Эksпеriмеnт

Я открыл глаза. Примерно с минуту до этого, мой разум начал распознавать то, что пыталось до него достучаться. Дозваться до сознания посредством чирикания птиц и жужжания цикад через уши. Так странно. Всегда оставаясь ночевать на улице, я просыпался полностью озябшим от холода, но в этот раз мой организм был в полной норме. Что же это? Очередные изменения моего тела, как те, что я подметил тогда, раньше? Дурь какая-то… Я просто поднялся с зеленой листвы и, сладко потянувшись к солнцу, постепенно начал приходить в себя, возвращаясь в реальность. Мой взгляд интуитивно обогнул столб, на котором я оставил сообщение незнакомке в виде прибитого исписанного талона. Странно, но… этот талон пропал. А на его месте висел лист бумаги. Она-а… ответила? Я просто решил проверить, сняв листок и развернув его. Спасибо тебе. Ты ответил! Ты был так добр… Так учтив. Есть ли у нас действительно шанс на будущее? Ты кажешься мне очень понимающим человеком… И этот мир – не для тебя. Не так ли? Я очень благодарна тебе за доброту и внимание. Будь уверен. Я попытаюсь все наладить. Обязательно! И начну я пожалуй с одного маленького чуда. Я позволю тебе решать. Кира… … Тебе ведь не нравятся твои соседи? Верно? Ты можешь от них избавиться. Любым образом, как посчитаешь нужным. Это будет нашим маленьким секретом. И моим доказательством того, что …ты действительно можешь жить по-другому Если доверишься мне и выберешь меня. М-м! Просто используй этот лист. Все что ты напишешь на нем в адрес каких-либо людей. На его обратной стороне… все это СБУДЕТСЯ Ты поймешь когда узнаешь. И не забудь использовать полное имя, а так же держи в уме лицо, которое ты видел. Просто напиши свой ответ, как и всегда. Мое имя – «Элисса», и я тебя люблю. Очень! Ты действительно можешь стать истинным светом в моей жизни… Если захочешь Просто напиши мне вновь. Когда поймешь. Когда …поймешь Я просто замер, не зная… не понимая как на это все реагировать. А это точно она пишет? Может это все-таки какая-то странная шутка тех приматов или еще кого? В лагерях же принято подшучивать, верно? Особенно над всякими изгоями вроде меня. Хотя… не сказал бы, что я подал себя как изгоя. По-моему, я достаточно хорошо притворяюсь, но все же. Что там она писала про «сбывающееся», если то было написано на этом листе? Я ведь и проверить могу. Мне просто кажется, что кто-то пересмотрел тетрадь смерти и теперь жестко троллит меня. Может за мной даже подсматривают? В таком случае, если я действительно что-то напишу, надо делать это очень скрытно, в полном одиночестве и спрятать лист. Посмотрю за происходящим, так все станет полностью ясно. Мне будет более понятно как реагировать на всю эту ситуацию в целом. Шутники могут меня недооценивать, полагая, что подсмотрят написанное мной, однако… я не дам им такой возможности и сам все проверю. Вот так-то. Я хочу, чтобы Брэд Бернс и Стив Редклифф – убрались из моего домика для сна восвояси. Хочу, чтобы эти двое искали себе другое место для жизни и сна, чтобы не разговаривали со мной и избегали меня, хочу, чтобы не вспоминали меня и держались от меня настолько подальше, насколько это возможно. Я хочу просто перестать существовать для этих людей. Вот как-то так. Я писал это, прильнув к столбу и укутав лист снятой с себя футболкой. Вот и все. В такой ситуации подсмотреть просто нереально. И пусть написал я не очень чтобы точно, но-о… оно в ответе вроде как и не требовалось, поэтому. Я сделал то, что мне предложила незнакомка. Элисса. Посмотрим, шутка это или нет. Я спрячу лист. Там где его никто и никогда не разыщет. Никогда. В таком случае станет сразу же очевидно, насколько все это правда. *** Когда наступил час всеобщего заседания за завтраком, я успел вовремя и буквально ничего не пропустил. Мне повезло давным-давно разобраться с распорядком всего что можно и нельзя, поэтому никакие мелкие казусы не могли ничему помешать. И вот я вновь лицезрел прекрасных девушек, среди которых была моя милая Моника и Криста. Ну и конечно же, наша прекрасная обворожительная Катерина… каждый день переодевающаяся во что-то новое и совершенно невменяемо-охрененное. Всем доброе утро! – радостно и приветливо говорила староста, окидывая каждого из нас теплым любящим взглядом. – Как спалось? Как настроение? Лучше не бывает, Кейт! – бойко отозвалась Криста. – Этот лагерь, лучшее место в моей жизни. И тебя тоже с добрым утром, кстати! Всех! Хи-хи! – Катерина как обычно была довольна и хихикала. – Так приятно слышать, Крисси. Ты сегодня полна энергии. Ну а как остальные? Вижу, у вас недовольные лица, девочки. Что-то случилось? Вы можете рассказать мне, я всегда помогу. Прости, Кейт… – грустно вымучила Моника. – Пожалуй, у меня сильно личное. Но ты не волнуйся. Я… я обязательно приду в норму, вот увидишь. Я немного погорячилась вчера и чувствую себя виноватой, и хочу с этим разобраться. Ну что ж, тогда… – Катерина мило улыбнулась. – Я буду очень надеяться, чтобы у тебя все получилось, Мока. Если что, ты всегда можешь на меня рассчитывать. Спасибо, Кейт… – моя подруга детства улыбнулась в ответ. – Я это очень ценю. Тогда как насчет тебя, Кира? – ну надо же, Катерина обратилась прямо ко мне. – Как твои дела? Ты, вижу, тоже подавлен. Хотя, сегодня тебе значительно лучше. У тебя все хорошо? Никаких проблем не происходит? Да думаю, все в порядке, Кейт, – обычно сошло с моих уст. – Спасибо, что беспокоишься, я обязательно скажу, если возникнут какие-то трудности. Ловлю тебя на слове! Хи-хи… – староста не изменяла себе в выражениях. – Хотя, меня волнует вопрос, куда подевались твои соседи, почему их сейчас нет с нами. О! И кстати. Очень милая футболка! Ха-ха! С-спасибо… – вот же черт, пристали все с этой несчастной футболкой. – А этих двоих я вовсе не видел. Я не в доме ночевал, поэтому. Не в доме? – Катерину это сильно удивило. Может я зря сказал. – Кира. Ты спал на улице? Но почему? Я боялся ответить. Взгляд Моники, окинувший меня в этот момент бил укором в самое сердце. Мало мне было ругани за ту попойку, так теперь еще и за это возненавидит. Она многого обо мне не знает. Так много, что знай это, точно презирала бы меня. Просто… – да, мне определенно надо было что-то сказать и как-то оправдаться. – Меня, так скажем, не очень радуют мои соседи. Вот я и ушел. Хм… – Катерина призадумалась. – Все… очень плохо? Или… Так скажем, проблем серьезных нет, но, – я просто выдохнул. – Это сожительство действительно крайне неприятно. Мы разные люди, у меня нет с ними ничего общего, вот мне и некомфортно. Хм! – староста похоже поняла, что я собираюсь донести. – Хорошо, я тебя услышала, Кира. Обещаю с этим разобраться! К-кейт… – мне стало не по себе от ее слов. Что она собирается делать? Рассказать им, что я наябедничал, что я чем-то недоволен? Не думаю, что это будет хорошая идея, тогда моя жизнь точно превратится в ад и мне придется их… О, не переживай! – Кейт просто рассмеялась. Как обычно. – Я не буду ничего говорить им… о тебе. Я просто предложу им другие условия. Или подстрою все так, чтобы их перевели! Хи-хи! Ты рад? Я-я… э-э, – честно, аж дар речи потерял. За что такая щедрость ради меня? Ага, – голос подала уже Моника. – Как бухать с ними, так значит ты за радость, а теперь бесят? Ну-ну… М-мон… – я просто не знал что сказать. Она злится на меня. Мне так жаль. Так-так, ребята! – Катерина как обычно старалась сгладить все углы. – Не будем ссориться, хорошо? Уверена, все обязательно наладится. Ага, – поддержала Криста. – Мне они тоже не очень нравятся. И Моке тоже. Полагаю, в таком случае, я действительно вынуждена что-то придумать… – Кейт выждала небольшую паузу, оценивая нас всех спокойным смирительным взором. – А ты, Алиса? Что ты скажешь? Наша самая тихая участница начала что-то усердно писать на клочке бумаги, который уже через пару секунд попал в руки Катерины. Хм… – Кейт внимательно прочла переданный ей текст. – Ну хорошо тогда! Заканчиваем нашу трапезу и направляемся в зал. Надеюсь, вы все хорошо проведете время, хи-хи! Помните. Если почувствуете себя потерянными, я всегда здесь и готова помочь. С тем, мы поднялись из-за стола и направились ожидать до заветного часа нашей клубной деятельности. Забавно, что написанное мной в листке действительно совпало с сегодняшними событиями. Я не очень понимал реальных причин отсутствия Брэда и Стива, но… их ведь правда не было. А теперь еще и Катерина собирается их сбагрить. Чудо какое-то. И все произошло в аккурат после моих записей в листке. Войдя в зал, я словно был оглушен внезапно свалившимся озарением. А что если этот листок действительно какой-то магический? Да, знаю. Я наверное просто хочу принимать желаемое за действительность, но ведь это сработало. Я просто подумал. Что если бы я вписал туда Монику? Написал, что хочу получить ее прощение и все наладить, чтобы мы мирно общались, как раньше. Вот только это было слишком опасно. Понятия не имею как работает эта штука, если она конечно работает. Не думаю, что стоит вот так рисковать моей близкой подругой, да и вообще… хочу ли я управлять ее разумом? Я так не думаю. Это так мерзко, что меня одернуло от одной мысли об этом. Я просто решил пойти чем-нибудь заняться, прогнать эти нехорошие мысли, однако …Моника вдруг сама подошла ко мне. Э-э… – я так и застыл, когда увидел свою подругу детства рядом. – М-мон? Кира… а-ам, – Монике похоже было сильно неловко. – Послушай. М-м. То, что ты сегодня сказал про Брэда и Стива. Что я хочу их сбагрить? – просто уточнил. Мало ли. Ну да, это… – девушка замялась. – Это правда? Ты все действительно так сильно осознал? Моника, я… – серьезно, мне ведь нечего осознавать, я никогда не собирался с ними сближаться. – Я даже не знаю, что и сказать, я совсем другое помню. Ладно, неважно, – она просто отмахнулась от моих слов, словно бы то были жалкие оправдания. – Проехали. Это в прошлом. Знаешь? Глядя как ты смело заявил такое при всех… я думаю, что ты действительно очень сожалеешь. М-мне так кажется. Поэтому я… К-кира… я. М-моника… – это был словно какой-то неловкий момент. Как тогда, в нашей поездке в лагерь или при нашей встрече в ночи. Не перебивай, – моя подруга детства неловко опустила голову, сжала руки в кулаки и чуть, еле-еле дрожала. – Я должна сказать это сама. Ведь это я прогнала тебя вчера. Прогнала и наговорила столько обидного. Даже представить не могу как ты себя чувствовал. Хотя, конечно, надеюсь ты понимаешь почему я сказала так, ведь мне было очень больно, что ты выбрал тогда их, а не меня, но… я думаю. Думаю, что мы все еще вместе, понимаешь? Что мы действительно близки, и ты не собираешься отдаляться и превращаться в одного из таких придурков как они. Поэтому… поэтому я. Я хочу, чтобы ты простил меня. А я прощаю тебя. Конечно, Мон! – моей радости не было предела. Неужели я правда слышал эти слова? – Тебя вообще не за что прощать. Обещаю, все будет как раньше. Все обязательно наладится. Аха-ха! – она добродушно смеялась. Я снова слышал ее милый добрый смех. – Ты… правда очень хороший, Кира. И у тебя очень милая футболка, аха-ха! Скажи, кто это на ней? На меня похожа. Ты специально подбирал такую, да? Или тебе помогла Криста? Не представляю, чтобы ты сам надел на себя такой цвет, так что… аха-х! Ну-у да… – я просто неловко отвел взгляд. – Криста увидела, что мне грустно и решила меня развеселить. Она очень добрая девочка, и это правда она подобрала мне эту милую футболку. Аха-х! Как здорово… – вдруг, на лице Моники выступила легкая грусть. – Жаль, что я никогда не осмеливалась вот так подобрать что-то для тебя, как Криста. Знаешь? Из-за этой неуверенности в себе, мне всегда было так сложно быть действительно выразительной. Лишь в последнее время, преодолев ее, я будто вздохнула полной грудью, но… как бы в итоге это не оказалось слишком поздно. Аха-ха… М-моника… – я решительно взял свою подругу детства за руку и мягко обхватил своими ладонями. – Ну ты чего? Не надо так грустить, все обязательно наладится, и мы еще сделаем целую кучу всяких разных вещей вместе. Ты мне веришь? Я верю… верю, – с ноткой отчаяния говорила девушка. – Просто. Мне кажется, это должна была быть я. Той, что первой купила тебе такую милую вещь, а теперь… хах. Да ладно тебе, Мон-Мон, – я просто приблизился и нежно обнял свою подругу детства. – Не надо так грустить из-за мелочей. Будут еще тысячи более милых и интересных моментов, стоит только захотеть. К тому же… я еще сам ни разу не покупал тебе одежду. Так что… Аха-ха! – наконец, она хоть немного повеселела. – Тогда ладно. Сегодня я тебя украду сразу после клубной деятельности, и мы пойдем куда-нибудь. Ты не против? Я всегда пойду с тобой, Мон… – нежно сорвалось с моих уст. – Куда бы ты не пошла. Эй, голубки! Хи-хи… – это была Катерина. Удивительно видеть как староста вмешивается в наш разговор. Неужели чего случилось? Кейт? – Моника подала голос. Мх! – Катерина как-то странно хмыкнула около нас и засияла счастливой улыбкой. – Мне нужно с тобой посекретничать, Мока. Хи-хи! Кира, ты не против, если я ее у тебя ненадолго уведу? Это насчет тех парней. Простите-простите, я подслушала! Хи-хи… Ох… Кейт, – Моника отпустила меня и повернулась к старосте, улыбнулась ей. – Ты такая участливая. Спасибо тебе, я очень благодарна, что ты вообще идешь на такие жертвы, знаешь. О, значит ругать не будешь? – Катерина издала хитрую усмешку и подмигнула моей подруге детства. – Тогда пойдем скорее! Времени осталось совсем немного, а план о-очень коварен! Аха-х! – Моника просто рассмеялась от радости. – Ну пошли. Я остался стоять, улыбаясь им вслед. Как здорово. Даже предположить не мог, что все так наладится, что Моника просто простит меня, а эти обезьяны действительно провалят с глаз долой. Рука потянулась к карману за тем письмом от незнакомки по имели Элисса. Я просто развернул бумагу и мое сердце будто обдало теплом. Наверное, это правда всего лишь глупость… однако. Так мило совпало, что именно после этих записей все стало налаживаться словно по волшебству. Есть в этом что-то приятное, теплое и волшебное. Я бы очень хотел верить в это. Таким чудесным моментам и простым вещам. Все будет налаживаться. Это точно. Теперь все будет только налаживаться… Подумывая о том, что стоит занять себя хоть чем-то до начала клубной деятельности, я направился к писательским принадлежностям, дабы опробовать себя в какой-нибудь простенькой поэме или вроде того. Но стоило мне только взяться за ручку, как рядом уже оказалась моя новая милая подруга, Криста. Кира, привет! – весело заголосила она, уткнувшись на улыбчивого довольного меня. – Вижу Моника тебя простила, ага? Ах-аха! Я так рада. Я же говорила, что в моих руках ты не пропадешь. Говорила? Спасибо тебе, Криста, – мягко произнесли мои уста. – Без тебя ничего бы не получилось. Это точно. Ах-аха! – девушка просто как всегда рассмеялась. – И будет только лучше, так и знай. Правда-а… то, что ты сказал сегодня за завтраком. Кира… ты честно ночевал на улице всю ночь? Так и знал, что не стоило говорить, – улыбка на моем лице стала чуть шире. Еще что! – с грустцой воскликнула Криста. – Ты мог замерзнуть там. А скорее всего ты и замерз! А вдруг бы случилось что-то плохое с тобой? Зачем ты вообще так сделал? Хотя, я понимаю, что ты не хотел спать в одной комнате с этими дураками, но нельзя же так. Я волнуюсь за тебя. Пообещай, что больше никогда так не будешь! Обещаю, Крис… – я по-доброму усмехнулся. – Тем более, их кажется вот-вот переселят, так что. Это очень здорово! – моя собеседница моментально обрадовалась. – Ты большой молодец, что попросил Кейт. Она очень добрый человек, думаю ей действительно нужна была помощь, чтобы их отвадить. Удивляет, что она их вообще где-то нарыла… – мой тон полнился подозрительностью. – В смысле. Нас с Моникой Катерина случайно вытащила из толпы. Разве эту парочку она не нашла так же самостоятельно? Думаю, Кейт хорошо разбирается в людях. Тебе не кажется странным, что она в принципе их приняла? Кто знает… – Криста попросту пожала плечами. – Может, они просто притворялись хорошими или были другие причины. И то верно, – я согласно кивнул. Может стоит спросить об этом саму Катерину однажды. Ах-аха! – и снова в смех. – Ки-ир? Мы сегодня гулять идем? А-а… ну, – черт, я и забыл, что мы собирались. Но ведь я недавно сказал Монике, что пойду после клуба с ней. Что же делать. Кира? – Криста уставилась на меня наивным непонимающим взглядом. – Что-то не так? Тут такое дело… – я просто собрался с силами. – Так как я помирился с Моникой. В общем… она захотела погулять сегодня после клуба. Ты понимаешь, да? Если я ей откажу, она меня снова возненавидит. У-у… – девушка ожидаемо приуныла. – Ну… я понимаю. М-м, Кира. Ну, раз такое дело, то… Просто погуляю с тобой чуть позже, согласна? – моя рука аккуратно легла на ее плечо. – Все-таки, работа с моим перевоспитанием еще не окончена, поэтому мы обязаны продолжать. Так точно! – бойко отозвалась моя собеседница. – Только ты не забудь, хорошо? Обязательно скажи, когда ты будешь свободен. Обязательно, – кивнул я. Нам пришлось закругляться с общением, так как в помещение вернулись Моника с Катериной. Настало время клубного мероприятия и пора было браться за шашки. Мы просто отправились переодеваться в защитные костюмы, а парочки обезьян все не было видно. На мгновение мне даже стало немного не по себе, что я мог убить их, записав в тот листик, однако… это ведь не была тетрадь смерти, так что. Все ведь хорошо. Это не по-настоящему. Таких вещей точно не существует и даже учитывая мои телесные метаморфозы, я не поверю, что человека можно убить листком бумаги. Убить или как-то подчинить. На фехтовании Катерина напомнила нам вчерашний материал по стойке и выпадам. Было недолго по большей части, и в конечном итоге мы разделились на пары. Я… решил выбрать Кристу, зная, что она в этом деле самая слабая. Полагая, что если я буду фехтовать с Кристой, заведомый успех для меня просто очевидным. В конечном итоге, вряд ли мое тело совершит какие-то причуды в бою с таким «соперником». Монике же, тем временем, досталась Алиса. Все должно было пойти именно по этому сценарию, однако… Моника! – я просто не ожидал, что моя подруга детства перехватит инициативу таким образом, атаковав меня. Что? – усмехнулась та. – Испугался выбрать меня? Защищайся! Снова последовал выпад. Я еле отразил атаку, черт побери. Зачем она? Это же не шутки! Л-ладно, я тогда к Алисе пойду… – растеряно выдала Криста, понимая, что ее кандидатура в качестве моего партнера отменяется. Удачи, милая! – выкрикнула ей вслед Мон. Мы остались один на один. Ну что, Кира? – Моника как-то странно-изящно взмахнула рапирой. – Я слышала, ты в этом силен. Что у тебя есть некое «второе дыхание», при котором ты начинаешь показывать что-то запредельное. Не против, если я проверю это сама? М-моника! – я просто не знал что сказать. Откуда она? Она знает? Но как. Мне даже не дали подумать. Резкий выпад со стороны моей подруги детства заставил отбросить все мысли и обороняться. Еще вчера я заметил как талантливо Моника шла в атаку. Как она умело сражалась, будучи слабой лишь в обороне. Мне ничего не оставалось кроме как сносить одни удары и отбивать другие. Боже мой! Если что-то случится… если она действительно сумеет вывести меня вот так. Я не прощу себе. Дерись нормально, Кира! – очередной колющий удар «пронзил» мою грудь. – Покажи на что способен! Моника, прошу! – оставалось лишь ретироваться. – Будь полегче со мной! Давай! – снова удар… я кое-как его отбил, но следующий просто больно уколол меня в ногу. – Я знаю, что ты умеешь работать оружием. Ты ведь уже это делал однажды, так что! Мне попали по сетке, защищающей лицо. Понимая, что ничего кроме плохого исхода в этом сражении мне не добиться, я просто бросил оружие, выпуская его из своих рук. Хватит… – подавлено сползло с моих губ. И что это еще значит? – в ее голосе ощущалась явная злоба. Я ничего не понимал. Что опять на нее нашло? Я не буду драться с тобой, – уверенно и твердо произнесли мои уста. Тогда я все узнаю сама, – выпалила Моника. – Узнаю кто ты такой на самом деле. И что ты по правде скрываешь от меня. Поверить не могу, что я слышал это. Но что это? Она ведь не может ничего знать! Я был прижат к стенке. Моника на самом деле пошла в жестокое наступление и избивала меня как какую-то куклу. Я чувствовал боль, сильную… но в какой-то момент эта боль стала заметно слабеть, словно тело мобилизовывалось, к чему-то готовилось. Мне стало страшно. Последствия, о которых я так переживал могли произойти, и виноват в них буду я. Даже несмотря на то, что это будет не по моей воле. Моника не унималась. Колола и била меня. Я чувствовал ее гнев, но не понимал причин этого. Это был провал. Я готовился к самому худшему, даже думал просто убежать, закончив этот чертов дурдом хотя бы так, однако… вовремя вмешалась Катерина, заметив происходящее. Ловким элегантным движением, Кейт обезоружила Монику, словно мастер зеленого новичка. Я просто обессилено упал на пол, понимая, что вот-вот и случилась бы беда, понимая, что меня действительно, в прямом смысле этого слова, спасли. К-катерина… спасибо. Хух! – наша староста перевела дыхание. – Ребята, вы чего это? Кира… Моника. У вас что-то произошло? Не важно… – моя подруга детства обиженно отвернулась и сняла шлем. – Я просто хотела проверить кое-что. Потому что я правда не могу поверить в это. Лучше бы ты не вмешивалась, Кейт. Моника… – Катерина положила руку на плечо моей подруги детства. – Я понимаю, вы в ссоре, но… нельзя же так. Ему было больно. Поверь мне, я знаю что такое, когда тебя колют клинком. Несмотря на всю защиту, это не шуточки. Ах-х… – Мон виновато опустила голову. – Простите. Я просто вышла из себя… в общем. Кейт. Ты не против, если мы поговорим с Кирой наедине? Конечно, – с улыбкой отозвалась Катерина. – Я могу отпустить вас раньше остальных. Вы все равно вряд ли в состоянии практиковаться, так что… это будет просто правильно, не так ли? Спасибо, Кейт… – Моника лишь тяжело вздохнула. Кира, ты хоть в порядке? – староста обратилась ко мне. Ее голос был очень заботливым и нежным. – Тебе не сильно плохо? Если тебе больно, я могу это исправить, хорошо? Спасибо за доброту, но все в порядке, – я просто кивнул ей в знак благодарности. – Я уже в норме. Ну тогда идите… – Катерина указала нам жестом на дверь из зала. – Только не подеритесь там, ладно? Очень вас прошу. Мхм. Да не буду я… – прошептала в ответ Мон. Я же просто пожал плечами. Если уж Моника не будет, то я тем более. Будучи свободными, мы сразу же покинули помещение, и я словно в каком-то холодном ужасе размышлял над тем, что мне сейчас предстоит выслушать. Что вообще происходит? Еще недавно Моника простила меня, и все было в порядке, но потом она вдруг начала вести себя так агрессивно… провоцировать меня. Будто бы знала мою тайну. Я боялся этого. Я искренне боялся этого. Но какое-то внутреннее чутье, некая интуиция – ясно кричала в моем сознании, что именно об ЭТОМ моя девушка в итоге и заговорит. Кира… – Моника просто встала напротив меня. Подала свой отчаянно-подавленный голос. Мон, ну что я опять сделал? – мой тон звучал не менее подавлено. Я правда не понимал. Догадывался, доверяя собственной интуиции, но отказывался верить, что действительно заслужил это. Что сделал? – моя подруга детства налилась серьезностью и твердостью. – Что ж, полагаю ты действительно не понимаешь. Пожалуй, мне придется сказать. Я не знаю, сколько еще можно молчать. Знаешь? Я все чего-то ждала. От тебя. Ждала, что ты мне сам признаешься, ведь мы как-никак близки и… И? – мне захотелось перебить ее, лишь бы не слышать правду. Лишь бы оставить сказанное в тайне. – Не понимаю. Сегодня все было хорошо, Моника. Ты простила меня, мы собирались гулять, а потом ты просто начала все это. Скажи, зачем? Ты сама сказала, что это должно быть больно. И это больно. Не понимаю чем я заслужил все это. Просто… за что? Я поехал с тобой, я наслаждаюсь твоей компанией. Почему же ты поступаешь так? Так словно бы… издеваешься надо мной. Я издеваюсь? – Моника рассердилась от моих слов. – Я? Послушай, Кира. Ты наверное думал, что я ничего не знаю, но. Я правда знаю. Все знаю. И устала скрывать, устала делать вид, что все в порядке, что меня это не волнует. Я устала ждать твоих признаний, доверия. Я все знаю, Кира. О тебе… Что же ты знаешь, Мон? – похоже, это было просто неизбежным. – Ну же. Скажи. Что я такого от тебя скрыл, что ты так недовольна и так обращаешься со мной, будто я какой-то мерзавец, портящий тебе жизнь. Я знаю, что ты убийца, Кира… – она просто сказала это. – Я знаю. Между нами повисла неловкая тишина. Я… стоял и смотрел в ее спокойные изумрудные глаза своим холодным взглядом. Конечно. Я ожидал этого. Что она так скажет, но… почему же тогда я до конца отказываюсь поверить, что это происходит со мной, что я слышу это от нее. В какой-то момент меня словно скривило. Мои губы задергались, будто я собирался смеяться. Вот только мне было не до смеха. Я… я просто. Не знал, что говорить. Понятно, – с тяжелым вздохом, выплеснула Моника. – Ну, раз тебе нечего сказать, то я пошла… Нет, Мон, постой, – я просто схватил ее за руку, развернул к себе и тут же отпустил, понимая, что веду себя грубо. – Погоди. Окей? Остановись пожалуйста. Пожалуйста. Как ты мог, Кира? – отчаянно выговорила моя Мон. – Как? Почему ты только сделал это? Чем ты думал, скажи мне… просто скажи. Скажи хоть что-то, потому что я думала, ты точно не такой. Я даже в уме не могла представить. Вообразить такое. Понимаешь? Послушай меня, хорошо? – мой голос полнился какой-то странной надеждой и болью. – Послушай. Я… хотел тебе сказать, понимаешь? Сказать еще тогда, когда мы были у тебя, у нас дома. Моника. Я не понимаю, откуда ты знаешь, но клянусь, я хотел тебе сознаться во всем, потому что верил: ты точно все поймешь, все выслушаешь. Ты понимаешь меня? Я доверяю тебе. Я просто… не нашел подходящий момент. Все эти… поездки, этот лагерь. Я просто не знал когда, и я понятия не имею откуда тебе это известно. Я лишь могу поклясться тебе, что не собирался это все утаивать, ведь ты… единственный мой друг. Самый близкий. М-моника, прошу. Это не должно было случиться так, но раз это случилось. Просто поверь мне. Мне правда очень жаль, что тебе пришлось жить с этим и вариться в этом. Хотела бы я тебе верить, Кира, но я уже вообще ни в чем не уверена… – горько призналась Моника. – Знаешь? Я думала, что знаю тебя. Думала, ты добрый, что ты не способен на такое. Но если ты и убить можешь, и даже своих родителей… вот так убить. Чего тебе стоит солгать? Даже так правдиво как сейчас. Ты не понимаешь, Моника… – дрожащий тон сорвался с моих губ. – Все не так как ты думаешь, это просто случайность. Понимаешь меня? Это… случайность. Это просто ошибка, я просто… со мной что-то не так, понимаешь? Я… сломанный. Я этого не хотел, не собирался убивать их. Все это просто страшный несчастный случай, а мое тело. Я… ведь ты уже знаешь об этом что-то, именно поэтому ты так провоцировала меня на фехтовании. Случайность? – Моника словно рассердилась, как будто бы я дешево отмазывался. – Вот это как называется? Убить собственных родителей – это теперь случайность? Конечно, Кира, я знаю, что с тобой что-то не так, но… я просто боюсь. Для меня это все ненормально, и раз ты сам признаешь, что не можешь контролировать себя, это не означает ничего хорошего. Кира… это ненормально. Прости, но… это действительно ненормально. Тебе просто нужна помощь. Если ты не отдаешь отчет в своих действиях, если ты сошел с ума. Тебе действительно нужна помощь, Кира. Ты… ты понимаешь, верно? Кира… мне действительно страшно. Мне никогда не было страшно с тобой, но теперь мне очень страшно, и я больше не могла скрывать все это. Я… я просто должна была тебе это сказать. М-моника… – мое сердце было полностью разбито на части. – Я н-не с-сумасшедший. А что же ты тогда, Кира? – она продолжала топтать мое бедное сердце. – Что ты, скажи? Что происходит с тобой? Что это такое, если не какое-то наваждение, безумие. Что это? Что? Я не знаю… – мне больше нечего было сказать. Все что было во мне – она просто растоптала в пыль. Я уезжаю домой, Кира, – она… Моника? – с моих уст сорвался обреченный вопрос. Прости, – она говорила, а я не мог поверить в то, что слышал. – Я думала, просто… думала, что все будет хорошо, понимаешь? Что это наш шанс. Теперь я понимаю, что ошибалась. Я… я ошибалась. Моника! – не знаю… я просто грубо схватил ее за руку. Снова наваждение. Пожалуйста, отпусти… – горько излила моя подруга детства. – Мне больно, Кира… Не уходи, прошу! – я говорил, а на мои глаза наворачивались едкие слезы. Я не отпускал ее. – Ты не ошибалась, ты правда очень помогла мне, а я хотел помочь тебе! Этот лагерь не был ошибкой, Моника! Прошу… просто послушай. Если бы не ты, я… я не знаю, что бы стало со мной. Я просто… я. Моника, умоляю тебя. Отпусти меня, Кира… – она меня не слышала… не слышала. Не отпущу, – словно в каком-то безумии, говорил я. Кира… – девушка просто отвела от меня свой взгляд. Ты нужна мне, Моника… – это и все что я мог сказать. Тебе нужна помощь, Кира… – последние фрагменты моего сердца были добиты ею. Мне не нужна никакая помощь! – я просто впал в отчаяние. – Мне нужна ты! Кира, ты сошел с ума! – Моника лишь накричала на меня. – Отпусти! Она просто резко одернула руку и вырвалась из моей хватки. М-моника… – это было невыносимо. – Прошу тебя… Ты сумасшедший, Кира! – снова боль… от нее. – Ты спятил. Тебе нужна помощь. Я боюсь находиться с тобой, я просто ошиблась. Мне больно, Моника… – я лишь сказал то, что более не мог держать в себе. Прости… – а ей было плевать. Я не сумасшедший, Моника… – мои бессмысленные слова извергались наружу. А какой же ты тогда? – не понимаю, зачем она спрашивает. Она ведь все уже решила. Не знаю… – мой отчаянный ответ. Ничего не значащий. Прощай, Кира… – она просто отошла от меня на несколько шагов. – Не злись на меня. Однажды ты поймешь меня… И прощу? – мой голос холодный. Да… – а ее жестокий. Я просто промолчал, ощущая, как глаза наполняются слезами. Снова. А потом она ушла. Просто ушла, скрывшись за поворотом коридора. Оставив меня… одного. Нет… – с нескрываемой болью выдавил я. – Нет. Нет. Нет… нет-нет-нет. Я ТЕБЯ НЕ ПРОЩУ!! Кира? – это была Катерина. – Кира, что произошло? Оставь меня… – мне не хотелось говорить и оправдываться. Ни с кем. Ни перед кем. – Оставьте меня все. Я просто ушел. Ушел отсюда к черту. Направился в домик, где жил, отправился почти не разбирая дороги из-за тумана безумия в разуме. В моей голове. Хотелось просто убить кого-нибудь. Неважно кого. Любого кто до меня сейчас доебется. Просто вспороть его чертово брюхо и с наслаждением выпотрошить оттуда все до последнего кусочка. Хах… да я же сейчас сам себя обманываю верно? Я знал кого хотел убить. И к сожалению, этих олухов там попросту не было. Я упал на свою кровать, расправив руки по разные стороны. Боль едким ядом сжирала мое сердце, мой взгляд холодом буравил потолок. За что? За что мне все это? Почему Моника… почему она ушла вот так? Вот так бросила меня, разбила мое сердце так. Я бы смирился с чем угодно. С чем УГОДНО кроме ЭТОГО!! Я… правда заслужил это да? Вот эту вот боль. Верно? Почему она просто не сжалилась надо мной и не прекратила все наши отношения как нормальные люди. Почему надо было именно пронзить мое сердце ножом? ПОЧЕМУ!!? – я просто выкрикнул это в пустом доме. Я надеялся, что кто-то услышит и зайдет, и нарвется на мою ярость, оставшись без головы. Мне просто было плевать. Вообще на все. Похеру. …так больно Я хотел, чтобы это закончилось. Прямо сейчас. Рука интуитивно потянулась за ножом, а потом лезвие оказалось уже в моей шее. Не знаю как я умудрился это сделать. Даже испугаться не успел и крупная дрожь пробрала мое тело с диким запазданием. Я же… сейчас только что чуть… я. Мне просто стало отчего-то смешно. Классно было бы просто умереть в этот момент, чтобы все это просто кончилось. Но нож все торчал из моей шеи, а я был живее всех живых. Как и всегда. Вдруг, раздался стук в дверь. Я резко вынул нож. Никто не должен видеть эту… ненормальность. Мне не хотелось, чтобы меня тревожили сейчас, но это могло быть вне моей власти. Так и оказалось. Кира, мне можно войти? – этот голос. Снова она. Нет, – мой тон холодный. Я не хотел никого видеть. К-кира… – Криста, стоявшая там, робко поглядывала на меня через дверной проем. Уходи, пожалуйста, – мое разбитое сердце могло ранить окружающих, я не желал этого. – Я плохо себя чувствую, оставь меня. Опять с Моникой поссорился, да? – девчонка будто проигнорировала. Криста! – я просто надеялся, что не перегну чертову палку. У-у… – но кажется, все шло только плохо, и бедная девушка уже сильно расстраивалась. – Ты правда не хочешь меня видеть? Нет, я хочу… – было нечестно лгать ей и обижать ее. – Я просто. Я… Мне все понятно, Кира! – девушка тут же ворвалась в дом и подлетела к моей кровати. – Раз ты хочешь меня видеть, значит я не буду уходить. Криста… – она и правда чудо. Оказывать на меня такое огромное влияние, будучи знакомой со мной всего пару дней. У-у, Кира… не будь грустным, – Криста просто жалобно смотрела в мои глаза. Мне нужно быть честным с ней. До конца. Я опасен, – чуть подавленно сошло с моих уст. Что? – девушка, похоже, не понимала. Моника ненавидит меня… и не просто так, – мне нельзя было рассказывать ей все, но я должен дать понять, что не являюсь милым пушистиком, каким она меня видит. – Я опасен, Криста. Я ужасный. Очень плохой человек. Н-ну может быть и так… – что? Она… она действительно согласилась со мной? – Но Кира… Что? – я был поражен ее словами. Наверняка это читалось на моем лице, однако… это все равно ничего не меняло. Не меняло ситуацию. И я мог сказать здесь лишь одно. – Все кончено. Неправда… – мило и звучно выговорила Криста. – Я ведь обещала исправить тебя, ты помнишь? Это не исправить, Криста… – я знал о чем говорил. Если мое тело действительно ненормально теперь, если я НЕНОРМАЛЕН. Если Моника права… со мной действительно все кончено. К-кира… – конечно, она этого не поймет. – А ты помнишь? А ты обещал мне верить. Ты помнишь? Ты слишком добра… – искренне сошло с моих губ. – Я этого не заслуживаю. Может ты и сделал ужасные вещи, Кира, но… – Криста мне мягко улыбнулась, восстанавливая мое сломанное сердце. – Я верю, что доброта способна спасти любого, кто захочет ее принять. Правда? – боже, конечно же это неправда, но. Я так хочу, чтобы это было правдой. – Криста… Я просто не сдержался и крепко обнял ее. Мне было нужно это. Какое-то тепло после всей той пережитой боли. Ты хороший, Кира… – Криста-Криста. Ее слова – это то, во что хочется верить всегда. – Ты… ты правда молодец. Ты добрый в душе, это точно! Ты правда так думаешь? – надежда. – Криста, ты правда думаешь, что даже после самых ужасных вещей меня можно спасти? Конечно… – смущенно прошептала девушка. – Ты должен верить мне. Я хочу этого, – прошептали в ответ мои губы. – Верить тебе. Так значит Моника на тебя злится, да? – Криста, похоже, не знает ситуации. – Снова? Да… – и я конечно же не могу ей об этом рассказать. – Она хочет уехать. Настолько все плохо. Это ужасно, Кира… – с горечью произнесла девушка. Мне ли не знать, – я лишь улыбнулся. – Но ты помогаешь мне. Я очень благодарен. Ты невероятно добра, Криста. Мне кажется, Моника не права теперь… – снова горечь читалась в услышанных мною словах. – Я была на ее стороне сначала, а потом ты правда начал исправляться, и она это сама заметила… а потом! Я не понимаю что с ней случилось. Мне не понять это. Все-таки, я считаю, что каждый может заслуживать прощения, если он стремится к этому и меняется. Как жаль, что она не думает так же… – мое сердце потихоньку переставало болеть. Идем! – Криста резко взяла меня за руку и потянула на себя, поднимая с постели. – Твое перевоспитание еще не окончено! Знаешь? Я придумала новое. Доверишься мне? Даже если Мока действительно откажется от тебя, ты должен верить в добро, Кира. Поверь мне. Поверишь? Обязательно, Криста… – хотя, я уже поверил однажды вот так одной девушке, пожалуй, у меня просто нет выбора. Ах-аха! – и ее добрый искренний смех только больше внушал мне доверия. *** Мы вышли из домика, покинули его, удаляясь подальше. Восвояси. Место, в которое решила привести меня Криста, было – милым аниме-кафетерием. Так странно. Но разве не на подобное место девочка намекала вчера, когда у нас не осталось талонов? Что же она в действительности хочет. Это действительно было чем-то вроде дружеского свидания или вроде того, но… может ли это быть и чем-то большим? И если так. Как к этому относиться мне? Ням! – девушка с довольством издавала странные звуки, облизываясь на клубничное мороженое. – Ням-ням… Криста… блин, – я просто не мог сдержать умиления от ее действий. Даже в самой худшей депрессивной ситуации, это ходячее солнце – легко разгонит любые тучи. А-а? – ну вот, она даже не поняла насколько была милой сейчас. – Что-то не так? Да нет, просто… – мои уста растянулись в улыбке. – Ты действительно очень прикольная, когда вот так кушаешь. У-у, Кира… – Криста похоже осознала, что я имел в виду. – Ах-аха! Значит, – моя ладонь плавно рассекла воздух. – Говоришь, что у меня задача – сделать так же? Агась! – девушка задорно кивнула. Мы уже обговаривали это пару минут назад. – Милые действия, милые слова. Добро и радость! Полностью тебя поддерживаю, Крис, – я подмигнул ей. Но ты все равно немного грустный, Кира… – надо же… она и это поняла. Даже теперь, поняла, несмотря на все мои попытки скрыть и даже мое действительно приподнятое настроение. – Мне непросто придумать все эти занятия. Хочется защекотать Моку, за то, что вот так обращается с тобой! И заставляет тебя сочинять все новые вещи для поднятия моего настроения? – опять засмеялся. Я должен показать свою участность, раз ради меня так стараются. Дя! – Криста по-доброму хмыкнула. Ну… – что вообще сказать. – Полагаю, завтра она уедет и все на этом закончится. В каком смысле «закончится», Кира? – моя собеседница заметно напряглась. – Ты ведь не будешь тоже уезжать, правда? Знаешь. Я переживала, после сказанных тобой слов об этом. Что ты тоже уедешь, если твоя подруга… н-ну. Вовсе нет, Крис, – мне словно почудилось не то в ее диалоге, но я быстро понял о чем она. – На самом деле, мне нечего делать дома, кроме как просто прозябать. Если Мон ненавидит меня, какой вообще смысл. Останусь здесь настолько долго, насколько только смогу, а потом… ну. На знаю. Приезжай в гости! – Криста… она. – Ах-аха! Ха! В г-гости? – меня аж дрожью пробрало. – В смысле… к тебе? Н-ну… ах-аха! – девочка то ли так шутила, то ли я даже не знаю. – Ну да. Если тебе будет грустно дома, разве не лучше… ну. Ну, это все странно, Крис, – серьезно, может она просто шутит. Тем не менее, стоит отнестись серьезно на всякий случай. – Ты ведь понимаешь, да? Если ты о школе, то… – Криста застенчиво замялась. – Думаю можно что-то придумать с этим. И думаю я смогу убедить родителей, что у меня поживет друг. Ах-аха! Ты такая… милая, Криста, – хотя, я определенно собирался сказать слово «странная». Не смущай, Кира, – ну она и дает. Это я-то смущаю? – Ах-аха! На самом деле, посмотрим как оно будет, – попробую подыграть. – Может мне и правда стоит поехать с тобой. Я просто хочу кое-что проверить, кое в чем убедиться. В чем? – девушка реагировала с предельной серьезностью. Ну, это немного личное, понимаешь? – мне правда не хотелось говорить ей о тех убийствах. Даже несмотря на все ее понимание, этого понимания может оказаться недостаточно. От перевоспитательницы не может быть секретов! – снова милуется. – Ах-аха! Ах, точно… – и как с ней вообще говорить о серьезных вещах? Милашка. – Но я правда не могу сказать. Намекну только, что это связано с моей темной стороной. Кто знает… если мы ее правда вылечим? Если я буду на все сто уверен, что не причиню тебе проблем. Тогда! – Криста налилась няшностью. – Предлагаю взяться за это в усиленном режиме! Аха-ха! – черт. – Криста… О-отставить пререкания! – она просто гипнотизирует меня. – Ах-аха! Так точно, мэм… – я попросту не могу ничего с этим поделать. Громче! – воскликнула девушка. Так точно, мэм! – крикнул я, повинуясь. – Нормально? Ах-аха! Ага… – высшая степень милостной исключительности… Мы продолжали сидеть и мило общаться о всякой ерунде. Ели, пили, болтали и миловались. Так странно для меня, заниматься чем-то подобным… и эта девушка рядом со мной. Мне просто не верилось, что такие вообще существуют. Уверенная, прямолинейная, чуть наивная, но до глубины души добрая и отзывчивая. Я думал, что Моника уникальна, но похоже я просто не знал о существовании такого чуда света как Криста. И… даже учитывая, что мне может быть неизвестен истинный характер этой малышки, ее истинные цели, настоящий внутренний мир – она очень участлива ко мне и в ее поведении не ощущается ни грамма фальши. И это удивляло. Близился поздний вечер. Как раз то самое время, когда все обычные заведения полностью закрываются, давая почву барам и тусовкам для взрослых, а так же – романтическим кафе, где ужинают парочки, предпочитающие обычным посиделкам свидания. На самом деле… это так странно, – я задумался, окидывая взором меняющиеся декорации. Что странно, Кира? – спокойно и нежно спросила Криста. Ну… – меня пробрала некоторая неловкость. – Веселиться тут, с тобой, когда Моника. В общем. Я просто чувствую, словное делаю что-то неправильно, понимаешь? Может раньше так и было, Кира, но… – девушка улыбнулась мне. – Я не чувствую, что сейчас все действительно неправильно. Ты правда так считаешь? – я просто заметил кое-что подозрительное в том кафе, которое Криста для нас подобрала. По странному стечению обстоятельств, когда мы досидели до победного, кафе превратилось в место для свиданий. Совпадение? Моника поступила не очень хорошо с тобой, Кира, – мягко и нежно молвила моя милая собеседница. – Это действительно так. А еще она… она ведь уезжает. Так что… Ты же не хочешь сказать ничего… – я недоговорил. Ну вообще-то… – ее взгляд. Взор ее голубых глаз – пронзил мою душу. – Ты… ты нравишься мне, Кира. Хотя, я пойму, если действительно безразлична тебе, но ты должен знать. Моника уедет и… разве ты правда хочешь вот так следовать за ней, зная как она к тебе относится? Криста… – это действительно происходит со мной. Я договорю, хорошо? – девушка мягко сложила ладони на столе. – Я просто хочу сказать. Я не против Моники. Изначально я искренне хотела для вас счастья, хотела дружить с тобой, и все такое. Но… видя, что происходит, видя как она разбивает твое сердце и как ты не можешь ее отпустить. Я просто понимаю, что это действительно не принесет тебе счастья, Кира. Быть с ней. Это не сделает тебя счастливым. И раз ты сам решил отпустить ее домой, не гнаться за ней… я просто. Ты мне действительно нравишься. Ты милый и добрый. В отличии от Моники я вижу это очень хорошо. И я никогда не поступлю с тобой так как поступила она. В твоих словах много смысла… очень, – я просто решил поддержать ее. Это меньшее, что я мог. – И если размышлять логически, ты полностью права. Но хорошо ли будет для меня поступать вот так, заводя новые отношения, когда только-только ушла та, с кем я их чуть было не построил? Чуть было не построил? – Криста обрела задумчивый вид. – Но ты ведь профукал свидание с ней. Да как сказать… – именно. Я до сих пор не мог поверить, что это была правда. Кира… – Криста похоже в это верила. Давай подождем немного, Крис, – я не стал пытаться навязчиво убеждать ее. – Ты мне тоже очень нравишься, не подумай. Просто это как-то неправильно. Я буду чувствовать себя виноватым, что начал ухлестывать за новой девушкой, сразу как уехала та, за кем я ухаживал ранее. Ты ведь понимаешь, как это выглядит? Не то, чтобы я был вообще силен в каких-то отношениях, но… я правда хочу этого с тобой. Это правда. Повременить значит? – удивительно как она спокойно относится ко всему. Как уравновешенно и стойко ведет себя в любой ситуации, не оставаясь при этом холодной. Да… – однако, как бы ни было, мне следовало проявлять осторожность. – Я как раз разберусь в себе и пойму, безопасно ли тебе находиться со мной. Ты слишком хорошая, чтобы пережить те ужасы, на которые я способен. Как бы ни было, я уверена, что мы справимся… – мягко сошло с ее губ. – Кира. Да уж, – судя по всему, Криста просто очень верила в меня, несмотря ни на что. – И чем я только тебе так приглянулся. Как же это все странно. Посидим тут еще немного, Кира? – игнорируя мой вопрос, по-доброму говорила девушка. – Пусть даже ты отсрочил наши отношения, я бы хотела провести с тобой это свидание. Я подарю тебе лучшее свидание, Криста… – с моих уст сорвалась нежная улыбка. – Все, что ты захочешь. Ах-аха! – такая милая. – И после этих слов он спрашивает, чем приглянулся мне? Дурашка же ты… Эй, – я тоже усмехнулся. У-у, Кира! – девушка приложила ладони к лицу и слегка облокотилась на них. – Ты очень милый парень. Ты даже заботишься о чувствах той, что растоптала твое сердце. Ты правда хороший. Очень. Знай это… Кира. Мне все равно никогда не сравниться в этом с тобой… – от всего сердца произнесли мои уста. – Криста. Мы просто протянули наши руки через стол и обвили ладони друг друга. Так странно. То, что я украдчиво подозревал – правда случилось. Правильно ли я поступаю? Ведь мне всегда нравилась только Моника, пусть у нас ничего не было. И похоже, что не могло быть в принципе. Все-таки, мы такие разные, и даже эта поездка была ею задумана лишь в попытках мне помочь. В попытках, которые она в итоге и отвергла. Я бы… хотел быть с ней. С Моникой. Но, похоже, это невозможно. Я убийца, и Мон никогда не сможет смириться с этим. Но сможет ли с этим смириться Криста? Сможет ли понять, несмотря на всю широту своих взглядов и свои слова о поиске доброго, слова о надежде для каждого? Не обожгусь ли я и с ней, как обжегся с Моникой? Мне это неизвестно. Я просто хочу сделать все правильно. Мне действительно нравится Криста. Я не видел таких девушек как она. И если нам правда суждено быть вместе, небольшая заминка точно не сможет нас разлучить… 0JfQsNC80LjQvdC60LDQl9Cw0LzQuNC90LrQsNCX0LDQvNC40L3QutCw Кира: Слишком большой объем данных, чтобы я мог вольно говорить. Прости.