать? Забавно так же и то, что даже в первой версии своего сна, я действительно собиралась заиметь похожий арсенал, только несколько иным образом, заставив преступников все это для меня раздобыть. Теперь в этом не было необходимости. Все буквально и так находилось в моих руках, причем отменного качества и по последнему слову техники. Но как же мне все это носить и где прятать? Мысли заставили меня поискать приспособления или специальную одежду для носки комплектов оружия. Гранаты, перцовки можно и в сумке носить без проблем, но вот остальное! Как бы то ни было, я не собиралась сооружать себе импровизированный пояс Бетмена. Обшаривая все вокруг, я обнаружила для себя джинсовую юбку, стилизованную под школьную плиссировку с секретным отделом под мой миниатюрный, но все же смертельно острый нож, а так же облегающую рубашку на молнии, в которой находился специальный кармашек под шокер. Мне очень понравилось, что этот так называемый кармашек особо не выделялся и в принципе очень гармонично смотрелся на одежде. Далее, мне нужно было как-то спрятать свой пистолет и обоймы к нему. Одну обойму с резиновыми пулями я вогнала непосредственно в само оружие, другие обоймы разместила на компактной разгрузке. Такая штуковина из нагрудных ремешков под пистолет и пару обойм по бокам. Описания невоенного человека, нда. Оговариваясь, эту самую разгрузку очень наверняка было хорошо заметно под любой легкой одеждой, так что пиджак снимать с себя теперь вообще не стоит. И самая вишенка – пистолет. Его и особенно глушитель спрятать не могло вообще ничто: ни пиджак, ни жилетка. Я попробовала покрутиться на месте и пройтись. В принципе, довольно комфортно, ничего нигде сильно не мешало и привыкнуть к обновкам не составило бы особого труда. Это определенно радовало. Вот, собственно и все. Оставалось только прикрыть это местечко и вернуться к Сатори. А чтобы предлог был хорошим, я буду склонна пойти на небольшую хитрость. … Время шло. Мне пришлось переодеться, складывая все необходимое с собой. Закончив, я спешно выбралась из подвала и направилась обратно. Я могла абсолютно точно сказать, что в той комнате нет ни камер, ни прослушки, ведь грифель карандаша до сих пор стоял на месте, а проникать в дом через все окна как минимум тупо. Сато-ори-и! – я простонала, бродя по дому в поисках своего парня. Знала, что он попытается меня найти, не сумев усидеть на месте. Кира! – мой любимый выскочил из ванной, которую наверняка и обшаривал, но опешил прямо на пороге. – К-ки… Что такое, коть? – да, мне было отчетливо ясно его удивление. Все же, не каждый день видишь свою девушку в эротическом белье и сексуальных чулочках. Было очень предусмотрительно с моей стороны запрятать все это в комнате родителей, ведь я хорошо понимала, что Сатори теперь постоянный житель моего же дома. Поэтому мне просто нужен был весомый повод на отсутствие и «тайные секретики». Е-емае! – у бедного яника буквально челюсть отвисла. – Т-ты… это был сюрприз!? Ну конечно, любовь моя, – я элегантно подбежала к своему возлюбленному и кинулась в его объятия. Кажется, он был уже в полной боевой готовности. Уж если судить по той штуковине, что уткнулась в мой живот. С-солнышко, – Сатори не знал что и сказать. – Эхе-х… Перед утехами, у меня для тебя задание! – я резко отстранилась, изображая неприступность. – Выполнишь и получишь сладенькое. К-какое задание!? – мой ян-кун спрашивал с таким энтузиазмом, что аж встал по стойке смирно, отдавая честь. – Что мне сделать, мэм!? Ты должен овладеть той силой, которая в тебе сокрыта, котеночек… – ласково молвила я, игриво шагая вперед и по кругу, обходя своего малыша и лаская его по шее и щекам шаловливыми пальчишками. – Все понял? Ты должен материализовать файл и облечь его в беленькую тетрадку для удобства. Всего два ма-аленьких пунктика, и ты получишь награду. Есть, мэм! – бойко отозвался он и рванул к дивану, усаживаться в позу лотоса. Это было бы совсем глупо, не будь так забавно. Солнце, ты что делаешь? – я тихо засмеялась себе под нос. А-а? – мой парень открыл один глаз и странно заулыбался. – Я-я не знаю как. Поможешь? Просто вообрази… – мой шаг ему навстречу, это и все, что мне следовало сделать. – Представь, что подаешь запрос во вселенную, требуя от нее способ управления миром. Кажется, это должно работать именно таким образом. Окей-ясночки! – ян-кун принялся исполнять без промедлений. И самое интересное в этой истории то, что …у него это получилось Так быстро, что я не могла поверить. Но это реально сработало и на голову яндэрика упала та самая штуковина, что однажды свалилась на мою голову, в самом начале этой истории. Надеюсь, он не консоль по управлению персонажами призвал. Он ведь тот еще балбес, вполне бы и мог. О-о, – Сатори не сдержал удивление, когда открыл глаза и увидел «это» хрен пойми что. – К-какая странная хреновина. Возьми ее в руки, Сатори, – нежно сказала я, заваливаясь на диван. – И подумай о том, как она должна выглядеть. Облик беленькой тетрадки будет более чем уместен. О-окей, солнышко! – азартно заговорил он, когда в этот же миг. – Дай мне одну секунду. И почти сразу же после сказанного странный файл действительно начал меняться, превращаясь в то, о чем я повелела. Все как я и хотела. Осталось самое непростое. Что дальше, любовь моя? – мой ян-кун спрашивал меня. – Я-я все сделал? Что это за странная штука? Должно сработать… – хитро молвила я, после чего. – Яник-кун, подай мысленный запрос о правилах белой тетради. Потребуй получить знание обо всех правилах, а потом увидим. Ладно… – он коротко вздохнул и вновь закрыл свои глаза. Через секунду лицо моего яндэренка помрачнело и напряглось. Его глаза открылись, округлились. Кажется, все сработало. Сейчас посмотрим, солнышко… – я аккуратно взяла тетрадь из его рук. Открыла ее …сработало Правила действительно были прямо здесь в полном своем составе! И чтобы убедиться в этом, я решила изучать, проводя аналогии с правилами из моей тетради смерти. Они все равно были сфотографированы на мой смартфон, а чтобы Сатори не любопытствовал, я буду фотографировать и эти правила заодно. Таким образом мне не придется показывать ему опасные для его психики картинки, одновременно получая новые, ранее непознанные. Гениально и до безумия просто! Правило первое: тот, чье имя будет написано в этой тетради – подвергнется влиянию мысли. Но если не знаешь ты жертву в лицо, написанное не возымеет никакой силы Правило второе: если в течении сорока секунд после написания имени вписать слова, которые должны быть облечены в мысли – так и произойдет. Но если слова не были вписаны за это время, человеку придет мысль о его полном имени. Правило третье: после вписания слов, которые должны прийти человеку в образе мыслей, дается шесть минут и сорок секунд для реализации написания дополнительных слов или словесных конструкций, которые могут быть облечены в мыслеобразы. В этот момент можно описать любые дополнительные обстоятельства – тогда все так и случится. Это было так похоже на правила тетради смерти. Я ликовала, делая роковые фотографии. Я просто хотела узнать еще! Дальше. Больше! Тетрадь смерти. Правило первое. Приложение первое: если в две или более тетради внести одно и то же имя, имея в представлении образ одного и того же лица, в течении девяти секунд – человек не умрет. Нереализованный запрос обратится против стольких людей, сколько из них писали имя жертвы в тетрадях, и эти люди умрут от сердечного приступа. Белая тетрадь. Правило первое. Приложение первое: если в две или более тетради внести одно и то же имя, имея в представлении образ одного и того же лица, в течении девяти секунд – человек не получит мыслеобразы. Нереализованный запрос обратится против стольких людей, сколько из них писали имя жертвы в тетрадях, и эти люди получат все вписываемые мыслеобразы в свой собственный разум. Тетрадь смерти. Правило первое. Приложение второе: вырванный лист или часть листа тетради смерти – так же способны убить, как и сама тетрадь смерти. Белая тетрадь. Правило первое. Приложение второе: вырванный лист или часть листа белой тетради – так же способны внушить мыслеобразы, как и сама белая тетрадь. Тетрадь смерти. Правило первое. Приложение третье: человек не владеющий тетрадью так же способен убивать, если впишет в ней имя. Владелец тетради всегда может вернуть тетрадь, заставив ту исчезнуть. Но он не может вернуть вырванные из тетради листы или части листа. Белая тетрадь. Правило первое. Приложение третье: человек не владеющий тетрадью так же способен внушать мыслеобразы, если впишет в ней имя. Владелец тетради всегда может вернуть тетрадь, заставив ту исчезнуть. Но он не может вернуть вырванные из тетради листы или части листа. Тетрадь смерти. Правило первое. Приложение четвертое: тетрадь смерти не сможет убить человека, если его имя было написано с ошибками более трех раз. Если человек писал имя с ошибками три раза подряд преднамеренно, писавший человек умрет. Белая тетрадь. Правило первое. Приложение четвертое: в белую тетрадь можно вписывать события, описание которых не требует ни лица, ни имени человека. Вписываемые события способны со временем воплотиться, посредством различных случайных действий, совершаемых разными людьми или окружением, независимо от сроков, однако, для такого воплощения не могут быть установлены конкретные временные рамки. Если после вписанного события вписать имя человека, то такое событие способно повлиять на человека, чье имя было вписано. Тетрадь смерти. Правило первое. Приложение пятое: владелец может отказаться от владения тетрадью смерти. В таком случае он забудет все воспоминания, связанные с тетрадью и не сможет вернуть ее себе, заставив исчезнуть. Однако, если бывший владелец случайно найдет свою тетрадь и коснется ее – он вновь станет ее владельцем, и его воспоминания вернутся. Владельцем тетради не может стать никто иной, кроме ее бывшего владельца, однако, использовать тетрадь может любой человек. Белая тетрадь. Правило первое. Приложение пятое: владелец может отказаться от владения белой тетрадью. В таком случае он забудет все воспоминания, связанные с тетрадью и не сможет вернуть ее себе, заставив исчезнуть. Однако, если бывший владелец случайно найдет свою тетрадь и коснется ее – он вновь станет ее владельцем, и его воспоминания вернутся. Владельцем тетради не может стать никто иной, кроме ее бывшего владельца, однако, использовать тетрадь может любой человек. Тетрадь смерти. Правило первое. Приложение шестое: страницы в тетради смерти никогда не закончатся. Тетрадь смерти не может быть уничтожена, ведь владелец тетради всегда может ее восстановить. Если владелец отказался от тетради, и она была уничтожена – владелец автоматически снова овладеет тетрадью и сможет ее восстановить. Белая тетрадь. Правило первое. Приложение шестое: страницы в белой тетради никогда не закончатся. Белая тетрадь не может быть уничтожена, ведь владелец тетради всегда может ее восстановить. Если владелец отказался от тетради, и она была уничтожена – владелец автоматически снова овладеет тетрадью и сможет ее восстановить. Это все касалось исключительно первого правила. У второго правила тетради смерти, да и белой тетради тоже – никаких приложений не наблюдалось. Но вот у третьего правила обеих тетрадей кое-что все-таки было. Кое-что очень мне знакомое… Тетрадь смерти. Правило третье. Приложение первое: управлять действиями вписанной жертвы можно сколь угодно долго, если это указано в обстоятельствах смерти. Тридцать дней – максимальное количество времени, в течении которого можно управлять жертвой, однако, жертва умрет раньше, если в ее сюжете появится непредвиденное событие, которое невозможно обойти. Белая тетрадь. Правило третье. Приложение первое: управлять вписанными событиями можно сколь угодно долго, если это указано в обстоятельствах. Шесть минут и сорок секунд – максимальное количество времени, в течении которого можно насылать на жертву различные мыслеобразы. Тетрадь смерти. Правило третье. Приложение второе: обстоятельства смерти не будут работать, если жертва физически не может их выполнить или если жертва не обладает нужным для этого знанием. В этом случае, жертва умрет от сердечного приступа, сразу как только наступит конфликт. Белая тетрадь. Правило третье. Приложение второе: любые мыслеобразы будут приходить, независимо от того, может ли жертва физически их выполнить или обладает ли нужными для этих знаний предпосылками. Однако, если жертва не близка по своему мировоззрению к вкладываемым мыслеобразам, они не смогут оказать сильное влияние. Тетрадь смерти. Правило третье. Приложение третье: обстоятельства смерти конкретной жертвы должны быть помещены ровно на одном листе. Допускается использование обеих сторон листа, но с переходом на другой лист – дальнейшее описание обстоятельств не будет иметь силы. Белая тетрадь. Правило третье. Приложение третье: любые мысли для конкретной жертвы – должны быть помещены ровно на одном листе. Допускается использование обеих сторон листа, но с переходом на другой лист – дальнейшее описание мыслей не будет иметь силы. Независимые события могут писаться на многих листах и будут выполнены. Это был полный свод правил обеих тетрадей. Обеих… полный. Как потрясающе! Сатори действительно получил великое озарение, раз смог без труда выявить их все. Раньше мы с Монико так точно не могли, и я пыталась преуспевать благодаря собственной настырности. Что ж, это была очень важная информация и она мне определенно пригодится. К-какая крутая штука! – Сатори ликовал, закончив изучать правила вместе со мной. – Поверить не могу, что у меня было такое, а я ни сном, ни духом! Видишь, да? – ласково молвила я. – Какие невероятные возможности это открывает. Какие потрясающие сюжеты мы могли бы писать, воплощая в реальность самые невероятные явления! Сколько романтики можно придумать, сколько счастливых моментов… К-кира… – мой парень не мог сдержать слез радости и кинулся меня обнимать. – Ты такая молодец, что заставила меня! А я все боялся, будто умею что-то опасное, эхе-хе! Ты у меня совершенно безопасный, – мирно сошло с моих губ, прежде чем они наградили любимое личико напротив горячим поцелуем. – Мой ванильный пирожочек. Эхе-хе… – он просто неловко посмеялся, обдавая дыханием мою грудь, в просвечивающем белье. – К-кира? Да, котеночек? – я была нежна в своем изумлении. Я заслужил сладенькое? – энтузиазм в голосе ян-куна просто зашкаливал. Отстегни мне парочку листиков, – игриво молвили мои губы. – И тогда, дав мне этот рычал для сотворения твоего же счастья, ты полностью заслужишь все самое сладенькое и вкусненькое. Да хоть всю забирай! – он бы по-своему привычен и щедр. – Эхе-хе! Нет-нет, – мой пальчик отрицательно покачивался около его носика. – Неззя, милый. Если кто-то увидит такую вещь и что-то впишет, явив в мир, будет слишком опасно. У нас могут появиться проблемы. Поэтому просто дематериализуй тетрадь и сожми файл обратно, внутри себя. Это будет самым лучшим выходом. Как только захочешь что-то сделать с тетрадочкой, просто повтори то, что мы делали сегодня. А ты думаешь я что-то запомнил? – да уж, мой растяпа совершенно не отказывал себе в привычном. – Эхе-хе… Тогда я тебе все напомню, любовь моя, – нежно молвили мои уста. Хм. Напомню ли? Я так хочу тебя! – мой парень просто крепко схватил меня и вжал в себя без остатка. – Моя сладенькая девочка! Ну так возьми меня, мой ян-кун… – игриво молвила я. – Ведь ты всегда знаешь, что будет лучше для меня. Без промедлений он повалил меня на диван, прямиком под живот ладонями. Я ощутила его горячие руки на своих ногах. Эти руки нежно трогали мои бедра, мою спину, прежде чем отстраниться, для того, чтобы… Мой Сатори. Наш новый миг близости наконец-то настал. И в этой любовной страсти я четко осознавала, что двигаюсь полностью безошибочно, в истинно верном направлении.